Проблема чедлвека в конфуцианстве. Человек и природа в чань-буддизме

Проблема человека в конфуцианстве. Человек и природа в чань-буддизме

 

  Содержание

 

Введение 

 

Конфуцианство как этико-политическое и религиозно-философское учение

 

Место человека в конфуцианстве 

 

Глава 1. Конфуций о человеке

 

§1 Человек 

 

§2 Конфуцианские начала, знание

 

§3 Ритуал и воспитание

 

§4 Низкий человек и благородный  муж 

 

§5 Достойный правитель 

 

§6 Гуманность Конфуция

 

Глава 2. Позднее конфуцианство  о человеке

 

§1 Толкование человеческой природы Мэн-цзы и Сунь-цзы 

 

§2 Позднее конфуцианство 

 

1. Хань Юй 

 

2. Чжу Си 

 

3. Ван Янмин 

 

§3 Современное конфуцианство  Чэнь Юланя 

 

1. Чань-буддизм 

 

2. Учение о человеке  в Чань-буддизме 

 

§1 Человек Хуэйнена

 

1. Учение о Едином 

 

2. Истина 

 

3. Просветление 

 

§2 Учение Чань в искусстве 

 

1. Человек и природа 

 

Заключение 

 

Список литературы

 

 

 

Введение 

 

Что такое человек? Какова природа человека? В чем драма  человеческих отношений и человеческого  существования? От чего зависят смысл  и ценность человеческой жизни? Подобного  рода вопросы ставятся в философских  текстах разных эпох. Человек –  уникальное творение Вселенной. Ни современная  наука, ни философия, ни религия не могут  в полной мере выявить тайну человека. Философы приходят к выводу, что  человеческая натура проявляется в  различных качествах (разумность, гуманность, доброта, способность любить и др.) , но одно из них является главным. Выявить  эту черту означает постичь сущность человека. Какое качество можно считать  специфическим человеческим? Есть ли вообще в человеке какое-то внутреннее устойчивое ядро? Философы отвечают на эти вопросы по-разному. Многое зависит  от общей мировоззренческой установки, то есть оттого, что данное философское  направление выдвигает в качестве высшей ценности. Конкретные позиции  обуславливаются, в частности, и  тем, как рассматривается человек  – “извне” или “изнутри” . Изучение человека “извне” предполагает осмысление его отношений с природой (космосом) , обществом, богом и самим собой. Приобщение к тайне человека “изнутри”  сопряжено с постижением его  телесного, эмоционального, нравственного  и духовного бытия. Но правомерно ли искать проблему человеческого бытия  в художественных и философских  памятниках Востока. Так, создание “Книги Песен” (“Ши цзин” ) относится к  временам, когда в Китае философские  школы еще не сложились, и впоследствии ее использовали в своих учениях  не только конфуцианская, но и другие школы, которые часто искажали первоначальный смысл. Оригинальный текст “Книги истории” , или “Книги документов” (“Шу цзин” ) вообще не сохранился до наших времен. Он был изменен в значительной степени как Конфуцием, так и  его последователями. Китайское  произведение “Лунь юй” (“Беседы  и высказывания” ) является единственным произведением китайской классической литературы, которая более или  менее непосредственно передает взгляды Конфуция. Но это лишь одна сторона проблемы. Западному читателю, не знакомому с языком Китая, сложно понять не только иносказательный смысл  написанного, но, иногда, и прямой и, казалось бы, очевидный. Для этого  нужно также знать культуру древнего Китая, его обычаи и предфилософию. И, наконец, трудность представляет то, что в сохранившихся до наших  дней произведениях человек Китая  “растворен” в космосе, един с  ним и неотделим от него. Все  это делает затруднительным постижение природы и смысла человека в понимании  древнекитайских философов.

 

Целью данной работы является изучение проблемы человека в религиях Востока, в частности в Конфуцианстве  и в чань-буддизме, по работам  различных современных авторов (историков, философов) , обобщение разрозненного  и, порой, противоречивого материала  и создание стройной системы знаний и положений, определяющих место  человека во Вселенной.

