Трансформация геополитических идей. Фашистский вариант внешней политики Германии

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

 УО «БЕЛОРУССКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ»

 

 

 

 

 

РЕФЕРАТ

          по дисциплине: Геополитика

на тему: Трансформация геополитических идей. Фашистский вариант внешней политики Германии

 

 

Студентка ФФБД, 1 курс, ДФМ - 1              Преподаватель

Ю.С.  Савченко             Е.В. Клинова

 

 

МИНСК 2013

 

 

 

 

 

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………..3 Трансформация геополитических идей……………………4 Становление геополитической науки……………….......5 Развитие геополитики 1930-1990 гг…………………….7 Современная геополитика: состояние, проблемы, перспективы……………………………………………..10 Фашистский вариант внешней политики Германии…..15 Внешняя политика Германии в 1933-сентябрь 1939 гг. «Старый»  и «новый» империализм……………………….........................................15              Внешняя политика Германии в 1933-1936 гг……........17 ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………21 Список используемой литературы……………………………...23

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

    Современная эпоха глобальных изменений вносит в повестку дня вопросы мироустройства, ключевых факторов глобального политического процесса и сущности их взаимодействия, требует пересмотра объективной картины мира и т.д. Именно это делает геополитическую проблематику сегодня чрезвычайно актуальной. Это позволяет некоторым исследователям говорить о «ренессансе геополитики». При этом геополитика, рассматривая политический процесс в конкретных пространственных условиях. Сегодня необходимо рассматривать не только пространство в его географической, но и социальной, экономической и т.д. плоскостях. Поэтому необходимо понимать, как современная геополитика рассматривает эти плоскости. Важным шагом на пути такого понимания будет являться рассмотрение процесса становления геополитики как науки. Представление о том, какую цель ставила перед собой данное направление мысли, как эволюционировал предмет геополитики, и какими методами наука пользовалась в процессе познание, раскрывает сущность способно оказать помощь в ходе проникновения в сущность современной геополитики.

    Одновременно с этим геополитика – наука в основе своей интегративная и междисциплинарная. Геополитика не только находится на стуке политической науки, географии, истории, социологии, но и включает в себя, помимо научной, мощную философскую основу. Наглядно проследить процесс взаимной интеграции различных наук и философии в общую геополитическую доктрину возможно только, если рассмотреть историю становления геополитики.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.Трансформация  геополитических идей

 

1.1. Становление геополитической науки

    Период от появления первых идей и концепций, которые в той или иной степени можно отнести к разряду геополитических, до становления геополитики в качестве обособленной и достаточно самостоятельной дисциплины является чрезвычайно продолжительным – с Античности до середины XIX века. Важно отметить, что в данный период геополитика не представляет собой целостной и единой области знаний. У различных философов, мыслителей и ученых встречаются отдельные идеи, относящиеся к геополитической плоскости. Именно поэтому геополитика в данный период не обладает методологией, категориальным аппаратом, объектом и предметом. Это позволяет некоторым исследователям называть данный период «предысторией геополитики». Все геополитические идеи в данный период в той или иной степени связаны с идеей о том, что жизнь государств и народов во всем ее разнообразии в большой степени обусловлена географическим окружением и климатом. Другими словами, идеи, возникшие в период предыстории геополитики, пронизаны географическим детерминизмом.

    Впервые геополитические идеи появляются в трудах мыслителей эпохи Античности. Философы рассматривают географическую составляющую социальных процессов. Например, Парменид (еще в VI в. до н.э.) говорил о пяти температурных зонах, или поясах, Земли, государственный и общественный строй (или их сочетание, т.к. в эту эпоху мыслители не видели особых различий между государством и обществом; между социальной и политической сферами жизни) обладают своими особенностями. Уточнил взгляды Парменида Аристотель, который обращал внимание на превосходство срединной зоны, заселенной греками. Важно уточнить, что геополитические идеи древнегреческих мыслителей имели в основном практико-ориентированный характер и основывались на эмпирических фактах известных конкретным философам. В частности, тот же Аристотель в сочинении «Политика» пишет о геополитических (их так можно назвать с позиций современной науки) достоинствах острова Крит, которые позволили ему занимать доминирующее положение в регионе. Аристотель, изучавший это островное государство, отмечает выгодное расположение, позволяющее, с одной стороны, контролировать транспортные и торговые потоки в Эгейском море (что ставит греческие колонии в зависимое положение), а с другой, отделяющее морскими просторами от мощных врагов.

