Ислам в России: история и современность. 2

Министерство  внутренних дел РФ

Московский  университет

Кафедра профессиональной этики и этической культуры.

Реферат

на тему

«Ислам в России: история и современность»

Проверил: Выполнил: 

Профессор, д.ф.н. курсант 105 учебного взвода

подполковник полиции рядовой полиции

Кушнаренко И.А. Данилов И.А.

Москва 2012 г.

Введение

Ислам является, по большинству оценок, второй по численности верующих религией в современной Российской Федерации после православного христианства.

Также, как и православие, ислам насчитывает на современной  территории России тысячелетнюю историю, включающую торговые и военные противостояния с православием, вассальные зависимости (как православных стран от мусульманских, так и наоборот), периоды торговли и мирного сосуществования.

Со времени появления  на территории нынешней России ислам  прошел ряд этапов своего развития:

а) в мусульманском государстве (Х-ХVI вв);

б) в православном Российском государстве (ХVIвв-ХХ вв);

в) в Советском государстве (ХХ в. - 80-х гг. ХХ в);

г) в постсоветской России.

Численность мусульман продолжает расти за счёт естественного прироста, особенно среди народов Северного  Кавказа, а также мусульман становится больше за счет мигрантов, главным образом, из стран Средней Азии и Азербайджана. Вместе с сокращением населения  России это приводит к значительным темпам увеличения доли мусульман в  населении РФ.

В советский период сопротивляемость ислама насаждавшемуся государством атеизму  была более энергична и глубока, чем у православия, которое традиционно  исповедовало большинство населения  России. Во многом это было связано  с тем, что ислам в России является религией национальных меньшинств и  поэтому представляет собой важнейший  элемент их этнического самосознания и самоидентификации. В настоящее  время происходит процесс духовного  воссоединения российских мусульман  с единоверцами за рубежом, осознание российскими мусульманами, что они часть исламского мира.

Целью этой работы является изучение развития ислама на территории нашей страны с древнейших времён по сегодняшний день.

История появления  ислама в России

На территории современной  России первые мусульмане - купцы из Халифата - появляются уже в VIII-IX веках благодаря интенсивной торговле с Востоком. По свидетельству председателя Совета муфтиев Равиля Гайнутдина "Ислам пришел на нашу землю раньше, чем крещение Руси - на территории Дербента (Дагестан) уже в VIII в. была построена мечеть."

Независимые мусульманские  государства на территории России существовали тысячу лет - с Волжской Булгарии до окончания Кавказской войны; весь этот период мусульмане жили и на территории христианских государств - русских княжеств и феодальных республик, Великого княжества Литовского, Московского государства, Российской империи.

Ислам в Волжской Булгарии (с922 - по1241 гг.). Государство Волжская Булгария располагалось в Среднем Поволжье и Прикамье, возникло в X веке. Торговало с Арабским халифатом и Византией, имело военное и торговое соперничество с Киевской Русью. В 919 правитель Волжской Булгарии отправил посольство к багдадскому халифу с предложением прислать духовенство для перехода страны в ислам; Волжскую Булгарию посетил с посольством Ибн Фадлан, оставивший ценные записки о Поволжье. В 922 году хан Алмуш объявляет ислам в качестве государственной религии Волжской Булгарии. В 1241 году Волжская Булгария была покорена татаро-монголами и вошла в состав Золотой Орды.

В 980-е годы, согласно «Повести временных лет», послы Владимира  Святославича и сам князь вели переговоры о принятии ислама, однако в итоге остановились на православии, пришедшем из Византии.¹ Фраза, якобы сказанная Владимиром по поводу исламского запрета на спиртное: «Веселие Руси есть пити, не можем без того жити», переданный Владимиру послами. Данные восточных источников о посольстве в Хорезм с просьбой о принятии ислама правителя по имени Вуладмир свидетельствует, что сам факт этих контактов достоверен. По мнению известного тюрколога О. Прицака Владимир будучи новгородским князем принял ислам, но затем, в 988 г., он крестился сам и ввел крестить Русь.

