Социологические концепции М. Ковалевского и П. Сорокина, их роль в формировании русской и мировой социологии

Иркутский Государственный  Университет

Сибирско - Американский Факультет 
 
 
 
 
 
 
 

Реферат 

Социологические концепции 

М. Ковалевского и П. Сорокина, их роль в  формировании русской  и мировой социологии.

      Руководитель:                                                                                  Шиверских М. Р.             

     Исполнитель:                                                                                   Лаушкина Д.В. 
 
 
 
 
 
 
 
 

Иркутск

1999г.

      В истории российской науки есть имена, интерес к которым не угаснет  никогда и на каждом последующем  этапе осуществляется новое прочтение  и познание значимости их деяний, идей, трудов. В истории русской социальной мысли к ним, несомненно, относится Максим Максимович Ковалевский - один из основателей профессиональной русской социологии и первый ее академик.

      Главными  историческими работами Ковалевского, позднее составившими фактологическую базу его эволюционных социологических обобщений, стали исследования  «Происхождение современной демократии» в 4-х томах (1895), «Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства» в 3-х томах (1898),  «Очерк происхождения и развития семьи и собственности» (1896), «Развитие народного хозяйства в Западной Европе» (1899) и др. принесшие ему славу социолога, юриста, историка.

      В его творчестве органически переплелись  право, социология, история, экономическая теория, этнология, публицистика. В каждое из названных направлений М. М. Ковалевский внес свой вклад, создал научные школы и традиции. С его именем связаны становление русской исторической школы права (русской социологической школы права), русской школы медиевистики европейских стран, плюралистическая школа в социологии и т. д. Без всякого преувеличения можно сказать, что без его имени нельзя написать объективную историю российской социальной науки.

      Среди его научных интересов особое место занимала социология. Трудно назвать другого ученого, который сделал бы так много для развития социологии в нашей стране, для распространения социологических идей и постановки обучения социологии молодых людей, становлению социологической корпорации и социологической культуры. Подчеркивая это, П. Милюков писал: «Имя той науки, которая содержала в себе полный ответ на духовные потребности М. Ковалевского, которая была, так сказать, его систематическим мировоззрением, есть социология».  
Этапы институционализации российской социологии в основном связаны с его деятельностью.

      Институционализация, в социологическом смысле, представляет собой длительный и трудный процесс  организации знания, его седиментацию, признание его структур и становление  форм его воспроизводства и определенных традиций деятельности. «Институционализация, — пишет И. А. Голосенко, — наглядно фиксирует результативность научной деятельности, рост профессиональной культуры, междисциплинарную дифференциацию, изменение интеллектуальной традиции».  
К концу XIX в. российская социология, несмотря на все исследования и традиции, которые сформировались, оставалась без организационно-воспроизводственной структуры и без конкретной дифференциации с другими науками, т. е. без соответствующего признания со стороны научной общественности. Подчеркивая эту ситуацию, М. Ковалевский писал: «Социология, обнимающая все области социального знания, синтезирующая их основные выводы, раскрывающая пред нами причины прогресса и упадка отдельных наций, указывающая на условия примирения порядка с поступательным ходом истории, продолжает оставаться изгнанной из высших школ и пользуется незавидной репутацией у официальных педагогов».

      Формирование  институтов организации общения  российских социологов и закладка организационных  оснований развития социологического знания и его признание начались только с начала XX в. и этот процесс связан с именем М. М. Ковалевского. Он одним из первых понял, что развитие социологии невозможно без создания институтов ее интеграции, без институтов обучения и пропаганды наличного знания. Поэтому в деятельности Ковалевского занимают большое место вопросы организации российской социологии, создание институтов подготовки социологов, издание литературы и трансляция социологического знания, поиск путей вхождения российских социологов в международное социологическое сообщество.  
Несмотря на все трудности, Ковалевский последовательно реализовал свои идеи. Будучи за границей, в 1901 г. со своими единомышленниками (Е. де Роберти, Ю. Гамбаров и др.) он создает в Париже Русскую высшую школу общественных наук, фактически первый российский факультет социологии. Школа, по словам Ковалевского, ставила целью дать молодым людям современное обществоведческое образование. Создание Школы во Франции связано с тем, что в условиях тогдашней России это было невозможно, так как обучение социологии в российских университетах было запрещено.

