Товароведение и экспертиза хозяйственных товаров

Оглавление:

ВВЕДЕНИЕ3

1. ИМПЕРАТОРСКИЙ ФАРФОРОВЫЙ ЗАВОД4
2. ПОЯВЛЕНИЕ КОСТЯНОГО ФАРФОРА В РОССИИ6
3. МАСТЕРА КОСТЯНОГО ФАРФОРА13

ИНФОРМАЦИОННЫЕ ИСТОЧНИКИ18

ВВЕДЕНИЕ.

В России довольно много  зарубежных производителей и поставщиков  костяного фарфора, но…

Императорский фарфоровый завод – единственное предприятие в России, выпускающее изделия из тонкостенного костяного фарфора.

«Белизной подобен  нефриту, тонкостью – бумаге. Блеском  подобен 

зеркалу, звонкостью – цимбалам». Так образно и поэтично выражали свое восхищение фарфором в Древнем Китае. Спустя тысячу лет, когда фарфор изобрели в Европе, его стали называть «белым золотом». Изделия из столь редкого и драгоценного материала – фарфора – можно было встретить лишь во дворцах европейских монархов.

Прошло больше двух с половиной  веков и на Императорском, в то

время Ленинградском, фарфоровом заводе им. Ломоносова – родине

русского фарфора –  появились удивительно тонкие, изящные чашечки. От обычного фарфора, изготовленного по классической технологии, они отличались повышенной белизной, тончайшим слоем глазури и той воздушностью, которая была свойственна знаменитому сорту старинного китайского фарфора под названием «яичная скорлупа».

При легком постукивании изделия отзывались приятным и мелодичным звоном. Несмотря на свою видимую хрупкость, этот фарфор обладал достаточной механической прочностью, а гармоничное сочетание классических форм с изысканной филигранной росписью придавало

этим изделиям поистине драгоценный  вид, что ставило их в разряд

коллекционного фарфора.

Они были сделаны из массы, в состав которой ввели фосфат кальция,

то есть золу из костей крупнорогатого скота, поэтому фарфор и назвали костяным. Сегодня Императорский фарфоровый завод – единственное предприятие в России, выпускающее изделия из костяного тонкостенного фарфора по образцам известных скульпторов и художников. Ассортимент продукции – сервизы, комплекты, жанровая и анималистическая скульптура, вазочки – постоянно расширяется и обновляется, а изделия завоевывают все большую популярность у знатоков и ценителей прекрасного.

1. ИМПЕРАТОРСКИЙ ФАРФОРОВЫЙ ЗАВОД

В XVIII веке в России отмечался  высокий интерес к фарфору. 1 февраля 1744 года камергер императрицы Елизаветы  Петровны, барон Николай Корф, находившийся с дипломатическим поручением в  Стокгольме, заключил по поручению  императрицы договор с Христофором  Гунгером, который обязался организовать в Санкт-Петербурге производство фарфора. Организация будущей Порцелиновой мануфактуры и надзор за ней были поручены управляющему кабинета Её Императорского Величества барону Ивану Черкасову.

Гунгер получил материальную поддержку и свободу действий, но не был настолько сведущ, чтобы  организовать производство фарфора  с нуля. За всё время пребывания в России (1744—1748) он изготовил лишь полдюжины чашек сомнительного  качества: они имели искривлённую форму, а цвет их был тёмен. Перед  Черкасовым встала проблема: искать нового мастера за границей или доверить производство Дмитрию Виноградову, русскому химику, сподвижнику М. Ломоносова, зачисленному на мануфактуру именным  указом императрицы в ноябре 1744 года и с самого начала приставленного к Гунгеру для обучения. Выбор  Черкасова оказался удачным: Виноградов смог наладить в Санкт-Петербурге производство высококачественного фарфора.