С 1240-х годов вассалами Орды были православные княжества Северо-Западной, а до XIV века и Южной Руси.  В исламский период Золотой Орды (1312-1480) христианские княжества находились в вассальной зависимости от мусульманских улусов и ханств.

Становление Ислама в Российском государстве.

Начало распространения  ислама на территории Восточной Европы относится к VIII-Х вв. Оно связано с формированием после распада Западно-Тюркского каганата двух новых тюркских государств в Поволжье и Причерноморье: Хазарского каганата и Волжско-Камской Булгарии. В 737 г. арабский полководец Мерван ибн Мухаммад, разгромив хазарское войско на берегах Волги, в качестве условия заключения мира потребовал принятия Хазарией ислама. Для утверждения новой религии из Халифата были присланы два факиха-законоучителя. К этому времени ислам, распространяемый бухарскими купцами, торговавшими в низовьях Волги, уже широко бытовал в Хазарии.

Уже в конце VIII в. в столице Хазарии г. Итиле действовали Большая соборная мечеть (Джума-мечеть) и 30 квартальных мечетей. Однако в качестве государственной религии ислам в Хазарии не утвердился. Хазарские правители рассматривали ислам как религию своих врагов-арабов и в противовес ему пытались опереться на иудаизм.

В мае 922 г. ответное посольство багдадского халифа во главе с Сусаном ал-Расси прибыло на Волгу в летнюю резиденцию царя Алмуша. По прибытии посольства Алмуш созвал съезд булгарских князей и представителей племен, на котором ислам был всенародно принят в качестве государственной религии. Сам Алмуш принял мусульманское имя Джаффар ибн Абдаллах, объявив себя наместником багдадского халифа в делах веры. Об обстоятельствах принятия ислама булгарами известно из записок секретаря арабского посольства Ахмеда ибн Фадлана. Май 922 г. признан официальной датой принятия ислама тюркскими народами России. Именно с Х в. Волжско-Камская Булгария обособляется от сопредельных государств как “страна ислама”.

С утверждением ислама начинается культурный расцвет Булгарского  государства, о чем можно судить по быстрому развитию городской жизни. Обязательной принадлежностью булгарских городов становятся многочисленные мечети. Значение Волжско-Камской Булгарии как центра мусульманской культуры сохраняется и после ее разгрома татаро-монголами в 1236-1238 гг. Столица Биляр была разрушена и не восстанавливалась, другие культурные и религиозные центры Булгарии сохранились, интегрировавшись в состав нового государства - Золотой Орды. Это произошло, в частности, с первой столицей Булгарии городом Булгар, который стал политическим центром булгарских земель в составе Золотой Орды и сохранял свое значение вплоть до разрушения его в 1431 г. войском московского воеводы Федора Пестрого.

Золотоордынские ханы, обязан булгарских князей платить дань, не вмешивались во внутреннюю жизнь покоренной области. В то же время они обеспечивали ее защиту от военной экспансии соседей. Как писал М. Худяков, «под защитой могущественных татар Булгарское царство беспрепятственно развивалось и богатело, имея возможность тратить все силы на мирное упрочение своего благосостояния. Именно в эту эпоху Булгар достиг наивысшего своего расцвета».²

К середине ХII в. на территории Евразии в результате татаро-монгольских завоеваний и последующего распада империи Чингисхана складывается новое государство - Улус джучи, названное впоследствии Золотой Ордой, где утвердилась династия потомков сына Чингисхана - хана джучи. Наряду с землями Волжско-Камской Булгарии Золотая Орда объединила обширный Степной Крым, Предкавказье, Нижнее Поволжье, Южный Урал, Западную Сибирь, Северный Казахстан, население которого составляли тюркоязычные кычаки (половцы).

