Анализ маргинальных слоёв транзитивного российского социума

Содержание

Введение                                                                                                                   3

1.Теоретико-металогические подходы к и изучению маргинальзации  в обществе                                                                                                                  5

1.1.Маргиналы как объект исследования в социологии                                      5

1.2Маргинальные процессы в дореволюционной России                                 14

2.Особенности процессов в маргинализации в современной Росси                28

2.1 Реформы 90-х годов как импульс маргинализации населения страны      28

2.2 Основные модели (тенденции) маргинальных процессов в современной России                                                                                                                    56

Заключение                                                                                                             63

Список использованной литературы                                                                   67

Введение

Безработица в нашей стране стала следствием глубинных структурных изменений. Можно сказать, что это следствие общей маргинальной ситуации. В ее развитии на сегодняшний момент можно выделить два этапа: 1991 — середина 1990-х годов (наиболее неопределенное, практически неуправляемое состояние общества) и середина 1990-х — настоящее время (период относительной стабилизации "хаоса", формирования более устойчивых социальных отношений). Данное исследование относится ко второму этапу. Это период, когда многие явления рыночной экономики стали неотъемлемой частью новой реальности, безработица "легитимировалась" в сознании людей как элемент современных социальных отношений и заняла свою позицию в их системе[1, c. 12].

Масса безработных в экономически активном населении увеличилась с 1992 года более чем в два раза. Быстрее всего растет доля безработных в возрасте 30-49 лет, составлявшая в 1997 году уже более половины всех безработных.

Новая городская маргинальность - следствие не экономической отсталости, застоя или упадка, а неравенства, возникающего в контексте общего экономического прогресса и процветания. Возможно, самым удивительным свойством новой маргинальности является то, что она распространяется в эпоху капризного, но постоянного роста, который несет очевидное улучшение материального положения наиболее привилегированным членам обществ «первого мира». Несмотря на ритуальные разговоры политиков о «кризисе», во всех ведущих капиталистических странах увеличивается валовой национальный продукт, и все три последних десятилетия растет совокупное благосостояние. Роскошь и нищета, изобилие и нужда, богатство и лишения произрастают буквально рядом.

Целью курсовой работы является анализ маргинальных слоёв транзитивного российского социума. Данной цели соответствуют следующие задачи данной курсовой работы:

1.исследование маргинальности и транзитивности российского социума;

2.проведение понятийного анализа маргинальности с позиций философии и социологии;

3.изучение транзитивности российского общества;

4.исследование структуры и причин возникновения маргинальных слоёв в транзитивном российском социуме.

Объектом исследования является маргинальные слои российского общества в период транзитивности.

Предметом исследования являются процессы и аспекты, связанные с маргинализацией различных слоёв российского общества.

Теоретическую базу исследования составили работы исследователей теории социологии и философии, занимающихся проблематикой маргинальности в обществе. Данный аспект исследуется в работах Горбулёвой М., Казариновой И.В, Лежаниной С., Свиридова К.М. и других авторов. В работах этих исследователей дается попытка интеграции разработанных знаний в марнинализации общества, роли маргиналов в процессах трансформации общественных устоев, исследованы понятие и причины возникновения маргинальных слоёв в социуме.

Практическая значимость исследования темы курсовой работы обусловлена выработкой точки зрения на существующую проблему, выявление её глубины, что позволит сформировать её видение и возможные пути её решения.

1. Теоретико-металогические подходы к и изучению маргинальзации  в обществе

1.1  Маргиналы как объект исследования в социологии

Маргина́л, маргина́льный челове́к, маргинальный элемент (от лат. margo — край) — человек, находящийся на границе различных социальных групп, систем, культур и испытывающий влияние их противоречащих друг другу норм, ценностей, и т.д. В современном русском языке это слово часто также употребляется как синоним понятия деклассированный элемент — представитель социального «дна».

Маргинальность (позднелат. marginali — находящийся на краю) — социологическое понятие, обозначающее промежуточность, «пограничность» положения человека между какими-либо социальными группами, что накладывает определённый отпечаток на его психику. Это понятие появилось в американской социологии в 1920-е для обозначения ситуации неадаптации иммигрантов к новым социальным условиям[2, c. 56].

