Трудовые социальные практики в России в условиях цивилизационных премен

     ТРУДОВЫЕ  СОЦИАЛЬНЫЕ ПРАКТИКИ В РОССИИ В УСЛОВИЯХ ЦИВИЛИЗАЦИОННЫХ  ПЕРЕМЕН 

     Проблема  социальных трудовых практик в России и их трансформации под действием  стран Запада воспринимается мною как  значимая и актуальная. Взгляды россиян  на то, как отражается на нашем обществе взаимодействие с Западом в тех или иных областях, пользу или вред оно приносит нашей стране, как правило, различны. Последние десятилетие отмечено небывало интенсивным присутствием Запада в повседневной жизни рядового россиянина – прежде всего это относится к регулированию социально-трудовых практик.

     Целью моей данной статьи является рассмотрение влияния национального самосознания на трудовые практики, раскрытие особенностей отношения россиян к труду, сравнение  удовлетворенности им в странах  Запада и в России.

     В статье «Неправовые трудовые практики и социальные трансформации в России» Т.И. Заславской и М.А. Шабановой «трудовые практики – это совокупность устойчивых и массовых социальных взаимодействий между работниками и работодателями по поводу найма, выполнения правовых норм и взаимных обязательств в период занятости, а также освобождения рабочих мест (увольнения)»¹.

     Т.И. Заславская считает, что в настоящее  время в Росси довольно часто  нарушаются трудовые права граждан. Причем сами россияне это осознают, но отчетливо осознающих факт нарушения своих трудовых прав меньше, чем работников действительно попавших в неправовые ситуации. Это связано с следующим:

     Во-первых, многие работники склонны толковать  попадание нарушение их трудовых прав как жизненные неприятности. «Представители разных народов России имеют различные представления о социальных нормах: то, что одни воспринимают как нарушение законных прав, другие рассматривают как нормальное явление»²

     Во-вторых, граждане плохо знают свои права и не настаивают на их соблюдении.

     В-третьих, если договоренность между работником и работодателем в момент устройства на работу носила неправовой характер, то человек воспринимает нарушение  его прав вне контекста труда.

     В современной России мы часто наблюдаем  нарушение трудовых прав граждан, но они их не отстаивают. Работники это связывают с бесполезностью подобного рода действий или боязнью их неблагоприятных последствий. Россияне, которые включались в защиту своих прав чаще всего не добивались никаких результатов. Т.И. Заславская пишет: «Сегодня чем чаще работники обращаются к неформальным способам правозащитного поведения (помощь друзей, знакомых и другие личные связи, подарки, сила или угроза силы), тем оно более успешно. Существенно повышает результативность правозащитного поведения в сфере труда сочетание законных и противозаконных (в зависимости от обстоятельств) стратегий».³

     Распространение неправовых трудовых практик связано  с их «насильственным насаждением», «взаимовыгодностью для работников и работодателей», «солидаризацией работодателей с работниками, потенциально направленной против государства». Эти три неправовых взаимодействия дополняют друг друга. «Специфика современной ситуации состоит в том, что неправовые практики активно проникают и успешно распространяются в сфере не только устного, но и официального найма. Разные группы работников попадают в неправовое трудовое пространство по разным каналам, с разной выгодой или потерями для себя и удерживаются в нем с помощью разных механизмов. Все это создает достаточно широкую социальную базу для воспроизводства и дальнейшего расширения неправовых практик в сфере труда».⁴

     Россия  – это уникальная и удивительная страна, в которой до сих пор  нет новой устойчивой модели развития: ни по западному, ни по какому-то иному пути. Она развивается скорее стихийно, перенимая каждый раз что-то у отдельных стран, у нее «особый путь» развития. Специфическое географическое положение России, не укладывающейся в жесткие рамки «западной» культуры и цивилизации, давно приобрело символическое значение для национального самосознания.

     Бердяев при анализе особенностей русской  духовности и национального самосознания использовал антиномии - сталкивал противоречивые, крайние типы для ее характеристики. «Для нас самих Россия остается неразгаданной тайной. Россия – противоречива, антиномична. Душа России не покрывается никакими доктринами.»⁵ Бердяев считал, что «противоречия русского бытия всегда находили себе отражение в русской литературе и русской философской мысли. Творчество русского духа так же двоится, как и русское историческое бытие.»⁶ Такой подход предлагал и Федотов, высказывавший мысль, что именно полюса народного характера могут дать наиболее полную картину национальных особенностей. Правда, в отличие от Бердяева, он считал такой «полярный» подход применимым ко всем народам, Бердяев же полагал, что совмещение противоположностей - черты лишь некоторых народов.

