Маргиналы: кто они?Их влияние на социокультурное развитие Кыргызстана

Маргиналы: кто они? Их влияние на социокультурное развитие Кыргызстана

                               

 

 

Содержание

                              

Введение

1.     Понятие  «маргинальность»

2.     Роль маргиналов в формировании социальной структуры

кыргызского общества

3.    Пути  решения проблемы маргинальности в обществе

 

 

 

 

 

Заключение

 

Список литературы

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

                              

Понятие маргинальности служит для обозначения пограничности, периферийности или промежуточности по отношению к каким либо социальным общностям(национальным, классовым, культурным).

Маргинальный  человек (от лат.Margo – край) – человек, находящийся на границе различных социальных групп, систем, культур; и - испытывающий влияние их противоречащих друг другу норм, ценностей и т.д.

Маргинал, просто говоря,—  «промежуточный» человек. Маргинальность (поздне лат.marginalis - находящийся на краю) - социологическое понятие, обозначающее промежуточность, "пограничность" положения человека между какими-либо социальными группами, что накладывает определенный отпечаток на его психику.

Классическая, так сказать, эталонная фигура маргинала —  человек, пришедший из села в город в поисках работы: уже не крестьянин, еще не рабочий; нормы деревенской субкультуры уже подорваны, городская субкультура еще не усвоена.

Главный признак маргинализации — разрыв социальных связей, причем в «классическом» случае последовательно рвутся экономические, социальные и духовные связи. При включении маргинала в новую социальную общность эти связи и в той же последовательности и устанавливаются, причем установление социальных и духовных связей как, правило, сильно отстает от установления связей экономических.  Тот же самый мигрант, став рабочим и приспособившись к новым условиям, еще длительное время не может слиться с новой средой.

В отличии от «классической» возможна и обратная последовательность маргинализации. Объективно все еще оставаясь в рамках данного класса, человек теряет его субъективные признаки, психологически деклассируется. Ведь деклассирование — понятие, прежде всего социально-психологическое, хотя и имеющее под собой экономические причины. Воздействие этих причин не является прямым и немедленным: объективно выброшенный за пределы пролетариата безработный на Западе не станет люмпеном, пока сохраняет психологию класса и прежде всего, его трудовую мораль. У нас в стране нет безработицы, но есть деклассированные представители рабочих, колхозников интеллигенции, управленческого аппарата. В чем их выделяющий признак? Прежде  всего —   в отсутствии своего рода профессионального кодекса чести. Профессионал не унизится до плохого выполнения своего дела. Даже при отсутствии материальных стимулов настоящий рабочий не сможет работать плохо — скорее он откажется работать вообще! Физическая невозможность халтурить отличает кадрового

рабочего-профессионала (так  же как и крестьянина, и интеллигента) от деклассированного бракодела и летуна. В данной работе будет рассмотрена роль маргиналов в формировании социальной структуры общества.

    

 

1. Понятие «маргинальность»

 

 

Понятия "маргинальность", "маргиналы" пришли из социологии и политологии. Они были введены в науку американским социологом Р. Парком в 1928 г. и использовались сначала для обозначения вполне конкретной этнокультурной ситуации при характеристике "личности на рубеже культур".

Маргинальность в ее типичной форме – это утрата объективной  принадлежности к тому или иному классу, сословию, группе без последующего вхождения в другую подобную общность. Главным признаком маргинальности служит разрыв связей (социальных, культурных, поселенческих) с прежней средой. Постепенно значение термина "маргинальность" стало расширяться и ныне оно служит для обозначения

пограничности, периферийности или промежуточности по отношению к любым социальным общностям. Классический тип маргинала – вчерашний крестьянин в городе – уже не крестьянин и еще не рабочий. При классическом (позитивном) варианте маргинальность постепенно преодолевается путем включения маргиналов в новую среду и приобретения новых черт. Другой вариант маргинализации (негативный) состоит в том, что состояние переходности и периферийности консервируется и сохраняется надолго, а маргиналы несут в себе черты деклассированного, люмпенского, паразитического поведения. Такого рода маргинальность объявлялась результатом вертикальной мобильности с отрицательным знаком, т.е. последствием перемещений сверху вниз, нисходящей мобильности. Следует также учитывать, что в социологии разработано понятие типов общества: открытые, закрытые и переходного типа. Считается, что в открытых обществах мобильность высокая, и в них преобладает прогрессивное,