      Школа выпустила ряд сборников учебных  материалов, лекций, отражающих проблемы социологического знания. Очень интересен, например, сборник под названием «Русская Высшая Школа в Париже. Лекции профессоров» (1905) под редакцией Е. В. де Роберти, Ю. С. Гамбарова и М. М. Ковалевского. Этот объемный труд является фактически первым международным социологическим сборником на русском языке. Кроме статей русских ученых Ковалевского, де Роберти, Лесевича, Чупрова, Шейниса, он включает статьи известных французских социологов, лекторов Школы - Тарда, Вормса и других. Эта работа и другие имели определенное значение в распространении социологических идей в российском обществе.

      Опыт  Школы не прошел даром. Во-первых, Школа  способствовала либерализации социогуманитарного образования в России и послужила  основой развития социологического знания и образования; во-вторых, ее традиции, опыт в дальнейшем пригодились  в России в преподавании социологии, в ее институционализации. Опыт Русской высшей школы общественных наук был использован также при создании в 1908 г. Народного университета А. Шанявского в Москве, который сыграл огромную роль в развитии и демократизации высшего образования.

      В 1908 г. М. Ковалевский создает вместе с Е. де Роберти и при поддержке  акад. В. М. Бехтерева первую в России кафедру социологии в частном  Психоневрологическом институте. Это  осуществлялось с большими трудностями, ибо министр народного просвещения Шварц не утвердил ходатайство Совета Психоневрологического института, заявив, что социология может скомпрометировать учебное заведение. Интересно, что такое отношение к социологии высказано в 1908 г., когда в Европе она уже стала университетской наукой, а в США первый факультет социологии был создан в 1892 г.

      Раздраженный  подобным отношением к социологии, Ковалевский чуть позже в статье «Социология на Западе и в России»  писал, что «Европа покрылась  целой сетью социологических  обществ, начиная от Парижа и Лондона и оканчивая Берлином, Веною и Римом. В Сорбонне открылась кафедра социологии и ее занимает хорошо известный автор "Разделение общественного труда" Эмиль Дюркгейм». Далее продолжал: «У нас существует всего-навсего одна кафедра на всю Империю в 160 миллионов жителей и то в частном университете, в Психоневрологическом Институте... Меня менее бы поразило известие, что в Нанкине или Пекине создана кафедра социологии, чем слух о том, что г. Кассо затевает такую реформу в Москве или Петербурге».

      В этот период Ковалевский активно читает лекции по социологии в различных вузах Петрограда - в Университете, Политехническом институте, в частном Петроградском университете, Бестужевских и Лесгафтовских курсах. Его лекционная деятельность способствовала в будущем превращению социологии в университетский, вузовский предмет преподавания, хотя часто это были не обязательные курсы, а дополнительные, специальные. Несмотря на это, у него появились ученики.  
Первыми учениками Ковалевского были П. Сорокин, Н. Тахтарев, Н. Кондратьев, Н. Тимашев, ставшие в будущем выдающимися учеными-социологами. Именно с Ковалевского начинается понятие «ученичества» в нашей социологии. По свидетельству его учеников, работе и общению с ними он уделял огромное внимание. Это является одним из элементов институционализации, т. е. заложения традиционно-непрерывного воспроизводства научного направления, научной традиции и профессиональных специалистов.

      Говоря  о месте Ковалевского в институционализации  социологии, надо вспомнить и подготовку им индивидуальных и коллективных работ, которые способствовали определению ее предмета, нахождению этой наукой своего места среди других социогуманитарных наук и развитию ее методов. По инициативе Ковалевского и де Роберти изданы «Новые идеи в социологии», (1913—1914). Их мечтой было издание в России профессионального социологического журнала, и названные выпуски сборника ими представлялись как прелюдия к такому журналу. К сожалению, наступившая война помешала реализации их идей относительно издания журнала.  
Идея российского социологического журнала была заложена и в задачи Русского социологического общества (1916). Так получилось, что такой журнал был основан в нашей стране только в 1974 г. Дистанция в 60 лет!

