Дискуссионные проблемы образования древнерусского государства

Тема: «Дискуссионные проблемы образования древнерусского государства»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание:

1.Введение.

2. Возникновение древнерусского государства.

3. Теоретические проблемы происхождения древнерусского государства.

4. Вывод.

5. Список используемой литературы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.Введение

Образование древнерусского государства — одна из наиболее важных и сложных научных проблем отечественной истории. Исследователями разработаны различные концепции его природы и генезиса. Похоже, что вопрос «Откуда есть пошла русская земля?», поставленный древнерусским летописцем Нестором, оказался одним из вечных вопросов нашей истории.

Проблема происхождения Древней Руси связана в первую очередь с вопросом происхождения народа, ее создавшего. Сегодня она остается одной из самых дискуссионных в отечественной историографии (сохраняет свою актуальность и приобретает политическую окраску в условиях роста национального самосознания русского, украинского, белорусского и других народов, населяющих пространства Руси—России—бывшего СССР).

Одна из новейших концепций славянского этногенеза сводится к следующему. В I тыс. до н.э. славяне еще не выделились в самостоятельную этническую группу. До сих пор не ясно, на какой территории и когда славяне отделились от индоевропейского этноязыкового единства. Анализ лексики древнеславянского языка позволил ученым предположить, что предки славян входили в балто-славянскую языковую общность, занимавшую территорию к югу от линии Западная Двина — Ока. На севере они соседствовали с финно-угорскими, а на юге с иранскими этнокультурными массивами.

В начале I тыс. н.э. из единой балто-славянской общности выделяется праславянская группировка. Во II—IV вв. ее соседями являются два крупных межэтнических объединения, возглавляемых на юге готами и на западе вандалами. Известный петербургский ученый Г.С. Лебедев утверждает, что в составе или в контакте с этими образованиями праславяне прошли важный этап этнической консолидации: к IV в. относятся первые известия о политической активности венедов и антов.

Нам представляется уместным остановиться здесь на наименовании славян в те далекие времена. Ведь само наличие названия служит определенным свидетельством возникновения этнического самосознания, без которого невозможно существование этнической общности. Название «славяне» появится лишь в VI в. Античные авторы упоминали славян под именем венедов, готские хронисты называли их антами (некоторые авторы полагают, что антами славян называли степняки), византийцы — склавинами. По мнению И.М. Дьяконова, к IV—V вв. праславяне разделились на три группы: венеды — на западе, склавины — на юге, анты — на востоке.

Великое переселение народов, проходившее с IV по VII в., существенно изменило этническую картину мира. Магистральным путем для движения этносов с востока на запад стало Северное Причерноморье. Кочевые племена волна за волной накрывали Восточную и Среднюю Европу. Гунны в IV—V вв. разгромили державу готов, тогда готы, гепиды, вандалы и др., теснимые степняками, двинулись на запад и юго-запад, «взламывая границы Римской империи» (Г.С. Лебедев).

В образовавшуюся географическую нишу и устремились праславяне, в ходе мощной экспансии заселившие огромные пространства. Начиная с V—VI вв. они фиксируются (и археологически, и письменными источниками) на территории от южного побережья Балтийского моря на севере до Дуная на юге, от Вислы и Одера на западе до среднего Днепра и Дона на востоке. Они дошли до верховьев Волги, до Адриатики, проникли на Пелопоннес и в Малую Азию.

Период древнеславянского единства заканчивается в последней четверти I тыс., когда славянская общность распадается на три ветви: восточную, западную и южную. «Таким образом, в отличие от своих арийских собратьев, например романцев и германцев, славяне сравнительно поздно выходят на поприще мировой истории. Подобное запаздывание способствовало длительному сохранению близости языка, духовной и материальной культуры, основных черт общественного устройства славянских народов»

Самостоятельная история восточных славян начинается в VIII— IX вв. К этому времени восточнославянские племена полян, древлян, волынян и дреговичей занимают лесостепь и леса днепровского правобережья, тиверцы и уличи — Прикарпатье и междуречье Прута, Днестра, Южного Буга, северяне и радимичи — днепровское левобережье, вятичи — бассейн верхнего течения Оки, кривичи — верховья [непра, Волги, Западной Двины и Псковщину, ильменские словене — территорию к северу от Ладожского озера почти до озера Белого, берета Чудского озера и Ильмень-озера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.Возникновение древнерусского государства

Образование Древнерусского государства, рождение первого феодального государства  было не однократным событием, а  процессом длительным. Развитие славянского  общества растянулось на много веков.

