Становление и развитие института политических партий в западных демократиях

3

Введение

Теоретическое изучение партий имеет очень давнюю традицию. Начиная от Аристотеля, Тацита, Макиавелли и заканчивая современными идеологами, феномену политических партий уделялось большое внимание. Однако, несмотря на столь длительную историю и глубину исследований, тема политических партий вообще, и политических партий в западных демократиях в частности и сейчас не теряет своей актуальности.

Во-первых, потому что до сих пор не удалось вывести более или менее универсальной теории партий. Во многом это связано с множеством подходов к изучению института политических партий. Также причиной отсутствия универсальной теории является слишком широкое многообразие функций политических партий и изменение их роли в политических процесса на разных исторических этапах.

Во-вторых, актуальность исследуемой темы состоит главным образом в том, что на  данном историческом этапе очень распространено стремление к демократизации политических режимов. Демократия признана большинством западных стран лучшим политическим режимом, гарантом прав и свобод личности, условием для наиболее гармоничного, мирного и разностороннего развития человека. Россия также заявляет о своем стремлении развивать демократию. Институт политических партий является необходимым концептом для полноценного развития демократии. Становление этого института в нынешнем его понимании большинство ученых, исследователей, партологов связывают именно с периодом становления демократий. Таким образом, чтобы иметь возможность  наиболее эффективно развивать демократический режим любой страны, в том числе и России, мы должны обратить пристальное внимание на глубокое разностороннее изучение института политических партий, и именно института политических партий в западных демократиях. Именно там, на западе, в странах, которые первыми встали на путь становления и развития демократии, мы найдем первопричины зарождения современных политических партий. Особенности развития этих стран, исторические и национальные, оставили отпечаток на структуре и функционировании  собственных партий. Прослеживая причинно-следственные связи становления, развития и функционирования партий в западных демократиях, мы можем отметить наиболее эффективные способы создания и трансформации подобных организаций. К тому же, анализ данной темы позволит избежать ошибок политических партий в тех странах, где данный институт развивается не столь длительный период.

Выбранная тема исследования на данный период изучена достаточно глубоко. Хотя универсальных трудов, позволяющих получить всестороннее представление о становлении и развитии политических партий именно в западных демократиях, к сожалению, пока нет. Наиболее весомые работы по этой части, это работа французского ученого, государствоведа, партолога Мориса Дюверже «Политические партии», увидевшая свет в 1951 году, и работа Моисея Яковлевича Острогорского, российского политолога, «Демократия и политические партии», работа 1903 года. Это два наиболее полноценных произведения, раскрывающих теорию партий с самых разных сторон, начиная от предпосылок зарождения политических партий, и заканчивая современными тенденциями развития партий. Разумеется, и эти работы написаны с точки зрения определенных авторских подходов, что вносит некую субъективность и односторонность в представления о генезисе исследуемого института. Но в то же время, обозначенные труды дают во многом универсальную информацию, рассматривая исследуемый институт со всевозможных ракурсов. Разумеется, институт политических партий в условиях демократического режима и далее будет трансформироваться, открывая все больше новых тем для исследований. То есть даже если и будет разработана какая-либо  универсальная теория, она тут же будет считаться неполной и устаревшей.

Целью данного исследования является выявление особенностей становления института политических партий в западных демократиях, его развития, особенностей функционирования, выявление положительных и отрицательных функций данного  института.

К задачам исследования  относится описание истории развития и трансформации данного института, выявление его положительных и отрицательных функций, установление роли института политических партий в демократических режимах.

Объектом исследования является институт политических партий в западных демократиях.  Предметом – особенности функционирования данного института, вытекающие из особенностей становления и развития, а также причины возможной неэффективности политических партий.

Основными методами данного исследования является анализ воззрений различных партологов на обозначенную проблему, анализ официальных документов, закрепляющих положения партий, синтез различных мнений ученых в единую картину становления и развития политических партий именно в западных демократиях.