      Безусловно, названные работы Ковалевского, а  также и другие, где он выступал автором, редактором-организатором, способствовали определению места социологии в системе социогуманитарных наук, приращению социологического знания и ее признанию со стороны других научных направлений и массового сознания. Трудно назвать другого социолога, который сделал бы так много для распространения социологических идей и постановки обучения социологии молодых людей, становления социологической корпорации и социологической культуры в нашей стране.

        С именем Ковалевского связано также формирование секции социологии при Историческом обществе в Санкт-Петербургском университете (1912). Создание самостоятельного научного общества, утверждающего социологию, было мечтой Ковалевского и его единомышленников. Названная секция представляла фактически первую попытку объединения социологов для совместной реализации их планов. Начинания Ковалевского, Кареева и других привели к тому, что в дооктябрьский период и в первые годы советской власти курс социологии начал читаться в ряде университетов и частных учебных заведений, а в 1919 г. были открыты по инициативе ученика Ковалевского П. Сорокина кафедра и отделение социологии на факультете общественных наук Петроградского университета  знаний.

      Ковалевский сыграл большую роль и в институционализации мировой социологии. Он являлся членом и президентом «Международного института социологии» (1894) и членом «Общества социологов» в Париже (1895).

      М. Ковалевский является автором многих работ в области социологии. Среди  них особое место занимают «Социология» в 2-х томах (1910), «Современные социологи» (1905), «Очерк происхождения и развития семьи и собственности (1939), «Социология и сравнительная история права» (1902) и т. д. В работах Ковалевского мы находим громадную эрудицию и широкие выводы, основанные на огромном эмпирическом материале. Он, как отмечал П. Сорокин, один из редких ученых, кто умел сочетать абстракции с эмпирическими данными и в результате чего достигал результатов «первого разряда». Кстати, эмпирические данные он черпал не из чужих работ, они были всегда добыты им самим. Надо сказать, что современные дискуссии о соотношении теоретического и эмпирического после внимательного изучения опыта Ковалевского часто кажутся беспредметными.

      Социологическая система Ковалевского весьма содержательна и оригинальна. Во-первых, она характеризуется историчностью анализа и широтой сравнительных обобщений. Этому способствовал активно развиваемый им историко-сравнительный метод, как метод социологического исследования истории. У Ковалевского исторический и сравнительный методы слились в один историко-сравнительный метод социологии, что было новым, оригинальным подходом. Он называл этот метод «средством построения совершенно новой еще ветви описательной социологии - я разумею историю человеческих обществ». С помощью этого метода он провел интереснейшие типологические обобщения в различных научных направлениях (социология, история, право, экономика).  
Во-вторых, она, т. е. социологическая система, носит плюралистический характер. Ковалевский придерживался идеи многофакторности общественных процессов, им была сформулирована теория социальных факторов. «Следует говорить не об одностороннем влиянии, а о воздействиях, взаимно оказываемых друг на друга всеми явлениями, из которых слагается общественная жизнь, и не о руководящих факторах — экономическом, правовом, государственном, научном, художественном и т. д., а о стоящих в тесном общении фактах или явлениях общежития» - писал он.  
Критикуя «монистов», создателей самостоятельных доктрин, по свидетельству П. Сорокина, он говорил: «Удивительно однобоки эти люди». Он был далек от прямолинейности в обобщениях и не хотел себя загонять в определенные рамки всякой монистической методологии, хотя иногда при исследовании конкретных социальных процессов придерживался определенного момента, доминирующего фактора. Так, в работе «Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства» (1898-1903) он использует гипотезу роста населения, но в других работах этот фактор для него не стал важнейшим. Его методологический принцип состоял в обобщении на основе изучения многочисленных фактов и факторов общественного процесса. Этому способствовало непременное сочетание в его творчестве эмпирического и теоретического.