Время с VI по IX в. – это еще последняя стадия первобытнообщинного строя, время классообразования и незаметного, на первый взгляд, но неуклонного роста предпосылок феодализма. Ценнейшим памятником, содержащим сведения о начале Русского государства, является летописный свод «Повесть временных лет, откуда пошла Русская земля, и кто в Киеве начал первый княжить и откуда Русская земля стала», составленный киевским монахом Нестором около 1113 г.

Начав свой рассказ, как и все средневековые историки, с всемирного потопа, Нестор повествует о расселении в древности западных и восточных славян в Европе. Он четко выделяет в восточнославянском регионе два крупных межплеменных объединения - северное и южное. В середине IX в. на территории будущей Северо-Западной Руси (Новгородская и Псковская земли) формируется межплеменное объединение, включающее словен, кривичей, чудь, мерю и, возможно, весей. Это объединение принято называть «северной конфедерацией племен» или «северным союзом племен», и именно от него, если верить «Повести временных лет», исходила инициатива призвания правителя (Рюрика) «со стороны». Ведущим племенным союзом, ставшим во главе южнорусского предгосударственного объединения, являлись поляне, представленные в древнейшей летописи как более культурное племя по отношению к «некультурным» древлянам, радимичам, вятичам и северянам.

Крупный исследователь древнейшей истории Руси академик Рыбаков Б.А., основываясь на обильном материале  разнородных источников, считает, что  древнерусская государственность вызревала именно на юге, в богатой и плодородной лесостепной полосе Среднего Поднепровья. Здесь за тысячи лет до Киевской Руси было известно земледелие. Темп исторического развития здесь, на юге, был значительно более быстрым, чем на далеком лесном и болотистом севере с его тощими песчаными почвами. На юге за тысячу лет до основания Киева сложились «царства» земледельцев-борисфенитов, в которых следует видеть праславян; в «трояновы века» (II-IV века нашей эры) здесь зародилось экспортное земледелие, приведшее к очень высокому уровню социального развития.

В «Повести временных лет» Нестор повествует о том, как был создан город Киев. Княживший там князь  Кий, по рассказу Нестора, приезжал в  Константинополь в гости к  императору Византии, который принял его с большими почестями. Возвращаясь из Константинополя, Кий построил город на берегу Дуная, предполагая обосноваться здесь надолго. Но местные жители враждебно отнеслись к нему, и Кий вернулся на берега Днепра.

Ту же картину рисуют византийские писатели VI в. В царствование Юстиниана огромные массы славян продвинулись к северным рубежам Византийской империи. Византийские историки красочно описывают вторжение в пределы империи славянских войск, уводивших пленных и увозивших богатую добычу, заселение империи славянскими колонистами. Появление на территории Византии славян, у которых господствовали общинные отношения, содействовало изживанию здесь рабовладельческих порядков и развитию Византии по пути от рабовладельческого строя к феодализму.

Успехи славян в борьбе с могущественной Византией свидетельствуют о сравнительно высоком для того времени уровне развития славянского общества: уже появились материальные предпосылки для снаряжения значительных военных экспедиций, а строй военной демократии позволял объединять крупные массы славян. Далекие походы содействовали усилению власти князей и в коренных славянских землях, где создавались племенные княжения.

Археологические данные вполне подтверждают слова Нестора о том, что ядро будущей Киевской Руси начало складываться на берегах Днепра тогда, когда славянские князья совершали походы в Византию и на Дунай, во времена, предшествующие нападениям хазар (VII в.).

Создание значительного племенного союза в южных лесостепных  областях облегчало продвижение  славянских колонистов не только в  юго-западном (на Балканы), но и в юго-восточном направлении. Правда, степи были заняты различными кочевниками: болгарами, аварами, хазарами, но славяне Среднего Приднепровья (Русской земли) сумели, очевидно, и оградить свои владения от их вторжений, и проникнуть в глубь плодородных чернозёмных степей. В VII–IX вв. славяне жили и в восточной части хазарских земель, где-то в Приазовье, участвовали совместно с хазарами в военных походах, нанимались на службу к кагану (хазарскому правителю). На юге славяне жили, очевидно, островками среди других племен, постепенно ассимилируя их, но в то же время и воспринимая элементы их культуры.

