Самозащита конституционных прав и свобод человека и гражданина

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИИ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

 «ВОРОНЕЖСКИ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Юридический факультет

Кафедра конституционного права России и зарубежных стран 

Самозащита конституционных прав и свобод человека и гражданина

Дипломная работа

Специальность 030501 – «Юриспруденция»

Специализация 021101 – государственное право

Допущено  к защите в ГАК                                     «__»_______________2011 г.

Зав. кафедрой                                                         

.

Воронеж

2011

                                               Содержание

Введение..............................................................................................................3

Список литературы  52

ВВЕДЕНИЕ

Правовое положение (статус) человека и гражданина в  полном объеме характеризуется совокупностью  прав, свобод и обязанностей, которыми он наделяется как субъект правоотношений, возникающих в процессе реализации норм всех отраслей права, и конституционное право выполняет особую роль в установлении правового положения человека и гражданина. Права и свободы личности разграничиваются на права человека и права гражданина. Такое разграничение базируется на различении двух таких разных субъектов этих прав и свобод, как человек и гражданин. Права и свободы человека возникают в результате самого  факта рождения человека вне всякой связи его с государством. Эти права берут свое начало в естественном праве. Гражданином человек становится только в результате установления  между ним и государством определенной политико-правовой связи в виде получения гражданства. Поэтому в отношении прав и свобод  гражданина нельзя безоговорочно утверждать, что они возникают вне всякой связи личности с государством. Важное место в системе отрасли конституционного права занимает институт, нормы которого закрепляют основы правового статуса личности, или иными словами, основы правового положения (статуса) человека и гражданина. Конституционное воплощение этот институт получил в главе 2 действующей Конституции Российской Федерации¹: «Права и свободы человека и гражданина». В нормах этой главы конкретизирована одна из основ конституционного строя России, которая провозглашена в статье 2 Конституции и в которой устанавливается, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Конституционные права и свободы являются главным  элементом конституционного правоотношения, в котором участвует государство и гражданин. Для гражданина смысл такого правоотношения состоит в получении защиты своих прав, а для государства - в обязанности предоставить эту защиту. Конституция 1993 года впервые на отечественном уровне признала естественную природу прав и свобод и на уровне высшей правовой регламентации закрепила право на самозащиту как элемент конституционно-правового механизма защиты основных прав и свобод человека и гражданина.                                                                 

Таким образом, наряду с обязанностью государства обеспечивать защиту прав и свобод существует право человека самостоятельно защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Под правом на самозащиту подразумеваются способы защиты прав, которые не предполагают обращение за помощью ни к административным, ни к судебным государственным органам. Здесь имеются в виду ситуации, когда защита прав осуществляется гражданами самостоятельно или с помощью структур гражданского общества. К таким структурам можно отнести общественные организации и объединения, в том числе профсоюзы, а также неинституционализированные инициативные группы и средства массовой информации. Они реализуют данное право, используя различные средства, допустимые в соответствии с национальным законодательством: собрания, митинги, демонстрации, пикетирования, забастовки и т. п., направленные на привлечение общественного внимания и мобилизацию общественного мнения для отстаивания определенных интересов и защиты нарушенных прав.²

  На современном этапе развитии цивилистических представлений о самозащите назрела необходимость устранения пробелов в законодательном регулировании данной сферы, выяснения её специфики и того, чем самозащита отличается от иных самостоятельных действий, направленных на реализацию гражданских прав  или их восстановление.

Институт самозащиты является относительно новым для  российского гражданского законодательства, что породило значительное расхождение  во мнениях  относительно его содержания, а также крайне ограниченное применение нормы, посвященной самозащите. Определение содержания самозащиты гражданских прав требует ответа на вопрос о соотношении её с похожими институтами гражданского и других отраслей права, выявления условий правомерности причинения самостоятельной защитой вреда.

Всё это обуславливает  актуальность изучения данного вопроса.

Целью данной дипломной работы является более глубокое изучение института самозащиты прав и свобод в российском законодательстве, выявление тенденций исторического развития самостоятельной защиты нарушенных прав, а также выявление критериев разграничения самозащиты прав и самоуправства.

