Место и роль политологии в современном обществе

1. Место и роль политологии в современном обществе

      Во все времена, а в наши дни особенно, политика оказывает важное, порою судьбоносное влияние на жизнь отдельных людей и целых народов. Она неразрывно связана с самыми глубокими основами человеческой цивилизации. Как отмечал еще в V в. до н.э. величайший ум античности Аристотель, политика коренится в природе человека как социального существа, способного полноценно жить лишь в коллективе, обществе и «обреченного» взаимодействовать с другими людьми.

Политические знания и культура нужны сегодня любому человеку, независимо от его профессиональной принадлежности, поскольку, живя в обществе, он неизбежно должен взаимодействовать с другими людьми и государством. Без обладания такими знаниями личность рискует стать разменной монетой в политической игре, превратиться в объект манипулирования и порабощения со стороны более активных в политическом отношении сил. В течение всей истории развития человеческого общества политика оказывала и оказывает существенное влияние на судьбы народов и стран. Современный этап развития общества характеризуется возрастающей ролью политики. Она воздействует на все сферы общественной жизни. В политике затрагиваются интересы различных социальных групп и образований, концептируются и осмысливаются важнейшие проблемы человеческого бытия, вырабатываются способы их решения.

Разобраться в сложном  лабиринте политических событий - задача учёных и политиков. Но уметь осознать своё место в политической жизни  общества, выработать свою позицию, своё отношение к тем или иным политическим явлениям процессам, к различного рода политическим партиям и общественным движениям, предпринять усилие изменить существующий порядок к лучшему, должен стремиться каждый член общества.

           Многообразие направлений и теорий в современной науке о политике.

ХХ век - век конкретных перемен в мире. Это век революций  в науке и политике, век развития демократии на Западе и её становления  на востоке, Севере и Юге. Процессы политических преобразований вызвали к жизни  новые теории о политике и демократии, которые сформировались на научной базе, созданной предшественниками и основателями современной политической науки в прошлом веке и в первые десятилетия современного столетия. В то же время современные концепции и теоретические системы не воспроизводят представления классиков современной мысли, а в них обосновываются и конструируются идеи, модели и правила политической игры, свойственные условиям формам жизни народов и стран. На первый взгляд политическая наука похожа на Пенелопу из греческого мифа: сегодня каждый разрушает всё, что было создано вчера, каждый политолог изобретает всё заново, начинает как бы с нуля. В действительности в этом есть своя логика постепенного, противоречивого процесса накопления объективных знаний, формирования, развития и преобразования подходов, понятий, моделей. Доказательством сему служит анализ ведущих направлений и господствующих парадигм в современной политологии.

Отсутствие общей методологии - одна из главных особенностей современной  политической мысли. Добавим к сказанному: и отрицание единой системы понятий концепций. Разнообразие направлений и проблематики, теорий, парадигм и подходов к изучению политики - такова общая политика современного политологического знания. Поскольку политология теснее всех других социальных наук связана с политической практикой, последняя в большей мере влияет на политические знания, его методы и концепции. Политическое и идеологическое соперничество систем и режимов, интересов и партий, доктрин и установок общественных сил, борющихся за власть и стоящих у власти, так или иначе сказывается на социальном и духовном климате, в котором живут и творят политологи. Политология не остаётся вне пространства этого соперничества, хотя объективность предполагает необходимость дистанцирования исследователя от политических и идеологических предпочтений и страстей.

Эти внутренние противоречия в политическом знании, а главное - условия и потребности политического  процесса, определяли возникновение  и динамику различных направлений и концепций в науке.

В условиях перестройки  политической, социальной и экономической  структуры американского общества, связанной с великой депрессией и Новым курсом, движимые стремлением  связать научность политологии  с её способностью служить демократическим ценностям, американские политологи обратили внимание на эмпирический подход к анализу деятельности государственных, правительственных и иных политических институтов. В русле этой тенденции зарождается бихевиоральное направление политических исследований. Суть его - изучение поведения заинтересованных групп в политическом процессе. Наиболее видными представителями были Г. Мерриам и Г. Лассуэл.