В 1261 г. митрополитом Кириллом была учреждена Сарайская православная епископия, а в 1340 г. хан Узбек оказал значительную помощь русским князьям в войне против польского короля Казимира III (правил в 1333 - 1370), после чего тот был вынужден признать свободу православного богослужения на территории католической Польши. В обоих Сараях и в Булгаре существовали и армянские храмы (остатки последнего сохранились под археологическим названием "греческая палата"). Лишь после Куликовской битвы 1380 года и последовавших за ней ожесточенных столкновений растущего Московского государства со слабеющей Золотой Ордой, борьба двух этносоциальных единств за гегемонию на Восточно-Европейской равнине привела к утверждению конфессионально-культурной оппозиции “мусульман-татар” и “христиан - русских”. Это породило впоследствии идеологию татарского ига над православной Русью.

После распада Золотой Орды центром ислама со второй половины ХV в. стала территория Волжско-Камского междуречья (северная часть Волжско-Камской Булгарии). Казань становится столицей самостоятельного Казанского ханства. Если другие государства, возникшие после распада Золотой Орды (Астраханское, Сибирское ханства, Ногайская орда), значительной роли в развитии мусульманской культуры не сыграли, то краткая история Казанского ханства (1438-1552) - время последнего расцвета ислама и мусульманской цивилизации в Поволжье. Из всех городов Восточной Европы того времени Казань уступала по величине и численности населения лишь Москве, Новгороду и Вильно. В XVI в. только в ограде Казанского кремля насчитывалось пять больших соборных мечетей, в том числе самая значительная в Казанском ханстве мечеть Нур-Ади. Здесь же находилось главное медресе, учащиеся которого - шакирды - были среди самых упорных защитников Казани во время ее штурма войском Ивана Грозного. За пределами городских стен находились многочисленные деревянные мечети.

Взятие Казани войсками Ивана IV (Грозного) в 1552 г. нанесло мусульманской культуре Поволжья непоправимый удар. Были не только уничтожены мечети и медресе Казани, но и из города изгонялись жители мусульмане. Новая Казань отстраивалась и заселялась уже как исключительно русский город. По существу, были прерваны традиции, идущие еще от Волжско-Камской Булгарии. По словам М. Худякова, “в деревенской глуши доживало свой век последнее поколение образованных мусульман”.

Сразу же после присоединения  к России Западной Сибири началась христианизация края. В 1555 г. была выделена самостоятельная Казанская епархия во главе с епископом Гурием (в 1607 г. из нее была выделена Астраханская епархия). Архимандрит основанного в Казани Спасо-Преображенского монастыря Варсонофий, знаток ислама и татарского языка, стал организатором публичных диспутов с мусульманскими авторитетами. Однако гораздо чаще власти прибегали к насильственным мерам. В 1593 г. был обнародован указ царя Федора Иоанновича о разрушении мечетей в присоединенных к России областях, гласивший: “Мечети же татарские все пометати и татарам мечети однолично не ставити и, конечно, татарские извести”.

Вместе с тем анти-мусульманские акции московского правительства в ХVI в. не были повсеместны в не имели тотального характера. Они преследовали цель прежде всего политического подчинения завоеванных земель с мусульманским населением. В ХV-ХVII вв. имелись многочисленные факты терпимого отношения в России к мусульманам при условии их верности московским государям, о чем свидетельствует переход многочисленных представителей золотоордынской знати на службу к московским великим князьям. Принимая одновременно с присягой православное крещение, татарские мурзы и эмиры вливались в формирующееся сословие служилого дворянства, со временем составив его значительную часть. Переход на русскую службу первоначально далеко не всегда предполагал смену вероисповедания. С наделением землями служилых татар, сохранивших приверженность исламу, связано, в частности, возникновение Касимовского царства - мусульманского анклава внутрирусских земель. В 1447 г. казанские царевичи Касым и Якуб  помогли великому князю Василию II (Темному) вернуться на московский престол, узурпированный галичским князем Дмитрием Шемякой. В благодарность за это царевичу Касыму был пожалован Мещерский городок на Оке, получивший после этого название Касимов (ныне в Рязанской области).