Актуальность  выбранной темы дипломной работы обосновывается многими факторами. Во-первых, не достаточной исследованностью институту самозащиты прав и свобод человека и гражданина, его новизной для России и постоянным, непрерывным развитием и усовершенствованием, во-вторых, необходимостью повышения эффективности института самозащиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, в-третьих, целесообразностью использования опыта зарубежных стран для совершенствования самообороны в Российской Федерации.

Целью дипломной  работы является исследование института  самообороны в России, его сравнение  с зарубежными странами. Для достижения поставленной цели в работе решены следующие задачи:

1. История становления и развития института самозащиты прав и свобод человека и гражданина, а так же самостоятельная защита нарушенных прав в законодательстве России и зарубежных стран;
2. Рассмотрено понятие самозащиты, а так же соотношение самозащиты и самоуправства;
3. Выявлены основные способы самозащиты конституционных прав и законных интересов;
4. Определены причины нарушения реализации основных прав и свобод.

В дипломной  работе использованы труды ученых: Кабалкин А. Ю.,Абова Т. Е.,Богданова Е.Е., Витман Е.В., Грибанов В.П., Гуев А.А., Маковский А.Л., Хохлов С.А., Новак Д.В., Свердлык Д.А., Страунинг Э, Селезнев А.Г., Сергеев А.П., Толстой Ю.К., Синайский В.И., Хвостов В.М.

Дипломная работа выполнена с использованием следующих методов: анализ, синтез, исторического, формально-юридического и метода сравнения.

      Глава 1. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТА          САМОЗАЩИТЫ ПРАВ СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

1.1. САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ ЗАЩИТА НАРУШЕННЫХ ПРАВ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН И РОССИИ

         Права человека это понятие, которое постоянно развивается на протяжении всей человеческой истории. Они были неразрывно связаны с законами, обычаями и религиями на протяжении веков. Один из первых примеров кодификации законов, которые содержат ссылки на права личности является таблетка Хаммурапи. Таблетка была создана шумерского царя Хаммурапи около 4000 лет назад. Хотя считается варварским по сегодняшним меркам, система из 282 законов создал прецедент для правовой системы. Этот вид прецедент и юридически обязательный документ защищает людей от произвольного преследования и наказания. Проблемы с кодом Хаммурапи были в основном из-за его причины и следствия характер, было проведено никакой защиты на более абстрактные идеи, такие, как раса, религия, убеждения и свободу личности.

       Римская история делится на три основных периода – царский (середина VIII до н.э. – 510 до н.э.), республиканский (510–30 до н.э.) и императорский (30 до н.э. – 476 н.э.).  Функция отправления правосудия на начальных этапах развития римской государственности носила личный характер, защита нарушенных интересов облекалась в форму борьбы частных сил. Государственная власть не вмешивалась в этот процесс, при этом правосудие строилось на властном подчинении должника управомоченному лицу.

         С середины II тыс. до н.э. в нижнем течении Тибра в северном Лации (Средняя Италия) расселились латино-сикульскими племена, ветвь италиков, пришедших на Апеннинский п-ов из придунайских областей в начале II тыс. до н.э. Латины обосновались на холмах Палатин и Велия, соседние холмы заняли сабины. В результате синойкизма (объединения) нескольких латинских и сабинских поселков в середине VIII в. до н.э. (традиция датирует это событие 754–753 до н.э.) на Капитолийском холме была выстроена общая для всех крепость – Рим. Предание приписывает это деяние Ромулу, царевичу из города Альба-Лонга. Первоначально римская городская община (народ) состояла из трех триб (племен) – рамнов, тициев и луцеров, делившихся на тридцать курий (союзов мужчин-воинов), а те – на сто родов (gentes). Римский род был отцовским с правом взаимного наследования; он мог принять в свой состав чужаков, имел свой религиозный культ, общее место поселения и погребения; его члены носили одно родовое имя, которое восходило к мифическому или реальному предку, и были обязаны оказывать друг другу помощь. Род состоял из больших (три поколения) отцовских семей (familia). Земля находилась в собственности рода – лесами и пастбищами родичи пользовались сообща, а пашня делилась между семьями. Управляли Римом комиции (народные собрания мужчин-воинов), сенат (совет глав семей) и царь. Участники комиций собирались по куриям (куриатные комиции). Царь совмещал функции военного предводителя, жреца и судьи; он избирался комициями по рекомендации сената.