Бихевиорализм возник на волне резкой критики отвлечённых  политических доктрин и стремления расширить и обогатить поле научных исследований исторической реальности. Бихевиористская методология противостояла марксистской, отдающей предпочтение глобальному и классовому подходам.

Методологическим стал принцип эмпирического редукционизма, заимствованного из философии неопозитивизма, которая строится на признании предметной областью научного анализа эмпирически достоверных фактов политического поведения индивидов. Согласно данному принципу научный смысл имеют только те положения, которые эмпирически подтверждаются. Всё остальное: абстрактные теории, понятия о сущности политики, власти и т.д. - не имеют научной ценности и выходят за пределы научного исследования. Главными инструментами исследования признаются интервью и статистические методы.

Бихевиорализм вызвал интерес  тем, что отвергая отвлечённые рассуждения о политике и власти, ориентировался на получение конкретного знания о политическом поведении людей. Причём знания, по словам его последователей, нейтрального, поскольку политическая сторона поведения человек рассматривалось как естественное свойство людей, независимое от социально-классовых интересов. Например, политическая власть трактовалась в духе Ницше: в виде присущего человеческой природе признака, даже его инстинкта.

Бихевиористская методология  ложилась на благодатную почву критики авторитарных и тоталитарных режимов, основывающихся на концепциях надличностного государственного или партийного интереса, на догме полного подчинения личности государстве, системе.

Функциональный анализ - одна из современных методологий в политической науке. Он включает изучение функциональных зависимостей элементов политической системы: единства институтов власти, соответствия их действия (функционирования) потребностями политических субъектов; выявление того, как реализуется потребность в приспособлении системы к изменяющейся сфере и т.д. Исследователи отмечают и ограниченность методологии функционализма, которая слишком абстрактна и мало помогает в объяснении конкретных явлений. Функциональная модель политической системы консервативна, поскольку отдаёт предпочтения равновесию стабильности системы.

Эта методология не является основой выявления и объяснения противоречий, напряжённостей, конфликтов в деятельности системы, без чего нет и развития.

Функциональный анализ в политической науке развивали американские учёные Алмонд и Пауэлл, разработав три уровня анализа: система и среда, внутреннее функционирование системы, её сохранение и адаптация.

Теоретическая политология  представлена также системным анализом. С точки зрения системного анализа, политическая сфера жизни общества представляет совокупность определённым образом упорядоченных политических взаимодействий в данном обществе, посредством которых происходит волевое распределение ценностей. Данная совокупность образует политическую систему, действующую в социальной сфере, включающей другие сферы жизни общества (экономическую, биологическую, психологическую) и внешние системы.

Несомненно, что интерпретация  политической сферы как динамичной системы открывает возможность  объяснить политические явления через связывающие их взаимозависимости, позволят рассматривать эту сферу как целостность, где действуют не отдельные лица, а организации и группы.

Системный анализ в сочетании  с функциональным порывает с эмпиризмом, и вносит в политологию концептуальную основу объяснения политических явлений и процессов, в тесном взаимодействии со всеми другими сферами общества. Тем самым создаётся теоретическая предпосылка для демистификации политики, реалистического видения феноменов власти и государства.

Вместе с тем методология  системного анализа, как и функционализма, оставляет в стороне вопрос об объективной социально-экономической  основе политической системы, о действии объективных закономерностей в  обществе. Она также является чрезмерно  абстрактной теоретической моделью. Кроме того, ей присуща ориентация главным образом на стойкость системы, на её равновесие, что определяет консервативную установку в исследовании, ведёт к недооценке свойственных ей динамизма, конфликтности, а также кризисов или упадка. Всё отмеченное дало основание для критики концепции Д. Истона, теоретические модели которого, подчёркивал М.Дюверже, подняты на такую степень обобщения, что в конечном счёте их можно использовать повсюду и нигде они не приносят больших результатов.

В русле теоретических подходов функционального и системного анализа в современной западной политологии сформировались некоторые концептуальные парадигмы (общие модели постановки проблем и их решения). Они писаны как западными, так и советскими авторами. Это парадигмы конфликта, согласия и плюрализма.

Парадигма конфликта  по сути ориентирует мысль политолога в русло анализа противоречий и политических отношений. Парадигма  согласия - в русло поиска консолидации политических сил, консенсуса, понимания  усилий сочетания противоречивых факторов и сил в политике для достижения согласия и стабильности политической системы, равно как и её динамизма.