Глава 1. Институт политических партий в политической науке

§1 Сущность политических партий

   В партологии очень важную роль играет проблема определения партии. От этого напрямую зависит определение сущности, свойств, функций и других  характеристик партии. Существует множество подходов к определению политической  партии. К примеру, организационный подход исходит, соответственно, из организационного критерия в определении. В рамках данного подхода можно выделить  три позиции.

       Если понимать под политической партией любую группировку, которая борется за власть, влияние, интересы и идеалы своих членов, то история партий начнет свое исчисление со времен создания первых органов правления: вождя, совета старейшин, собрания племени.  Такие партии-группировки не нуждались в постоянных органах  и собраниях. Любое стихийное обсуждение важных вопросов приводило к разделению на группы интересов. Сторонниками такого определения политических партий были первые теоретики партий Н. Макиавелли, Т.Гоббс.

     Если же  взять в качестве определения политической партии уже сложившееся объединение депутатов законодательного органа, избранных на основании закона о выборах и работающих по определенным нормам и правилам; объединение которое имеет признанного лидера, общие представления о системе идей и целей, которая осуществляется лидером через органы государственной власти, то хронология политических партий поведется с XVII века. Партии подобного характера возникли изначально в парламенте Британии, затем в Конгрессе США, в законодательных органах других стран и существовали в виде парламентских фракций до периода, когда расширение избирательного права и демократизация общества не изменили их организационную структуру. Сторонниками данного определения являлись, к примеру,  Дж. Мэдисон, Т. Джефферсон.

    С XIX века, под влиянием общественно-политических изменений под партиями стали понимать конкретную общественно-политическую организацию,  с местными и региональными структурами, парламентской фракцией, общенациональным руководством, осуществляющую свою деятельность на основании программы и устава, принятых партийным съездом.

    Другой, идеологический подход, в качестве критерия для определения партии берет партийные идеологии. И здесь выделяются следующие определения.

    Партия это носительница разделяемого определенной социальной группой общественного идеала – таково определение с точки зрения либерального подхода. В качестве главных принципов здесь выступают личная свобода партийной деятельности, свободное развитие общества, естественное возникновение и развитие партий, и их свободная деятельность. С точки зрения данного подхода, группа людей, естественным образом объединенная общей идеей, создает единую программу, на основе которой формируется политическая партия. П.А.Берлин считает, что «являясь вольным боевым союзом, изо дня в день ведущим борьбу с врагами, политическая партия не может обойтись без дисциплины. Партийная дисциплина носит…духовный характер, она есть дисциплина духа, а не дисциплина тела, и ее оправдание заключается в ее добровольном, а не принудительном характере. Партия есть добровольный, а не принудительный союз людей, объединенных единством социальных интересов и политических убеждений».[1]

    С точки зрения  социал-демократического подхода, партия не только является носителем идеалов, но и выражает интересы определенного общественного класса. Идеал таких партий – партии массовые, не только представляющие интересы определенного класса, но и  существующие за его счет. Здесь большую важность имеет организационный принцип, благодаря которому массовые партии действуют эффективно. В данном случае речь не идет о принципах личной свободы, на первое место ставится необходимость соблюдения партийной дисциплины. Немецкий социал-демократ Карл Либкнехт придерживался мнения, что задача партии заключается в том, чтобы учиться, пропагандировать и организовывать.

    Существует также  коммунистическая трактовка партий. Здесь партия есть выразительница воли определенного класса. Партия – это передовой отряд класса, ведущий его на революцию для достижения диктатуры пролетариата. Со временем столь жесткое определение партий с точки зрения коммунистической доктрины было смягчено.  Краткий политический словарь дает нам следующее определение: « Партия политическая – наиболее активная и организованная часть какого-либо класса, либо его строя, выражающая его интересы…Коммунистические партии…- наиболее последовательные выразители интересов рабочего класса, трудящихся масс. Они выступают как авангардная сила в борьбе за демократию, социализм, мир, национальную независимость».[2] Сейчас коммунистическая трактовка в определении партий практически не используется.