Маргинальная группа людей — группа, отвергающая определённые ценности и традиции той культуры, в которой эта группа находится, и утверждающая свою собственную систему норм и ценностей.

История возникновения и функционирования термина "маргинальность" чрезвычайно важна для его понимания. Она сравнительно коротка, но предельно насыщена разнонаправленными интеллектуальными поисками, оригинальными находками.

Сам термин "маргинальный" употреблялся уже давно для обозначения записей, пометок на полях; в другом смысле он означает "экономически близкий к пределу, почти убыточный" .

Как социологический он существует с 1928 года. Американский социолог, один из основателей чикагской школы Роберт Эзра Парк (1864-1944 гг.) впервые употребил его в своем эссе "Человеческая миграция и маргинальный человек", посвященном изучению процессов в среде иммигрантов. Правда, предысторией возникновения термина можно считать термин "промежуточный элемент" ("interstital element"), употребленный другим исследователем этой школы в 1927 году при изучении иммигрантских групп в городской социальной организации.

Роберт Парк известен прежде всего исследованиями развития городской среды (в частности, иммигрантских сообществ в американских городах) и расовых отношений межкультурного взаимодействия. Их результатом стало формирование представления о типе "пограничного" человека, характерном для интенсивных миграционных процессов в американском обществе.

У Парка понятие маргинальности (от латинского margo — край, граница, предел) означало положение индивидов, находящихся на границе двух различных, конфликтующих между собой культур, и служило для изучения последствий неадаптированности мигрантов, особенностей положения мулатов и других "культурных гибридов".

Очень трудно дать определение – что такое маргинальность. Рассмотрим, что понимается под маргинальностью в современном научном дискурсе и какие уточнения и дополнения могут быть внесены в это понятие.

Маргинальность (от лат. margo - граница, грань, край, marginalis - находящийся на краю) – это понятие, традиционно используемое в социальной философии и социологии для анализа пограничного положения личности или группы по отношению к какой-либо социальной общности. Оно подчеркивает особый социальный статус (обычно - низкий), принадлежность к меньшинству, которое находится на границе или вне социальной структуры, ведет образ жизни и исповедует ценности, отличающиеся от общепринятой нормы[3, c. 89].

Следует заметить, что понятия "маргинальность", "маргиналы" пришли из социологии и политологии. Они были введены в науку американским социологом Р. Парком в 1928 г. и использовались сначала для обозначения вполне конкретной этнокультурной ситуации при характеристике "личности на рубеже культур".

Маргинальность в ее типичной форме – это утрата объективной принадлежности к тому или иному классу, сословию, группе без последующего вхождения в другую подобную общность. Главным признаком маргинальности служит разрыв связей (социальных, культурных, поселенческих) с прежней средой.

Постепенно значение термина "маргинальность" стало расширяться и сейчас оно служит для обозначения пограничности, периферийности или промежуточности по отношению к любым социальным общностям.

Классический тип маргинала – вчерашний крестьянин в городе – уже не крестьянин и еще не рабочий. При классическом (позитивном) варианте маргинальность постепенно преодолевается путем включения маргиналов в новую среду и приобретения новых черт.

Другой вариант маргинализации (негативный) состоит в том, что состояние переходности и периферийности консервируется и сохраняется надолго, а маргиналы несут в себе черты деклассированного, люмпенского, паразитического поведения.

Такого рода маргинальность объявлялась результатом вертикальной мобильности с отрицательным знаком, т.е. последствием перемещений сверху вниз, нисходящей мобильности. Следует также учитывать, что в социологии разработано понятие типов общества: открытые, закрытые и переходного типа.

Считается, что в открытых обществах мобильность высокая, и в них преобладает прогрессивное, восходящее движение, а маргинальность носит преходящий, временный характер. В обществах закрытого типа мобильность низка. Наиболее же высоки степень и масштабы мобильности, а, следовательно, и маргинальности, в обществах переходного типа – от закрытого к открытому. В таких обществах на многие годы маргинальность становится одной из базовых характеристик перемещений внутри общества.