 

Конфуцианство как этико-политическое и религиозно-философское учение

 

Конфуцианство – одно из ведущих идейных течений в  древнем Китае. В ряде публикаций дается “компромиссное” определение  конфуцианства одновременно как  религии и как этико-политического  учения. Конфуций - создатель нравственно- религиозного учения – оставил глубочайший  след в развитии духовной культуры Китая, во всех сферах его общественной жизни – политической, экономической, социальной, моральной, в искусстве  и религии. По определению Л. С. Васильева: “Не будучи религией в полном смысле этого слова, конфуцианство стало  большим нежели, чем просто религия. Конфуцианство – это также  и политика, и административная система, и верховный регулятор экономических  и социальных процессов, - словом, основа всего китайского образа жизни, принцип  организации китайского общества, квинтэссенция  китайской цивилизации” . По своему миропониманию, способу объяснения мира и места человека (“цивилизованного” , а не “варвара” ) в этом мире конфуцианство  выступает скорее в этико-политическом, чем в религиозном плане.

 

Конфуций основал свою школу в 50 лет. У него было много  учеников. Они записали мысли как  своего учителя, так и свои. Так  возникло главное конфуцианское  сочинение “Лунь юй” (“Беседы  и высказывания” ) – произведение совершенно несистематическое и  часто противоречивое, сборник в  основном нравственных поучений, в  котором, по мнению некоторых авторов, очень трудно увидеть философское  сочинение. Эту книгу всякий образованный китаец учил наизусть еще в детстве, ею он руководствовался всю жизнь. Основная задача Конфуция – гармонизировать  жизнь государства, общества, семьи, человека. В центре внимания конфуцианства  взаимоотношения между людьми, проблемы воспитания. Конфуций не доволен существующим, однако его идеалы не в будущем, а  в прошлом. Человек обращен лицом  к прошлому, к будущему же повернут спиною. Древность постоянно присутствует в настоящем. Будущее не привлекает слишком большого внимания – ведь время движется по кругу; и все  возвращается к своему истоку. Кульминация  конфуцианского культа прошлого –  “исправление имен” (“чжэн мин” ) . Конфуций признавал, что “все течет” и что “время бежит, не останавливаясь” . Поэтому конфуцианское “исправление имен” означало не приведение общественного  сознания в соответствие с изменяющимся общественным бытием, а попытку привести вещи в соответствие с их былым  значением. Поэтому Конфуций учил. Что  государь должен быть государем, сановник – сановником, отец – отцом и  сын – сыном не по имени, а реально, на самом деле. Идеализируя древность, Конфуций рационализирует учение о  нравственности – конфуцианскую  этику. Она опирается на такие  понятия, как “взаимность” , “золотая середина” , “человеколюбие” , составляющие в целом “правильный путь” - дао.

 

В своем учении Конфуций основывался  на традиционных китайских взглядах на устройство мира. По представлениям древних китайцев, человек возникает  после того, как изначальный эфир (или пневма, “ци” ) делится на 2 начала: Инь и Ян, Свет и Тьму. Своим  появлением он как бы призван преодолеть эту расколотость мира, ибо объединяет в себе темное и светлое, мужское  и женское, активное и пассивное, твердость и мягкость, покой и  движение.

 

Место человека в конфуцианстве 

 

Глава 1. Конфуций о человеке

 

§1. Человек 

 

Древнекитайский мыслитель  Кун-цзы (Конфуций – 551 – 479 до н.э.) жил  в эпоху, когда вопросы стабильности государства вышли на первый план. Как правильно управлять государством, чтобы сохранить в нём неизменный порядок - вот что волнует Конфуция в первую очередь. Человек интересует его не сам по себе, а как часть  иерархии, где он занимает определенное место. Поэтому учение о человеке неотделимо от учения об управлении государством. Цель конфуцианского учения о человеке – показать, как должен вести  себя человек в различных ситуациях, т.е. учение имеет ярко выраженную практическую направленность, а теоретический  аспект является подчиненным: обосновать вечность и неизменность рекомендуемых  правил поведения и отношений  между людьми. Достаточно познакомиться  с произведением “Лунь-юй” (Беседы и высказывания) , которое все  исследователи считают наиболее достоверным выражением взглядов Конфуция, чтобы убедиться, что для него нет проблемы человека, а есть набор  практических советов, которые подает учитель (цзы) Кун.