восходящее движение, а  маргинальность носит преходящий, временный характер. В

обществах закрытого типа мобильность низка. Наиболее же высоки степень и масштабы мобильности, а, следовательно, и маргинальности, в обществах переходного типа – от закрытого к открытому. В таких обществах на многие годы маргинальность становится одной из базовых характеристик перемещений внутри общества. Применительно к целям и задачам исторического анализа необходимо учитывать следующие моменты. Во всяком обществе, в том числе и кыргызском, накануне и после революции в силу объективных и субъективных причин существовали и воспроизводились маргинальные группы. Маргинальность может быть естественной и искусственно создаваемой и поддерживаемой. О естественной маргинальности следует говорить применительно к процессам экономического, социального или культурного характера, в силу которых во всяком обществе имеется свое "дно" в виде разорившихся и опустившихся элементов и групп, а также антисоциальных элементов – тех, кого отвергает само общество. Иначе говоря, во всяком обществе, открытом или закрытом, стабильном или переходном имеются периферийные группы с относительно схожими источниками формирования, обликом и психологией. Различным может быть только удельный вес этих групп. Другое дело, если в обществе процесс переструктурирования затягивается, а маргинальность становится чрезмерно массовым и долговременным социальным явлением. В этом случае маргиналы приобретают черты социальной устойчивости, "зависают" на изломах социальных структур. Это происходит, как правило, в результате сознательно проводимой властью политики искусственной маргинализации, то есть перевода в периферийное, дискриминационное или ограничительное положение сотен тысяч и даже миллионов людей. Например, еще в дореволюционном обществе проводилась осознанная политика маргинализации в отношении политических противников режима (революционеров), а также тех, кто подвергался дискриминациям и ограничениям по национальным или религиозным признакам. Однако в послереволюционном обществе искусственная маргинализация коснулась целых категорий и групп населения. Шло разделение общества на противников и сторонников режима. Возникали и искусственно поддерживались

режимом такие группы, которые  ранее не существовали. Так, спецпереселенцы  не имели аналогов в дореволюционном обществе, а просуществовали в сталинском с 1930 по 1955 гг., то есть четверть века. Никогда ранее не было такой труппы, как тылоополченцы – дети "лишенцев", достигшие призывного возраста и призываемые не в регулярные части Красной Армии, а в тыловое ополчение – аналог будущего стройбата. Группа существовала с 1930 по 1937 год. Таким образом, искусственная маргинализация приобрела в сталинском обществе колоссальные, катастрофические размеры и стала органическим сопутствующим элементом репрессий и одним из способов решения политических и даже экономических проблем (создание системы принудительного труда).

К сожалению, тема "Маргинальность и маргинальные группы" применительно к

нашему  обществу века недостаточно разработана.

Следует прежде всего выделить работы социологов, в которые рассматривал

проблемы теории и отчасти  истории России маргиналов первой половины ХХ века. Наиболее полно и квалифицированно теория вопроса вместе с экскурсами в российскую историю изложена в публикациях Е. Старикова. Ему принадлежит приоритет в постановке этой проблемы как исследовательской и важнейшей для понимания изменений в социальной структуре  общества в нынешнем веке. Он же поставил вопрос о глубине и масштабах процессов рефеодализации послереволюционного общества. Так, Е. Стариковым сформулирована гипотеза о том, что при разрушении традиционного общества, если новые структуры не сумеют быстро сконсолидироваться, то обломки традиционного общества отструктурируются раньше, а вновь возникшая социальная система окажется на порядок ниже разрушенной, то есть более архаичной. И это касается всех элементов структуры. Он же первым среди отечественных обществоведов выдвинул

гипотезу о воссоздании  после революций 1917 года в России сословной модели общества, хотя и в новом, советском обличии.