Применительно к целям и задачам исторического анализа необходимо учитывать следующие моменты. Во всяком обществе, в том числе и российском, накануне и после революции в силу объективных и субъективных причин существовали и воспроизводились маргинальные группы[4, c. 89].

Маргинальность может быть естественной и искусственно создаваемой и поддерживаемой. О естественной маргинальности следует говорить применительно к процессам экономического, социального или культурного характера, в силу которых во всяком обществе имеется свое "дно" в виде разорившихся и опустившихся элементов и групп, а также антисоциальных элементов – тех, кого отвергает само общество.

Иначе говоря, во всяком обществе, открытом или закрытом, стабильном или переходном имеются периферийные группы с относительно схожими источниками формирования, обликом и психологией. Различным может быть только удельный вес этих групп.

Другое дело, если в обществе процесс переструктурирования затягивается, а маргинальность становится чрезмерно массовым и долговременным социальным явлением.

В этом случае маргиналы приобретают черты социальной устойчивости, "зависают" на изломах социальных структур. Это происходит, как правило, в результате сознательно проводимой властью политики искусственной маргинализации, то есть перевода в периферийное, дискриминационное или ограничительное положение сотен тысяч и даже миллионов людей.

Например, еще в дореволюционном обществе проводилась осознанная политика маргинализации в отношении политических противников режима (революционеров), а также тех, кто подвергался дискриминациям и ограничениям по национальным или религиозным признакам. Однако в послереволюционном обществе искусственная маргинализация коснулась целых категорий и групп населения. Шло разделение общества на противников и сторонников режима. Возникали и искусственно поддерживались режимом такие группы, которые ранее не существовали. Так, спецпереселенцы не имели аналогов в дореволюционном обществе, а просуществовали в сталинском с 1930 по 1955 гг., то есть четверть века. Никогда ранее не было такой труппы, как тылоополченцы – дети "лишенцев", достигшие призывного возраста и призываемые не в регулярные части Красной Армии, а в тыловое ополчение – аналог будущего стройбата. Группа существовала с 1930 по 1937 год[5, c. 25].

Таким образом, искусственная маргинализация приобрела в сталинском обществе колоссальные размеры и стала органическим сопутствующим элементом репрессий и одним из способов решения политических и даже экономических проблем (создание системы принудительного труда).

Следует подчеркнуть, что понятие "маргинальность" имеет не только социальный контекст, но и философское измерение, так как выражает положение или состояние со специфическими "топологическими" свойствами, а именно – способность находиться на краю, на границе социального бытия и человеческой реальности в целом, позицироваться как крайнее, предельное положение или состояние.

Таким образом, понятие "маргинальность" коррелирует с понятиями "граница" и "предел", однако не только в значении статического пребывания на границе или у предела, но в смысле динамическом, то есть как выражение самого процесса перехода, пересечения границы или достижения и преодоления предела.

Исследовательские позиции Парка определяет созданная им "классическая" социально-экологическая теория. В ее свете общество представляется как организм и "глубоко биологический феномен", а предмет социологии — образцы коллективного поведения, формирующиеся в ходе его эволюции. Согласно этой теории, общество, помимо социального (культурного) уровня, имеет так называемый биотический, лежащий в основе всего социального развития. В концепции "маргинального человека", предложенной Парком, биотический уровень и основанный на нем экологический порядок становятся важными теоретическими предпосылками[6, c. 58].

В экологическом порядке выделяется макроуровень (пространственное расположение институтов) и микроуровень (способность человека передвигаться, пространственное взаимодействие, миграция). Таким образом, основой экологического порядка является миграция как коллективное поведение.

По мнению ученого, социальные изменения основаны на глубинных, биотических преобразованиях и связаны прежде всего с физической, пространственной (а затем и социальной) мобильностью. Социальные перемещения, изменения социоэкономического статуса являются предметом теории социальной дистанции; исследования культурной мобильности и позволили Парку сформулировать понятие маргинального человека .