 

Мировоззренческую основу учения о человеке Конфуций не обсуждает. Кун-цзы  предлагает свои рекомендации, исходя из традиционных китайских взглядов на устройство мира. Из контекста его  высказываний становится понятно, что  человека он рассматривает как особый предмет природы, подчиняющийся  ей, но и умеющий ей противостоять. Это объясняется срединным положением человека относительно Неба и Земли: с одной стороны, человек вписывается  в мироздание, составляя с ним  единое целое и, выступая связующим  звеном между Небом и Землей, а  с другой – человек занимает в  мироздании уникальное место, позволяющее  ему соотнести себя как с Небом, так и с Землей. Традиционные для  китайских мировоззренческих систем категории – дао (истинный путь) и дэ (одаренность) – также используются в “Лунь-юй” без обсуждения и  дополнительных комментариев. Вообще Конфуций предпочитал не занимался  вопросами мироздания и мировоззрения, в частности, отказывался высказываться  о духах, сосредоточившись на учении о правильном поведении.

 

Обсуждать вопрос о природе  человека, как свидетельствует “Лунь-юй” , Конфуций избегал, ограничившись расплывчатым высказыванием: “По своей природе (люди) близки друг другу; по своим привычкам (люди) далеки друг от друга” .

 

§2. Конфуцианские начала, знание

 

Конфуций четко разграничивает людей, обладающих различным социальным статусом в зависимости от моральных  качеств, которым он приписывает  надчеловеческое, вселенское значение и тем самым утверждает неизбежность и незыблемость социального расслоения. По его мнению, небо следит за справедливостью на земле, стоит на страже социального неравенства.

 

Моральные качества составляют 5 взаимосвязанных начал, или постоянств: “жэнь” – гуманность, человеколюбие; “синь” - искренность, прямота, доверие; “и” – долг, справедливость; “ли” – ритуал, этикет; “чжи” – ум, знание.

 

Основа человеколюбия  – “жень” – “почтительность  к родителям и уважительность к старшим братьям” , “взаимность” или “забота о людях” - основная заповедь конфуцианства. “Не делай  другим того, чего не желаешь себе” .

 

Конфуций обращается к  доверию (Синь) как к политической и нравственной категории. “Управляя  царством, имеющим 1000 боевых колесниц, следует серьезно относиться к делу и опираться на доверие, соблюдать  экономию в расходах и заботиться о людях; использовать народ в  соответствующее время. Идею Доверия  он проводит сквозь все свое учение.

 

Все эти начала опираются  на знания в конфуцианском смысле. Имеются в виду не теоретические  знания, а знания правил поведения  с обязательным применением их на практике. Конфуцианское учение о  знании подчинено социальной проблематике. Знать – “значит знать людей” . Познание природы его не интересует. Его вполне удовлетворяет то практическое знание, которым обладают те, кто  непосредственно общается с природой – земледельцы, ремесленники. Конфуций допускал врожденное знание. Но оно  редко: “Те, кто обладает врожденным знанием, стоят выше всех, а за ними следуют те, кто приобрел знание благодаря учению” . Учение у Конфуция должно обязательно дополняться  размышлением. Отсюда вытекает, что  отождествлять конфуцианскую ученость с книжной премудростью не совсем справедливо. Хотя в конфуцианстве  авторитет мудрецов древности и  изложенного ими учения был всегда высок, на первый план выходит правильное поведение, а не знание само по себе. Ценность знания в том, чтобы способствовать правильному поведению.

 

§3. Ритуал и воспитание

 

Применяются конфуцианские  знания по правилам этикета, без которых  их использование не будет “правильным” , а человеческое поведение окажется нерегулируемым. Задача воспроизведения  норм возлагается на самого человека: “Сдерживать себя, с тем чтобы  во всем соответствовать требованиям  ритуала, - это и есть человеколюбие…Осуществление  человеколюбия зависит от самого человека, разве оно зависит от других людей?” Так гуманность связывается  с ритуалом, причем человек должен приложить определенные усилия, чтобы  преодолеть себя, включиться в систему  отношений, регулируемых правилами  этикета, и добиться того, чтобы дальше проявлять себя наилучшим образом без дополнительных усилий, то есть стать “благородным мужем” (Цзюнь-цзы) .