В 1779 г. на должность модельмейстера завода был приглашён французский  специалист Жан-Доминик Рашет (в  России приобрёл имя Яков Иванович Рашет). Проработав здесь четверть века, Я. И. Рашет внёс большой вклад  в развитие художественного фарфорового  производства. Сам он прославился  знаменитой серией фигур «Народы  Российского государства» (1780-е гг.), которая имеет большую историко-этнографическую  и художественную ценность. По моделям  Рашета создан также «Арабесковый сервиз» (1784) и другие образцы русской фарфоровой промышленности (в частности 27-сантиметровый бюст Екатерины II).

Изначально завод имел статус Императорской фарфоровой мануфактуры  и располагался в 10 верстах от Петербурга. В настоящее время он находится  в черте города (пр. Обуховской Обороны, 151).

Валериан Емельянович  Галямин (1794—1855) был назначен директором в 1832 году. Руководя до этого топографическим  училищем, он сумел как-то вручить  императрице два альбома своих  акварелей. «Отличный рисовальщик» — так говорили про него при  дворе. Возможно, не это сыграло роль при выборе его кандидатуры на должность директора изящного завода, но его вкус к прекрасному очевидно сказался на продукции предприятия. При Галямине стали работать такие  художники-мастера, как А. Воронихин, С. Пименов. Были построены лазарет, аптека, богадельня. Созданы бронзовое  заведение, гончарная мастерская. Открыты  отечественная школа мастеров-художников по фарфору и училище для детей  работников завода. К 100-летию производства создали музей, где демонстрировались  образцовые изделия. Словом, за 16 лет  плодотворной работы Галямин вошёл  в историю завода как лучший директор.

В конце XIX века император  Александр III распорядился, чтобы все  заказы императорской семьи исполнялись  на заводе в двух экземплярах —  один должен был оставаться в музее  завода. Традиция регулярного пополнения заводского музея была сохранена  и в XX веке, в том числе в  советскую эпоху.

Коллекция музея дважды эвакуировалась, первый раз — осенью 1917 г. её вывезли  в Петрозаводск (до 1918 г.), второй —  в 1941 г., когда экспонаты были вывезены в Ирбит (Урал).

В 1920-х на заводе творили  известные художники-супрематисты — Казимир Малевич, Илья Чашник, Николай Суетин.

На заводе работал выдающийся ученый Качалов, Николай Николаевич (20 июня 1883, Санкт-Петербург — 19 июня 1961, Ленинград), химик-технолог, специалист в области оптического стекла, один из первых отечественных разработчиков  технологии его варки и основатель теории его холодной обработки (шлифовки и полировки), организатор науки  и производства, организатор художественного  стеклоделия. Лауреат Сталинской премии второй степени (1947), член-корреспондент  АН СССР (1933).

В течение более чем 60 лет на заводе работал виртуоз  русского радиционного стиля Алексей  Воробьевский. С 2002 года завод является собственностью главы «Уралсиба» Николая  Цветкова. В 2005 году по решению акционеров был вновь переименован в «Императорский фарфоровый завод».

2. ПОЯВЛЕНИЕ КОСТЯНОГО ФАРФОРА В РОССИИ

Родиной костяного фарфора  считается Англия. В России первые изделия из этого удивительного материала появились в 1968 году. Наш костяной фарфор разительно отличался от зарубежных аналогов. Например, по сравнению с английским он более тонкий, звонкий и прочный. Это не удивительно, ведь технология изготовления и состав разрабатывались на Императорском фарфоровом заводе.

Инициатором работ по созданию костяного фарфора в России был Александр Сергеевич Соколов, возглавлявший завод с 1953 по 1974 год. Своей новаторской деятельностью Александр Сергеевич оставил заметный след в истории завода: модернизация оборудования, механизация технологических

процессов, внедрение поточных линий и полуавтоматов взамен ручных

станков, литьевых машин, новых  методов декорирования и многое другое – всего лишь часть его инициатив. В 1966 году он ставит заводской