На протяжении VI–IX вв. росли производительные силы, видоизменялись родоплеменные  институты, шёл процесс классообразования. В качестве важнейших явлений в жизни восточного славянства на протяжении VI–IX вв. следует отметить развитие пашенного земледелия и выделение ремесла; распад родовой общины как трудового коллектива и выделение из неё индивидуальных крестьянских хозяйств, образующих соседскую общину; рост частной земельной собственности и формирование классов; превращение племенного войска с его оборонительными функциями в дружину, господствующую над соплеменниками; захват князьями и знатью племенной земли в личную наследственную собственность.

К IX в. повсеместно на территории расселения восточных славян образовалась значительная площадь расчищенных от леса пахотных земель, свидетельствовавшая о дальнейшем развитии производительных сил при  феодализме. Объединением небольших  родовых общин, для которого характерно известное единство культуры, являлось древнеславянское племя. Каждое из этих племен собирало народное собрание (вече), постепенно усиливалась власть племенных князей. Развитие межплеменных связей, оборонительные и наступательные союзы, организация совместных походов и, наконец, подчинение сильными племенами своих более слабых соседей – все это приводило к укрупнению племен, к объединению их в более значительные группы.

Образование раннефеодального государства, постепенно подчинившего себе все восточнославянские племена, стало возможным лишь тогда, когда несколько сгладились различия между югом и севером с точки зрения условий ведения сельского хозяйства, когда и на севере оказалось достаточное количество распаханных земельных пространств и потребность в тяжелом коллективном труде по подсеке и корчевке леса значительно уменьшилась. Вследствие этого произошло выделение крестьянской семьи как нового производственного коллектива из патриархальной общины.

Разложение первобытнообщинного  строя у восточных славян происходило в то время, когда рабовладельческий строй уже изжил себя во всемирно-историческом масштабе. В процессе классообразования Русь пришла к феодализму, минуя рабовладельческую формацию.

В IX–Х вв. формируются антагонистические классы феодального общества. Повсеместно увеличивается количество дружинников, усиливается их дифференциация, идёт выделение из их среды знати – бояр и князей.

Важным в истории возникновения  феодализма является вопрос о времени  появления на Руси городов. В условиях родоплеменного строя существовали определенные центры, где собирались племенные веча, выбирался князь, совершалась торговля, производились гадания, решались судебные дела, приносились жертвы богам и отмечались важнейшие даты года. Иногда такой центр становился средоточием важнейших видов производства. Большинство этих древних центров превратилось позднее в средневековые города.

В IX–Х вв. феодалы создали ряд новых  городов, служивших как целям  обороны от кочевников, так и целям  господства над закрепощаемым населением.

В городах  концентрировалось и ремесленное  производство. Старое название «град», «город», обозначавшее укрепление, стало  применяться уже к настоящему феодальному городу с детинцем-кремлем (крепостью) в центре и обширным ремесленно-торговым посадом.

При всей постепенности и медленности  процесса феодализации можно все  же указать определенную грань, начиная  с которой имеются основания  говорить о феодальных отношениях на Руси. Этой гранью является IX столетие, когда у восточных славян уже  образовалось феодальное государство.

Объединенные  в единое государство земли восточнославянских племен получили название Руси. Доводы историков-«норманнистов», пытавшихся объявить создателями Древнерусского государства норманнов, называвшихся тогда на Руси варягами, неубедительны. Эти историки заявляли, что под Русью летописи подразумевали варягов. Но как уже было сказано, предпосылки для образования государств у славян складывались на протяжении многих веков и к IX в. дали заметный результат не только в западнославянских землях, куда никогда не проникали норманны и где возникла Великоморавская держава, но и в землях восточнославянских (в Киевской Руси), где норманны появлялись, грабили, уничтожали представителей местных княжеских династий и иногда сами становились князьями. Очевидно, что норманны не могли ни содействовать, ни серьезно мешать процессу феодализации. Название же «Русь» стало употребляться в источниках применительно к части славянства за 300 лет до появления варягов.

Впервые упоминание о народе «рос» встречается в середине VI в., когда сведения о нем достигли уже Сирии. Поляне, называемые, по словам летописца, русью, становятся основой будущей древнерусской народности, а их земля – ядром территории будущего государства – Киевской Руси.