     Каждая  национальная культура не только интерпретируется определенным образом с точки  зрения других, окружающих ее культур, но и осмысливается представителями самой этой культуры. Для русских задача самопознания, понимания своей самобытности перед лицом других культур и народов всегда была чрезвычайно значимой. Известные строчки Тютчева о том, что «умом Россию не понять, аршином общим не измерить» - иллюстрация типичной для отечественной мысли позиции подчеркивания уникальности исторического и духовного опыта России, его несравнимости с опытом других народов и стран и несводимости к нему. В подобной позиции немало национального романтизма и самомистификации. Для ее обоснования используются не только реальные исторические факты, но и легенды, предания, приведшие к созданию как устойчивого мифа о «Святой Руси» и «народе-богоносце», так и менее устойчивого мифа о «немытой России» (Лермонтов) - стране рабов и господ.

     Главная черта русского народного типа, на которую он ссылался во многих своих  работах- нигилизм или апокалиптичность. Бердяев писал: «Русские люди, когда  они наиболее выражают своеобразные черты своего народа, - апокалиптики или нигилисты. Это значит, что они не могут пребывать в середине душевной жизни, в середине культуры, что дух их устремлен к конечному и предельному. Это - два полюса: положительный и отрицательный, выражающие одну и ту же устремленность к концу... Русский душевный строй - самый трудный для творчества культуры, для исторического пути народа. Народ с такой душой вряд ли может быть счастлив в своей истории». ⁷

     В «Судьбе России» и в «Русской идее», определяя русский национальный тип, Бердяев привел и другие характеристики. В частности, он считал, что русский народ - самый анархический народ: «Россия – самая безгосударственная, самая анархическая страна в мире. И русский народ – самый аполитический народ, никогда не умевший устраивать свою землю. Все подлинно русские, национальные наши писатель, мыслители, публицисты – все были безгосударственниками, своеобразными анархистами».⁸ Причина в том, что русские стремились к абсолютной свободе и правде, не вместимой ни в какую государственность. Но, одновременно, русский народ - самый державный, государственный народ в истории: «Русский народ создал могущественнейшее в мире государство, величайшую империю».⁹ 

     В «Русской идее» Бердяев пишет: «...может  поражать противоречие между русской  анархичностью и любовью к  вольности и русской покорностью к государству, согласием народа служить образованию огромной империи»¹⁰ Здесь Бердяев отчасти изменил своему принципу антиномичности: с его точки зрения, анархизм перевешивает державность в характере русского народа, мыслитель даже называл его «народом анархическим по основной своей устремленности»¹¹, послушание же государственной власти связано лишь с колоссальным терпением и покорностью. Русские люди, по мнению Бердяева, очень остро чувствуют зло и грех любой государственной власти. С таким выводом не были согласны многие. Например, Н.Полторацкий рассуждал так: «В нашей истории действительно были явления анархического порядка, но если бы склонность к анархии была основной чертой русского народа, то, очевидно, у этого народа не было бы великого государства и не было бы почти тысячелетней истории. Кроме того, если даже признать, что у русских есть склонность к анархизму, это не значит, что подобную черту нужно возводить в достоинство и ее культивировать, как это делает Бердяев. Скорее, такую склонность следовало бы признать «великим злом» и всячески с этим злом бороться, как это делал хотя бы Константин Леонтьев».¹² Противоположную точку зрения высказывал и С.Л.Франк, писавший: «Из всех достижений западноевропейской культуры Россия издавна обрела только одно - сильную государственную власть, которая первоначально выросла в ней не из процесса секуляризации и не в борьбе с теократией, а из самых недр православной веры».¹³

     Бердяев давал и другие характеристики русского характера, например, преобладание женского начала над мужским в русской душе. Мужественное начало всегда ожидается извне, поэтому личное не раскрывается в самом русском народе. Именно в этом автор видит причину «вечной зависимости от инородного».¹⁴ В русской истории не было рыцарства, «этого мужественного начала». Бердяев связывает с этим недостаточное развитие личного начала в русской жизни: «Русский народ всегда любил жить в тепле коллектива, в какой-то растворенности в стихии земли, в лоне матери. Рыцарство кует чувство личного достоинства и чести, создает закал личности. Этого личного закала не создавала русская история». 