      Как отмечают исследователи, взгляды Ковалевского на проблему факторов общественного развития подвергались изменениям. Плюрализм Ковалевского утвердился позже, тогда, как в ранних работах проявлялся незначительно, о чем говорилось выше. Однако, эволюцию Ковалевского, как пишет П. Сорокин, надо видеть не как переход от монизма к плюрализму, а как переход от скрытого плюрализма к плюрализму явному, переход от субстанционального понятия факторов к методологическому конструированию последних, где фактор ставится в простую функциональную связь нескольких рядов и таким образом становится чисто методологической независимой переменной.  
Таким образом, Ковалевским вместо теории фактора была создана впоследствии теория функциональной связи общественных явлений, которая им была реализована в многочисленных работах.

      Третьим моментом социологической системы Ковалевского является генетическая социология. Концепция генетической социологии связана с идеей прогресса, с идеей социологического историзма, которая имеет в своей основе позитивистские традиции. Ковалевский всегда был верен позитивистской методологии и он никогда ей не изменял. Концепция генетической социологии непосредственно вытекает из определения им предмета социологии, которую он считал наукой, имеющей своей целью установление законов и тенденций общественного развития. «Генетической социологией, - писал он, - называют ту часть науки об обществе, его организации и поступательном ходе, которая занимается вопросом о происхождении общественной жизни и общественных институтов, каковы: семья, собственность, религия, государство, нравственность и право...». Генетическая социология, по мнению Ковалевского, должна заниматься изучением законов эволюции на основе прочного фундамента конкретных фактов, в частности добытых этнографией. Она включает в себя сравнительно-исторический метод и ставит своей задачей исследование происхождения и развития различных институтов, их символического окружения у различных народов. Актуализация сравнительно-исторического метода обеспечивает раскрытие их типологического единства, общности, т, е. закономерности. Общественное развитие, развитие институтов, ведет к постепенному углублению сферы солидарности во взаимодействии между народами, социальными группами и т. д. Здесь Ковалевский расходился с марксистской социально-исторической концепцией, утверждавшей о неизбежности обострения социальных противоречий и о необходимости их насильственной ликвидации. Кстати, это было одной из основных причин отхода Ковалевского от Маркса, с которым он был лично знаком и поддерживал переписку. В целом он высоко ценил научное значение теории марксизма в области теоретической политэкономии и истории хозяйства, и в исследовании этих сфер, считал он, роль этой теории незаменима.

      Генетическая  социология Ковалевского, основанием которой служила этнография, была направлена на изучение эволюции социальных институтов в этническом «облике», в частности в России. «Вопросы генетической социологии, науки о происхождении общественных институтов, - писал он, - имеют особый интерес для русских, ввиду чрезвычайно богатого этнографического материала...».

      Таким образом, она включает в себя сочетание  этнографических и социологических  методов и представляет своеобразный вид социокультурной антропологии, направления, которому в последние  годы уделяется большое внимание в нашей стране.

      Ковалевский, рассматривая развитие форм социальности (культурности), исходил опять же из плюралистических позиций.

      Он  опередил дискуссию между сегодняшними антропологами, материалистами и символистами. Для него генетическая социология, как тип  антропологии, включала в себя поиск объективных закономерностей развития форм социальности, а также интерпретацию, поиск смысла тех или иных норм, «невидимого» духовного мира, связанного с переживаниями, верованиями, идеологиями, суевериями.

      В концепции генетической социологии Ковалевского имеет место соединение в рассмотрении общественного развития земных (объективных) факторов с духовными, символическими. Он уверен, что общность, коллектив, человек существуют как в мире созданном им, в определенной природной среде, так и в мире духовном, культурном, символическом. Таким образом, у Ковалевского мы находим соединение объективного и символического подходов, тем самым он снимает иногда ненужные споры о справедливости, истинности одного из них.