В его теории маргинальный человек предстает как иммигрант; полукровка, живущий одновременно "в двух мирах"; христианский новообращенный в Азии или Африке.

Главное, что определяет природу маргинального человека — чувство моральной дихотомии, раздвоения и конфликта, когда старые привычки отброшены, а новые еще не сформированы.

Это состояние связано с периодом переезда, перехода, определяемого как кризис. "Без сомнения, — отмечает Парк, — периоды перехода и кризиса в жизни большинства из нас сравнимы с теми, которые переживает иммигрант, когда он покидает родину, чтобы искать фортуну в чужой стране. Но в случае маргинального человека период кризиса относительно непрерывный. В результате он имеет тенденцию превращаться в тип личности".

И далее он замечает, что в природе маргинального человека "моральное смятение", которое вызывают культурные контакты, проявляет себя в более явных формах; изучая эти явления там, где происходят изменения и слияние культур, мы, поясняет ученый, можем лучше изучать процессы цивилизации и прогресса.

Парк приходит к выводу о том, что маргинальная личность воплощает в себе новый тип культурных взаимоотношений, складывающихся на новом уровне цивилизации в результате глобальных этносоциальных процессов. "Маргинальный человек — это тип личности, который появляется в то время и том месте, где из конфликта рас и культур начинают появляться новые сообщества, народы, культуры[7, c. 89].

Судьба обрекает этих людей на существование в двух мирах одновременно; вынуждает их принять в отношении обоих миров роль космополита и чужака. Такой человек неизбежно становится (в сравнении с непосредственно окружающей его культурной средой) индивидом с более широким горизонтом, более утонченным интеллектом, более независимыми и рациональными взглядами. Маргинальный человек всегда более цивилизованное существо".

Таким образом, первоначально рассмотрение проблем маргинальности связано с "культурологическим подходом" Роберта Парка, давшим немало плодотворных идей современным исследователям.

Идеи Парка была подхвачены, развиты и переработаны другим американским социологом — Эвереттом Стоунквистом в монографическом исследовании "Маргинальный человек" ( 1937 г .). С его именем чаще всего связывают окончательное закрепление и легитимацию концепции маргинальности в социологии.

Стоунквист описывает маргинальное положение социального субъекта, участвующего в культурном конфликте и находящегося "между двух огней". Такой индивид находится на краю каждой из культур, но не принадлежит ни одной из них. В качестве образцов подобного поведения Стоунквист исследует расовые гибриды (англо-индийцев, капских цветных Южной Африки, мулатов в Соединенных Штатах, цветных Ямайки, метисов Бразилии и др.), культурные гибриды (европеизированных африканцев, денационализированных европейцев, иммигрантов и т.д.). Объектом внимания Стоунквиста становятся типичные черты подобной личности и проблемы, связанные с ее неприспосабливаемостью и приспосабливаемостью, а также социологическое значение маргинального человека. Он рассматривает маргинального человека как ключевую личность (key-personality) в контактах культур[8, c. 54].

Маргинальная среда — это область, где две культуры переплетаются и где осваивающая пространство культура комбинирует, объединяет особенности обеих культур. И в центре этого переплетения — маргинальный человек, борющийся за то, чтобы быть лидирующей личностью "между двух огней".

Стоунквист определяет маргинального человека в терминах личности или группы, которые движутся из одной культуры в другую, или в некоторых случаях (например, в результате женитьбы или через образование) соединяются с двумя культурами.

Он находится в психологическом балансировании между двумя социальными мирами, один из которых, как правило, доминирует над другим. Так же, как и Парк, сосредотачиваясь на описании внутреннего мира маргинального человека, Стоунквист применяет следующие психологические характеристики, отражающие степень остроты культурного конфликта:

-дезорганизованность, ошеломленность, неспособность определить источник конфликта;

-ощущение "неприступной стены", неприспособленности, неудачливости;

- беспокойство, тревожность, внутреннее напряжение;

- изолированность, отчужденность, непричастность, стесненность;

- разочарованность, отчаяние;

- разрушение "жизненной организации", психическая дезорганизация, бессмысленность существования;

- эгоцентричность, честолюбие и агрессивность .