    Значение географических условий для внутренней и внешней жизни государств отмечали также Полибий, затем римляне Цицерон и особенно Страбон.

    Платон и Гиппократ оставили весьма интересные замечания относительно влияния географической среды на политическую деятельность людей, обычаи и нравы разных народов. Они писали, что климат южных стран расслабляет характеры людей и они легко попадают в рабство, а климат севера, напротив, закаляет, и это приводит к распространению демократии. Надо сказать, что данные идеи (естественно в модифицированном виде) не потеряли своей актуальности и сегодня. Именно расположением, размерами, климатом и взаимоотношениями с соседями некоторые исследователи объясняют удачное распространение демократического политического режима в Скандинавских странах, в Северной Америке и Западной Европе и сложности в процессе демократизации, которые испытывают страны Восточной и Юго-восточной Азии, Южной Америки и т.д.

    В Средние века античные идеи были сохранены и развиты арабскими учеными, среди которых наибольшую известность получили труды Ибн Хальдуна (жившего в 1332—1406 гг.). Он предложил идею исторических циклов, суть которых сводилась к миграции кочевых народов и захвату ими стран с оседлым населением. Исторический цикл завершается, когда создавшие на захваченных территориях империю кочевники утрачивают свои физические и моральные преимущества и окончательно «оседают» на одном месте.

    В эпоху Просвещения и Новое время географическая парадигма в сфере изучения социальных и политических процессов еще больше закрепилась в гуманитарной мысли, благодаря Ж.Ж. Руссо, Ж Ламетри, Ш. Монтескье, Д. Дидро и др. Своего апогея достигает географический детерминизм по отношению к социально-политической реальности в известном изречении Монтескье: «Власть климата есть первейшая власть на земле». Однако, уже вскоре, на рубеже XVIII – XIX вв. среди геополитических идей появляются принципиально новые – основанные на критике географического детерминизма. Например, Г. Гегель, в своей работе «Географическая основа всемирной истории» настаивал на важности не только географических и климатических факторов в социальной ральности, но и призывал рассматривать социокультурные (ценностные, идентификационные, ментальные, нравственные и пр.) характеристики присущие разным народам, независимо от географического места их проживания.

    Нельзя не отметить вклад российских мыслителей в предысторию геополитики. В XIX в. в России географическое направление в социальной мысли представлено трудами Б.Н. Чичерина (считал ключевыми не географические и климатические, а культурные факторы. Он писал, что обширность русской территории, постоянная угроза внешних нападений обусловили особое значение волевых, духовных качеств народа в ходе государственного строительства), А.П. Щапова (географ, историк и публицист, рассматривавший взаимозависимость исторического прошлого и географического положения Российской империи), С.М. Соловьева (отмечал географическую предопределенность зарождения русской государственности и наиболее интенсивного хозяйственного освоения земель в центре Среднерусской возвышенности). В.О. Ключевский отметился многими важными геополитическими идеями. Он писал: «...человеческая личность, людское общество и природа страны — вот те три основные исторические силы, которые строят людское общежитие. Каждая из этих сил вносит в состав общежития свой запас элементов и связей, в которых проявляется ее деятельность и которыми завязываются и держатся людские союзы». Другими словами мыслитель настаивает на использовании сочетания культурных и психологических, социальных и географических факторов при анализе социальной реальности.

    Таким образом, геополитические идеи и концепции в данный период носили в основном фрагментированный и описательный характер. Не имея под собой основательной теоретической базы, ученные, философы и мыслители опирались на эмпирический опыт, что подготовило обширную «базу данных» для развития геополитики к обособленной научной дисциплины в дальнейшем.

    Другим важным условием для развития геополитики стала разработка идеи географического детерминизма. К XIX столетию данная идея приобрела законченность и целостность. Эта идея стала прочным и устойчивым фундаментом геополитической науки, которая в своем классическом виде начинала именно с этой идеи (развивая, дополняя, модернизируя или критикуя её). Можно сказать, что к концу XIX в. вполне созрели основные условия для формирования геополитики как самостоятельной науки.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1.2 Развитие геополитики в 1930-1990 гг.

    Важный этап в истории становлении и развитии геополитики непосредственно связан со Второй мировой войной и хронологически занимает период с 1933 по 1945 г. Этот этап отмечен известной связью геополитики с соответствующей политической практикой Третьего рейха. Идеологизация геополитики достигает в этот период своего апогея в трудах немецких мыслителей, наиболее известным из которых является К. Хаусхофер.