 

Все это указывает на необходимость  воспитания, предусматривающего деятельное участие в нем самого человека, его стремление стать воспитанным. Но это не означает отказа от ответственности. Скорее речь идет об уравновешенности того и другого, ибо естественность обеспечивает проявление искренности: “После того как воспитанность и  естественность в человеке уравновесят  друг друга, он становится благородным  мужем” .

 

Таким образом, создавая концепцию  ритуальной формы организации общества, Конфуций выводит ритуал из предфилософской  мировоззренческой традиции. Он берет  из Ритуала все лучшее и приспосабливает  его к условиям классового общества. Ритуал как слово, музыка и движение становиться у Конфуция главным  способом теоретического и практического  воплощения своих идей среди верхов и низов.

 

Осуществляя ритуализацию политики, нравственности, семейных отношений, Конфуций замечает еще одну силу, способствующую успеху Ритуала, - культ предков. Их имеет каждый из живущих людей. Семейные узы самые крепкие и искренние  среди всех прочих отношений. Конфуций и здесь стремиться осуществить  ритуализацию, находя в почитании  предков как основы политических устоев, так и морали.

 

§4. Низкий человек и благородный  муж 

 

Как же увязываются между  собой положения Конфуция о близости людей к природе, о необходимости  определенных действий, чтобы стать  благородным мужем, и социальной иерархией в зависимости от моральных  качеств? Логично допустить, что  каждый человек способен стать благородным  мужем. Но как тогда быть с неизменным социальным расслоением?

 

Дело в том, что природа  человека в китайской традиции включает в себя как бы два уровня: врожденные качества и способность к самосовершенствованию. Человеку мало обладать некоторыми качествами, надо еще уметь их применить, сконцентрировав  волю и регулируя свое поведение.

 

По-видимому, Конфуций имеет  в виду именно такую трактовку  природы человека. Тогда становится понятным, как при сходстве врожденных качеств люди оказываются представителями  различных слоев, определяемых моральным  статусом.

 

Поскольку способности людей  регулировать свое поведение признаются различными от природы, каждому слою предъявляются особые требования и  предписываются различные правила  поведения. Конфуций связывает общественное положение человека не с богатством или знатностью, а с его моральной  характеристикой. Конфуций дает развернутый  образ человека, соответствующего конфуцианским  моральным заповедям. Это цзюнь-цзы (“благородный муж” ) , которому противопоставляется  “низкий человек” . Низкий человек  не обладает должным знанием, поэтому  его поведение не регулируется этикетом. “Кун-цзы сказал: Благородный муж  боится трех вещей: он боится неба, великих  людей и слов совершенномудрых. Низкий человек не знает веления неба и не боится его, презирает высоких  людей, занимающих высокое положение; оставляет без внимания слова  мудрого человека” . Низкий человек  оказывается негуманным, т.е. неспособным  правильно вести себя с людьми. “Есть благородные мужи, которые  не обладают человеколюбием, но нет  низких людей, которые бы обладали человеколюбием” . Гуманность остается прерогативой благородного мужа, способного и обязанного поступать  надлежащим образом: иначе все дела расстроятся.

 

§5. Достойный правитель 

 

На благородного мужа Конфуций возлагает ответственность за поддержание  порядка в Поднебесной. Исходя из этого, особое значение Конфуций придает  описанию правителя, для которого гуманность превращается в умение разбираться  в людях, отличать достойных от недостойных  и управлять ими, подавая хороший  пример. Отвечая на вопрос о том, следует ли убивать людей в  целях улучшения управления государством, Конфуций заявил: “Зачем, управляя государством, убивать людей? Если вы будете стремиться к добру, то и народ будет добрым. Мораль благородного мужа подобна ветру; мораль низкого мужа подобна траве. Трава наклоняется туда, куда дует ветер” .

 

Конфуций не объясняет, откуда берется достойный правитель. По всей вероятности, он считает его  таким же проявлением всеобщей закономерности, как и любую вещь в природе. Из контекста ясно, что подобный талант нельзя сформировать, но его  можно выявить, чтобы человек, обладающий им, занял подобающее место в государстве. Отсюда своеобразие системы экзаменов  на должность, предусматривающих лишь отбор наиболее достойных, но не воспитание или обучение их.

