Проблемы секс-меньшинств: мифы и реальность

СОДЕРЖАНИЕ 

ВВЕДЕНИЕ

     Как отмечал М. Фуко, современная западная культура отводит сексуальности человека все более значимое место в качестве ценного конструкта для самоидентификации. Действительно, каждый из нас идентифицирует себя со своим биологическим полом. Исключение – случаи транссексуальности. Многие из людей являются носителями гетеросексуальной идентичности, усвоенной в детстве – еще до пробуждения осознанного сексуального желания. Сегодня любой младший школьник ответит на вопрос «Кто такой «голубой»?» При этом, как правило, в осуждающе-насмешливом тоне – ведь дети с раннего возраста исключительно чувствительны к гендерным ролям: они часто высмеивают и дразнят тех, кто не проявляет ожидаемого гендерно дифференцированного поведения, зачастую в качестве словесного оружия используя ругательные эпитеты, применяющиеся к гомосексуалам. Однако далеко не каждый ребенок знаком с термином «гетеросексуал», поскольку эта сексуальная идентичность воспринимается как данность и ребенку незачем задумываться об этом. Публичность гомосексуальности актуализировала в общественном сознании ответные гомофобные настроения и мобилизовала политическую активность гомофобно настроенных социальных групп и институтов (например, Русская Православная церковь). И как только в стране наступила относительная стабилизация, в официальной идеологии возобладали консервативно-охранительные силы.

     Целью данной работы является рассмотрение положения сексуальных меньшинств в современной России.

     Для достижения поставленной цели в работе формулируются следующие задачи:

     – рассмотреть проблему сексуальной идентичности;

     – раскрыть исторический аспект проблемы гомосексуализма;

     – охарактеризовать проблему дискриминации сексуальных меньшинств в общественном мнении.

1. ГОМОСЕКСУАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ:  
ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

     1.1. Проблема сексуальной идентичности

     Наряду с расой, национальной и религиозной принадлежностью, полом и другими признаками, сексуальная ориентация и гендерная идентичность являются неотъемлемыми элементами достоинства и личности каждого человека и, следовательно, не должны служить основанием для дискриминации или нарушений прав. Общество и государство обязаны сделать всё, чтобы лица с любой сексуальной ориентацией и гендерной идентичностью имели равные возможности и свободу. Только такой подход соответствует современному пониманию принципа универсальности, неделимости, взаимозависимости и взаимосвязанности прав человека.

     Сексуальность как область жизнедеятельности человека зачастую редуцируется к природному и естественному – то есть к биологически детерминированной составляющей жизни. Тем не менее, как и другие аспекты человеческого поведения, «конкретные институциональные формы сексуальности в любое время и в любом месте являются продуктами человеческой активности и насыщены конфликтами интересов и политическим маневрированием»¹.

     Сексуальная идентичность формируется с наступлением подросткового возраста, начинает пробуждаться сексуальное желание, которое может не совпадать с теми представлениями, которые уже сложились у личности о себе и о других. Если основные сексуальные импульсы человека совпадают со стереотипами, усвоенными в процессе социализации, то он находит в них уже осознанное подтверждение своей гетеросексуальности и, как правило, противопоставляет свою сексуальную идентичность, гомосексуальной. Если объектом сексуального влечения является человек того же пола, исподволь начинает формироваться гомосексуальная идентичность. У некоторых относительно быстро, а у других это весьма болезненный и крайне длительный процесс, который может и не завершиться на протяжении всей жизни (латентная гомосексуальность). Формирование сексуальной идентичности во многом зависит от отношения общества к гомосексуальности, которая в современной культуре является основанием для выделения гетеросексуальных и гомосексуальных групп. Первая согласно идеологии гетеросексизма считается единственно или наиболее приемлемой для каждого человека, тогда как вторая стигматизируется².

     Сексуальная категоризация по направленности объекта на тот или иной пол появилась в европейской культуре лишь в конце XIX века, причем сначала сформировалась гомосексуальная идентичность, а несколько позже и гетеросексуальная. Если до XIX века однополая сексуальность трактовалась как «содомский грех», как запретные и сокрытые сексуальные действия (именно действия, которые потенциально могли быть совершены любым человеком), то затем она стала определяться как функция конкретно определяемой идентичности (то есть именно структура личности маркирует человека как гомосексуала, согласно его сексуальным позывам даже при отсутствии какого-либо генитального действия).