    Оценивая наследие К. Хаусхофера и его коллег, К.С. Гаджиев замечает, что главный пафос их теоретических построений состоял в том, чтобы сформулировать доводы и аргументы, призванные обосновать притязания Германии на господствующее положение в мире. Однако, несмотря на негуманность и радикальность взглядов немецких геополитиков в данный период, его не следует оставлять его без внимания. Во-первых, потому что он наглядно продемонстрировал всю неправильность чрезмерной идеологизации геополитических концепций, а во-вторых, немецкими геополитиками все же были предложены многие содержательные и важные идеи. В частности именно Хаусхоферу принадлежит одно из наиболее востребованных по сей день определений геополитики: «Геополитика есть наука об отношениях земли и политических процессов. Она зиждется на широком фундаменте географии, прежде всего географии политической... геополитика имеет целью обеспечить надлежащими инструкциями политическое действие и придать направление политической жизни в целом... Геополитика — это географический разум государства».

    После окончания второй мировой войны, геополитике, во многом дискредитировавшей себя связью с нацизмом и фашизмом, потребовалось пересмотреть многие свои положения. Ревизия геополитики требовалась еще и потому, что формировалась принципиально новая система мироустройства, результаты научно-технического прогресса меняли соотношение сил суши и моря, а появление ядерного оружия поставило перед человечеством, пожалуй, первую в историю глобальную угрозу. Пересмотр геополитики сделал данную дисциплину более научной и объективной. А также позволил окончательно сформироваться различным направлениям геополитики. Рассмотрим некоторые (ключевые) из них.

    Атлантизм. По мере становления США мировой державой послевоенные геополитики уточняют и детализируют частные аспекты классических теории, развивая при этом их прикладные сферы. Основополагающая модель «морской силы» и ее геополитических перспектив превращается из научных разработок отдельных военно-георафических школ в официальную международную политику США. Практикоориентированная концепция предполагает, наличие глобальных интересов, а также глобальной безопасности, реализация которых возможна силами сильнейшей мировой державы – Соединенных Штатов.

    Один из классиков атлантизма Д. Мейниг в работе «Хартленд и римленд в евразийской истории» подчеркивает необходимость учета функциональных особенностей, к которым склонны государства и народы. Другой последователь Спикмена У. Кирк выпустил книгу, название которой повторяло название знаменитой статьи Маккиндера «Географическая ось истории», в которой развил тезис относительно центрального значения римленда для геополитического баланса сил.

    Мондиализм. Данная концепция предполагает необходимость (возможность или даже реализуемость уже на современном этапе) идеи о наличии единственной доминирующей силы на всем мировом пространстве. Сторонники этой модели рассматривали различные варианты, которые могут привести к становлению единственного центра силы. Окончание «холодной войны» безоговорочной победой одной из сторон (причем чаще всего в качестве победителя рассматривался естественно Западный мир); разрушение обоих центров силы (вследствие, например, взаимного применения ядерного оружия); взаимная интеграция и слияние двух систем с образованием новой единой.

    Примером одной из известнейших мондиалистских доктрин можно назвать модель З. Бжезинского, получившую название «теория конвергенции». Основная идея теории состояла в сближении атлантического и континентального лагерей – СССР и США – через преодоление идеологических противоречий марксизма и либерализма и создание новой «промежуточной» цивилизации смешанного типа. В работе «План игры. Геостратегическая структура ведения борьбы между США и СССР» Бжезинский предложил конкретный план сближения СССР и США, по которому от обоих лагерей требуются взаимные уступки в экономической сфере, идеологии и т.д. По мнению автора, объединить две сближающиеся системы могли бы идеи свободы, гуманизма и демократии.

    Геополитический полицентризм. Третье из основных направлений развития геополитики во второй половине XX в. оперирует идеей о наличии множества центров силы, каждый из которых, с одной стороны, не может единолично контролировать другие, а с другой, ему жизненно необходимо сотрудничать с другими центрами силы. Подобный взгляд характерен, например, для Дж. Спэннер, который в книге «Игры, которые ведут государства. Анализ международной политики» делает предположение о том, что эра «многополюсного» мира наступает еще в период «холодной войны» с 1962 года.