      Члены римских родов являлись квиритами – полноправными гражданами (патрициями). Особую категорию составляли клиенты – люди, зависимые от отдельных квиритов и находящиеся под их покровительством. Возможно, клиентами становились обедневшие квириты, вынужденные искать защиты у своих родичей или у членов других родов.

         Из легендарного списка семи царей древнего Рима первым достоверным был Нума Помпилий, вторым – Анк Марций, после которого престол перешел к этрусской династии (Тарквиний Древний, Сервий Туллий, Тарквиний Гордый). При них римляне покорили ряд соседних латинских городов и переселили их жителей в Древний Рим; имела место и добровольная иммиграция. Первоначально переселенцев включали в трибы и курии; позже доступ туда был закрыт. В результате образовалась группа неполноправных граждан – плебеями (plebes); они не входили ни в сенат, ни в комиции (т.е. лишены права голоса) и не могли служить в войске; государство предоставляло им лишь небольшой надел, но они не имели права на получение части «общественного поля» (фонда земель, захваченных римлянами у соседей).

       Демографический рост провоцировал территориальную экспансию; усиление в результате постоянных войн власти царя как предводителя войска вызывало противодействие сената, в значительной степени контролировавшего комиции. Цари пытались ослабить родовую организацию, основу могущества глав патрицианских семей, и опереться на плебеев, включив их в политическую и военную организацию (это позволяло также укрепить армию). Права человека в древнем Риме. В середине VI в. до н.э. Сервий Туллий ввел новое административное деление Рима и округи: он учредил вместо трех родовых триб двадцать одну территориальную, смешав тем самым патрициев с плебеями. Сервий разделил все мужское население Рима (и патрициев, и плебеев) на шесть разрядов по имущественному признаку; каждый разряд был обязан выставлять определенное число вооруженных отрядов – сотен (центурий). Отныне народное собрание для решения главных политических вопросов собиралось уже не по куриям, а по центуриям (центуриатные комиции); в ведении куриатных комиций остались в основном религиозные дела.

      Рост власти царей в VI в. до н.э. выразился в исчезновении принципа их выборности и принятии ими новой царской атрибутики, заимствованной у этрусков (золотая корона, скипетр, трон, особая одежда, служители-ликторы). Раннеримская монархия попыталась встать над обществом и его традиционными институтами; абсолютистские тенденции особенно усилились при Тарквинии Гордом. Однако родовой аристократии удалось в 510 до н.э. изгнать Тарквиния и установить республиканский строй.

    Это было и в древней Греции, где концепция прав человека стала принимать большее значение, чем предотвращение произвольного преследования. Права человека стали синонимом естественного права, прав, которые вытекают из законов природы. Согласно греческой традиции Сократа и Платона, естественный закон есть закон, который отражает естественный порядок Вселенной, по сути волю богов, которые контролируют характер. Классическим примером этого происходит в греческой литературе, когда Креонт упреки Антигона для презрев свою команду, чтобы не похоронить своего умершего брата, и она отвечает, что она действовала в соответствии с законами богов. Эта идея естественных прав продолжение в Древнем Риме, где юрист Ульпиан римский считает, что естественные права принадлежали к каждому человеку, будь то римский гражданин или нет.

    Несмотря  на это принцип, есть фундаментальные различия между правами человека сегодня и естественные права прошлого. Например, было видеть, как совершенно естественный, чтобы держать рабов, и такая практика идет вразрез с идеями свободы и равенства, которые мы связываем с правами человека сегодня. В средние века и позднее возрождение, снижение силы Церкви во главе общества к месту больше внимания на человека, который в свою очередь вызвало переход от феодально-монархических обществ, давая отдельные выражения процветать.

     Следующий фундаментальный философии в области прав человека возникла из идеи позитивного права. Томас Гоббс, (1588-1679) видел естественный закон как очень расплывчатым и полых и слишком открыта, чтобы огромные различия в толковании. Поэтому при позитивном праве, а не прав человека абсолютных, они могут быть даны, забрали, и изменение обществом с учетом своих потребностей. Джереми Бентам, иного правового сумм позитивистской до сущность позитивистской зрения:

    Право является дочерним права; от реальных законы вступают реального человека, а от мнимой закона, от "законы природы", приходят мнимые права ... Н.. Естественные права просто Кинселла ерунда. (Дж. Бентам, Anarchichical глупости, котировки в , "Завтра человека в зеркале истории" в G. Галль, изд Канаде., гражданских свобод в (Торонто: Butterworths, 1982), с.17).