С 1452 г. Касимов стал столицей зависимого от Москвы Касимовского царства, в котором поселялись, получая поместные наделы, служилые татары-мусульмане со своей челядью. В 1467 г. в Касимове была построена Ханская мечеть (сохранился ее минарет - единственная мусульманская культовая постройка, возведенная до ХVIII в., дошедшая до нашего времени). В качестве автономной единицы Касимовское царство просуществовало лишь до конца ХVII в., однако и по сей день живущие на этой территории касимовские татары сохранили свою приверженность исламу.

В ХVII в., несмотря на объявленные ранее запреты, в России происходило строительство новых мечетей.³ Особенно много мечетей появилось в татарских селах Башкирии, что связано с массовым переселением сюда казанских татар во второй половине ХVI в., после разгрома Казанского ханства. Например, сохранилась деревянная мечеть в деревне Старо-Тушкырово Балталевского района, которая датируется концом ХVII в. В ХVII в. существовала мечеть и в Астрахани, упоминаемая в связи со взятием в 1670 г. города войском Степана Разина. Вместе с тем московское правительство в ХVII - начале ХIII в. принимает ряд мер по ограничению прав служилых мусульман: в 1628 г. им было запрещено иметь слуг православного вероисповедания, а в 1713 г., уже в царствование Петра I, особым указом аннулировались права татарских служилых людей на владение вотчинами и поместьями в случае их отказа принять крещение. Последующими правительственными указами мусульманам, принявшим крещение, сокращались подати и рекрутские наборы и увеличивались аналогичные повинности сохранившим верность исламу.

При Петре I делаются первые попытки изучения ислама. В 1716 г. впервые осуществляется перевод Корана на русский язык, выполненный доктором философии В. Постниковым, - “Алкоран о Магомете, или Закон турецкий”. Однако для “просвещенных” социальных верхов того времени характерно резко негативное восприятие ислама, возможно связанное с военным противостоянием с Турцией.

В правление Анны Иоанновны Указом от II февраля 1736 г. запрещалось строительство новых мечетей в Башкирии, а за пять лет до этого, а 1731 г., в Свияжске (Казанской губернии) была учреждена Комиссия для крещения казанских и нижегородских мусульман и других инородцев. В 1740 г., уже в царствование Елизаветы Петровны, она была переведена в Казань и преобразована в Новокрещенскую контору во главе с епископом Лукой Канашевичем. Данное учреждение было наделено широкими полномочиями не только в миссионерской деятельности, но и в насильственном принуждении к крещению. В соответствии с этим указом сената от 19 ноября 1742 Новокрещенская контора только в 1742 г. в пределах Казанской губернии из 536 мечетей уничтожила 418. Сохранилась только небольшая часть старых мечетей, уцелевших со времен Казанского ханства, причем лишь в тех селах, где не было новокрещенных жителей.

В период царствования Елизаветы  Петровны правительство было вынуждено  разрешить строительство новых  мечетей, поскольку именно в мечетях  живущие в России татары, согласно их законам, приводились к присягам. В 1756 г. специальным указом было разрешено  строительство новых мечетей  для татар, живущих особыми деревнями  в Казанской, Воронежской, Нижегородской, Астраханской, симбирской губерниях.

Правительственная политика по отношению к мусульманскому населению  Российской империи коренным образом  меняется лишь в царствование Екатерины II, которая взяла курс на покровительство  исламу, за что получила среди татарского населения почетное звание “Эби пашта’’ (Бабушка-царица). Обнародованный в 1773 г. ее Указ "О терпимости всех вероисповеданий и о запрещении архиереям вступать в дела, касающиеся до иноверных исповеданий и до построения по их закону молитвенных домов, предоставляя все сие светским правительствам" не только положил конец принудительной христианизации, но и окончательно снял запрет на строительство мечетей.