производственной лаборатории  очень непростую задачу – разработать 

специальную массу для  получения костяного фарфора. Причем изделия 

из этой массы должны быть толщиной всего в 1 миллиметр! Целых  два 

года научно-исследовательская группа вела напряженную работу по поиску исходных материалов, проводила многочисленные пробы. Никто в нашей стране не проводил подобных экспериментов. Эстетику фарфоровых изделий определяют не только совершенство формы и росписи, но и белизна и просвечиваемость. Белизна фарфора зависит от количества содержащихся в массе оксида железа и диоксида титана. Для уменьшения содержания оксидов можно добавлять в фарфоровую массу минеральное сырье. В качестве этого сырья используется фосфат кальция – зола костей животных. Впервые подобный состав фарфоровой массы был получен англичанином Томасом Фрайтом в 1749 году. Позднее подобные изделия стали изготовлять на фарфоровых заводах Вэджвуда в Англии. Состав массы и технология изготовления были строго засекречены, что позволило Англии долгое время оставаться единственным поставщиком изделий из костяного фарфора.

Через два года после начала работы экспериментально-творческой группы был получен первый опытный образец из костяного фарфора. Но и спустя много лет после этого события, точный состав массы для изготовления костяного фарфора является коммерческой тайной. Известны основные компоненты и приблизительные пропорции, но секрет именно в точных пропорциях! Исходные компоненты костяного фарфора следующие: глина, каолин, полевой шпат, кварц и костяная зола. Естественно, что ключевой компонент здесь именно зола, которую добавляют в пропорции более чем 40%. И, что удивительно, именно зола делает фарфор более привлекательным. Еще один секрет – особый режим обжига. Необходимо сохранить тонкий и хрупкий полуфабрикат, что сделать чрезвычайно сложно, особенно при глазуровании изделий. Поэтому первый обжиг проводится при температуре 1250–1280°С, обеспечивающей полное «спекание» фарфорового черепка. После этого изделие глазуруют и отправляют на повторный обжиг уже при более низкой температуре 1160–1180°С.

Сегодня этот технологический  процесс выглядит простым и естественным. Но в конце 60-х годов прошлого века это было маленькой технологической революцией. Впервые в отечественной промышленности фарфоровый полуфабрикат глазуровали по плотно спекшемуся черепку. Да и сам процесс глазуровки разительно отличался от старых, проверенных столетиями, «дедовских» способов. Вместо кратковременного окунания в емкость с жидкой фарфоровой массой, применявшейся в качестве глазури, использовался пульверизатор. Тонким слоем глазурь наносилась на поверхность полуфабриката и после второго обжига придавала ему блеск и прозрачность. Новый цех костяного фарфора заработал в апреле 1969 года. И уже в мае этого года была получена первая партия продукции. В честь этого события первую чашку, созданную заслуженным художником РСФСР Эдуардом Криммером, так и назвали, «Майская». Замысел от промышленного производства отделяло три года. Это небольшой срок, учитывая, что все приходилось делать впервые. Удачные опыты вселили уверенность в конечном успехе. Прежде всего предстояло построить новый цех. Параллельно – создать, изготовить и внедрить новое оборудование. Проект цеха предусматривал механизацию и поточность производства. На площади 800 кв. метров разместились все необходимые участки, обеспечивающие непрерывность технологической цепочки: приготовления массы, поточные линии литья, формования, глазурования, обжига и сортировки. По сути внутри завода создавалось настоящее минипредприятие замкнутого цикла, «завод в заводе». С учетом технологии обжига костяного фарфора заводскими специалистами была спроектирована принципиально новая двухканальная электрическая печь, занимавшая незначительную площадь, проектной мощностью 850 тысяч изделий в год.

Усовершенствовались способы  литья. Оригинальная конструкция литейной машины была спроектирована заводскими рационализаторами.

Гипсовые формы, закрепленные на вращающемся круге, попадая под 

дозатор, наполнялись шликером. Через определенный промежуток

времени специальная трубка отсасывает шликер, оставляя на стенках

формы его тонкий слой, отдавший свою воду гигроскопичному гипсу.