    Эта передача абстрактных идей в области прав человека и их связь с волей природы в конкретные законы примере лучших различных правовых документов, описанные этих прав в деталях:

С появлением первых письменных источников право на саморасправу было перенесено в римское законодательство (Законы XII таблиц). Со временем акты самоуправства усложняются определенными процедурами, с одной стороны, позволяющими государству в большей мере контролировать этот процесс, а с другой стороны, защищающими должника от неоправданного насилия.

Усложнение хозяйственных  отношений и расширение территории Древнего Рима приводит к тому, что  самоуправные формы защиты  потеряли свою первоначальную эффективность. Самостоятельно устраняя последствия нарушения, лицо могло оказаться не в силах справиться с могущественным противником, а торжественные формы отправления правосудия перестали отвечать потребностям стремительно развивающихся хозяйственных отношений.³

Произошедшие  изменения в хозяйственной жизни Рима привели к возникновению во II-I в.в. до н.э. формулярного процесса, смысл которого заключался в ограничении частного начала и передачи функции ведения процесса претору. Контроль над законностью разрешения споров переходит к государству.

В III-IV в.в. формулярный процесс упраздняется, и на его место приходит экстраординарный процесс, оставшийся единственной формой цивильного процесса в Риме. Выносимые в его рамках решения исполнялись в принудительном порядке посредством государственного аппарата, что полностью исключало какую-либо возможность возвращения к остаткам древнего самоуправства.

Развитое римское  право рассматривало самостоятельную  защиту как правомерную при наличии  следующих условий:

• Она должна была применяться в отношении насильственного нарушения частных прав;
• Самостоятельные действия должны быть направлены не на предотвращение будущего нарушения, а только на ликвидацию нарушения наличествующего.

Римское частное  право, допуская возможность самостоятельной  защиты насильственно нарушаемых прав, запретило управомоченному лицу применять самоуправные действия, ограничившись исключительными случаями, разрешенными законом. Развитая правовая система Древнего Рима подошла к почти полному запрету самоуправства, т.е. самовольного восстановления нарушенных интересов, которое стало рассматриваться как уголовное правонарушение. Были запрещены также любые насильственные действия, за исключением применения насилия, необходимого для отражения незавершенного нападения или насилия, предпринятого в состоянии крайней необходимости, включая случаи спасения собственного имущества.⁴

Обычай самостоятельно защищать свои интересы стал самым первым и самым распространенным способом защиты в древнем обществе и нашел своё отражение в памятниках права Востока и Европы (Древней Индии, Древней Греции, государства франков, Англии, Франции, Германии). Архаичные правила поведения не до конца разграничивают наказание и самостоятельную защиту от посягательства. Поэтому защита нередко превращалась в самостоятельное наказание нарушителя.

Законодательство  Средних веков хорошо знакомо с отдельными случаями самоуправной защиты нарушенных интересов. Однако такая защита допускалась в качестве исключения и только там, где были основания полагать, что непринятие самостоятельных мер может негативно отразиться на внутреннем правопорядке. Феодальное государство при всей его мощи ещё недостаточно сильно и беспристрастно, чтобы гарантировать равную и справедливую защиту всем сословиям, но оно стремиться к достижению этой цели. Укрепление централизованной власти, осознание ценности человека, недовольство угнетенных слоев населения – всё это подготовило почву для запрета применения неразрешенных самостоятельных мер защиты и ограничения самостоятельного восстановления нарушенных прав. Функция защиты превратилась в прерогативу государственных органов.⁵

Зарубежное законодательство Нового времени отличается детальным  описанием характера и условий  применения мер самостоятельной  защиты. Так, например, Германское гражданское  уложение 1896 года допускает самозащиту в виде необходимой обороны, крайней необходимости. А также в иных исключительных ситуациях, когда помощь суда не может быть оказана немедленно. Самозащита в гражданском праве Германии рассматривается как способ борьбы с незаконным насилием. Напротив, лицо, предъявляющее требование о выдаче вещи, не имеет права реализовывать его в порядке самозащиты, оно обязано соблюсти установленную процедуру.