Посетив Казань в 1766 г., Екатерина II лично дала разрешение купцам Юнусовым на строительство в городе каменной мечети. ⁴Юнусовская мечеть, построенная в 1767-1771 гг. Она стала первой каменной мечетью, построенной в Казани после ее присоединения к России. Вслед за ней в Казани была воздвигнута Апанаевская мечеть в стиле русского барокко на средства купца Ибрагима Султанаева. В екатерининские времена начинается строительство мечетей и в других городах России. В 1768 г. воздвигнуты двух минаретная мечеть в Татарской слободе Яицкого городка (ныне г. Уральск в Казахстане) и новое здание Ханской мечети в Касимове. Наиболее значительным памятником мусульманского культового ХIХ в. является мечеть Караван-Сарая в Оренбурге, построенная в 1837-1846 гг. по проекту петербургского архитектора А. Брюллова в духе романтической трактовки средневековой восточной архитектуры.

В царствование Екатерины II численность мусульманских подлинных Российской империи существенно увеличилась. Это произошло вследствие присоединения Крымского ханства. В Манифесте по случаю присоединения Крыма к России от 8 апреля 1783 г. Екатерина II обязалась “охранять и защищать храмы и природную веру, коей свободное отправление со всеми законными обрядами пребудет неприкосновенно”. В связи с этим предпринимаются усилия по интеграции мусульман в сословную структуру Российской империи. В 1784 г. татарским мурзам и башкирским старшинам предоставляются права российского дворянства, в том числе право владения населенными имениями. Тогда же были даны значительные льготы мусульманским купцам, ведущим торговлю с Туркестаном, Персией, Индией и Китаем.

В 1782 г. в Уфе был учреждён муфтият, и мусульманские священнослужители выделились в особое духовное сословие, а вскоре мусульмане России получили собственную конфессиональную организацию: именным Указом Екатерины II от 22 сентября 1788 г. было создано Оренбургское магометанское Духовное собрание с местопребыванием в Уфе. Ему были подчинены все мусульманские приходы России, за исключением Таврической губернии (Крым). Создание же Таврического духовного правления крымских татар, намеченное на 1794 г. было подтверждено лишь 23 декабря 1831 г. Указом императора Николая 1.

В ведении Оренбургского  магометанского духовного собрания находилось утверждение избранных  мусульманскими общинами приходских имамов и ахунов. Ему подчинялись как средние духовные управления - мухтасибаты, объединяющие по несколько десятков общин, так и низшие - мутаваллиаты.

Таким образом, мусульманская  община России по существу получила организацию, аналогичную церковной, хотя исторически  институт церкви в исламе отсутствует. Это привело к последствиям, далеко выходящим за пределы намерений  российского правительства: произошло  оформление мусульманского духовенства  России в качестве организованной национально-политической силы, результатом чего стало усиление интегративных функций ислама. В  дальнейшем правительство Российской империи стало всерьез опасаться  усиления политического влияния  мусульманского духовенства и консолидация мусульманских народов России под знаменем ислама. Вследствие этого оно препятствовало распространению юрисдикции Оренбургского магометанского Духовного собрания на мусульман вновь присоединенных к России областей Кавказа, Закавказья, Казахстана, Туркестана, где местные священнослужители были непосредственно подчинены общему гражданскому управлению.

В 1910 г. созванное премьер-министром  Столыпиным “Особое совещание по выработке мер для противодействия  татаро-мусульманскому влиянию в  Приволжском крае и о преобразовании Оренбургского магометанского Духовного  собрания”, констатировав, что “духовное  собрание, прикрываясь своим официальным  положением государственного учреждения и принадлежащими ему по закону правами, сыграло значительную роль в создании и поощрении противогосударственного  движения в мусульманской среде”, рекомендовало в целях уменьшения его влияния территориально сократить компетенцию Духовного собрания в разделить подведомственные ему территории между несколькими аналогичными учреждениями под контролем правительства.

Несмотря на улучшение  со времен Екатерины II отношения российских властей к исламу, вплоть до Манифеста  о свободе вероисповеданий от 17 апреля 1905 г. мусульмане в повседневной религиозной жизни сталкивались со многими трудностями и ограничениями.