 

Правитель может стать  благородным мужем, если соответствует  определенным требованиям. При этом Конфуций подчеркивает, что власть должна находиться в руках верховного правителя, “сына Неба” , а не сановников, ибо он несет ответственность  за поддержание естественного хода вещей, что и обеспечивает государственную  стабильность. “Когда в Поднебесной  царит дао, ритуал, музыка, (приказы) на карательные походы исходят от сына неба… Когда в Поднебесной  царит дао, то правление уже не находится в руках у сановников. Когда в поднебесной царит  дао, то простолюдины не ропщут” . Идеальное  правление не находится в зависимости  от того, какие государственные мероприятия  осуществляет правитель, а от того, что представляет он собою и как  он себя ведет: “Если личное поведение  тех, (кто стоит на верху) , правильно, дела идут, хотя и не отдают приказов. Если же личное поведение тех, (кто стоит наверху) , неправильно, то, хотя приказывают, народ не повинуется” . В идеале такая форма правления не связана с преднамеренными действиями. Управление осуществляется как бы само собой.

 

Итак, идеальную форму  правления Конфуций связывает с  поддержанием естественного и неизменного  порядка вещей через недеяние (увэй) достойного правителя, одним  лишь своим поведением восполняющим недостающие звенья всеобщих связей в соответствии с дао, избегающего  частных намерений и надуманных действий. В этом – близость мировоззренческих  основ Конфуция и даосизма, хотя по ряду вопросов эти учения были антиподами.

 

Таков идеальный облик  правителя. А как на практике: есть ли однозначное соответствие между  высокой моралью и высоким  постом? Судя по тому, как настойчиво Конфуций подчеркивает, каким должен быть правитель, ему ясно, что совпадения тут нет. Поэтому характеристика благородного мужа служит Конфуцию и  самостоятельной задачей, отличной от вопроса о наилучшем управлении государством. В этой связи на первый план выходит отношение благородного мужа к знанию, его способность  к самостоятельным и глубоким суждениям. Уточняя образ благородного мужа, Конфуций противопоставляет ему  низкого человека. “Учитель сказал: “Благородный муж думает о том, как  бы не нарушить законы; низкий человек  думает о том, как бы извлечь выгоду” . Конфуций подчеркивает, что благородный  муж ведет себя с учетом воли Неба. Его знания не преследуют корыстной  цели. Они для него самоценны и  направлены на существенное и общее, а не на частности. Бескорыстное получение  знаний приближает благородного мужа к состоянию совершенномудрого. Конфуций не проводит между ними жесткой  грани. Некоторых древних правителей он называет совершенномудрыми. По-видимому, он связывает это состояние с  гуманностью как с высшей истиной. Тогда идеалом поведения совершенномудрого  оказывается покой, уравновешенность, в чем конфуцианство снова  перекликается с даосизмом.

 

§6. Гуманность Конфуция

 

Трактуя гуманность как способность  разбираться в людях и управлять  ими, Конфуций связывает ее проявления с социальной иерархией, с устройством  государства. Интерпретируя гуманность как высшую истину, обладающую вселенским значением, он, напротив, утверждает необходимость  некоторой отрешенности, относительной  независимости от общественного  положения. Поэтому, придавая большое  значение управлению государством, призывая людей к тому, чтобы они заняли свое место в социальной иерархии и выполняли свой долг в строгом  соответствии с этикетом, Конфуций в то же время делает упор на мораль, предусматривая возможность для  человека самому определять, что хорошо, а что плохо. “Учитель сказал: “Человек не должен печалиться, если он не имеет  высокого поста, он должен лишь печалиться о том, что он не укрепился в  морали” . В конечном счете получается, что благородный муж должен полностью  вписаться в данную систему и  в тоже время сохранить независимость  суждений, что приводит к противоречивой ситуации. Стремление к совершенствованию  и к осуществлению гуманности Конфуций связывал с преодолением себя вплоть до самопожертвования. В его  понимании вселенское значение гуманности скорее вынуждает предполагать, что гуманность – в природе человека, и осуществлять ее – значит следовать своей природе, а не ломать ее. Эта мысль получила развитие у учеников Конфуция, в частности у Мэн-цзы (372-289 гг. до н.э.) .