     Такая модель восприятия сексуальности жестко фиксирует в самосознании определенный набор стереотипов в рамках гомосексуальной и гетеросексуальной идентичности. Эта модель определяет границы нормативного поведения и самовосприятия и отрицает наличие возможного сексуального влечения, присущего противоположной группе через противопоставление себя другим³. Причем, основным патологизирующим фактором теперь является не само гомосексуальное действие, а именно гомосексуальное желание, которое может не осознаваться или отрицаться в силу жестких рамок гетеросексуальной идентичности.

     Это можно наблюдать в закрытых обществах  при наличии половой сегрегации (учебные заведения интернатного типа, тюрьма, армия и пр.), где гомосексуальные акты, как правило, не подвергают сомнению гетеросексуальную идентичность, а сексуальный интерес к лицам своего пола оправдывается внешними условиями или вообще не осознается благодаря механизмам вытеснения, проекции, рационализации и др. У ряда латиноамериканских народов однополый сексуальный акт среди мужчин в обычных социальных условиях при активной позиции считается допустимым и часто не резонирующим с гетеросексуальной идентичностью, тогда как только пассивная позиция в сексе маркируется как гомосексуальная и осуждаемая. То же верно и для сформированной гомосексуальной идентичности, когда возможное сексуальное влечение к лицам противоположного пола может так же не осознаваться или отрицаться благодаря необходимости сохранения устойчивой идентичности с уже искусственно обозначенными границами собственной сексуальности⁴.

     Так зачем же нужна гомосексуальная  идентичность ее носителям, которая  формируется самостоятельно, а не принимается как данность в отличие от гетеросексуальной, учитывая те страдания и бремя, которое возлагает на себя личность, ее принявшая? Почему направленность сексуального влечения на тот или иной пол в современной культуре является серьезным критерием для самоидентификации, противопоставлению себя другим, особенностей социального взаимодействия, каким, например, не является цвет глаз или музыкальное предпочтение? Почему тематика однополой любви практически никого из людей не оставляет равнодушным и вызывает повышенный интерес, даже если он основан на огромном спектре негативных эмоций. Б.Д. Адам указывал на то, что гомосексуальная идентичность является крайне устойчивой, поскольку нужна не столько самим ее носителям, сколько гетеросексуалам, чтобы определять себя от противного, ведь гетеросексуальность только до тех пор имеет смысл, пока его имеет гомосексуальность. Как отмечал М. Фуко, данная сексуальная категоризация является мощным инструментом для оказывания политического давления, эксплуатации, репрессий и поиска «козлов отпущения», на которых можно свалить все проблемы, что в специальной литературе определяется как сексуальная стигматизация⁵. Все это можно проследить в истории. В фашистской Германии мужчины-гомосексуалы подвергались геноциду, как и евреи, на их форме в концлагерях был нашит специальный опознавательный знак – розовый треугольник, который сейчас наряду с шестицветной радугой является международным символом сексуальных меньшинств. В СССР сталинские репрессии так же не обошли и муж- чин-гомосексуалов, как и любую группу «инакомыслящих», однако с наступлением хрущевской оттепели 121-я статья об уголовном преследовании мужского однополого секса стала использоваться в основном для политических целей КГБ в качестве вербовки и контроля.

     Хотя гомосексуальная идентичность несет в себе отпечаток стигмы и все вытекающие из этого неблагоприятные последствия для развития личности, не стоит полагать, что она в современных условиях не нужна ее носителям. Так или иначе, в основу современной сексуальной категоризации положена направленность сексуального влечения на тот или иной пол. Чтобы достичь целостности личности, необходимо принимать все ее особенности в самом себе, в том числе и сексуальное влечение. Принять гомосексуальное влечение, находясь в условиях его стигматизации, можно лишь через формирование гомосексуальной идентичности, которая позволяет приобрести различные стратегии преодоления стигмы. Это демонстрируют все современные модели формирования гомосексуальной идентичности, описывающие принятие себя и интеграцию изначально отвергаемых аспектов сексуальности в целостный образ «Я»⁶.

     Трансформации, происходящие в России в последние 15-20 лет, затронули все сферы жизни человека и общества, в том числе и сексуальность. Появившаяся в поле публичного обсуждения гомосексуальность признана в качестве существующей практики, однако так и не став при этом равноправным гетеросексуальности образом жизни.