Парадигма плюрализма служит обоснованию возможности согласия в обществе, отрицая противоположных  классовых и социальных интересов, а также интересов иных больших социальных групп.

Все три парадигмы  обеспечивают целевую установку  политических исследований на изучение структуры и процессов, имеющих  отношение к политической интеграции, к обеспечению равновесия политических систем. Все они отражают определённые, даже существенные, стороны социально-политических отношений. А стало быть, не могут игнорироваться политической наукой. Тем не менее, нельзя не отметить и односторонность их интерпретации. Скажем, парадигма конфликта работает в узких рамках сфер экономической и личной жизни. Отрицаются классовые конфликты; принимается во внимание только возможность разрешения любого конфликта путём всеобщего согласия.

На тех же посылках строится парадигма плюрализма. Однако какой бы ни была ограниченность названных парадигм, это не должно мешать использованию всех достижений науки в исследовании политики с диалектико-материалистических позиций. Нельзя трактовать всякое знание как только истинное или, напротив, лишь как ложное, независимо от его источника. Английский философ Поппер выдвинул иной тезис: единственно рациональная позиция - рассматривать всё знание как возможно истинное и возможно ошибочное.

Рассмотренные направления  и концепции отнюдь и далеко не исчерпывают содержание современной политологической мысли. В лекции, в частности, не затронуты такие направления, как сравнительная политология, учения о политических партиях, составляющих отдельные разделы политической науки. И всё же изложенное позволяет читателю судить о развитии политологии, её теоретической базе. Для более глубокого понимания состояния этой научной дисциплины нужно рассмотреть вопрос о месте и роли марксистского типа анализа политики.

2. Лоббизм в  России и за рубежом

        Лоббизм в России явление не новое. Фактически он существовал и в советский период истории. Для него было характерно: отсутствие широкой социально-экономической базы процесса лоббирования интересов экономических и общественных групп; узкий круг участников процесса лоббирования, в основном в рамках номенклатуры; преимущественно производственно-отраслевой и территориальный характер; высокая идеологизация; скрытый характер; осуществление давления на власть в рамках официальных каналов. Со второй половины 70-х гг., в связи с активным разрастанием сфер теневой экономики, методы лоббирования стали приобретать криминальный характер. В современной России лоббизм значительно расширил сферу и методы своей деятельности, что делает необходимым принятие специального закона. В этом объективно заинтересован как бизнес, так и само общество. Российский лоббизм можно охарактеризовать как спонтанно возникшее и существующее явление, развивающееся по непредсказуемым законам и включающее в себя самые различные силы, торпедирующие и раскалывающие государственную власть. Общее правило заключается в том, что на федеральном уровне целесообразнее поднимать не собственные вопросы или бизнес-конфликты, а общеотраслевые (под предлогом улучшения всей лоббируемой отрасли).

Надо всегда помнить - государственные служащие заинтересованы во взаимодействии с лоббистами, если последние снабжают их достоверной информацией, помогают решать организационные вопросы, оказывают поддержку рабочим группам и т. д. Следует учитывать, что первой обязанностью чиновника является улучшение показателей в подведомственной ему сфере. Поэтому при проведении лоббистской кампании в Правительстве необходимо опираться на группы, которые хотели бы воровать на развитии, а не на деградации страны.

Вместе с тем, ещё до начала лоббистской кампании необходимо сделать ряд важных тактических шагов. Первое - необходимо выявить группу лиц, слой, на который можно опереться при осуществлении своей программы. Без этого ни одно начинание не проходит, в то время как правильная ставка на ту или иную группу может обеспечить решающий перевес.

На современном этапе - никакая  компания или лоббистская структура, какой бы могущественной она ни была, не сможет самостоятельно организовать всю систему принятия решений. Цель лоббистов должна заключаться в проведении такой политики, как будто политико-административный рынок состоит из множества центров силы, пусть даже мы и уверены в нашем стратегическом превосходстве. Для этого необходимо проводить консультации, в которых акцент будет делаться не на отдаче немедленных политических предписаний, а на совместном определении долгосрочных задач.