Среди известий, принадлежащих Нестору, уцелел один отрывок, в котором описывается Русь до появления там варягов. «Вот те славянские области, – пишет Нестор, – которые входят в состав Руси - поляне, древляне, дреговичи, полочане, новгородские словене, северяне...». Этот список включает только половину восточнославянских областей. В состав Руси, следовательно, в то время еще не входили кривичи, радимичи, вятичи, хорваты, уличи и тиверцы. В «Повести временных лет» сказано: «Се бо тъкъмо Словеньск язык в Руси: Поляне, Древляне, Новъгородьци, Полочане, Дрьгъвичи, Север, Бужане, зане седоша по Бугу, послеже же Волыняне». В центре нового государственного образования оказалось племя полян. Древнерусское государство стало своеобразной федерацией племен, по своей форме это была раннефеодальная монархия.

Возникновение Древнерусского государства  связывают с объединением северного  и южного конгломератов под властью  Олега. Если верить «Повести временных лет», это произошло в 882 г. Олег (то ли воевода, то ли родственник Рюрика) после смерти последнего предпринял поход вниз по Днепру и захватил Смоленск, а затем и Киев, правителей которого, Аскольда и Дира, хитростью выманил из города и убил. Таким образом, под властью одного правителя оказывается очень важная торговая артерия – так называемый «путь из варяг в греки». Некоторые исследователи называют его «становым хребтом» Древнерусского государства. Контроль над важным торговым путем давал значительные экономические выгоды киевскому князю.

Согласно летописи Олег правил только в качестве регента при малолетнем сыне Рюрика Игоре. Игорь и становится главой молодого государства после  смерти в 912 г. Олега. Игорю приходилось  много внимания уделять борьбе с сепаратизмом отдельных восточнославянских племен. В начале своего правления ему удается покорить отказавшихся подчиняться Киеву древлян. Именно в стычке с древлянами Игорь Старый позднее, в 945 г., и погиб.

Правление вдовы Игоря Ольги  началось с мести древлянам, убившим ее мужа. Вслед за этим Ольга осуществила ряд реформ по упорядочению взимания дани с населения подвластной Киеву территории. Архаичный способ сбора дани - полюдье, требовавшее личного присутствия верховного правителя, было заменено сбором приношений в специальные пункты - погосты. Нестор пишет: «И идее Ольга по Деревьстей земли с сынъм своимь и с дружиною, уставляющи уставы и укоры. И суть становища ея и ловища…» «В лето 6455 (947) иде Ольга Новугороду и устави по Мъсте погосты и дани и по Лузе оброкы и дани. И ловища ея суть по вьсеи земли и знамения и места и погосты. И сани ея стоять в Пльскове до сего дьне. И по Дънепру перевесища и по Десне. И есть село ея Ольжичи и доселе».

Ольга, сама будучи христианкой, пыталась повысить роль этой религии в своем государстве. Но она не смогла решить вопрос о подчинении новой церковной организации и к тому же столкнулась с языческой оппозицией. Повзрослевший сын Игоря и Ольги Святослав отстранил от власти свою мать, и вопрос о принятии в качестве государственной религии христианства был отложен.

Святослав Игоревич (964-972 гг.) вел чрезвычайно  активную внешнюю политику. В его  правление Киеву было подчинено  наиболее отдаленное восточнославянское племя - вятичи и нанесено решительное  поражение Хазарскому каганату (965-966 гг.). Но грандиозная война 967-971 гг., затеянная Святославом на Балканах (сначала против Болгарии, а затем против Византии), не отвечала интересам собственно Руси. В то же время утрата прежнего могущества Хазарией сделала ведущей силой в Северном Причерноморье агрессивных кочевников печенегов. Печенеги становятся постоянными врагами лесостепного пограничья. Именно от рук печенегов князь Святослав погиб, когда в 972 г. возвращался из Болгарии на родину. Несмотря на смерть верховного правителя, Древнерусское государство оказалось достаточно прочным образованием, и после непродолжительной княжеской междоусобицы в правление Владимира Святославича наблюдается его расцвет. Владимир (980-1015 гг.) провел ряд реформ, способствовавших укреплению государства. Важным событием стало официальное крещение Руси (988-990 гг.).[8]

Карамзин Н.М. писал: «В самый первый век бытия своего Россия превосходила обширностию едва ли не все тогдашние  государства европейские. Завоевания Олеговы, Святославовы, Владимировы распространили ее владения от Новагорода и Киева к западу до моря Балтийского, Двины, Буга и гор Карпатский, а к югу – до порогов Днепровских и Киммерийского Воспора; к северу и востоку – граничила она с Финляндиею и с чудскими народами, обитателями нынешних губерний Архангельской, Вологодской, Вятской, также с мордвою и с казанскими болгарами, за коими, к морю Каспийскому, жили хвалисы, их единоверцы и единоплеменники (почему море называлось тогда Хвалынским или Хвалисским)».