     В советском обществе официальный гендерный контракт и контракты в повседневной жизни были гетеросексуальными, а гомосексуальный находился за пределами допустимого: мужская гомосексуальность на добровольной основе каралась уголовным наказанием (уголовное наказание было введено в 1934 г.), а лесбийство подлежало принудительному психиатрическому лечению: «Гомосексуализм является тяжелым нарушением. При этом часть людей глубоко страдают от своей патологии, чувствуют себя несчастными, становятся неустойчивыми по отношению к различным психотравмирующим воздействиям...однако значительная часть больных... не считают свое состояние противоестественным и не желают лечиться»⁷. Несмотря на то, что до сих пор неизвестно, какое количество женщин действительно подверглось психиатрическому лечению, «возможность получить диагноз душевнобольной на сексуальной почве и насильственное лечение в советском психиатрическом учреждении, следующее в этом случае, работали преимущественно на символическом уровне. Эта возможность рассматривалась как угроза. Если женщина слишком далеко выходила за пределы предписанного, угроза лечения могла заставить ее вернуться в семью мужчины». Демократические изменения, повлекшие изменение положения гомосексуалов, начались в 1987 г. с открытого публичного обсуждения проблемы гомосексуальности учеными и журналистами. В 1990 г. произошел выход на арену борьбы представителей самих сексуальных меньшинств и возникновение гей/лесбийских организаций и изданий, выдвигающих на первый план проблему прав человека, способствующую превращению проблемы из медицинской в политическую⁸.

     Таким образом, гомосексуальность в этот период декриминализируется и депсихиатризируется: произошли отмена уголовного наказания за добровольную мужскую гомосексуальность в 1993 году и прекращение медицинского преследования лесбиянок. В то же время гетеросексуальность по-прежнему осталась доминирующей культуральной нормой, поддерживаемой традицией и социальными институтами, а гомосексуальность была выделена в особое допускаемое, но не явно репрезентируемое пространство.

     В 70-е годы активисты гей-движения по всей Европе и в США начали проводить на улицах марши за права сексуальных меньшинств. Самые первые гей-парады, проведенные в честь годовщины Стоунволльских бунтов (спонтанных выступлений гей-сообщества против полицейской облавы в Нью-Йорке), прошли в Лос-Анджелесе и Нью- Йорке 28 июня 1970 г. 1 июля 1972 г. в Лондоне состоялся первый в Европе гей-парад. Геям было позволено пройти по улице с требованиями предоставить им равные права, в то время как в других странах, гомосексуальные акты все еще были запрещены законом. За последние годы Европа продвинулась далеко вперед.

     В нескольких странах ЕС гомосексуалам  было предоставлено полное равноправие  – так, они получили право на вступление в брак и усыновление. В еще одной группе стран им были предоставлены частичные права, например, возможность создания гражданских однополых союзов. И наконец, последняя группа стран, в первую очередь бывших членов советского блока, лишь отменила уголовное наказание за вступление в гомосексуальные отношения. Декриминализация в России гомосексуальных отношений между мужчинами в 1993 г. часто воспринимается как обязательный шаг для вступления страны в члены Совета Европы⁹.

     Однако  в странах бывшего Советского Союза переход к рыночной экономике  в сочетании с тяжелым финансовым кризисом привел к тому, что любая  борьба за права сексуальных меньшинств начала восприниматься как «блажь» населением, которое стремилось открыть для себя возможности общества потребления, а иногда, и просто было вынуждено бороться за выживание¹⁰.

     В современной России, как и в других странах мира, широко распространены нарушения прав человека и дискриминация по многим признакам и основаниям. Ксенофобия, нетерпимость к меньшинствам являются общей для всего социума проблемой и гомофобия – только ее часть. Однако преступления, правонарушения и дискриминация на почве гомофобии не только имеют широкое распространение, но и подвергаются тотальному замалчиванию со стороны властей, СМИ и лидеров общественного мнения. ЛГБТ-сообщество в нашей стране всё ещё остается «невидимым» и «неназываемым». Именно этим объясняется необходимость проведения специального исследования правового положения ЛГБТ-сообщества в России. Существующие проблемы не должны замалчиваться, а, напротив, должны стать объектом публичного обсуждения с участием властей и общественности¹¹.

     Проведение впервые в России такого исследования было бы невозможно без объединения усилий двух организаций – Московской Хельсинкской группы и Российской ЛГБТ-сети.

     Московская Хельсинкская группа – старейшая из ныне действующих в России правозащитных организаций, она была создана в 1976 году в Москве. На сегодняшний день МХГ является многопрофильной правозащитной организацией и, в первую очередь, служит ресурсным центром для сотен неправительственных организаций, оказывая им организационную, информационную, образовательную и другую поддержку.