  В 1957 году Э. Даунс дал следующее определение политической партии: «Это команда людей, стремящихся контролировать государственный аппарат путем приобретения должностей на надлежащим образом организованных выборах»[3]. Это так называемое узкое определение политической партии. Согласно данному определению, из круга политических партий выпадают всевозможные сепаратистские, революционные, террористические, этнические и прочие организации,  которые используют выборы и парламентскую деятельность для прикрытия захвата власти иным путем. Узкое определение партий фактически имеет в виду только демократические партии.

    М. Дюверже выдвинул широкое определение партий. Под партиями он понимал организации, которые стремятся к захвату власти или к участию в ее отправлении, и опираются  на поддержку широких слоев населения, в отличие от групп давления, представляющих ограниченное число граждан с особенными или частными интересами. В 1976 году Дж. Сартори ввел понятие «антисистемные партии», говоря о группировках, подрывающих легитимность режима, не признающих  политической системы и  стремящихся к ее свержению или изменению. К. Джанда определил партию еще более широко, как организацию « преследующую цель замещения правительственных должностей своими признанными представителями»[4].

Можно разделить все разнообразие дефиниций можно разделить и по иным подходам.

Функциональный подход определяет  партию через ее функции, составляющие ее деятельность в обществе и государстве. В данном подходе главное внимание уделяется определению задач партии, выполняемых в интересах общества, и тех действий, которые партии необходимо совершить, чтобы политическая система работала стабильно. В рамках данного подхода известный теоретик партий Р. Макридис определяет политическую партию, как «ассоциацию, мобилизующую и активизирующую людей представляющую их интересы, вырабатывающую компромиссный подход среди различных точек зрения и выступающую в качестве основы для политических лидеров, осуществляющих руководство и управление страной»[5]. В данном определении, однако, отражены далеко не все функции партии. Еще один сторонник функционального подхода к определению партий, П. Меркл, характеризует партию, как организацию, рекрутирующую и социализирующую новых членов, избирающую лидеров через внутренние процессы представительства и выборов, организацию, которая разрешает споры, принимает решения о политике в отношении внешнего мира. Здесь добавляется функция рекрутирования и социализации новых членов, выдвижение лидеров и функция определения политического курса. Элдерсфельд добавляет к партийным функциям борьбу за власть на выборах, мобилизацию социальных интересов, защиту своей идеологии и связь граждан с политической системой.

Учитывая, что партия как институт насчитывает несколько десятков функций, данная дефиниция с точки зрения функционализма всегда будет неполной и незавершенной. Поэтому используя в исследованиях функциональное определение партий, необходимо обращать внимание на самые необходимые в рамках какого-то конкретного исследования функции.

      Следующий, структурно-функциональный подход определяет партию как институт общества, и ведущим критерием считает место партии между общественными и государственными институтами. Чаще такой подход используется для определения партийных систем. Здесь С. Нойманн определи политическую партию как организацию активных политических лиц в обществе – тех, кто заинтересован в контроле над государственной властью и, добиваясь поддержки народа, соперничает с другой группой или группами, придерживающимися иных взглядов. В таком качестве партия представляет собой могущественного посредника между общественными силами, идеологиями и официальными государственными институтами, а также в политических действиях огромного политического сообщества.

     Структурно-организационный подход определяет партию через ее внутреннюю структуру, как социально-политическую организацию. Здесь речь идет о внутрипартийной структуре, составе партийных органов и партийных организаций. М. Дюверже поддерживал сторонников данного подхода,  говоря о том, что «в природе организации современных политических партий их сущность раскрывается куда более полно, нежели в их программах или классовом составе: партия есть общность на базе определенной специфической структуры».[6]

   Б. А. Исаев, говоря о возможности комбинирования подходов в случае необходимости представить в исследовании политические партии, определяемые несколькими подходами, употребляет термин «комбинированный подход». Здесь можно исходить из места, роли партии в политической системе и обществе, принципов внутренней структуры партий. Большинство современных конституций используют определения такого характера.