Таким образом, формулируем важный аспект федерального лоббизма: в силу масштаба задач и большого количества сильных конкурентов лоббисту необходимо уметь заключать союзы и идти на компромиссы (на региональном и муниципальном уровне это требование не столь категорично. Построение сети союзников начинается с принятия решения о необходимости продвижения законодательной или какой-либо иной нормативной или управленческой инициативы в органах государственной власти. С принятием решения начинается первичное построение сети из заинтересованных лиц и их посредников на всех уровнях государственной власти в РФ. Также, для облегчения прохождения своей инициативы, желательно представительство интересов в конкурирующей корпорации. В итоге строится сложная сеть заинтересованных лиц.

На федеральном уровне критически важен стиль поведения крупного лоббиста. Даже если конкретная корпорация или бизнес-группа реализует свои лоббистские инициативы с эффективностью 100%, то она должна стремиться не подогревать опасения более слабых конкурентов. Если уровень обеспокоенности рынка по поводу лоббистской мощи той или иной компании превышает определённый уровень, то запускается механизм заключения союзов "обиженных против фаворита". Нередко это приводит к выкидыванию вчерашнего фаворита политико-административного рынка на его задворки.

Главная задача заключается  не столько в достижении победы, сколько в сохранении постоянного  стратегического прогресса. Любая поправка, лоббирующая интересы одной группы людей, ударяет по интересам другой. Попробуйте в первую очередь объединить "недовольных", выяснить их совместные возможности в области СМИ и "личного влияния". Исходя из этого, можно строить кампанию.

Ещё один аспект федерального лоббизма - глобальность устремлений  лиц, принимающих решения. Спекулируя на комплексах величия "сильных мира сего", лоббисты своей риторикой могут получать реальные ресурсы в обмен на лояльность и потакание имперским устремлениям правящей элиты. В качестве примера можно привести ЛУКОЙЛ, который (в т.ч. при помощи государства) успешно проводит экспансию на рынки Восточной Европы.

На уровне Парламента достаточно работать с главами фракций (т.к. именно они решают судьбу голосования), либо через Администрацию Президента (которая единолично определяет судьбоносные вопросы). Но эта рекомендация касается лишь больших лоббистских проектов. Если же говорить о работе с центристскими фракциями в Парламенте (Государственная Дума и Совет Федерации), следует учитывать, что на современном этапе партийные съезды являются бюрократическими парадами, и бюрократическая логика применима в работе с членами подобных партий и блоков.

При взаимодействии с  Правительством важно помнить, что  прохождению даже самых выгодных предложений всегда мешает среднее  исполнительное звено. Среднее звено не хочет за те же деньги брать на себя больше ответственности, и помимо прочего может быть не заинтересовано в вашем проекте в силу договорённостей с конкурирующими организациями, от которых оно (среднее звено), в тайне от своего руководства, получают ежемесячные откаты. Таким образом, даже если проект понравится руководству, его всегда может запороть среднее звено, когда оно будет давать отзыв на ваше предложение.

Резюмируя анализ лоббизма на федеральном уровне важно помнить, что классическая форма взяток в реальности наличествует лишь на нижнем уровне государственной власти. На уровне министерств используется принцип "дружбы" чиновника с отдельным бизнесменом или бизнес-группой.Никаких взяток, только "дружба", состоящая из "услуг". Таким образом, поймать чиновника за руку становится практически невозможным.

Реформа местного самоуправления ещё не дала видимых результатов  и поэтому сложно предвидеть её влияние  на региональный лоббизм в будущем.Предлагаю рассмотреть лишь современную специфику регионального лоббизма. Если выстроить своеобразный рейтинг - то среди региональных групп интересов наибольшим влиянием пользуются Московская, Санкт-Петербургская, Екатеринбургская, Тюменская группы. Свое влияние они оказывают в основном через 4 канала – Администрацию Президента, Государственную Думу, Совет Федерации и Правительство РФ.

С учётом новой системы  организации Администрации Президента РФ - существенное место в региональном лоббистском процессе заняли аппараты Полпредов и Федеральных инспекторов. Именно от этих людей на стол Президента поступает информация из регионов. Региональным лоббистам следует больше сосредоточить своё внимание именно на них, а не на приёмных главы Администрации или членов Совета Федерации.