Оставшийся слой шликера, вынутый из формы, и есть заготовка отлитой чашки. За смену машина отливает до двух тысяч таких заготовок,

в то время как при ручном высококвалифицированном литье можно

получить только 600. Всего через два года после ввода в эксплуатацию цех костяного фарфора достиг проектной мощности, выпустив 850 тысяч изделий. Затраты на его строительство окупились. Изящные изделия из тонкостенного костяного фарфора быстро завоевывали популярность. Белоснежные чашечки с удивительной росписью стали предметом коллекционирования. Правительство страны тоже не обошло вниманием столь заметное явление в фарфоровой промышленности, присвоив изделиям из костяного фарфора государственный Знак качества. Растущий спрос на столь понравившийся костяной фарфор диктовал необходимость увеличения его выпуска. Новые предложения от скульпторов и художников завода свидетельствовали о большом потенциале нового, но уже полюбившегося и признанного фарфора, обладавшего высочайшими эстетическими качествами. Реконструкция цеха, проведенная в 1974 году, позволила увеличить выпуск костяного фарфора до 1 млн. 200 тыс. изделий в год. Если первые 5 млн. изделий были получены за шесть лет, то последующие 5 млн. – за три с половиной года. Приближалась московская «Олимпиада-80». По замыслу советского руководства она должна была продемонстрировать всему миру не только спортивные достижения государства, но и передовые позиции во всех областях человеческой жизнедеятельности – экономике, культуре, искусстве. Для полного успеха не доставало маленького чуда. Наверное, наш костяной фарфор, столь существенно и выгодно отличавшийся от зарубежных аналогов, и стал этим чудом. Более 150 тысяч подарочных изделий из костяного фарфора, декорированные рисунками, удостоенными дипломов Оргкомитета «Олимпиада-80», пользовались неизменным спросом отечественных покупателей и огромного числа гостей олимпийской Москвы. В 1980 г. за создание и организацию в Советском Союзе промышленного производства тонкостенных изделий из костяного фарфора группе работников Ленинградского фарфорового завода им. М. В. Ломоносова была присуждена Государственная премия СССР в области науки и техники.

Официальная формулировка, отличающаяся лаконичностью и сдержанностью, отражающая дух целой эпохи, на самом деле говорит об очень многом. Дело в том, что Государственные премии СССР присуждались

самым достойным. Тем, кто  выполнял задачи сверх государственной 

важности, связанные с  обороноспособностью советской страны, функционированием систем ее жизнеобеспечения и совершенствованием идеологического базиса. В ряду награжденных стояли физики-ядерщики,

авиаконструкторы, покорители космоса и деятели культуры, признанные

не только у себя на родине, но и за рубежом: М. Келдыш, С. Королев 

М. Шолохов… Комментарии, как  говорится, излишни.

Как и в годы правления  императрицы Елизаветы Петровны, основательницы первого фарфорового предприятия России, «порцелиновое» дело признавалось делом государственной важности. Для сравнительно

небольшой отрасли промышленности создание принципиально нового

продукта – костяного  фарфора – стало грандиозным  событием.

Когда стало известно, что  группа сотрудников ЛФЗ стали  лауреатами

Государственной премии, в  цех пришли многие сотрудники завода.

Очевидцы событий тех  лет вспоминают: «В центре, на столе, красовались изделия: чайные и кофейные чашки с блюдцами, нежность и изящество форм которых отразились даже в названиях: «Майская», «Лотос», «Одуванчик», «Бутон», «Витая», чайный сервиз с рифленой поверхностью – «Волна», кофейный, со строгими линиями, – «Вертикаль», декоративные плакетки с архитектурным ленинградским рельефом, грациозные скульптуры «Гимнастка», «Лучница», «Гандболистка»...

Посреди всего этого великолепия  возвышался канделябр к сервизу 

«Белый цветок», напоминающий своими чашечками-светильниками 

букет распустившихся белых  колокольчиков.

Высокого звания лауреатов  были удостоены восемь человек: А. С. Соколов, 3. И. Метелица, Л. П. Великотная, Т. И. Тараева, В. С. Алексеева, А. Н. Лебедева, В. М. Шальнова, Н. Б. Гусева.