В подобном же русле написаны работы М. Восленского, посвященные рассмотрению становления и развития номенклатуры как особого слоя. Восленский прямо

утверждает, что номенклатура – продукт деклассированного  общества и номенклатура сама по сути является маргинальной группой. Ряд отечественных исследователей (Н. Иванова, В. Жир омская и др.), анализируя соцструктуру начала века и послереволюционных лет, также приходят к выводам о том, что при описании модели структурных изменений и сдвигов без учета процессов массовой маргинализации понять характер изменений социальной структуры невозможно. И. Павловой поставлен вопрос о роли сталинских репрессий в социальном преобразовании советского общества. Исходя из масштабов и последствий государственных репрессий, которыми оказалась напрямую затронута треть дееспособного населения и с учетом того, что значительные группы общества обеспечивали деятельность карательной машины, исследователь делает вывод о

насильственной криминализации и люмпенизации советского общества.

Среди западных исследователей проблемы следует выделить переведенные и

оригинальные работы Ш. Фитцпатрик, где ставятся проблемы связей рефеодализации и маргинальности с состоянием общества и сталинской политикой. В частности, ею уделено особое внимание осуществлению сталинским режимом социальной политики насильственного переструктурирования общества путем использования прежней феодальной практики "приписывания" тех или иных групп к разряду "своих" или "чужих". При оценке тенденций изменения социальной структуры постреволюционного общества она убедительно доказывает несоответствие марксистских доктринальных установок о классовом характере общества реальной практике, воспроизводившей сословную иерархическую систему отношений.

В рамках изучения отдельных  маргинальных групп следует отметить появление

первых исследовательских  работ, посвященных "лишенцам" (А. Добкин, М. Саламатова, Т. Славко, спецпереселенцам (В. Земсков, Н. Ивницкий, В. Данилов и др.), заключенным (В. Земсков, А. Гетти, Г. Риттерспорн, В. Попов и др.). Для указанных публикаций характерно то, что в них центральное место отводится анализу политики большевистского режима в отношении маргинальных групп. Отмечены и такие параметры, как численность: состав, территориальное размещение указанных групп. Вместе с тем социокультурные характеристики (облик) данных групп до сих пор остается еще на периферии исследовательских интересов. Что касается таких категорий, как тылоополченцы и ссыльные, то в настоящее время о них имеется лишь несколько публикаций автора книги.

    

    

 

 

2. Роль маргиналов в формировании социальной структуры 

                                  кыргызского общества

 

Кыргызы являются титульным этносом в стране, но если посмотреть, то они в большей степени доминируют в политическом отношении. В экономическом же и социальном плане в основной своей массе остаются маргиналами.

Как это понимать? Объяснение очень простое. Средняя материальная обеспеченность кыргыза невыгодно отличается от видимого среднего достатка представителя национальных меньшинств. Подобное соотношение и создает почву для социально-бытовых конфликтов и где–то влияет на социальные настроения. Ведь что такое революция? Например, два века назад во Франции буржуазия приобрела экономическую власть, но не имела политической. Революция и привела все в соответствие.  

Можно увидеть и корни  конфликта на юге. В экономическом  плане так получилось, что в  южных регионах доминируют узбеки, а кыргызы – только в политическом. Это связано с менталитетом, который определяется укладом жизни. Кыргызы известны своим кочевым прошлым, а узбеки – народ несколько веков ведущие оседлый образ жизни. Дело в том, что у кыргызов  в общем-то доходы не намного отличаются от других этносов. Просто обычная кыргызская семья имеет намного больше расходов, причем непроизводительных. Они не вкладывают в развитие. Растранжиривание имеющихся ресурсов стало чем то вроде национальной традиции, и этот процесс, стоит подчеркнуть, в определенной степени сакрализован, тоесть, освящен «обычаям предков», которые каждый якобы обязан свято соблюдать. 

 

Нужно вкладываться на многочисленные тои, поминки, похороны, свадьбы и  прочие коллективные мероприятия. Той - это своего рода жратвоприношение. Откуда же появилась эта привычка - транжирить ресурсы?

Свадьбы и похороны не так  часто бывают, но никак нельзя обочтись без поминок, праздников в честь  рождения детей, круговых шерине – просто посиделок сородичей.