      Краткое представление основных идей М. Ковалевского говорит об оригинальности его социологической системы. Это особенно видно в работе «Современные социологи», которая посвящена систематическому анализу основных социологических школ и традиций его времени. П. Сорокин считал эту работу наиболее основательным критическим анализом ведущих социологических теорий в мировой научной литературе. Ценность этой работы определяется тем, что многое представлено им из первых рук, так как Ковалевский лично знал, общался с теми социологами, взгляды которых излагает.

      Первоклассный европейский ученый, он был в русле  основных идей социальных наук своего времени, часто оказывался свидетелем их рождения и развития. Его коллегами  были почти все русские ученые его времени: И. И. Мечников, К. А. Тимирязев, П. А. Милюков, В. М. Бехтерев, П. Б. Струве, Н. И. Кареев, Е. де Роберти, А. И. Чупров, С. Муромцев и др. Из зарубежных ученых: Э. Дюркгейм, Т. Гексли, Г. Тард, Ф. де Куланж, А. Бергсон, Г. Спенсер, Э. Тейлор, К. Маркс, Р. Вормс, Э. Вандервельде и др. Его смерть в 1916 году вызвала многочисленные отклики выдающихся представителей мировой науки и России. «Мнения были едины - ушел из жизни великий русский ученый и демократ». Эмиль Дюркгейм заявил: «Я удручен печальной вестью. М. Ковалевский был ученый высокой совести, большой цены. Это был человек сердца, горячий защитник либеральных идей. Россия и мир понесли большую потерю».

      На  рубеже ХХI века перед социологами стоит важнейшая задача: создать целостную концепцию общественного развития, используя теоретические и методологические основы теории социального взаимодействия. Как известно, теорию социального действия и взаимодействия развивали многие представители социологической мысли различных школ и направлений. Среди них можно выделить М. Вебера, разрабатывавшего теорию «социального действия» и считавшего, что социология - это наука о социальном взаимодействии (действии индивидов, направленном друг к другу). Значительный вклад в теорию социального взаимодействия внесли Т. Парсонс, написавший свою знаменитую книгу: «Структура социального действия» и Р. Мертон, изучавший функциональные связи и взаимодействия систем в социальной структуре общества, их влияние на деятельность и поведение людей в обществе. Концепцию социального взаимодействия развивали такие школы и направления как: теория обмена (Д. Хоманс); теория конфликтов (Р. Дарендорф и Л. Козер и др.); символический интеракционизм (Г. Мид, Г. Блюмер, Э. Гоффман и др.); феноменологическая социология и этнометодология (Э. Гуссерль, А. Щюц, П. Бергер и Т. Лукман и др.) и т.д.

      Питирим Александрович Сорокин (1889-1968) - один из самых выдающихся умов ХХ века, кто внес значительный вклад в разработку теории социального взаимодействия. Как и многие другие исследователи, он считал, что предметом социологии выступает межчеловеческое взаимодействие, отличное от взаимодействия в неорганической и органической природе. Социология, по его мнению, есть наука о поведении людей, находящихся в процессе социального взаимодействия.

      Основываясь на этом, П. Сорокин выделяет специфику и структуру межчеловеческого взаимодействия. Специфику взаимодействия он видит в социокультурных факторах, которые определяют характер, типы и формы социального взаимодействия людей в обществе. По его мнению, социальное взаимодействие возможно при определенных условиях:

1. наличности двух и большего числа индивидов, взаимодействующих друг с другом с целью удовлетворения различных потребностей;
2. наличности актов, посредством которых реализуются те или иные виды взаимодействия;
3. наличности проводников, передающих действие от одного индивида к другому.

Все эти условия, выступая в единстве, образуют структуру социального  взаимодействия.

      Поскольку общество представляет собой сложную  систему взаимодействия и поведения  людей, то П. Сорокин пытается дать классификацию типов и форм социального взаимодействия. По его мнению, критериями классификации могут выступать количество и качество самих элементов взаимодействия. Так, в зависимости от количества людей, участвующих во взаимодействии, он выделяет:

1. взаимодействия между двумя индивидами;
2. взаимодействия между одним индивидом и многими индивидами;

3) взаимодействие  между многими индивидами или  между двумя группами индивидов. 