Если анализировать  существующую практику, группы давления наиболее сильны в регионе в двух случаях: когда на его территории доминирует одна крупная корпорация либо когда регион малонаселен и промышленно неразвит. Если лоббист имеет обширные связи в федеральной исполнительной власти, он может повлиять на то, что в конкретном округе или регионе увидит свое начало федеральная программа строительства дорог или жилья, а может пригрозить, что этот округ окажется последним. Отсюда возникает мощнейший ресурс воздействия на региональную власть.

Система пропорционального  представительства регионов по принципу "один регион - один мандат на съезде партии", не учитывающая размер региона и численность проживающего в нём населения, приводит к усилению влияния центра. На региональные отделения федеральных партий уместно оказывать давление через их федеральный аппарат.

Пожалуй, наиболее ярким  феноменом российского регионального  лоббизма стало административное предпринимательство. Практически во всех регионах и крупных  городах администрации создали  внебюджетные фонды. То есть в регионах происходит реальное слияние государственной (муниципальной) власти с частным сектором. Этот факт также необходимо учитывать при построении региональной лоббистской кампании.

Вопреки представлению  о российском Парламенте, как о  подконтрольном административному  давлению учреждению, лоббисты зачастую лоббируют региональные интересы власть даже сильнее, чем раньше. Совет Федерации называют "палатой лоббистов" из-за того, что больше половины его состава - это представители регионального бизнеса.

Во многих регионах Российской Федерации еще помнят "толлинговые войны" крупнейших производителей алюминия. Эти лоббистские сражения дополнялись многочисленными PR-овскими акциями. К аналогичным мерам сегодня прибегают производители пива, лоббирующие интересы, связанные с возможностью рекламировать свою продукцию. Но всех превзошли лоббисты - производители отечественной курятины. Борьба с импортом "ножек Буша" привела к тому, что продукция отечественного птицепрома заняла первые места в Повестке Дня. К успешным лоббистам можно отнести и водочные компании, пролоббировавшие возможность рекламы минеральной воды, разлитой в бутылки - идентичные по своему внешнему виду с водкой. Водочные короли также пролоббировали известные ограничения рекламы пива на телеканалах и на улицах. Наиболее сильными лоббистами последнего периода считаются страховщики. Для демонстрации их лоббистских ресурсов достаточно вспомнить пресловутый закон об ОСАГО.

Все различия в технологиях  лоббизма проистекают из различия политических систем России и Западных стран (именно Запад мы берём за эталон"прозрачного" лоббизма). В России лоббистские технологии не институализированы, а все нормы лоббистской деятельности - условны. Необходимо отметить, что институализация того или иного вида политической практики (в т.ч. лоббизма) подразделяется на несколько уровней. Первый уровень (реляционный) - определяет ролевую структуру системы представительства интересов. Второй - регулятивный, указывающий допустимые рамки лоббистских действий и санкции, карающие выход за эти рамки. Третий уровень - культурный, т.е. внутреннее усвоение норм и правил участниками политического процесса. К сожалению, в России мы не наблюдаем ни один из трёх признаков институализации лоббизма.

"Повязанность" и  "замазанность" до сих пор являются хорошим пропуском в российскую политическую элиту. На Западе же - это скореепрепятствие для осуществления лоббистской деятельности. В этом и заключается принципиальное различие.

Еще одна отличительная  особенность российского лоббизма - большой вес "внутренних лоббистов" (чиновник, занимающий важную государственную должность, отстаивающий интересы одной или нескольких отраслей или предприятий), что ведет к коррупции и решениям, не отвечающим интересам общества в целом.

Теперь сравним проблемы коррупции в России и за рубежом (ведь именно уровень коррупции в стране наиболее сильно влияет на технологии лоббизма). Какими объявлениями заполнена китайская пресса? Этих объявлений десятки в каждой региональной газете. В них сообщается о приговорах чиновникам за взятки и прочие злоупотребления. Каждый день… Россия же отделывается лишь показушными разовыми арестами оборотней в погонах… Рынок лоббистских услуг, в свою очередь, чутко реагирует на степень серьёзности проводимой Правительством антикоррупционной политики. Итак, основная проблема для лоббизма в России - отсутствие единой этической и правовой системы контроля за лоббистской деятельностью. Все лоббистские риски связаны опять-таки с этой проблемой.