 

Глава 2. Позднее конфуцианство  о человеке

 

§1. Толкование человеческой природы Мэн-цзы и Сунь-цзы 

 

Практически все выдающиеся мыслители – конфуцианцы обращались к рассмотрению человеческой природы, перебрав все возможные варианты ее оценки как доброй или злой, насколько  это допускали рамки, заданные Конфуцием.

 

Как свидетельствует Мэн-цзы, есть различные мнения относительно природы человека: и то, что она  одновременно и добра и зла; и  то, что она может быть как доброй так и недоброй; и то, что природа  одних людей добра, а других –  недобра. Сам Мэн-цзы твердо придерживается того, что природа людей добра: “Если человек делает недоброе, то в этом нет вины его природных  качеств, к этому вынуждают человека обстоятельства, например, в голодные годы люди бывают злыми” .

 

Отсюда напрашивается  вывод, что человек, предоставленный  свободному проявлению свой природы, не испытывающий давления неблагоприятных  обстоятельств, будет следовать  правильному пути.

 

С этим в корне не согласен Сюнь-цзы (ок. 313- ок. 238 гг. до н.э.) . Он утверждает, что человек по природе зол, из-за чего древние совершенномудрые правители  “ввели ритуал и понятие чувства  долга и создали систему законов, с тем, чтобы дисциплинировать и  воспитать чувства и характер человека, направив их по правильному  пути, соответствующему дао” . Выходит, добро напротив, является результатом  особых условий, в которые поставлен  человек и без которых проявится  его злая природа.

 

Оба философа исходят из положения  об одинаковости природы всех людей. Однако при этом Сюнь-цзы указывает, что “совершенномудрые изменили свою природу и стали первыми  заниматься практической деятельностью” .

 

Из разъяснений Сюнь-цзы  следует, что они это смогли, потому что захотели, тогда как “ничтожный человек может стать совершенным, но не хочет” . А не хочет потому, что он ничтожный, а не совершенномудрый! Здесь, по-видимому, негласно присутствует идея о двух уровнях природы человека: врожденные качества и способность ими распорядиться. Совершенный человек преклоняется перед тем, что заключено в нем самом, а не уповает на то, что относится к небесным явлениям, поэтому в своем развитии совершенный человек всегда движется вперед. Ничтожный же человек отбрасывает то, что заключено в нем самом, поэтому ничтожный человек постоянно идет назад! Происходит это от того, что один надеется на себя, другой – на небо! В этом и заключается отличие совершенного человека от человека ничтожного. В конце концов, какое бы значение ни придавал Сюнь-цзы самосовершенствованию, идеал для него определен естественными мировыми связями и в этом смысле ограничен.

 

Мэн-цзы тоже не против того, чтобы признать человеческое происхождение  норм поведения. Но при этом он подчеркивает их космическое значение, указывая на всеобъемлющий характер чувства  справедливости, которое “наполняет все между небом и землей”  и представляет собой “сочетание долга и дао” .

 

Естественное происхождение  чувства справедливости не означает, по Мэн-цзы, будто нет необходимости  в его воспитании. Отсюда совет  мудрому правителю соблюдать  ритуал по отношению к своим подчиненным, то есть вести себя подобающим образом, подавая хороший пример, и тем  самым создавать благоприятные  условия для воспитания подданных. В числе этих условий Мэн-цзы  называет постоянную занятость и  умеренные налоги.

 

С этими рекомендациями Сюнь-цзы  вполне согласен. Он тоже считает отсутствие постоянного занятия источником дурных наклонностей и смуты в  государстве. Но это не все. Говоря об управлении им, Сюнь-цзы развивает  идею “равных возможностей” для  чиновников. Эта мысль не чужда  всему конфуцианству, хотя не каждый автор сформулировал ее столь  четко и радикально.

 

Итак, в 4-6-3 вв. до н.э. взгляды  на природу человека, его воспитание и деятельность были предметом дискуссии  между конфуцианцами. Тем не менее  некоторые особенности их интерпретации  человека ставят под сомнение гуманистическую  устремленность данного учения.