     Для Бердяева беды России коренятся в  неправильном соотношении в ней  мужского и женского начал,  в  их несоединенности. Безграничная свобода  оборачивается безграничным рабством, вечное странничество – вечным застоем, потому что «мужественная свобода не овладевает женственной национальной стихией изнутри, из глубины».¹⁵ Женственность славян делает их мистически чуткими, способными прислушиваться к внутренним голосам. Но исключительное господство женской стихии «мешает им выполнить свое призвание в мире. Для русского мессионизма нужен мужественный дух».¹⁶

     Еще одна характерная черта русского характера, считал Бердяев, - эсхатологичность, устремленность к концу, неудовлетворенность реальным земным положением дел. Бердяев понимает русского человека как свободного духом, не отягощенного бытовыми аспектами жизни. В русском нет «мещанства», ему свойственно бесконечное искание «невидимого града».¹⁷ Русская душа не знает покоя, она постоянно в поисках абсолютной, божественной правды, она мятежна по своей сути.

     Характерной особенностью русского человека,  по мнению Бердяева, является то, что он испытывает любовь к русской земле, «многострадальной и жертвенной».¹⁸ Без любви, считает Бердяев, человек бессилен что-то сделать, он не может «совладать» с землей. С этим связана и такая черта характера русского человека, как душевность.

     У русского человека совершенно особенное  отношение к честности и святости, «недостаточно сильно сознание того, что честность обязательна для каждого человека, что она связана с честью человека, что она формирует личность».¹⁹ Русский человек предъявляет, прежде всего, требование смирения. Бесчестность не считается великим злом, если при этом человек смиренен в душе, не гордится, не превозносится над другими. И в самом большом преступлении можно смиренно каяться, мелкие же грехи легко снимаются свечкой, поставленной перед угодником. Обыкновенный русский человек не должен задаваться высокой целью даже отдаленного приближения к идеалу святости – это гордость. Но он поклоняется святым  и святости, связывает с ними свою последнюю надежду, ищет у них заступничества, спасается тем, что русская земля имеет много святынь. «Русский человек может быть отчаянным мошенником и преступником, но в глубине души он благоговеет перед святостью и ищет спасения у святых, у их посредничества».²⁰

     В современном мире русский архетип, описанный Бердяевым сохраняется, но он изменяется в связи с влияние  Запада.

     Очевидно, что Россия может стать собою лишь повернувшись к Западу, соизмерив себя с ним, не заимствуя рабски, но и не отказываясь испуганно от его достижений. Бердяев считал необходимым для русского характера «усвоение некоторых западных добродетелей». К числу таких добродетелей надо отнести, прежде всего, индивидуализм.

     Социологические исследования нового русского общества фиксируют его индивидуализма, но он не здоровый. Происходит обособление индивидов друг от друга вследствие распада социальных и личностных взаимодействий между ними. К сожалению, груз личной судьбы и ответственности мало знаком русским людям, исторически воспитанным в духе безличного коллективизма. Сложилась и расширенно воспроизводится система тотального взаимного недоверия на всех уровнях. Это выражается в том, что рабочие считают, что работодатели их обязательно обманут, не заплатят за труд, не оплатят больничный лист, не произведут пенсионные отчисления. Их подозрения не беспочвенны, потому что так чаще всего и происходит!

     Точному и часто сложному расчету представителей западных культур в организации труда противопоставляется смышленость, находчивость русских.

     Не  подвергается сомнению усердие, аккуратность, умение рассчитать время, стремление к  научным и техническим усовершенствованиям  в организации труда, профессионализм западных рабочих. Их методичности противопоставляется пренебрежительное отношение русских к точности, однако, это компенсируется талантливостью русских работников, их склонностью к импровизации, творчеству.

     Во  многом перечисленные национальные черты определяют требования, предъявляемые  работодателями к будущим сотрудникам  при приеме на работу. Западноевропейские работодатели при подборе персонала  уделяют больше внимание личности, внешним характеристикам и потенциалу будущего сотрудника. В нашей стране при самостоятельном поиске сотрудников, не прибегая к помощи кадровых агентств, набирают людей с уверенностью, что человек покажет себя в процессе работы. Показать человек себя может с разных сторон, поэтому неудивительно, что на российских предприятиях существует такое понятие как «текучка». На Западе чаще предъявляют более жесткие формальные требования к возрасту, полу, опыту работы, личностным характеристикам. Это объясняется тем, что когда предприниматели ищут человека, он должен являться неким кирпичиком огромном здании. И человек буквально по пунктам должен этому соответствовать. Если говорить о российских предприятиях, то они менее строго структурированы, и они ищут кандидата с широким опытом, который сможет взять под контроль сразу несколько аспектов деятельности.