 

Ведение кочевого хозяйства  к концу 19 века достигло  своего предела  с точки зрения продуктивности пастбищ. Если год расплода скота был удачным, то, что делать с излишком. Продать – сложно. Их невозможно было куда-то  вложить, а кормить надо было. Причем растительная масса на пастбище ограничена. Поэтому излишки надо было как то утилизовать, то есть съесть.  Вот и сформировалась традиция коллективного не скучного время провождения за бешбармаком, дабы  излишки баранов не уничтожили запасы кормов. Тем более, что зимой скотоводам особо делать было нечего.

И вот этот присваивающий  натуральный вид хозяйства, ограниченная кормовая база не позволяли делать расширенного воспроизводства. Отсюда и сформировалась привычка утилизовать дополнительные ресурсы, она сохранилась и сакрализовалась.  Сто лет назад по-другому и невозможно было жить. И даже когда народ перешел во времена советской власти к земледелию,  промышленности и сфере услуг,  то привычка осталась как особая черта менталитета кыргызов. Если земледелец, к примеру, русский или узбек, излишки урожая не проедал, а пускал на воспроизводство, то кыргыз в своей основной массе так и не  научился накапливать и инвестировать.

Общинный («колхозный») характер пирушек также способствовал  расточительности.  Как ни странно, но расточительности способствовала бедность. Расточительность – это попытка  доказать себе и окружающим, что  ты не беден. Богатый человек не нуждается  в таких «доказательствах», он и  окружающие и так знают, что он богат. Все это приводит к соревнованию расточительностью. Каждый пытается перещеголять другого. У соседних народов кыргызы с легкостью усваивали именно «затратные технологии»: алкогольные возлияния, каменные надгробия, металлические ограды на могилах и т.д.

А что теперь делать?  Наверное, нужно думать как вкладывать имеющиеся ресурсы в развитие а не на потребление. Если этого не произойдет, то титульный этнос может утратить, не только экономическое, но и политическое доминирование.      

 

Социальную трансформацию  общества сегодня характеризуют  не только появление ранее не существовавших страт в системе стратификации - прежде всего класса крупных и средних собственников, слоя "новых бедных", маргиналов, безработных, но и соответствующая адаптация этих слоев ко вновь возникающим статусно-ролевым функциям, переориентация социальной и личной идентичности.

Акцент в разные годы делался  на различных аспектах структурного неравенства, на его углублении, на социальной поляризации и маргинализации общества, на интеграции и дезинтеграции социального пространства; на проблемах формирования среднего класса; властных отношениях; автономии труда в социально-производственных структурах. Чтобы составить достаточно полное представление о процессах, происходящих в социально-структурной сфере кыргызского общества, надо рассмотреть тенденции и масштабы формирования различных социальных элементов, социальных общностей, динамика которых детерминирована качественными изменениями в отношениях собственности, власти, в уровне доходов различных социальных групп и слоев, законами структурной перестройки хозяйства и занятости населения. Известно, что определенная часть занятого населения в результате отраслевых сдвигов в экономике страны, кризиса, затронувшего группы производств, осталась вне сферы занятости, приобрела статус безработных. На сегодня это 42% активного населения Кыргызстана. Появление этого слоя существенно влияет вообще на качество жизни всего населения. Но в то же время, изменив статус занятости, эта часть населения сформировала черты групповой определенности со своими ценностно-нормативными установками, структурой потребления, качеством и образом жизни, идентификационными предпочтениями и жизненными ценностями.

Таким образом, произошла  реализация целого комплекса новых  социально- групповых процессов, становление феномена группового сознания и групповой консолидации и интеграции. Специфика кыргызского общества, кроме прочего, состоит в том, что процесс глобализации накладывается на противоречивый процесс трансформации, сопровождающийся углублением социального неравенства и маргинализацией значительной части населения. Проблема углубления социального неравенства в мировой литературе получила название "бразилификации". Рост маргинальных слоев (по образному выражению Д. Коупленда, "поколения икс") наблюдается и в кыргызском обществе.

Трансформация кыргызского общества с неизбежностью повлекла за собой не только изменения в социальной структуре, но и остро поставила перед традиционными общностями вопрос об осознании индивидуальной и групповой социальной идентичности, интеграции и дезинтеграции, месте в социальной иерархии, солидарности, уровне сплоченности, системе ценностей.