 

§2. Позднее конфуцианство 

 

1. Хань Юй 

 

У поздних конфуцианцев повышается интерес к внутреннему миру человека, формированию его индивидуальности, в противовес вопросам управления государством. Одной из теоретических причин этого  явилось то, что начиная приблизительно с 7 в. в Китае распространяется буддизм, традиционно обращавший внимание на индивидуальные особенности человека. Конфуцианские мыслители не могли  игнорировать такое важное явление. Их представления о человеке сначала  изменялись за счет детализации и акцентирования положений конфуцианства, противостоявших даосизму и буддизму, а позднее – за счет освоения положений буддизма и даосизма.

 

Хань Юй (768-824) трактует природу  человека ортодоксально конфуциански, приравнивая ее к природным задаткам, в число которых включает традиционные “жень” , “ли” , “и” , “чжи” , “синь” . Наличие этих качеств означает, по Хань Юю, что природа человека добра; наличие их противоположностей – что она зла. Если же в природе  человека они смешаны, то его природа  и добра и зла. Так Хань Юй делит  всех людей на категории в зависимости  от природных задатков, то есть обосновывает природное неравенство, которое  связывает с необходимостью разделения функций в обществе. Хань Юй подчеркивает этот традиционный для конфуцианства  момент в противовес даосизму, отрицавшему  обоснованность социальной иерархии.

 

Еще более решительно отстаивает Хань Юй конфуцианскую идею о необходимости  деятельности на основе человечности (жень) и долга (и) во имя поддержания  порядка в Поднебесной. Это положение  направлено против буддизма, призывавшего к отреченности от земных дел, и против даосизма, считавшего, что следование естественному ходу вещей исключает  чрезмерное вмешательство в них.

 

В трактате “Юань дао” (“О пути” ) Хань Юй пишет, что человек  не имеет приспособлений, позволяющих  ему защищаться от холода и жары или обеспечивающих пропитание, как  у животных. Выживание человека мыслитель  связывает с деятельностью совершенномудрых, которые из-за любви к людям  ввели новый порядок, зиждущийся на социальной иерархии и закрепленный разделением труда.

 

Для Хань Юя деятельность совершенномудрых служит образцом для подражания. Он определяет человеческий путь, исходя из учения древних: “Любить всех –  это человеческое в человеке. Осуществлять человеческое и поступать при  этом как нужно – это чувство  должного в человеке. Следовать такой  стезе – это путь человеческий. Иметь все в самом себе и  не ждать ничего извне – это  внутреннее достояние человека” . Тем  самым Хань Юй подчеркивает, что  человек в своей деятельности зависит только от собственной природы, от ее одаренности. На основании этих положений академик Н. И. Конрад делает вывод, что Хань Юй представляет себе жизнь как свободное развитие человека, целью которого является “все большее совершенствование  человеческой личности” . Поэтому он оценивает учение Хань Юя как гуманистическое.

 

Хань Юй настаивает на правильных действиях, соответствующих истине. Из контекста выясняется, что истина – это учение древних совершенномудрых и правильные действия – навсегда установленные ими, отвечающие вечным законам.

 

В учении Хань Юя прослеживается идея свободного развития человека. В  первую очередь это свобода от насилия, нарушающего порядок. Хань Юй не отрицает необходимости наказаний, но подчеркивает, что они должны быть правильными, т.е. тоже отвечать древним  образцам. Насилие не оправдано, когда  выступает в форме произвола  и не совпадает с волей Неба. Значит, свобода – это средство для человека занять свое место в  Поднебесной. Как и предшественники, Хань Юй считает, что человек должен поступать по воле Неба, но поступать  – сам, не рассчитывая, будто Небо выполнит работу за него.

 

2. Чжу Си 

 

В дальнейшем конфуцианство  шло по пути освоения положений даосизма и буддизма, в результате чего к 12 в. сформировалось неоконфуцианство, упрочение  которого связано с именем Чжу  Си (1130-1200) . В центре его внимания – проблема самосовершенствования, не чуждая и предшественникам Чжу  Си. Но до тех пор она была тесно  привязана к вопросу об управлении государством и подготовке человека к тому, чтобы занять соответствующий  пост, а затем под влиянием буддизма приобрела самодовлеющее значение.