     Данные  требования, предъявляемые к будущим  сотрудникам при их найме на работу на западноевропейских предприятиях, с моей точки зрения, являются достаточно жесткими. На западных предприятиях работнику не стоит рассчитывать на то, что ему нужно уйти на часок, другой пораньше. Однако, можно не сомневаться в том, что он будет обеспечен тем, что официально утверждено в договоре при приеме на работу. На иностранных предприятиях всегда четко поставлена цель и расписано, каким путями и как ее добиться, а также расписано, с помощью каких сотрудников можно добиться выполнения цели или решения той или иной проблемы. В российском варианте цель может внезапно поменяться, могут поручить заняться непрофильным заданием, и это скорее правило, чем исключение.

     Много отличий можно увидеть в том, как строятся взаимоотношения между  работником и работодателем на Западе и в России. В нашем российском обществе мы часто встречаемся с  таким явлением как устройство на работу своих знакомых, родственников, то есть происходит смешение трудовых и личностных отношений. На западных предприятиях это не принято. Также в России отсутствует кодекс корпоративной культуры, что позволяет работодателю и работнику по их субъективному мнению вести себя как заблагорассудится.

     Особенности характера, мышления, поведения россиян  и представителей западных культур  также влияют и на трудовую мотивацию. Например, россиян мотивирует к труду фактор страха. Однако, лишь в краткосрочной перспективе, иначе народ к этому привыкнет. Работодатели, для того, чтобы добиться эффективной деятельности пугают людей увольнением, снижением зарплаты, лишением премии и так далее.

     Стимуляция  в западноевропейских странах по своему характеру рациональна, то есть рациональный стимул мотивирует рациональное действие.²¹ При этом рациональный стимул предполагает четкую цель, рассчитанные и обоснованные способы ее достижения.

     Россияне  отличаются от людей, сформировавшихся в условиях западной культуры, тем, что «неоднозначно» реагируют на «однозначные» стимулы. Рационально организованный стимул побуждает нерациональную мотивацию, то есть непрогнозируемое с точки зрения того, кто давал рациональный стимул, поведение.

     Как видно из вышесказанного национальные особенности нашего народа прямо противоположны особенностям жителей Западных стран. Следовательно, различны требования, предъявляемые к людям при приеме на работу, различна трудовая мотивация, социальные взаимоотношения между сотрудниками предприятия. Однако, опыт западных компаний медленно и постепенно проникает в нашу страну. Положительно это или отрицательно влияет на отношение россиян к труду? Чтобы ответить на этот вопрос я проанализировала данные опроса российских граждан, проведенный в 56 населенных пунктах 29 областей, краев и республик России, включающий 1500 респондентов. Оказалось, что 26% россиян считают, что Западные страны отрицательно влияют на отношение нашего народа к труду; 24% считают, что положительно; 20% придерживаются мнения, что Западные страны с одной стороны положительно влияют, а с другой отрицательно; по 15% приходится на тех, кто затруднился ответить на этот вопрос и тех, кто считает, что Запад вообще не влияет на россиян в этом плане.

     Эти данные можно сравнить с данными, полученными при опросе 130 экспертов – представителей региональных властных, интеллектуальных и медиаэлит. На вопрос о том как влияют западные страны на отношение россиян к труду 45% ответили, что положительно; 10% считают, что отрицательно; 20% придерживаются мнения, что Западные страны с одной стороны положительно влияют, а с другой отрицательно; 20% ответили, что Западные страны не влияют на отношение россиян к труду; 5% затруднились ответить²².

     Таким образом, российские жители считают, что  Западные страны отрицательно влияют на отношение россиян к труду, а эксперты считают, что положительно.

     Русским часто приписывают беспробудную лень, утверждая, что это подтверждается даже на уровне народного творчества. Намекая на Емелю из сказки «По щучьему веленью», говорят, что даже в русских народных сказках герои, ничего не делая, получают все мыслимые блага. У жителей западных стран, утверждается, что у них исторически сложился образ жизни, связанный с трудолюбием.