Лауреат Государственной  премии СССР Л. П. Великотная,

признанный мастер своего дела, и сейчас трудится на Императорском фарфоровом заводе, пользуясь большим уважением и авторитетом среди своих коллег.

В начале 80-х годов цех  костяного фарфора представлял собой уникальную производственную единицу не только в масштабах завода,

но и, пожалуй, в масштабах  всей страны. Последние годы плановой

советской экономики стали  эпохой его расцвета. Специалисты  цеха

были настоящими универсалами. Нередко они владели сразу тремя-четырьмя смежными специальностями. Например, В. М. Павлова,

работавшая с начала основания  цеха, могла заменить глазуровщицу,

обдувщицу, шлифовщицу, ставильщицу-выборщицу  на печи.

Н. С. Калистратова, владевшая тремя смежными специальностями,

была удостоена звания «Мастер – золотые руки».

Трудовой путь Н. С. Калистратовой – достойный образец подражания для всех сотрудников завода. Сегодня она – заслуженный работник, ветеран производства. С момента основания и по сегодняшний день она трудится в цехе костяного фарфора.

Эти очевидные примеры повышения эффективности и производительности труда сегодня вполне естественны в условиях рыночной экономики. Сколько произвел, столько и заработал. Но не стоит забывать, что все это происходило в эпоху «развитого социализма», задолго до горбачевской перестройки и ускорения, когда актуальным лозунгом была всеобщая занятость, пусть и в ущерб производительности.

Конец 80-х – начало 90-х  годов были сложными для всей страны. Но

потенциал и запас прочности  Ломоносовского фарфорового завода был 

велик, а энтузиазм его  сотрудников неисчерпаем. Если кризис как-то

и сказался на производстве, то только в количестве выпускаемых изделий. На качестве продукта это не отразилось. Товарный дефицит сменился острой конкуренцией и борьбой за рынки сбыта. Интрига конца 90-х годов, связанная с изменением статуса собственности, приходом на завод иностранных инвестиционных компаний, исчерпала себя к 2002 году. Мажоритарным акционером и председателем Наблюдательного совета ОАО «Ломоносовский фарфоровый завод» стала Г. В. Цветкова. С этим этапом развития завода связаны новейшие достижения завода, восстановление позиций на внутреннем и внешнем рынках и возрождение прославленной марки «Императорский фарфор». Своеобразным поводом для нового прорыва стал юбилейный для Санкт-Петербурга 2003 год. Целый ряд важнейших государственных заказов по оснащению правительственных резиденций, исторических императорских дворцов в пригородах Санкт-Петербурга и только что восстановленного Константиновского дворца в Стрельне завод выполнил блестяще, подтвердив тем самым, свой высокий статус эксклюзивного поставщика. Санкт-Петербург, ставший на время в 2003 году мировой столицей, принимал зарубежных лидеров: монархов, президентов, премьер-министров. Залы заседаний украшал интерьерный фарфор, залы приемов – парадные сервизы. Высокие зарубежные гости с удивлением замечали наличие одного и того же клейма «ЛФЗ». Большое количество статусных заказов требовало расширения производственных мощностей цеха костяного фарфора.

В 2004 году вводится новый  участок цеха костяного фарфора по изготовлению сувенирных изделий и сервизных штук – изделий сложных

конфигураций. Объем выпуска  сервизных штук из костяного фарфора 

сразу увеличивается на 30%. После нескольких лет затишья на фарфоровом рынке, эта новость возродила интерес отечественного потребителя к российскому фарфору.

В 2005 году заводу возвращено его историческое название – Императорский фарфоровый завод. Изделия, как и во времена первооткрывателя российского фарфора Д. И. Виноградова, стали клеймиться маркой с изображением двуглавого орла. Новое-старое название как нельзя лучше подошло к столь изысканному, элегантному фарфору, которым и является костяной фарфор.

С момента своего появления  и по сегодняшний день костяной фар-

фор является своеобразной визитной карточкой не только Санкт-Петербурга, но и всей России.

Еще в семидесятые годы прошлого века Леонид Ильич Брежнев 

преподнес премьер-министру Индии Индире Ганди сервиз из костяного фарфора, вызвав неподдельное восхищение индийского лидера.