Маргинальность переживает сейчас весьма своеобразный момент: продолжая причислять к ее жертвам все нежелательные элементы, общество ощущает, как подрываются изнутри его глубинные устои, основательно расшатанные экономическими процессами. В тираж выходят теперь не только чужие, но и самые что ни на есть свои - те, кто поражен поселившемся в нашем обществе раком. Отверженность выступает как продукт распада общества, пораженного кризисом. Слово «маргинал» постепенно выходит из употребления, так как мужчины и женщины, живущие, не сами делают это выбор - они незаметно вытесняются в это состояние, так и не приобщившись явным образом ни к одной из традиционных категорий отверженности. Будучи, возможно, слабее других (хотя это следовало бы еще доказать), они остаются на  обочине дороги, по которой продолжает движение таранная когорта удержавшихся в седле, безразличных к тому, как отстают и падают маргиналы.

Маргинал отныне не какой-то чужак или прокаженный. Он схож со всеми, идентичен им и в то же время он калека среди себе подобных - человек с усеченными корнями, рассеченный на куски в самом сердце родной культуры, родной среды.

Маргиналы - обозначение  личностей и групп, находящихся  на «окраинах», на «обочинах» или попросту за рамками характерных для данного общества основных структурных подразделений или господствующих социокультурных норм и традиций. Ученые обратили  внимание на то, что в ситуации маргиналов находится значительная и притом весьма активная часть американского общества (этнические и религиозные меньшинства, представители нетривиально мыслящей художественной и научной интеллигенции и др.). Было также замечено, что «маргинальные» не только ограничены в своих статусных позициях, но и подчас оказываются не в силах реализовать творческие возможности и тем самым обогатить общество и материально и духовно.

Маргинальная ситуация возникает  на рубежах несхожих форм социокультурного

опыта, всегда бывает весьма напряженной и по-разному реализуется  на практике. Она может быть источником неврозов, деморализации, индивидуальных и групповых форм протеста. Но оно же бывает источником нового восприятия и осмысления Вселенной и общества, нетривиальных форм интеллектуального, художественного и религиозного творчества.  Ретроспективный взгляд на историю мировой культуры показывает, что многие обновляющие тенденции в духовной истории человечества (мировые религии, великие философские системы и научные концепции, новые формы художественного отображения мира) во многом обязаны своим возникновением именно маргинальным личностям и социокультурным средам. Технологические, социальные и культурные сдвиги последних десятилетий придали проблеме маргинальности качественно новые очертания. Урбанизация, массовые миграции, интенсивное взаимодействия между носителями разнородных этноокультурных и религиозных традиций, размывание вековых культурных барьеров, влияние на население средств массовой коммуникации - все это привело к тому, что маргинальный статус стал в современном мире не столько исключением, сколько нормой существования миллионов и миллионов людей.

На данном этапе развития Кыргызстана выявилось, что стало уже невозможно выражать и отстаивать, используя интересы этих огромных людских масс и вставших на их сторону интеллигентов, привычные формы социального управления (гос.институты, политические партии и т.д). Именно с 2004г. и этот период в мире начался бурный процесс становления так называемых «неформальных» общественных движений - просветительских, экологических, правозащитных, культурных, религиозных, земляческих, благотворительных и др.,- движений, смысл которых во многом связан с подключением к современной общественной жизни именно маргинализированных  групп.

 

3.Пути решения проблемы маргинальности в обществе

 

Пути решения  проблемы маргинальности в обществе должен основываться на том, что маргинальность должна рассматриваться  прежде всего,  как объект контроля и управления на общегосударственном уровне. Полное решение этой проблемы  с выходом страны из кризиса и стабилизацией общественной жизни, формированием устойчивых функционирующих структур, что реально делает эту перспективу отдаленной. Однако выявляется необходимость и потенциальные возможности решения проблемы маргинальности с помощью целенаправленного управленческого воздействия на различные группы факторов, детерминирующих это явление, и на конкретных, локальных уровнях.