    Не следует думать, что геополитические полицентризм – это миролюбивая и идеалистическая концепция, поскольку и его сторонники не сбрасывают со счетов фактор силы и могут заявлять о лидерстве отдельных государств. В частности, бывший министр обороны США Д. Шлезингер утверждает, что земной шар превратился в единый стратегический театр, где США должны поддерживать «равновесие», так как они занимают ключевое стратегическое положение. Отсюда следует вывод о необходимости присутствия вооруженных сил США на всех ключевых позициях мира.

   Что же касается непосредственно евразийства, то данное направление считается одним из наиболее близких к подленно геополитических в истории российской геополитической мысли. Еврази́йство — философско-политическое движение, получившее свое имя за ряд особенных положений, связанных с историей Евразии — уникального континента. Движение, расцветшее в среде русской эмиграции в 1920—1930-е гг., переживает в наше время второе рождение.

    Евразийство — идейно-политическая и историко-культурная концепция, отводящая России как особому этнографическому миру «срединное» место между Европой и Азией.

    Истоки евразийства лежат в идеях поздних славянофилов, таких как К. Леонтьев, Н. Страхов и Н. Данилевский. Начало евразийству положил изданный в начале 1920-х гг. в Софии сборник статей Н.С. Трубецкого, П.Н. Савицкого, Г.В. Флоровского и П.П. Сувчинского «Исход к Востоку»). Авторы сборника, продолжая традицию поздних славянофилов, провозглашали Россию особым культурно-историческим типом – «Евразией», акцентируя внимание на связи ее с азиатско-тюркским миром и противопоставляя «Европе», то есть Западу.

    Важно отметить, что именно евразийская концепция (дополненная и переработанная) получила большое распространение среди геополитиков в постсоветской России.

    Таким образом, развитие геополитической мысли во второй половине XX века в целом следовало путями, намеченными основоположниками этой науки. Отличительной чертой данного периода в развитии геополитики является достижение внутренней дифференциации – сформировались несколько основных школ в изучении геополитике, разделённых уже не столько по национальному признаку, сколько на основании предмета и методов исследования, используемых теорий и т.д.

Пересмотр геополитики, произошедший после второй мировой войны, с  одной стороны, позволил сохранить  разработанный в эпоху предыстории  геополитики и в её классический период, а с другой, дал возможность  исследователям отказаться от чрезмерной идеологизации геополитических

теорий.

 

 

 

 

 

 

 

1.3 Современная геополитика: состояние, проблемы, перспективы

    Еще в 1970-е гг. в мире начинают происходить перемены, приведшие в итоге к пересмотру основных положений и парадигм геополитической науки. Кризис классических подходов в геополитической науке был вызван многими причинами, носившими как объективный, так и субъективный характер. Кардинальные перемены в мире, связанные с наступлением постиндустриальной эпохи вообще и началом формирования информационного общества в частности. Ускорившийся процесс глобализации поставил перед геополитикой новые задачи: борьбу с новыми глобальными угрозами; преодоление противоречий между странами «золотого миллиарда» и «третьим миром»; создание новой структуры международной экономической, политической и правовой систем; строительство нового постбиполярного миропорядка.        Геополитическая карта мира не могла оставаться прежней еще и благодаря двум взаимосвязанным феноменам: «сжимающемуся пространству» Земли, когда расстояния между людьми становятся короче за счет новых средств транспорта и связи, интенсификации и роста числа информационных потоков и пр.; и расширению личного пространства каждого индивида: «Информация пронизывает всё социальное пространство... это приводит к стиранию пространственных, временных, социальных, языковых и иных барьеров, а в социальном мире развивается единое и одновременно открытое информационное пространство (единое в том смысле, что любые социумы и государства, либой гражданин могут, при наличии желания, получить к нему доступ и использовать его в своих целях)».