Проблемы российского  лоббизма - отражение проблем всей политической системы России. Когда центр принятия важнейших государственных решений оказывается в руках правящей бюрократии, а реально действующие управленческие структуры, по самой логике функционирования классической бюрократической машины, находятся в тени, - то существующие группы влияния отходят от форм партийного представительства (а значит, и от общественного контроля), в сторону непубличных практик обрастания ведомственными связями. Ключевыми механизмами учета интересов всё чаще становится кулуарная политика и патрон-клиентные связи. В подобной системе неоспоримо доминирование бюрократии, а из ее партнеров наибольшие преимущества имеет крупный бизнес - при условии лояльности госаппарату и регулярности контактов с ним. И так как вся вертикаль власти замыкается на административных инстанциях, то возникающий вслед за этим безальтернативный механизм реализации групповых интересов представляет существенное препятствие на пути становления в России практики "белых" лоббистских технологий.

Лоббизм, безусловно, представляет собой важный механизм принятия взвешенных государственных решений на основе согласования различных позиций и интересов. Наступило время и у нас вывести "теневой" отечественный лоббизм "на свет", превратить его в полноценный политический институт, каковым он, к примеру, является в США и Западной Европе, где в органах власти представлены не только мощные корпоративные структуры, но и интересы различных сегментов общества, включая еще не родившихся детей, которых с момента зачатия оберегают от грубого обращения.

Создание слоя профессиональных лоббистов само по себе не решит проблему. По мнению ряда участников конференции, вопрос гораздо сложнее. Одной из основных причин расцвета в современной России "теневого" лоббизма является специфика сложившегося в России политического режима. Среди его черт - отсутствие четкого понимания целей государственной политики. В условиях, когда нет осмысленной и целенаправленной воли, отдельные части государственного механизма остаются как бы предоставленными сами себе и становятся легкой добычей наиболее могущественных групп давления, к примеру, тех же самых олигархов. Эту ситуацию многие называют "приватизацией государства". Слабое и неэффективное государство не заинтересовано в объективной информации о положении дел в экономике, которую оно могло бы получить при условии налаживания нормального диалога с различными группами интересов.

Конфликты интересов, порождающие  потребность в лоббировании, в  обычно возникают в тех отраслях экономики, где сильна регулирующая функция государства. В публичном пространстве подобные конфликты нередко принимают форму споров по поводу отдельных аспектов политического курса власти. Преимущества ситуации, когда за право реализовать свой интерес борются несколько субъектов, давно известны в государственном управлении. В одних случаях конкуренция за реализацию интереса возникает естественным образом, в других - путем искусственного создания конкурентной среды. С точки зрения властных структур, коммуникационным является именно процесс соперничества, а не отдельные коммуникативные акты по продвижению интересов. При этом интересы самого государства зачастую отличаются от интересов лоббистов, и оно стремится использовать лоббистскую активность для решения собственных задач.

Другое немаловажное обстоятельство, способствующее развертыванию лоббистской деятельности, - сложная структура органов, принимающих политические и административные решения. Лоббисты прекрасно усвоили, что власть строится на системе сдержек и противовесов как внутри конкретных ведомств, так и между ними. Один и тот же вопрос можно решить, используя разные каналы. Во многих случаях воздействие на носителя власти осуществляется через его окружение. Чем значимее принимаемое решение, тем больше людей вовлечено в процесс его принятия. Чем больше вовлеченных, тем сильнее коммуникационная напряженность вокруг лица, ответственного за принятие данного решения.

Необходимо учитывать, что на процесс принятия решений  влияют такие факторы, как политические (и не только политические) интересы самих должностных лиц, административно-иерархические обстоятельства, политическая конъюнктура и т.д. С появлением каждого из этих факторов задача лоббистов серьезно усложняется, требуя не просто изменения способов лоббирования, но разработки многоходовых комбинаций, направленных на создание условий, благоприятствующих принятию нужного решения. В то же время бывают случаи, когда лоббистам, чтобы сделать своих контрагентов более сговорчивыми, достаточно повернуться в сторону других.