     Русские всегда трудились, и никто не жаловался на тяжелые условия работы. В России народ в самое напряжённое в работе время объединялся и старался воспринимать долгий и тяжелый труд не как трагедию, а как нечто необходимое.

     В настоящее время отношение к  труду у россиян изменилось под  действием запада. В советские  времена люди относились к труду как к общенародному делу, а сейчас как к средству, с помощью которого можно заработать деньги и обеспечить свою семью. К нам с запада пришла пропаганда индивидуализма в работе как замена коллективизму. Сейчас каждый человек работает сам на себя, стремится к карьерному росту, самореализации, утверждению в обществе, старается во благо себе, а не коллективу. В последние 15 лет в России увеличивается с каждым годом количество трудоголиков. В странах запада эта проблема появилась давно и постепенно перетекла в нашу страну²³. Для трудоголиков работа стоит на первом месте в жизни, оставляя позади все остальные аспекты: личную жизнь, семью, развлечения, общественную деятельность. Во многих западных фирмах принято являться в офис по выходным дням, несмотря то, что в рабочем контракте такая повинность не прописана. Служащие просто пытаются продемонстрировать свое рвение шефу, боясь увольнения или надеясь на повышение и прибавку в жаловании.

     Следовательно, однозначного ответа на то, как влияют Западные страны на отношение россиян  к труду нет.

     Отношение россиян к труду тесно связано  с удовлетворенностью им. Удовлетворенность трудом – это состояние сознания, продуцирующее положительные реакции на процесс реализации ожиданий по тем или иным проблемам производственной жизни.²⁴

     Не  секрет, что большинство россиян  не удовлетворены своей работой. Однако это совсем не отражает нелюбовь россиян работать, скорее наоборот. При любых обстоятельствах, даже при отсутствии необходимости зарабатывать на жизнь, около половины жителей РФ предпочтут работать. Ведь работа важна для людей как показатель собственной социальной значимости, она показывает статус человека.

     Всероссийским центром изучения общественного  мнения были обнародованы результаты исследований, посвященных изучению удовлетворенности россиян своей работой.

     За  последние годы удовлетворенность  жителей России своей работой немного снизилась. Так, в 2007 году она составляла 72%, в текущем же этот показатель остановился на уровне 68%. Вместе с тем, все больше россиян перестала устраивать их работа: 26% в 2009 году против 29% в текущем.²⁵

     Удовлетворенность трудом в странах Запада выше, чем в России. Причем, показатель удовлетворенности работой у россиян имеет тенденцию к снижению. Различия в удовлетворенности трудом формируются под влиянием разных факторов, социо-демографических характеристик индивидуумов, а также характеристик места работы.

     Я считаю, что автономия в организации  работы, степень влияния на принятие важных решений, занятость в сфере  образования, более высокий уровень  дохода могли бы значимо повысить удовлетворенность трудом.

     Таким образом, трудовые практики в России имеют свою специфику, но подверглись трансформации из-за влияния Запада. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     СПИСОК  ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ: 

1. Бердяев Н.А. Судьба России. Кризис искусства. –  М.: Канон+, 2004. – 349 с.
2. Бердяев Н.А. Миросозерцание Достоевского. – М.: АВИАР, 1993. – 178 с.
3. Бердяев Н.А. Русская идея. –  М.: Сварог и К, 1997. –  541 с.
4. Горелов О.И. Организационное поведение. [Электронный ресурс]. URL: http://e-college.ru/xbooks/xbook085/book/index/index.html?go=part-011*page.htm (дата обращения: 07.05.2011).
5. Заславская Т.И., Шабанова М.А. Неправовые трудовые практики и социальные трансформации в России // СоцИс. – 2002. – №6. – 32 с.
6. Лапкин В.В. Пантин В.И. Образы Запада в сознании постсоветского человека. [Электронный ресурс]. URL: http://viperson.ru/wind.php?ID=450894 (дата обращения: 07.05.2011).
7. Харченко К.В.  Диагностика удовлетворенности трудом при регулировании социально-трудовых отношений // Социологические исследования. – № 7. – июль 2009.
8. [Электронный ресурс]. URL:  http://dana67.livejournal.com/61432.html (дата обращения: 08.05.2011).
9. [Электронный ресурс]. URL: http://womenmag.ru/articles/naskolko-rossiyane-udovletvoreny-svoej-rabotoj/ (дата обращения: 08.05.2011).