Таким образом, появление у восточных славян государства с центром в Киеве стало результатом длительного процесса социально-экономического и политического развития. Основным содержанием этого процесса являлись рост сельскохозяйственной продукции, позволивший содержать группу людей, участвующих в производстве материальных благ, и укрепление верховной власти вождей, статус которых становится наследственным. Вожди, в славянском регионе называемые князьями, постепенно все больше функций сосредотачивают в своих руках и распространяют свою власть на все большую территорию.

 

 

 

3.Теоретические проблемы происхождения древнерусского государства.

 Для понимания закономерностей  существования любого государства  необходимо знать причины и  условия, являющиеся катализатором  его происхождения, так как именно на ранних этапах развития государственности, а зачастую в момент возникновения различных держав, определяется вектор политической эволюции публичного управления народом, закладываются основы правосознания граждан и принципы общественного бытия наций: коллективизм или индивидуализм; фанатизм или терпимость; патриотизм или космополитизм; религиозность или атеизм. В отечественной исторической и юридической науке, со времен М.В. Ломоносова нет единства мнений о происхождении древнерусского государства. Так, представители “норманнской теории” (Н.М. Карамзин, К.Д. Кавелин, В.О. Ключевский, С.М. Соловьев и др.) утверждают, что государственное начало восточным славянам принесли варяги, а “антинорманнисты” (М.В. Ломоносов, О.А. Платонов, А.Н. Филиппов, О.И. Чистяков, С.В. Юшков и др.) отстаивают наличие самобытных предпосылок перехода от родового строя руссов к политической организации общества. Чтобы разрешить этот многовековой спор, необходимо установить наличие либо отсутствие признаков государственности у наших предков до призвания варягов в 862 г. н.э.

   Во-первых, уже к VI в. н.э.  относятся известия о трех  протогосударственных образованиях  у восточных славян - это Славия (в районе озера Ильмень, с  центром в Новгороде), Куявия (вокруг  Киева) и Артания (местонахождение точно не установлено, но исследователи отождествляют ее с Тмутараканью).

   Во-вторых, славяне являются  одним из древнейших народов  мира. По мнению М.В. Ломоносова, “амазоны, или алазоны, славенский  народ, по-гречески значат  самохвалов”, так как “сие имя есть перевод славян, то есть славящихся, со славянского на греческий”. Более того, “неправомерно рассуждает, кто варяжское имя приписывает одному народу, - писал он. - Многие сильные доказательства уверяют, что они от разных племен и языков состояли и только одним соединялись обыкновенным тогда по морям разбоем”. Скорее всего, варяги-россы были родственниками пруссов, поклоняющихся Перкуну (аналогу славянского бога Перуна), именем которого клялся и киевский князь Олег, заключая мирный договор с греками. Причем русские дружины никогда не присягали скандинавскими богами, например Одином или Тором. Велесова книга подтверждает эти данные, указывая, что варяги, в отличие от славян, приносят человеческие жертвы и именуют Перуна Перкуном. С точки зрения профессора РГУ Ю.Н. Куражковского, славяне, особенно русские, обнаруживают гораздо большее родство с древними ариями, нежели германские народы. Прозвание же “славяне” происходит от языкового богатства и благозвучия языка, иными словами, это люди, обладающие “славным словом”. Славянские жрецы учили, что славянское имя обозначает людей, поющих вечную славу своим богам. “Повесть временных лет” рассказывает о временах, когда славяне были нориками, живущими в устье Саввы и Дуная. Следовательно, славянское племя существовало задолго до появления скандинавов на исторической арене человечества.

   В-третьих, само по себе  призвание варягов на княжение  в 862 г. н.э., после их изгнания, свидетельствует о наличии суверенитета  и политического начала в  древнерусском обществе. Ведь и сегодня некоторые народы выбирают своих правителей из числа иностранных граждан, например Латвия. Достоверно известно, что русские княжества приглашали не только дружины варягов, но и своих степных соседей - печенегов, каракалпаков, торков и т.д. Вместе с тем после Рюрика, Олега и Игоря правила славянка Ольга, поэтому в России почти не осталось следов варяжской культуры. Так, на 10 тыс. кв. км территории Восточно-Европейской равнины можно обнаружить лишь 5 скандинавских наименований. В то время как в Англии, которую норманны завоевали, это число доходит до 1509.