     Одно из направлений деятельности МХГ – мониторинг соблюдения прав человека. Общероссийский мониторинг в области прав человека стал возможен благодаря модели, предложенной МХГ. Отслеживание ситуации с правами человека происходит объединенными усилиями московской и региональных правозащитных организаций. К 2001 году сформировалась постоянно действующая сеть правозащитных организаций, имеющая опыт проведения правозащитного мониторинга. Возникла практика представления региональными правозащитными организациями докладов о ситуации с правами человека в своих регионах. МХГ с 1999 года ежегодно выпускает доклад “О положении с правами человека в Российской Федерации”. С 1999 года, кроме мониторинга, охватывающего весь спектр прав человека, МХГ начинает проведение тематических исследований по отдельным группам прав человека¹².

     Российская ЛГБТ-сеть создана в 2006 г. За три года своего существования она развилась из инициативной группы нескольких активистов в межрегиональное общественное движение с 13-ю региональными отделениями (Санкт-Петербург, Тюменская, Псковская, Томская, Кемеровская, Омская, Архангельская, Пермская, Волгоградская области, Хабаровский и Красноярский края, Республики Карелия и Татарстан). Отдельные участники Движения работают и в других регионах.

     Целями Российской ЛГБТ-сети является устранение всех форм дискриминации по признакам сексуальной ориентации и гендерной идентичности, распространения идей толерантности в российском обществе, а также содействия активному участию геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров в общественной жизни.

     Мониторинг нарушения прав и дискриминации представителей ЛГБТ-сообщества является одним из направлений деятельности организации. Кроме этого, Российская ЛГБТ-сеть занимается оказанием юридической и психологической помощи, просвещением и консультированием лидеров региональных ЛГБТ-организаций, проводит информационные и иные мероприятия, направленные на построение в России общества без дискриминации и сегрегации. 

     1.2. Гомосексуализм в России: исторический аспект

     Следует отметить, что в истории России имели место периоды различного отношения к гомосексуальному поведению – от мягкого его порицания до вынесения смертного приговора лицам, уличенных в однополых контактах. Г.Б. Дерягин, анализируя проблему отношения к однополой любви в России, Советском Союзе, а также в Российской Федерации в постсоветский период сообщает, что в Древней Руси к ней относились терпимо, снисходительно, при этом женская гомосексуальность как бы не существовала. На Руси ее рассматривали как разновидность женской мастурбации, что было связано с тем, что женщина не была равноправным и полноценным членом общества¹³.

     Впервые на Руси гомосексуалов стали сжигать  на костре при Петре Великом в 1706 г., причем эта мера наказания касалась лишь военных, не распространяясь на гражданское население. В 1716 г. ее заменили телесным наказанием, а в случаях применения насилия – вечной ссылкой. После Петра I гомосексуальные отношения наказывались, но гораздо менее сурово. С 1832 г. «Уложение о наказаниях» (первый Уголовный кодекс Российской Империи) включило в себя параграф 995, по которому мужеложство наказывалось лишением всех прав состояния и ссылкой в Сибирь на 4-5 лет. Этот Закон действовал до принятия в 1903 г. по отношению к мужеложству ст. 516, в соответствии с которой данное преступление каралось тюремным заключением на срок не меньше 3 месяцев, а при отягчающих обстоятельствах (с применением насилия или по отношению к несовершеннолетним) – на срок от 3 до 8 лет¹⁴. Февральская революция 1917 г. привела к декриминализации гомосексуализма. Ее (декриминализации) инициаторами были кадеты и анархисты. После Октябрьской революции с отменой старого Уложения о наказаниях соответствующие его статьи также утратили силу. Отменив царские юридические нормы, новый советский режим отменил и уголовные санкции за гомосексуальные контакты. Их не было в УК РСФСР, принятых в 1922 и в 1926 годах. Обосновывалось это следующим образом: «Советское законодательство не знает так называемых преступлений, направленных против нравственности. Наше законодательство предусматривает наказание лишь в тех случаях, когда объектом интереса гомосексуалистов становятся малолетние и несовершеннолетние. Понимая неправильность развития гомосексуалистов, общество создает все необходимые условия к тому, чтобы отчужденность, свойственная им, рассосалась в новом социалистическом обществе». СССР даже вступил во Всемирную лигу сексуальных реформ, которая была основана Магнусом Хиршфельдом в 1924 г. Тем не менее, в Азербайджане, Туркмении, Узбекистане и Грузии соответствующие законы сохранились¹⁵.