       Но, так или иначе, встает вопрос об универсальном определении политической партии. Чтобы охватить все признаки партий во всем их многообразии, в определение универсального характера придется включить около полутора сотен характеристик. Но использование такого определения будет крайне затруднительным, или, если сказать точнее, невозможным.  Однако решая проблему универсального определения партии, Дж.  Лаполомбара и М. Вайнер вывели универсальные признаки, присущие почти любой партии:

- Каждая партия является носительницей идеологии

- Каждой партии присуща определенная организация

- Каждая партия имеет целью завоевание и осуществление политической власти

-Любая партия стремится обеспечить себе поддержку максимального количества избирателей и включить в свои ряды максимальное число членов.

Таким образом, эти признаки - идеология, цель и стремление к максимизации поддержки – на данном этапе называются «универсальным определением партии».

    Не менее важным подходом к определению партии является юридическо-практический подход. Здесь учитывается определение партии  в законах конкретной страны. Данное определение является важным для практической партийной деятельности в рамках какой-либо страны. Исключением из общего числа демократических государств является, пожалуй, только законодательство Соединенных Штатов Америки, Великобритании и иных стран - сторонников англосаксонской правовой системы, имеющих в силу своего исторически сложившегося особенного правового развития и социально-политического устройства достаточно специфичное законодательство о политических партиях. Характерно, что в этих странах упоминание о политических партиях в законодательных актах конституционного характера полностью отсутствует. Достаточно заметить, что Конгресс США вопросами законодательного регулирования деятельности политических партий почти не занимался. Максимум, чего до сих пор касались федеральные законодатели, это вопросов финансирования избирательных кампаний и коррупции.

      Итак, как мы видим, существует множество подходов к определению политической партии. Каждый из них, так или иначе, имеет право на существование. Цели научных исследований в области партологии могут быть самыми разнообразными, и здесь разнообразие существующих определений может оказаться весьма полезным. Однако нам необходимо остановиться на определении, наиболее соответствующем предмету нашего исследования, политическим партиям в западных демократиях. Остановимся на том варианте, что политическая партия есть добровольная организация группы избирателей, стремящаяся к совместному участию в конкурентной борьбе за государственную власть для реализации своих политических требований посредством участия в выборах. Данное определение достаточно узко и конкретно, оно отражает специфику института политических партий именно  в странах с демократическим режимом, а именно достижение партией целей путем выборов. Кроме того, в определении выражена общая цель всех типичных партий – имеется  в виду участие в борьбе за власть.

§2 Становление  института политических партий

    Уже в древности существовала традиция теоретического изучения партий, а следовательно, и сами партии. Аристотель начинает свою работу «Афинская полития» с описания неудачной попытки государственного переворота партией -  кликой Килона,  в 640 году до н.э. Тацит упоминает в своих трудах о вражде между юлианской и помпеянской партиями в период гражданских войн в Римской республике I в. н. э. 

   Никколо Макиавелли (XV-XVI в. н. э.) в «Истории Флоренции» упоминает о борьбе между партией гвельфов  (сторонниками Папы римского) и партией гибеллинов (сторонниками императора Священной Римской империи).

   Английский мыслитель Томас Гоббс (XVI – XVII в. н.э.), построив модель государства  в виде огромного человекообразного Левиафана, пытался определить функции и место отдельных частей общества,  в том числе партий. Он говорит о корпорациях нищих, воров, цыган, людей, пребывающих из-за границы, образующих партии. Также Гоббс упоминает о лигах подданных, о группировках, защищающих их интересы.