      Рассматривая  качественные характеристики взаимодействующих индивидов или групп индивидов, он выделяет следующие взаимодействия:

• односторонние и двусторонние;
• длительные и временные;
• антагонистические и неантагонистические;
• шаблонные и нешаблонные;
• сознательные и бессознательные;
• интеллектуальные, чувственно-эмоциональные или волевые.

      Дальнейший  анализ социального взаимодействия П. Сорокин связывает с причинно-функциональной зависимостью, которая ведет к  коллективному единству или коллективной индивидуальности. Он ищет пути или  критерии интеграции на основе космическо-географических, биолого-физиологических и социально-психологических факторов. Построение всей системы социальных взаимодействий завершается трехуровневой иерархией. Первый уровень взаимодействия - это межиндивидуальные отношения. Эти отношения становятся социальными в «элементарных» группах, которые представляют собой единение людей по какому-либо одному из общих признаков (например, по признаку пола, возраста, дохода, профессии и т.д.). Второй уровень - это различные комбинации «элементарных» групп, образующих коллективное единство. Третий уровень - это отношения между «кумулятивными» группами, объединенными вокруг нескольких признаков (например, классы, нации, элиты и т.д.). Таким образом, общество как сложный социальный агрегат - есть совокупность «элементарных» и «кумулятивных» групп.

      Анализ  и положение социальных групп  в обществе П. Сорокин связывает  с социальной структурой общества. Социогрупповая динамика изучается  им в тесной взаимосвязи с теорией  стратификацией. Стратификация - это способ измерения статуса той или иной социальной группы в социальном пространстве. Изучение и классификация социальных групп позволили П. Сорокину сделать важнейший вывод о том, что как в группе, так и в обществе существует расслоение и неравенство людей. Значительное внимание в социогрупповой динамике автор отводит социальной мобильности, которая, согласно ему, бывает двух видов - горизонтальная и вертикальная.

      Согласно  П. Сорокину, общество существует благодаря  организованным типам взаимоотношений  между людьми в обществе. Изучая их, он выделяет следующие основные типы интеракции:

1. семейный тип;
2. договорный тип;
3. принудительный тип;
4. смешанный.

      Завершает свою теорию социального взаимодействия П. Сорокин учением о «социокультурной динамике». Он считал, что социальная структура общества должна включать в себя не только социальные группы, но и институты. Социальные институты отличаются от групп тем, что они представляют собой такие образования (организации), которые характеризуются:

• наличием нескольких социальных групп, имеющих общие ценности и удовлетворяющие их потребности;
• единым этносом (духовной культурой);
• наличием материальной культуры;
• специальными социальными действиями в рамках данного института.

        Таким образом, социокультурное  взаимодействие состоит из следующих взаимосвязанных элементов: совокупности нематериальных значений, идей, ценностей, стандартов, содержащих сознание индивида или группы; совокупности материализованных ценностей общественной жизни; совокупности взаимодействующих индивидов и групп.

      Определив элементы социокультурного взаимодействия, П. Сорокин раскрывает его структуру. По его мнению, она состоит их трех аспектов, неотделимых друг от друга:

• личность как субъект взаимодействия;
• общество как совокупность взаимодействующих индивидов с его социокультурными отношениями и процессами;
• культура как совокупность значений, ценностей и норм, которыми владеют взаимодействующие лица, и совокупность носителей, которые объективируют, социализируют и раскрывают эти значения.

      Личность, общество и культура между собой тесно взаимосвязаны и не могут существовать друг без друга.

      Ценностным  подходом П. Сорокин пытался обосновать законы статики и динамики общественного  развития. С учетом социокультурного (ценностного) содержания общая социальная структура общества выглядит следующим образом:

• главнейшие формы неорганизованных и полуорганизованных групп;
• «односторонние» группы, построенные лишь на одном ряде основных ценностей (биосоциальные и социокультурные группы);
• «многосторонние» группы, построенные вокруг комбинации многоуровневых ценностей.