     С 1933 года в СССР гомосексуалов стали  преследовать. В 1934 году в Уголовный  кодекс РСФСР (и всех союзных республик  СССР) вернули понятие «мужеложство», и гомосексуалов вновь стали  наказывать за добровольные гомосексуальные контакты. Вначале существовала точка зрения, что гомосексуализм является формой «буржуазного упадничества», «продуктом разложения эксплуататорских классов», однако после 1936 г. была перенята западная точка зрения, согласно которой гомосексуалы рассматривались как пособники фашистов. Поводом для этого послужило то обстоятельство, что приходу Гитлеру к власти способствовала СА, лидером которой был Эрнст Рэм (Ernst Rohm), известный своей гомосексуальной ориентацией. Следует отметить, что штурмовики СА, исповедующие принцип античного воинского братства, были гомосексуальны. Однако после того как Рэм и его соратники также захотели приобщиться к власти, случилась ночь «длинных ножей», когда Гитлер расправился над верхушкой СА. После этого лиц, уличенных в гомосексуальности, стали отправлять в концлагеря, объявив их пособниками коммунистов. Пришедшее к власти правительство, руководимое Гитлером, внедряло в общественное сознание мысль, что гомосексуализм представляет собой угрозу для германской нации. Нацисты заявляли, что «гомосексуализм есть еврейско-коммунистическая деградация». В Германии стали наказуемы даже попытки гомосексуального заигрывания − дотрагивания и «намекающие» взгляды»¹⁶.

     В России гомосексуальные отношения  уголовно не преследуются с 1993 г. Этот шаг по их декриминализации был осуществлен в основном под давлением международного общественного мнения с целью обеспечить вступление России в Совет Европы. Все необходимое для этого было «сделано втихую, без широкого оповещения и разъяснения в средствах массовой информации». Окончательно данное решение было закреплено в новом уголовном кодексе РФ, вступившим в силу с 1 января 1997 г. В настоящее время в Российской Федерации брак определяется как союз мужчины и женщины. При отсутствии нотариального завещания переживший партнер не наследует имущество умершего партнера. Совместное усыновление детей партнерами одного пола невозможно.

     По  мнению, которое он неоднократно высказывал, в последние годы отношение к  гомосексуалам в России ухудшилось. На круглом столе под символическим названием «Новые формы гомофобии в странах Центральной и Восточной Европы», который проходил 30 сентября 2005 г. в Киеве и предварял международную гей-конференцию «Наш мир – расширяя границы», состоявшуюся 1 и 2 октября того же года в названном городе, цитируемый автор связал это с современной политической ситуацией в России. И.С. Кон считает, что гомофобия в данной стране усилилась из-за возрождения имперского сознания, усиления клерикализма (стремления обеспечить первенствующую роль церкви и религии в политической и культурной жизни), антизападных настроений и соответственно поисков внешних и внутренних врагов. По мнению автора, на роль внутренних врагов идеально подходят гомосексуалы, особенно если учитывать позицию РПЦ и историю развития гей-движения в России¹⁷. И.С. Кон также отметил, что заявление Н. Алексеева о проведении в Москве в 2006 г. гей-прайд парада (вопреки запрету московского правительства) представляет собой необдуманное копирование западного опыта и методов. Он убежден в том, что геи не являются самостоятельной политической силой и им нужно заботиться о том, чтобы не оказаться разменной монетой в чужих политических играх, а недостаточно продуманные политические акции могут лишь способствовать превращению геев в козлов отпущения и служить поводом для сплочения консервативных сил. И.С. Кон полагает, что в России существует негативное отношение к сексуальным меньшинствам на властном уровне, которое подкрепляется однозначной позицией РПЦ. По его мнению, эта церковь во многом сегодня определяет государственную политику относительно геев и лесбиянок. Гомофобия – заявил И.С. Кон – носит в России политический характер, поэтому бороться с ней можно только путем политической активности, работая совместно с демократическими партиями¹⁸.

     В связи с этим небезынтересно привести рейтинг отношения некоторых политических партий России к гомосексуализму, который помещен в 4-м номере ноябрьского гей-журнала «КВИР» за 2003 г. В порядке улучшения этого отношения названные партии расположились следующим образом: Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ), Народная партия Российской Федерации, Либерально-демократическая партия России (ЛДПР), политическая партия «Единая Россия», Российская демократическая партия «Яблоко», Союз Правых Сил (СПС).