    Именно поэтому требовались новые подходы к сущности геополитического процесса. Такие подходы М.Ю. Панченко называет «неклассическими». Среди таких подходов автор выделяет, прежде всего, неомарксизм (включающий в себя различные направления: миросистемный подход, грамшизм, критическая теория и др.). Преемственность по отношению к марксизму выдает, во-первых, конфронтационный взгляд на характер взаимоотношений акторов геополитического процесса. Во-вторых, критическое отношение к существующему мировому порядку, который оценивается как несправедливый и эксплуататорский. В-третьих, порядок в мире рассматривается в основном через призму его классово-экономической природы. В качестве примеров можно назвать миросистемный подход И. Валлерстайна; взгляд М. Хардта и А. Негри на мир, как империю с наднациональной властью, где государства не являются инструментом обеспечения порядка и ключевым актором политического процесса. Другая неклассическая парадигма – постпозитивизм. Данный подход, зародившийся в 1980-1990 гг. делает акцент на изучении совокупности институциональных и социокультурных составляющих геополитического процесса (правил и норм, ценностей и идентичности, национальных и наднациональных интересов). Данный подход использовался в работах К. Буса, С. Смит, С. Энло, М. Залевски и др. И, наконец, еще одна неклассическая парадигма, тесным образом связанная с постпозитивизмом, это конструктивизм. Многие исследователи включают его в социологический подход к анализу международных отношений. Как отмечает один из представителей данной школы А. Вендт, конструктивизм изводит из того, что в основе геополитического процесса лежат, в первую очередь, социальные причины. Конструктивисты используют к изучению данного процесса системный подход, причем мировая система не сводится к её материальным характеристикам и возможностям, в неё также включаются «общие идеи» (нормы, ценности, ориентации и пр.).

Неклассические  парадигмы характеризуются определённой теоретико-методологической ограниченностью. Им свойственна некоторая односторонность  в понимании сущности и механизмов геополитического процесса. Конструктивисты  недооценивают роль стихийных факторов в формировании миропорядка, позитивисты  отводят суверенным государствам незаслуженно малую роль в геополитическом  процессе и т.д. Именно поэтому сегодня в геополитике встает необходимость использования межпарадигмального и интегративного подходов, когда детерминизмом (географическим, социальным или любым другим) невозможно объяснить всю полноту, многогранность и масштабность геополитического процесса.

    Несмотря на появление новых подходов к геополитике, на современном этапе важнейшее место продолжают занимать более традиционные подходы, имеющие, в первую очередь, практикоориентированную направленность, которые, однако, претерпели определённую эволюцию, в связи с событиями объективной реальности – окончанием «холодной войны», ускорением наднациональной интеграции (прежде всего в границах Европейского союза), бурной и мощной «третьей волной» демократизации, структурным кризисом мировой экономической системы и т.д. Рассмотрим две наглядных таких подхода – неоатлантизм и неомондиализм.

    Сторонники первого полагают, что победа над СССР в «холодной войне» не принесёт мира и стабильности. Следуя постулату о противостоянии хартленда и перефирии, они прогнозируют образование новых блоков и союзов, готовых применять силу против своих противников, следовательно, необходимо самим сплотиться и приготовиться к отражению угрозы. Другими словами, дуализм геополитической картины мира сохраняется, а острота противостояния мировых центров наверняка в ближайшее время обостриться. Одна из наиболее известных неоатлантистских концепций – идея С. Хантингтона о грядущем неизбежном «столкновении цивилизаций».

    Другая концепция – неомондиализм не является прямым продолжением исторического мондиализма, который изначально предполагал присутствие в конечной модели левых социалистических элементов. Это промежуточный вариант между собственно мондиализмом и атлантизмом. Одна из ярких таких концепций принадлежит итальянскому исследователю К. Санторо. Он полагает, что человечество прибывает в переходной стадии от биполярного мира к мондиалистской версии многополярности Исследователь считает, что пока международные институты слишком слабы, чтобы противодействовать глобальным угрозам и бороться с последствиями катастроф планетарного масштаба, однако именно данные угрозы и катастрофы способны в достаточной степени сплотить мировое сообщество. Другие сторонники неомондиализма считают, что уже сегодня имеются инструменты, способные содействовать глобальной интеграции и объединению. Например, Ж. Аттали полагает, что наступает «Третья эра» - эра денег, которые являются универсальным эквивалентом ценности, так как, приравнивая все вещи к материальному цифровому выражению, с ними предельно просто управляться наиболее рациональным образом. В таких условиях исследователь видит неизбежным наступление господства рыночной экономики, либерально-демократической идеологии, а значит и общепланетарного объединения.

    Несмотря на все отличия двух описанных подходов, можно увидеть несколько важных точек соприкосновения концепций: наличие глобальных угроз, необходимость объединения (регионального или глобального), учет большого числа факторов при построении геополитической картины мира и т.д. Это свидетельствует о том, что на сегодняшний день, не смотря на наличие множества геополитических концепций, между ними существует определённый интеграционный потенциал, который со временем может развиваться. Однако, наряду с положительными тенденциями в современной геополитике существуют и определённые проблемы.