Руководители зарубежных стран, побывавшие в Петербурге в  год 

его 300-летия, получили в подарок прекрасные пары чашек костяного фарфора и сервизы тет-а-тет. Во время саммита «Большой восьмерки» в 2006 году первые леди ведущих стран мира восторгались изящными подарками от принимающей российской стороны – элегантными чашечками «Ковчег».

3. МАСТЕРА КОСТЯНОГО ФАРФОРА

Художники завода Э. Криммер, В. Семенов, А. Лепорская, получив 

новый материал – костяной фарфор, сразу почувствовали его  специфику и оценили превосходные эстетические качества. В разработке форм они попытались представить  изделия стилистически отличными  от простого твердого фарфора, сохраняя вместе с тем высокую культуру художественной школы завода. Камерность, как одно из главных свойств костяного фарфора, стала определяющей в формообразовании, в создании образно-декоративного

языка. Образ природы, ясной  и чистой, присутствует в каждой форме.

Чашки «Майская» Э. Криммера, «Лотос», «Одуванчик» В. Семенова, «Бутон» А. Лепорской передают обобщенный цветочный символ. И старые музейные формы «Витая», «Ландыш» органично вошли в серию новых чашек как близкие им по духу.Первые художники, начавшие работать с костяным фарфором, пробовали перерабатывать старые мотивы, заимствованные из классического твердого фарфора. Но новый стиль росписи стал складываться на графической основе. Именно графики, мастера миниатюры, тонкого «ювелирного» искусства стали ведущими в создании новых композиций.

Рисунок «Розовая сетка» Л. Лобанковой,

выполненный графически тонко  и изящно,

перекликается со знаменитой «Кобальтовой

сеткой» А. Яцкевич.

Яркое живописное начало композиции «Доброе утро» на форме «Волна» Т. Беспалова-Михалева прекрасно сочеталось с графическим строем сервиза.

Творчество в костяном фарфоре известных мастеров А. Воробьевского, М. Моха, И. Олевской раскрылось еще одной прекрасной гранью. «Певец филигранной росписи» А. Воробьевский создал множество сказочных композиций в новом материале. Его графическая по природе манера была особенно близка костяному фарфору.

Тонкий, мозаично-орнаментальный узор великолепно лег на формы 

новых чашек. Воробьевский –  единственный художник, сумевший

работать в новом материале  в своем старом, сформировавшемся

еще в 30-е годы, стиле. И. Олевская – художник яркого и самобытного дарования, остро чувствующая внутренние законы фарфора и связи современного искусства с прошлым. В сервизе «Прогулка» формы «Вертикаль» она утверждает свое родство с определенной культурной традицией, дает новое толкование декоративной росписи.

Огромная заслуга в  создании нового стиля для массового  тиража

принадлежит Н. Гусевой. Именно с появлением костяного фарфора Н. Гусева раскрылась как изумительный график, истинный мастер фарфора. Главное, к чему стремится художник – это подчеркнуть чистоту материала. Ее тонкая, почти невесомая роспись, нежный колорит усиливает это впечатление. Графика Н. Гусевой представляет собой неиссякаемые вариации цветочных орнаментов, фризов, классических медальонов. В ее творчестве заметно

выделяются два типа росписи. Первый связан с культурой Ленинграда, с культурой завода. Второй тип – это рисунки с цветочными мотивами, предназначенные для механизированного производства, для шелкографии. Ею создан рисунок первой чашки с кобальтовой шелкографией «Сосны».

Стилистически линию Н. Гусевой  продолжил В. Богданов, работы которого отличаются тонкостью и лиризмом. Его роспись – ювелирная мазковая живопись, строящаяся на сочетании цветочного орнамента и свободно разбросанных букетов.

Костяной фарфор Императорского завода – легенда российской фарфоровой промышленности. Столь удивительно красивые и непревзойденные по своим эстетическим качествам изделия не имеют аналогов в мире.