После Февральской революции 1917 г. общественное движение российских мусульман заметно активизировалось. В Москве в мае 1917 г. прошел Всероссийский мусульманский съезд, собравший свыше 900 делегатов из различных регионов России.⁵

На съезде впервые в  истории российской мусульманской  общины на альтернативной основе был  избран муфтий - один из лидеров российского джадидизма Галимджан Баруди. Выборным путем было также сформировано духовное управление мусульман России, которое в советское время получило наименование духовное управление мусульман европейской части СССР и Сибири (ДУМЕС). На съезде был избран политический орган руководства мусульманским движением - Центральный мусульманский совет под председательством Садри Максуди.

Второй съезд мусульман  собрался в июле 1917 г. в Казани. На нем присутствовали преимущественно  представители Волжско-Уральского региона. Одновременно там же прошли съезд мусульманского духовенства  и мусульманский военный съезд, сформировавший Мусульманский военный  совет (Военное шуро). Созванное в ноябре 1917 г. в Уфе Национальное собрание штата Идель-Урал приступило к формированию национальной администрации. Однако в условиях начинающейся гражданской войны этим планам не суждено было осуществиться. В апреле 1918 г., после взятия Красной Армией Казани и Уфы, все органы национальной администрации и национальные организации (Национальное управление, Военное шуро) были ликвидированы.

Ислам в современной России.

Демократизация общественной жизни в Советском Союзе, начавшаяся во второй половине 80-х гг. Ослабление и последующее упразднение тоталитарного партийно-государственного диктата, принятие в 1990 г. прогрессивного законодательства о свободе совести и вероисповеданий открыли перед исламом, как и перед другими религиями, небывалые в истории России возможности для полнокровной жизни, восстановления канонических норм и внутреннего устройства. По данным Совета по делам религий при Совете Министров СССР, в 1988 г. на всей территории СССР действовало 402 мечети, а уже в 1991 г. - 1602. На 1 января 2000 г. в России было зарегистрировано 3098 мусульманских объединений, в том числе: религиозных центров и управлений - 51, мечетей - 2933, духовных образовательных учреждений - 114. На самом деле количество мусульманских объединений значительно превышает число официально зарегистрированных. По разным данным, в Татарстане в 1997 г. было 700 мечетей, в Башкортостане - 490, в Дагестане - 1200. в Ингушетии - 400, в Чеченской Республике - около 2000. Строительство новых мечетей и образование мусульманских организаций продолжается.

Важнейшим аспектом исламского возрождения является формирование и развитие системы религиозного образования. На начало 2000 г. в России функционировало свыше 100 мусульманских  религиозных учебных заведений, не считая многочисленных школ при  мечетях. Более 1000 молодых мусульман  обучаются за рубежом - в Саудовской Аравии, Ливии, Катаре, Египте, Турции, Сирии и других странах. Мусульманское  духовенство неоднозначно относится  к росту числа мусульман, обучающихся  за границей. Так, многие имамы Северного  Кавказа считают, что укреплению позиций радикального ислама - ваххабизма способствуют, в частности, молодые  люди, обучавшиеся в мусульманских  странах.

Современное мусульманское  духовенство в России не выдвинуло  каких-либо глубоких философских и  теологических идей, как, например, на Востоке. Это объясняется по крайней мере двумя обстоятельствами: во-первых, ислам в России всегда находился под жестким государственным контролем (и в царской России, и при советской власти), в условиях которого теологическая мысль была не свободна, и, во-вторых, не было единого центра, объединявшего вокруг себя всех мусульман России. Сказанное не означает, что мусульманский мир России не имел в прошлом выдающихся мыслителей. Они были, но их влияние имело, как правило, региональный характер.

Современный возрождающийся ислам в России не выдвинул харизматического лидера, который был бы для всех мусульман безусловным авторитетом, способным объединить их. Некоторые  муфтии, претендующие на роль лидеров, таковыми не являются. О жестокой борьбе, развернувшейся в первые годы возрождения ислама внутри мусульманского духовенства России, за власть и влияние на верующих свидетельствует тот факт, что вместо двух духовных управлений мусульман, которые были на территории России до распада СССР, сегодня действуют более 40, образованных по территориальному и национально-территориальному принципу, и процесс образования новых мусульманских организаций нельзя считать завершенным.