    Таким образом, если за партии принимать всевозможные группы интересов, ведущих борьбу за политическую власть, то сюда можно отнести и большие народные организации в современных демократиях, реально выражающие общественное мнение, и враждующие группировки античных республик, и кланы, формировавшиеся вокруг военных предводителей в эпоху Ренессанса. Тогда возникновение партий можно отнести ко временам Античности. Однако же большинство партологов предпочитают называть подобные группы интересов, существующие на определенном историческом этапе протопартиями.

      Протопартии являют собой лишь относительно сформировавшиеся структуры, институты, основанные на общих интересах или идеологиях, действительно ведущие борьбу за политическую власть. Выше упоминалось о попытке Дж. Лаполомбары и М. Вайнера вывести универсальное определение партий. Этими теоретиками были выведены функции, присущие практически всем партиям, в числе которых стремление партии обеспечить себе поддержку максимального количества избирателей и включить в свои ряды максимальное число членов. Так вот данная функция присуща только партиям в современном, узком понимании. До XIX века партийная - или, вернее, протопартийная  деятельность  заключалась в борьбе за политическое первенство между элитарными группировками, совершенно не нуждавшимися в поддержке общества и не являющимися представительными органами.  Например, партии тори и виги, возникшие в Великобритании в XVII веке, ставшие прародительницами Консервативной и Либеральной  партий соответственно, появились в парламенте на основе действовавших там группировок и долгое время существовали в виде «предприятий претендентов». Макс Вебер назвал такие предприятия «партиями уважаемых людей, получивших широкое распространение вместе с распространением власти бюргерства»: «Образованные и состоятельные» круги, духовно руководимые типичными представителями интеллектуальных слоев Запада, разделились, частично по классовым интересам, частично по семейной традиции, частично по чисто идеологическим соображениям, на партии, которыми они руководили. Духовенство, учителя, профессора, адвокаты, врачи, аптекари, состоятельные сельские хозяева, фабриканты — весь тот слой, который в Англии причисляет себя к gentlemen, — образовали сначала нерегулярные политические союзы, самое большее — локальные политические клубы; в смутные времена беспокойство доставляла мелкая буржуазия, а иногда и пролетариат, если у него появлялись вожди, которые, как правило, не были выходцами из его среды. На этой стадии по всей стране еще вообще не существует интерлокально организованных партий как постоянных союзов. Сплоченность обеспечивают только парламентарии; решающую роль при выдвижении кандидатов в вожди играют люди, уважаемые на местах».[7] Таким образом, на начальном этапе своего развития партии практически не выполняли функцию политического представительства общественных интересов, лишь обеспечивая конкуренцию элитных группировок в борьбе за власть.

         В современном мире существует множество разных по происхождению партий. Имеет место феномен партий, насаждаемых «сверху», из государственных структур. Они создаются в единственном числе в качестве руководящей силы и служат для непосредственного управления всеми структурами общества. Они, как правило, именуются  тоталитарными партиями. Формируются подобные партии и во множественном числе, но лишь для оправдания режима и демонстрации его «демократичности». Однако условиями для формирования таких политических партий являются жесткая централизованная власть, уничтожившая всяческую оппозицию, держащая общество в страхе и покорности. В данном случае речь идет об искусственном создании партии.

     Если же говорить об условиях естественного возникновения партий, то главной предпосылкой этого процесса стало наличие функциональной потребности политической системы в их существовании. Появление партий обычно связывается с возникновением новых социальных классов, характерных для буржуазного общества, с появлением института представительного управления и с введением всеобщего избирательно права. Не менее важную роль сыграла возрастающая неоднородность внутри самого гражданского общества, что повлекло за собой потребность в артикуляции групповых интересов, вылившуюся в создание различных клубов, ассоциаций, общественных групп.

     Согласно мнению известного исследователя партий Мориса Дюверже, история подлинных партий начинается со второй половины XIX века. До этого времени ни одно государство в мире, за исключением Соединенных Штатов Америки, не знало политической партии в современном значении этого слова. Были общественные течения, народные клубы, философские общества, но не партии в собственном смысле. А уже ко второй половине XX века политические партии функционировали в большинстве цивилизованных стран.