По существу проблема стабилизации маргинальности в общественной жизни сводится к двум проблемам, имеющим свой круг задач:

 задачи государственной  системы социальной поддержки  групп и индивидов, маргинальных  по своим природным и социально  демографическим признакам (инвалиды, нетрудоспособные, лица пенсионного  возраста, молодежь и т.п.);

задачи создания и совершенствования  государством адекватной  современным  требованиям системы каналов (институтов) социальной мобильности, способствующей укреплению положительного  направления  и трансформации маргинальных групп  и индивидов в средний слой.

В этой связи, исходя из двухуровневого характера маргинальности в современных условиях, необходимо выделить два основных направления и уровни решения проблемы:

• на государственном уровне – разработка стратегических направлений и основ, включающих  создание правовых и экономических условий для нормального развития предпринимательства, частной практики;
• создание фондов переподготовки кадров разработка концепции реадаптации занятого населения; на локальных уровнях -  конкретные выводы и рекомендации, определяющие пути, направления и меры работы  с социально-профессиональными группами для различных админисративных уровней и звеньев управления.

Практика государственной  формы социальной защиты населения  Кыргызстана настоящее время  носит, как правило, характер, «пожарных  мер», т.е ждут пока не возникнет проблема. Отсюда следует необходимость повышения разработки и обоснованности  отраслевых программ по социальной защите  населения.

Развитые капиталистические страны в области государственного регулирования социальными процессами имеют немало интересного и положительного опыта. Например, возьмем опыт Швеции, заключающийся в проведении активных мер в области занятости населения. Эти активные меры включают в себя: профессиональную подготовку и переобучение лиц, оказавшихся безработными или тех, кому грозит безработица; создание новых рабочих мест,  в основном государственном секторе  экономики; обеспечение географической мобильности населения и рабочей силы путем представления субсидий и кредиторов на вакантные места; информационное обеспечение населения о вакантных местах по регионам страны, по профессиям уровню квалификации, предоставление каждому ищущему работу  возможностями связаться с предприятием, где есть рабочие места; поощрение развития предпринимательства путем предоставления субсидий и кредитов.

Существенными элементами в  решении проблем рынка рабочей  силы является развитие  законодательства в области трудовых ресурсов, разработка программ  по региональному размещению  и государственной поддержке малых предприятий.

В заключении необходимо сказать, что изучение процессов маргинализации и позиций маргинальных групп в новых условиях позволит, во-первых, прогнозировать развитие социальной структуры, который чреват  не только усилием общественной нестабильности, но и другими серьезными последствиями.                      

 

 

 

Заключение

 

 

Маргинальность - это не состояние  автономии, а результат конфликта  с общепринятыми нормами, выражение специфических отношений с существующим общественным строем. Маргинальность не возникает вне резкого реального или вымышленного столкновения с окружающим миром.

Уход в маргинальность предполагает два совершенно различных маршрута:

- либо разрыв всех традиционных  связей и создание своего собственного,

совершенно иного мира;

- либо постепенное вытеснение (или насильственный выброс) за  пределы законности.

В любом варианте, будь то результат «свободного» выбора или  же следствие процесса расслоения, который провоцируется напуганным обществом, маргинал обозначает не изнанку мира, а как бы его омуты, теневые стороны. Общество выставляет отверженных напоказ, дабы подкрепить свой собственный мир, тот, который считается «нормальным» и светлым. Наличие значимых маргинальных слоев становится серьезной угрозой для общественной морали, социального развития страны.

    

    

      

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                     Список литературы           

 

 

1. Пужоль К. Центрально-Азиатское пространство и время: между разрывом и непрерывностью//Общественное мнение. Права человека.—2001.—№1 -С.60-63.

 

2. Турусбеков Б. Самострелы. – Вечерний Бишкек, 27.0.3.98.

 

 

3. Гобино Ж.А. Опыт о неравенстве человеческих рас. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2000.

 

4. Социальная стратификация российского общества. Ред. д.филос.н., проф.

 

 

5. Голенкова З.Т. "Летний сад" Москва 2003

 

6. Петров Д.В. «Использование понятий маргинальности и лиминальности в

исследовании молодежных субкультур» // Петров Д.В. Молодежные субкультуры -

Саратов, 1996

 

7. Рожанский М. «Маргинальная Россия» // Дружба народов -1998-№2

 

8. Дахин В. «Государство и маргинализация» // Свободноая мысль 1997 - №4