Формы неконтролируемой самостоятельной защиты частных  интересов и самоуправного привлечения  нарушителей к ответственности постепенно исключались из законодательства и хозяйственной практики зарубежных государств. Во многом это было вызвано масштабами вреда, который был нанесен в период действия архаичных обычаев, допускающих самоуправное разрешение конфликтов.

Основу формирования представлений о самозащите можно  усмотреть ещё в обычаях и  писаном праве древних славян (Русская Правда)⁶. Традиция самоуправно отстаивать свои интересы прошла долгий путь своего становления, взяв своё начало в обычае кровной мести и постепенно оформившись в признанные государством и обществом способы самостоятельной защиты нарушенных прав.

В древнем обществе процесс защиты представлял собой  личную самостоятельную расправу над  провинившимся лицом, а наказание  выражало неограниченные естественные побуждения человеческой природы и мало считалось с моральными нормами. Основной причиной этого была слабость людского сообщества, а затем – и государственной власти, не способных защитить своих отдельных членов. Однако укрепление государства и появление письменных источников права привело к существенному ограничению самоуправства.

IX-X столетия в русской истории характеризуются активными процессами, связанными с запретом самосуда и передачей правонарушителей под юрисдикцию княжеской власти. Немалую роль в подобном ограничении сыграло крещение Руси и распространение христианства (X-XII в.в.), постепенно разрушавшие первобытную психологию.

Законодательство  Руси  XV-XVI в.в. развивается по пути замены личной ответственности нарушителя имущественной ответственностью. Первоначальные дикие формы самосуда к этому периоду времени были уже ликвидированы, и законодательство уделяет всё большее внимание поощрению договорных способов осуществления самостоятельной защиты. Последующее ограничение пережитков древнего самоуправства происходит на фоне появления процессуальных законов (Псковская судная грамота, Судебник 1497 года, Судебник царя Ивана Васильевича 1550 года, Соборное уложение 1649 года), подробно регламентирующих порядок отправления правосудия.  Вместе с тем, ряд форм продолжает сохраняться и активно используется населением.⁷

Важнейшим этапом в формировании представлений о  самозащите являются исследования  дореволюционных авторов, благодаря  которым российская доктрина сформулировала основные признаки допустимой самостоятельной защиты, среди которых определяющим является принцип допущения её отдельных проявлений государством. Такие известные российские цивилисты как К.Н. Анненков, Е.В. Васьковский, Д.И. Мейер, С.В. Пахман , В.И. Синайский¹ и другие предлагали ограничить дозволенную самозащиту (самопомощь) самовольным отражением насилия или восстановлением нарушенных прав, но последнее допускалось в одобренных законодательно формах. В качестве таких форм рассматривали право удержания и право самовольного установления и осуществления права залога, в частности, задержание владельцем земли чужих животных, причиняющих потраву посевов.

Дореволюционная российская наука не признавала агрессивный  характер самозащиты, позволяющий защищающемуся  лицу первому самоуправно вторгаться в личную сферу другого лица. Важной вехой  в становлении института самостоятельной защиты своих прав, а также своеобразным способом выражения официальной позиции государства по вопросу самостоятельного восстановления своих прав, стала норма Свода законов Российской империи (ст.690), запретившая всякое самоуправство, в том числе направленное против незаконного владения. Дореволюционная доктрина не подвергала сомнению возможность обращения к подобным самостоятельным действиям только при условии отсутствия своевременной помощи от властных органов.

Несмотря на ожидание повышения правосознания  и культуры общества, позволивших  бы существенно расширить применение внесудебных форм защиты, преобладающим  направлением развития стало ограничение государством возможности самостоятельной защиты и стремление к созданию условий, уменьшивших бы потребность граждан в использовании указанного института.

Вопреки тому, что  многие ведущие российские цивилисты  признавали необходимость применения самостоятельной защиты своих прав, их научные разработки не привели к появлению в отечественном законодательстве универсальной нормы, разрешающей самостоятельно защищать свои права и не обусловленной жесткими ограничениями. Дореволюционная доктрина наделяла самозащиту второстепенной функцией по сравнению с судебной защитой. В дореволюционном законодательстве так и не было сформулировано общее правило, разрешающее вне зависимости от обстоятельств самостоятельно защищаться от нарушений гражданских прав. Указанный институт исчерпывался защитой от неправомерного насилия, т.е. необходимой обороной, действиями в состоянии крайней необходимости и иными крайне немногочисленными способами самостоятельной защиты, признанными законом, например, задержанием птицы и скота, причиняющих потраву посевов.