            В целом развитие партий оказывается связанным с развитием демократии, то есть с расширением народного волеизъявления и прав парламентов. 

     С увеличением количества функций и ростом независимости политических ассамблей их члены все сильнее начинают ощущать потребность в объединении, чтобы действовать более слаженно. Расширение права голоса и увеличение электората становятся предпосылкой для необходимой организации избирателей с помощью комитетов, которые знакомят с кандидатами и привлекают голоса в их пользу. Таким образом, история возникновения партий связана с появлением парламентских объединений и избирательных комитетов. 

     Здесь механизм генезиса партии выглядит следующим образом: сначала создаются парламентские объединения, затем возникают избирательные комитеты.  Далее устанавливается связь этих образований. Что касается политических объединений, может показаться, что основанием для таких союзов является общность политических доктрин. Однако на деле оказывается, что первые толчки к объединению дает географическое соседство или желание защитить профессиональные интересы. Доктрина возникает после. Вот какой пример приводит Дюверже в своей работе «Политические партии»: «В некоторых странах первые парламентские образования были локальными группами, а уже на их базе в дальнейшем формировались идеологические объединения. Возникновение парламентских групп в недрах французского Учредительного собрания 1789 года являет хороший пример такого пути. В апреле 1789 года депутаты Генеральных Штатов от провинций начинают прибывать в Версаль, где они чувствуют себя как бы вырванными из родной почвы. Совершенно естественно, что посланцы одной и той же провинции стараются держаться вместе, дабы освободиться от преследующего их ощущения изолированности, а заодно и подготовиться к защите своих местных интересов. Инициатива принадлежала депутатам-бретонцам, которые снимают зал кафе и организуют там свои регулярные встречи. Тогда-то они и обнаруживают, что общность их взглядов распространяется не только на региональные вопросы, но и в равной степени на основные проблемы общенациональной политики. Они ищут контактов с депутатами других провинций, которые разделяют их воззрения, - так "бретонский клуб" принимает форму идеологического объединения. Когда собрание перевели из Версаля в Париж, клуб вынужден был прервать свои заседания и вновь подыскивать место. На этот раз за неимением зала кафе его инициаторы арендовали монастырскую трапезную. Именно с названием этого монастыря им и предстояло войти в историю: почти все забыли бретонский клуб, но кто же не знает клуб якобинцев? Аналогичный процесс превращения региональной группы в инициативное ядро доктринальной группировки позднее породит клуб жирондистов».[8] Это так называемое региональное объединение.

    Примерами как раз идеологического объединения, когда депутаты встречаются в определенном месте из-за общности взглядов, являются партии Франкфуртского парламента - «кафе “Милани”», «Казино», «Вюртемберг», « Вестендаль» и т.д. Использование в обозначениях партий названий мест заседаний говорит о неоформленной до конца доктрине, которая была еще не способна охарактеризовать партию.

     Еще одним фактором объединения служит интерес. Некоторые объединения носят характер защитников парламентариев (здесь парламентарий – член парламента). Даже достигшие своей зрелости парламентские группы не перестают уделять внимание вопросу переизбрания. Различные избирательные технологии, требующие объединенных усилий, как выборы по партийным спискам и система пропорционального представительства, усиливают тенденцию к объединению по интересам. Скажем, в Швеции и Швейцарии формирование первых организованных парламентских групп произошло именно в период введения пропорциональной системы.

     Известный политолог М.Я. Острогорский отвел также большую роль в развитии парламентских групп коррупции.  Скажем, в Английском парламенте министры долгое время обеспечивали себе прочное большинство, покупая голоса: «Известен размах, который принимает коррупция на определенных этапах развития демократии как средство противостояния правительства растущему давлению парламентов, - примеры Гизо во Франции и Джолитти в Италии присутствуют во всех мемуарах»[9]

     Что касается появления избирательных комитетов, то оно напрямую связано с расширением народного волеизъявления, которое  делает необходимым привлечения новых избирателей. Введение всеобщего избирательного права привело, например, в начале XX века к росту социалистических партий в большинстве европейских стран.