   В-четвертых, М.Ф. Владимирский-Буданов,  исследуя проблемы происхождения  древнерусского государства, сделал  вывод, что “князья-варяги застали  везде готовый государственный строй”. Ведь народное вече, избиравшее князей, известно с незапамятных времен.

   В-пятых, восточные славяне  издревле связывали свое бытие  с определенной территорией. В  “Повести временных лет” отмечается  следующее: “...прозвались именами  своими от мест, на которых сели... Поселившиеся в лесах - древляне, по реке Полота - полочане... по Бугу - бужане” и т.д. Таким образом, “основанием древнерусского государства служат не княжеские и не племенные отношения, - пишет М.Ф. Владимирский-Буданов, - а территориальные”, так как старший город с пригородами представляет собой самодостаточную поземельную общину. Варяги же не установили нового территориального деления государства, оно возникло намного раньше, поэтому время его происхождения “должно быть отнесено к эпохе доисторической”. Более того, заселяя новые земли, восточные славяне не воевали с местным фино-угорским населением, поскольку не завоевывали, не захватывали их полей и лугов, а осваивали новые, девственные, осушая болота и выкорчевывая леса. Занятие земель “происходило общим движением, постепенно, шаг за шагом, а не одновременным действием завоевания”. Освоение труднодоступных земель требовало много времени, труда и ума, но зато проходило без войн, “без раздражения туземцев”. В ходе подобной колонизации сохранялось племенное единство (освоить трудные места можно было только сообща), язык и “собственное представление о праве”. Отсюда В.Н. Лешков сделал вывод, что на русской земле «осели» не отдельные лица, захватившие в собственность земельные участки, а целый народ, который “стал называть эту землю своею, русскою землею”. Так, единство этнографическое превратилось в единство земское, где преобладала общность с первой минуты оседлости.

   В-шестых, история России  не знает скандинавского права  и его институтов. “В отличие от других славянских народов, - пишет Н.В. Акчурина, - русский не допускал чужеземного порабощения ни в каких вопросах жизни”. Даже в трудные годы раздоров и междоусобиц, когда русский народ вынужден был платить позорную дань степным кочевникам, он оставался самостоятельным и свободным в выборе пути и принятия решений. В этой связи Н.И. Крылов был убежден, что непобедимость, “нерастворяемость” русского народа обусловлены свойствами национального духа, а именно: его могуществом, целостностью, несокрушимостью. Данные свойства духа обусловлены единством земли и народа.

   В-седьмых, еще в I в.  н.э. славяне выплачивали своим  вождям особый налог-ругу, составлявший  одну сотую имущества каждой  семьи. Более того, в шведских  средневековых документах сбор дани обозначался заимствованным варягами из русского языка словом “полюдье”, что с несомненностью свидетельствует о первичности у славян такого раннегосударственного действия, как сбор полюдья.

   В-восьмых, по справедливому  замечанию Б.А. Рыбакова, “если признать варягов создателями государственности для “живущих зверинским образом” славян, будет крайне трудно объяснить то обстоятельство, что государственным языком Руси был не шведский, а русский. Договоры с Византией в X веке заключались посольством киевского князя, и, хотя в составе посольства были и варяги русской службы, писались они только на двух языках - греческом и русском, без каких бы то ни было следов шведской терминологии”.

   В-девятых, славянские племена  имели общую идеологию, поддерживаемую единой монотеистической верой. Так, в I в. н.э. Прокопий Кесарийский писал: “Сии народы, славяне и анты... единого бога, творца грому и всего мира господа исповедуют”. Аналогичную точку зрения отстаивал и М.В. Ломоносов. Древние русы полагали, что “есть также заблуждающиеся, которые пересчитывают Богов, тем, разделяя Сваргу. Они будут отвергнуты Родом как безбожники. Разве Вышень, Сварог и иные - суть множество? Ведь Бог - и един, и множествен. И пусть никто не разделяет того множества и не говорит, что мы имеем многих богов”.

  

4.Вывод.

Таким образом, можно сделать вывод, что древнерусское государство  возникло благодаря автохтонному политическому  творчеству русского народа, а не в  результате иностранного завоевания, которого не было. Славянские племена традиционно жили родами и общинами, занимаясь земледелием, скотоводством, охотой и рыболовством. Подвергаясь систематическим военным грабежам со стороны степных кочевников и северных пиратов (норманнов), наши предки вынуждены были выбирать или нанимать князей с дружинами для самообороны и поддержания порядка. Для содержания профессиональных воинов и их вождей пришлось платить налоги.