Но и среди многих изделий  костяного фарфора есть свои шедевры, поражающие совершенством форм. Разгадка этого явления кроется не

только в свойствах  костяного фарфора, но и в высоком мастерстве художников ИФЗ.

Кажется, что шедевры рождаются в одночасье. Но порою требуются долгие годы, чтобы воплотить замысел в действительность. Автор знаменитого сервиза «Белый цветок» художник Нина Славина вспоминает, как возникла идея сервиза: «…Взяла букет белых колокольчиков, «Компанелла» называются. Поставила в воду в литровую банку. (На даче, на улице). Я уже уходить собиралась, – ветрило такой поднялся, холодно… но сижу, смотрю на цветы. Ветер их треплет, как хочет, мнет их и корежит… И как-то отстраненно я подумала: «Надо же, Природа! Ничего себе форму лепит! Ветер ее и так и этак, а чуть затих ветер – и, пожалуйста, он снова как был, созданный ею цветок!». Тут, как молния меня ударила… Меня, буквально, затопила радость, просто обожгло ею! Я увидела свой «Белый цветок»… Я думала о

том, что мой «Белый цветок»  должен быть только белым – как  символ

Чистоты и Вдохновения! Я  думала, что символично то, что поначалу

меня шокировало: в состав костяного фарфора входит…прожженная 

кость крупного рогатого скота! Я думала, что Живое независимо от

меня породило Живое! Когда  передо мной лег чистый лист бумаги, то я 

без всякого затруднения  нарисовала свой сервиз, как если бы рисовала

его с натуры. К тому времени  я уже успела узнать о характере  мате-

риала – чего ждать от него, чего опасаться, как минусы превратить

в плюсы, – словом, это  было только началом работы над сервизом

«Белый цветок». Работа, работа, работа, в процессе которой было много невероятного. Для того чтобы проявилось то, что стоит сегодня в музее завода (в настоящее время это отдел Государственного Эрмитажа), должно

было пройти 4 года. Вот  он стоит, такой чистый, – и кто  будет знать 

о том, что не так-то просто он рождался на свет… Впрочем, как  и 

всякое дитя». За создание многопланового парадного сервиза  «Белый

цветок» Н. Славина удостоена  Серебряной медали Академии Художеств СССР. Работа над сервизом заняла

четыре года (1979–1984). В  него

входили чайная и кофейная части,

ваза для компота, крюшонницы,

конфектуры, канделябр. Комплект

«Белый цветок» хранится в коллекции 

Государственного Эрмитажа и Музее 

ДПИ в Москве.

Костяной фарфор ИФЗ немыслим без «фарфора Воробьевского».

Понятие «фарфор Воробьевского» включает в себя как собственно авторские  произведения, так и вещи, сделанные  по мотивам рисунков знаменитого  художника. Алексей Воробьевский, народный художник России, работал на

заводе с 1926 по 1992 год. Своими учителями он называл преподавателя школы И. Михайлова и главного художника завода С. Чехонина. Оба принадлежали к творческому объединению «Мир искусства», на идеях которого и формировалось мировоззрение необычайно одаренного художника. За свою жизнь он расписал более полутора тысяч произведений, пронизанных удивительным поэтическим даром восприятия мира. Мира гармонии и красоты, сказочного волшебства и фантастических образов, запечатленных на белоснежной поверхности фарфора.

Работы А. Воробьевского  представлялись на крупнейших выставках в Милане, Париже, Нью-Йорке, Брюсселе, Остенде, Праге, Монреале, Лейпциге и неизменно отмечались дипломами и золотыми медалями. Многие произведения включены в коллекции Государственного Эрмитажа и Государственного Русского музея, крупнейших музеев Москвы, Международного центра керамики в Фаенце (Италия). «Фарфор Воробьевского» дарят президентам, видным государственным и общественным деятелям, мастерам культуры. Костяной «фарфор Воробьевского» – это целая серия чайных и кофейных сервизов, а также удивительные чашечки разных форм, которые коллекционируют сотни людей, доставляя себе огромную радость общения с прекрасным, чарующим искусством замечательного русского художника.