С целью остановить Центробежные Тенденции, сохранить единство мусульман  в рамках одного духовного управления был созван VI Чрезвычайный съезд мусульман европейской части СНГ и Сибири (9 ноября 1992 г) в Уфе. В его работе участвовали 738 делегатов и 102 гостя, в том числе представители посольств Турции и Ирана, имам-хатыб одной из мечетей Саудовской Аравии.

В выступлениях делегатов  съезда и принятых итоговых документах одобрялась деятельность Духовного  управления мусульман европейской  части СНГ и Сибири и его  председателя Т. Таджуддина. В коммюнике съезда говорилось, что раскольники подрывают историческое единство ДУМЕС, вносят раздор среди верующих и недоверие к учению ислама. Вместе с тем, по мнению участников дискуссии, выступления группы имамов и мухтасибов против ДУМЕС не имеют серьезных предпосылок в среде самого духовенства, “это путч не среди имамов”. Настоящими инициаторами раскола, утверждали некоторые выступавшие, являются “темные силы”, враждебно относящиеся к позитивным изменениям в жизни мусульман: увеличению количества общин, строительству новых мечетей, обращению к вере молодежи, оживлению связей с зарубежными единоверцами.

В то же время представители  “оппозиции’ отвергали обвинения  в том, что они будто выступают  против единства мусульман вообще и  против какой-либо организационной  структуры, призванной обеспечить взаимодействие и сотрудничество мусульманских  религиозных организаций. Они протестовали против того, что в духовном управлении, по их убеждению, коммерческие заботы возобладали над духовными, что  в нем царят финансовый и кадровый произвол, что муфтий Т. Таджуддин ведет себя грубо и жестоко по отношению к имамам.

Съезд угрозу раскола мусульманских  организаций не преодолел. В 1993-1994 гг. происходило дальнейшее формирование новых духовных управлений, независимых  от ЦДУМ.

В ноябре 1994 г. противники Т. Таджуддина провели в Уфе съезд мусульман европейской части России и Сибири, объявивший о его смещении с поста председателя ЦДУМ.⁶ Однако Т. Таджуддин одновременно собрал расширенный пленум ЦДУМ с участием Совета улемов и представителей общин, сохранивших юрисдикцию ЦДУМ. На этом пленуме съезд был объявлен незаконным, поскольку в его работе участвовало лишь 60 делегатов, причем ни один из членов Президиума ЦДУМ на съезде не присутствовал.

В обращении ЦДУМ, утвержденном пленумом, было сказано, что Т. Таджуддин по-прежнему остается муфтием и продолжает исполнять свои обязанности по руководству ЦДУМ.

Для координации деятельности многочисленных духовных управлений по инициативе ДУМ Татарстана и Башкортостана  в 1992 г. был создан Высший координационный  центр духовных управлений мусульман  России (ВКЦ ДУМР). В него вошли  духовные управления Башкортостана, Татарстана. Поволжья. Сибири, Ульяновской области, Оренбуржья, Чувашии, Коми, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Ставрополья, Ингушетии, Северной Осетии - Алании, Адыгеи, Краснодарского края. Украины. Белоруссии.

В уставе ВКЦ говорится, что  Центр “является объединяющим звеном самостоятельных духовных управлений мусульман, созданных с целью  консолидации мусульманских центров  Российской Федерации, координации  их деятельности по распространению  исламской веры, достижения единого  толкования норм шариата, подготовки концепций  и выработки решений по наиболее сложным проблемам современности, содействия в организации паломничества, направления на учебу в зарубежные исламские учебные заведения”.

Несмотря на призывы ВКЦ  к объединению всех мусульман  в России, многие имамы отказались поддержать его, в их числе - имам Московской соборной мечети Р. Гайвутдин, имам Нижнего Новгорода Ю. Г Идрисов и др. Признавая целесообразность перестройки прежней системы мусульманских организаций, Р. Гайвутдин и его сторонники видят в ВКЦ лишь еще один фактор раскола мусульманской общины.