     Как известно, в России главой верхней палаты Парламента России Сергеем Мироновым на основе «Партии жизни», «Партии пенсионеров» и «Родины» была создана новая партия «Справедливая Россия». Московским отделением этой партии было сделано следующее заявление: «Мы не вправе и не в состоянии запретить гомосексуальные связи как явление. Но тех, кто их рекламирует, пытается навязать свои «нормы» другим, надо уголовно преследовать»¹⁹.

     Также следует принимать в расчет мнение правительственных органов, наделенных властными полномочиями. В этом плане небезынтересно официальное отношение правительства Москвы к проблеме гомосексуализма, отраженное в документе, который явился ответом на одно из обращений в адрес органов государственной власти и политических партий одного из лидеров гомосексуалов России – руководителя проекта GayRussia.Ru Николая Алексеева в связи с проведением 17 мая 2005 года первого Международного дня противостояния гомофобии. В данном документе отмечается, что вопросы, затронутые в письме Алексеева, относятся к компетенции законодательных и правоохранительных органов, однако усилиями органов власти и директивными документами существующую проблему изменить нельзя. Должно измениться общественное сознание и отношение самого социума к такому явлению как гомосексуализм. Опыт западноевропейских стран невозможно, безусловно, адаптировать к нашей стране, не учитывая существования доминирующих национальных культурных традиций относительно отношений полов и влияния традиционных религий на институт семьи.

2. ДИСКРИМИНАЦИЯ СЕКСУАЛЬНЫХ МЕНШИНСТВ В ОБЩЕСТВЕННОМ МНЕНИИ

     В последнее время в России со стороны ультраправых и религиозных организаций при поддержке представителей власти происходит эскалация открытого насилия и призывов к сегрегации сексуальных меньшинств.

     Со стороны политических и религиозных деятелей все чаще раздаются призывы ограничить в правах граждан, не скрывающих свою гомосексуальную ориентацию и даже восстановить в России уголовное преследование за “мужеложство”.

     По имеющимся данным, дискриминация по признаку сексуальной ориентации в России носит массовый характер.

     Снисходительное, а часто и сочувственное, отношение общественного мнения к проявлениям гомофобии в значительной степени связано с неосведомленностью граждан об истинных масштабах дискриминации по признаку сексуальной ориентации в России. Подавляющее большинство случаев дискриминации геев, лесбиянок и транссексуалов остаются неизвестными. Ранее правозащитники неоднократно пытались в рамках общего мониторинга прав человека собирать информацию о дискриминации сексуальных меньшинств, но эти попытки не давали существенных результатов. Это связано с высоким уровнем закрытости ЛГБТ-сообщества в России. Опасаясь раскрывать свою сексуальную ориентацию, пострадавшие, как правило, не идут на контакт с общественными организациями и правоохранительными органами²⁰.

     Нападки на сексуальные меньшинства со стороны фашистско-националистических организаций усиливались на протяжении всех 1990-х годов. В 2001-2002 гг. на фоне возрождения имперского сознания, усиления национализма и ксенофобии и клерикализации российского государства они перешли в новую фазу. Весной 2002 г. в Г осударственную Думу был даже внесен законопроект, предлагавший восстановить уголовное наказание за мужеложство. Естественно, он был отклонен, – в случае его принятия России пришлось бы “выйти” из Европы, – но кампания по дискредитации сексуальных меньшинств в СМИ продолжилась²¹.

     Геев демонизировали и назначили козлами отпущения не только за их собственные грехи, но за все беды и противоречия жизни, от деморализации армии до снижения рождаемости (с тем же основанием его можно приписать увеличению числа монастырей). Главной движущей силой этой кампании стала Русская православная церковь (РПЦ). Ее враждебное отношение к гомосексуальности имеет не только канонические, но и политические мотивы. Сделав гомофобию своего рода национально-религиозной идеей, церковники пытаются сплотить вокруг нее консервативные силы и конфессии не только внутри страны, но и в мировом масштабе. На мой взгляд, стратегия эта близорукая и утопическая. Негативная идеология, подменяющая положительные ценности образом врага, в долгосрочной перспективе не работает. А поскольку церковная гомофобия продается в одной упаковке с сексофобией (запрет сексуального образования, осуждение эротики, требование полового воздержания до брака и т.п.), она больше приемлема для пенсионеров, чем для молодежи. Слишком страстные обличения соблазна даже оборачиваются “пропагандой гомосексуализма”: если бы плод не был так сладок, кто бы стал так много о нем говорить?²²