Еще одна причина появления комитетов связана  с развитием эгалитаристских, уравнительских настроений,  со стремлением в той или иной форме вытеснить традиционные социальные элиты. Скажем, в политическом режиме с ограниченным правом голоса, как во Франции периода Реставрации или в Англии до 1832 года избирательные комитеты не играли особой роли. Здесь не было надобности привлекать избирателей, которые были социально достаточно развиты и многочисленны, чтобы сделать прямой выбор между кандидатами вне всякого партийного представительства: выбор происходил между состоятельными людьми, лицами одного и того же социального круга, где все или почти все знакомы между собой.

     Но если  количество голосующих неожиданно увеличилось,  а избирательные комитеты не созданы или не расширены, и, как следствие,  неспособны канализировать симпатии новых избирателей, голоса будут неизбежно отданы тем, кого они хотя бы немного знают, то есть традиционным социальным элитам. «Создание избирательных комитетов чаще всего - инициатива левых» - говорит Дюверже. Это выгодно левым, чтобы с помощью этих комитетов создать известность новым элитам, способным затмить престиж прежних в сознании избирателей. Правые же вынуждены следовать этому примеру, чтобы попытаться сохранить свое влияние.

    А вот  в Соединенных Штатах Америки избирательные комитеты  обязаны своим происхождением особым обстоятельствам. Народное волеизъявление нуждалось в ориентирах, неких механизмах отбора в силу того, что многие общественные должности в Штатах были выборными. К тому же конституция совершенно не регулировала выдвижение выборщиков на президентских выборах. Деятельность хорошо организованных комитетов была необходима во избежание полного распыления голосов. К тому же продолжавшийся приток эмигрантов постоянно вводил в избирательный корпус массу вновь прибывших, абсолютно не сведущих в американской политике, и нужно было привлечь их голоса к кандидатам, которых они совсем не знали - кроме тех, что были рекомендованы комитетом. А  утверждение  "системы ощипывания", которая отдавала партии-победительнице все чиновничьи места, предоставило в распоряжение комитетов огромные материальные средства; подобно тому, как коррупция в Англии укрепила структуру парламентских групп, в Америке она усилила структуру избирательных комитетов.

    Итак, чтобы появилась настоящая политическая партия, необходима постоянная координация и регулярная связь  парламентских объединений и избирательных комитетов. Сверху деятельность депутата координируется парламентской группой, и он необходимо развивает связи со своим избирательным  комитетом. Избирательные комитеты  через сотрудничество своих  депутатов оказываются связанными в рамках парламентского объединения. На завершающей стадии происходит превращение личных связей  в институциональные, и факт создания партии признается официально.

        Разумеется, в любом правиле существуют свои исключения. История некоторых партий не укладывается в общую картину, их генезис происходит вне электоральных и парламентских процессов. Такие политически партии формируются благодаря внешним факторам.  Зачастую весь строй партии складывается  посредством действия предшествующих ей институтов, собственная деятельность которых протекает за пределами парламента и выборов; в этом случае можно с полным основанием говорить о внешнем происхождении.

       Таким путем политическую партию могут породить весьма многочисленные и разнообразные объединения.

    Во-первых, это профсоюзы: многие из социалистических партий непосредственно были созданы ими. В этом смысле наиболее типична британская лейбористская партия: она родилась в осуществление принятого в 1899 году Конгрессом тред-юнионов решения о создании электоральной и парламентской организаций.

   Во-вторых, сельскохозяйственные кооперативы и профессиональные крестьянские объединения. Аграрные партии проявляли большую активность в скандинавских демократиях, в Центральной Европе, Швейцарии, Австралии, Канаде и даже в Соединенных Штатах.