Современное зарубежное законодательство (Германское гражданское  уложение, Единообразный торговый кодекс США, Гражданский кодекс Португалии) закрепляет право на самозащиту в  качестве средства защиты по отношению  к конкретным описанным законом ситуациям. При этом законодательством определяются меры, которые лицо имеет право принимать, и устанавливаются условия их реализации.

1.2. ПОНЯТИЕ САМОЗАЩИТЫ. СООТНОШЕНИЕ САМОЗАЩИТЫ И   САМОУПРАВСТВА

       Самозащита - самостоятельное, инициативное действие лица по недопущению нарушения права и по уменьшению последствий этого нарушения. Понятие "самозащита" относится к числу универсальных, имеющих глубокие исторические корни. Государство любой формации не могло защитить каждого человека и гражданина, а он не мог быть абсолютно беззащитным. Однако самозащита в разные времена понималась различно. В исторически сравнительно недалеком прошлом самозащиту связывали с самоуправством и самообороной. Главное составляла физическая не юрисдикционная форма защиты человека, который еще не фигурировал как личность, субъект права. Позднее появилось еще одно понимание самозащиты как естественной потребности человека, основанной на инстинкте самосохранения, а самозащиту трактовали как естественное и неотчуждаемое право человека и гражданина наряду с правом на жизнь и свободу.

В наше время, когда  отношение к личности стало совершенно иным, основанным на ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации, когда сфера различных общественных отношений стала шире, сложнее, в центре внимания специалистов оказалось множество признаков самозащиты. Но чтобы составить представление о самозащите в различных сферах, необходимо рассмотреть данное понятие сквозь призму общетеоретических позиций, обратить внимание на некоторые ее принципиально важные особенности. Тем более что по общему признанию самозащита относится к родовым понятиям, сочетающим в себе множество признаков. Один из них, наиболее важный, заключается в выполнении ею функций защиты, поскольку именно защита - ядро рассматриваемой дефиниции, определяющее ее назначение. Отсюда понятный вывод: "структурная обособленность самозащиты и наличие у нее собственных способов реализации позволяют поставить ее в один ряд с другими формами защиты". Вместе с тем самозащита рассматривается и как "резервный" механизм защиты. Причем речь идет о защите принадлежащего субъекту права. Если такого права не существует, то, на наш взгляд, говорить о самозащите не приходится. Налицо самоуправство, т.е. неправомерное действие. Что же касается понимания самозащиты как действия, направленного исключительно на пресечение нарушения собственного права, как способа предупреждения или пресечения нарушения собственных прав, то представляется, что все-таки самозащита имеет место при состоявшемся правонарушении.

Следует согласиться  с М.И. Брагинским⁸, что при самозащите имеется в виду защита своего действительного, а не предполагаемого права. И, добавим, во-первых, нарушенного права, а не угрозы его нарушения, во-вторых, совершенного путем действий, не связанных с физическим насилием, когда имеет место, например, самооборона. Именно действий, а не бездействия, которое, на наш взгляд, не свойственно самозащите. Трудно себе представить, как, бездействуя, физическое лицо защищает свое право. Самозащиту нередко связывают с охраной права. Между тем понятия "защита" и "охрана" не совпадают. Не случайно поэтому нет такого термина, как "самоохрана". 

В юридической  литературе существует еще одна позиция, обосновывающая тесную связь самозащиты с ответственностью, с чем также трудно согласиться. Ответственность, как известно, есть неблагоприятные правовые последствия правонарушения вместе с дополнительным обременением, которое может быть предусмотрено различными отраслями законодательства.

Само по себе словосочетание самозащита облегчает определение других ее главных признаков, поскольку здесь на первом месте фигурирует так называемая самость - привычный психоаналитический термин. А словарное академическое его толкование таково: «самозащита - защита самого себя от опасности, нападения, враждебных действий, защита самого себя собственными силами». Вот почему самозащита и имеет своей целью охрану личности гражданина. Поэтому самозащита тесно связана с самосознанием, самоутверждением, волеизъявлением именно физического лица.