Одной из фундаментальных  проблем современной геополитики  является описание формирующегося нового мирового порядка и составление  новой многомерной геополитической  карты мира. По мнению В.Н. Кузнецова, данная проблема содержит в себе несколько  основных моментов. Во-первых, обозначилась потребность в более масштабной теории, чем теория миропорядка. Речь идёт о феномене «мироустройство»; во-вторых, для анализа современного мира, помимо политического и экономического измерений, необходимы еще гуманитарное, институциональное и др.; в-третьих, неотъемлемой частью категории «мироустройства» должна являться её гуманистическая составляющая; и, в-четвёртых, появилось и в достаточной степени обособилось новое «не-Западное» понимание единой гуманитарной парадигмы. Другими словами, для современной геополитики необходима мультипарадигмальная основа, включающая в себя не только постулаты различных научных дисциплин, но и мощную философскую основу, а также идеологический компонент.

    С идеологией связана другая важная проблема современной геополитики. Множество различных идеологических концепций и взглядов в современном мире сочетается с процессом деидеологизации реальной политики и сугубо прагматическим характером политических отношений (в данном случае речь идет, прежде всего, о наднациональной сфере). Разные, порою диаметрально противоположные, идеологические платформы порождают массу препятствий на пути интеграции внутри геополитических концепций.

    Важно сказать несколько слов о геополитической мысли в современной России: «Официально признанная "фашистской" и "буржуазной псевдонаукой" геополитика как таковая в СССР не существовала. Ее функции выполняло несколько дисциплин стратегия, военная география, теория международного права и международных отношений, география, этнография и т.д. Собственно же геополитика развивалась исключительно маргинальными "диссидентскими" кружками... После распада Варшавского договора и СССР геополитика стала в российском обществе снова актуальной ... первыми в возрождении геополитики приняли участие национально-патриотические круги (газета "День", журнал "Элементы"). Методология оказалась настолько впечатляющей, что инициативу перехватили и некоторые "демократические" движения. В скором времени после перестройки геополитика стала одной из популярнейших тем всего русского общества. С этим связан возросший интерес к евразийцам и их наследию в современной России».

    Отличительной чертой отечественной геополитики на современном этапе является широчайший спектр геополитических идей и концепций – в российском дискурсе представлены сегодня все ключевые геополитические концепции, от национал-патриотизм, консерватизма и традиционалионализма, до либерализма и неоатлантистизма (казалось бы, чисто Западного по своей идейно-политической направленности подхода). Другая важная черта, характерная для современной российской геополитики – предельная идеологизированность концепций. Ярким примером тому является, очень популярное в отечественной политической мысли течение, получившее название «неоевразийство». Несмотря на довольно четкую дифференциацию (в основном по степени радикальности представлений о важнейшей цели государства и общества и о способах её достижения) внутри данного направления, можно выделить некоторые общие и ключевые моменты. Направление это основывается на идеях Савицкого, Вернадского, кн. Трубецкого, а также идеолога русского национал-большевизма Устрялова. Присущий неоевразийцам «тезис национальной идеократии имперского континентального масштаба противопоставляется одновременно и либеральному западничеству, и узкоэтническому национализму». Россия видится как ось геополитического «Большого пространства», ее этническая миссия однозначно отождествляется со строительством империи. На социально-политическом уровне это направление однозначно тяготеет к евразийскому социализму, считая либеральную экономику характерным признаком атлантического лагеря. Одним из виднейших представителей неоевразийства (запомнившийся не только большим вкладом в отечественную геополитику, но и многими довольно радикальными заявлениями) является А. Дугин.

    Важно отметить, что идеологизированность взглядов российских геополитиков, зачастую ставит многие концепции в зависимость от государственной идеологии, что выдает некоторую «несвободу» российской геополитической мысли.

Таким образом, современная геополитика представляет собой междисциплинарную и интегративную  отрасль знаний, сочетающую в себе мощную теоретическую научную и  философскую платформы и огромный эмпирический опыт. Важным условием современных  геополитических концепций является наличие в них прикладного  компонента. Интерес к геополитике  сохраняется сегодня в разных странах мира, а динамизм геополитического процесса определяет бурное развитие данной науки.

    Несмотря на наличие у современной геополитики некоторых проблем, связанных с её субъективизмом и большой фрагментированностью геополитических концепций и теорий, на сегодняшний день перспективы науки оцениваются как положительные, более того, именно сегодня наметились некоторые условия для внутренней интеграции геополитики.