Исследователи отмечают близость его характеристик "маргинального человека" и определенных Дюркгеймом характерных черт общества, находящегося в состоянии аномии, как следствия разрыва социальных связей. Однако Стоунквиста, признававшего, что в каждом из нас множество социальных двойников, что дает основание ассоциации с маргинальностью,

Стоунквист выделял три фазы эволюции "маргинального человека":

-индивид не осознает, что его собственная жизнь охвачена культурным конфликтом, он лишь "впитывает" господствующую культуру;

- конфликт переживается осознанно — именно на этой стадии индивид становится "маргиналом";

- успешные и безуспешные поиски приспособления к ситуации конфликта.

В дальнейшем концепция маргинальности была подхвачена "бесчисленным количеством социологов" и, принятая как должное многими, часто критикуемая за отсутствие научного ригоризма, стала "эластичной" . В 40 — 60-е годы она особенно активно разрабатывалась в американской социологии. Проблема маргинальности больше не ограничивается культурными и расовыми гибридами, как у Стоунквиста. Сама теория Стоунквиста подверглась критике[9, c. 89].

Например, Д. Головенски считал понятие "маргинальный человек" "социологической фикцией". А. Грин утверждал, что маргинальный человек это всеобъемлющий термин (omnibus term), который, включая все, не исключает ничего, и поэтому должен употребляться осторожно и только после того, как его параметры определены.

Обзор истории и развития термина «маргинальность» в западной социологии позволяет сделать следующие выводы. Возникнув в 30-е годы в США как теоретический инструмент для исследования особенностей протекания культурного конфликта двух или более вступающих во взаимодействие этнических групп, концепция маргинальности утвердилась в социологической литературе и в последующие десятилетия в ней обозначились различные подходы.

Маргинальность стала пониматься не только как результат межкультурных этнических контактов, но и как следствие социально-политических процессов.

В результате достаточно четко выделились совершенно различные ракурсы понимания маргинальности и связанных с этим комплексов причинно-следственных процессов. Их можно обозначить ключевыми словами: "промежуточность", "окраинность", "пограничность", по-разному определяющих основные акценты в изучении маргинальности.

1.2 Маргинальные процессы в дореволюционной России

Процесс маргинализации идет по двум векторам:

1 «определение» выносится обществом в отношении других индивидов и групп, являющихся нетипичными либо предлагающими иные интерпретации реальности;

2 «самоопределение» индивидов и групп как маргиналов.

Маргинальность извне: приписывается обществом. Данные процессы описываются через термины «маркирование нетипичности», «навешивание ярлыков». Общество приписывает индивиду, группе, явлению статус «маргинальных», что означает возведение барьеров для интеграции чужаков в социум.

Мысль, что отклонение создается обществом , достаточно распространена в современной социологической традиции. «Социальные группы создают отклонение, создавая правила, нарушение которых составляет отклонение, применяя эти правила к отдельным индивидам и наклеивая на них ярлык аутсайдеров »[10, c. 89].

Общество всегда находится в непрерывном социальном движении, пребывая в состояниях покоя и изменения. В движении относительно не только состояния покоя, но и состояние изменения. Транзитивное общество есть общество в состоянии изменения. Пребывание общества в состоянии изменения формально характеризуется двумя параметрами: метрикой (длительностью) и вектором (направленностью).

Длительность изменения выражает меру бытия общества. Направленность изменения определяет топику общества – степень его реальности в череде перемен.

Одна из возможных интерпретаций транзитивности российского общества состоит в фиксации не только историко-временного, но и территориально-пространственного измерения переходности социального организма[11, c. 98] .

Территориальная локализация социального организма является всего лишь временным оседанием, прикреплением к некоторой ресурсной базе между последовательными изменениями состояний. Истощение ресурсной базы ведет к смене внешней основы существования общества. Так возникает принудительный номадизм.

В этнокультурном континууме российского сообщества стационарный социальный организм представляет собой пункт транзита, соединяющее и промежуточное звено между смежными обществами. В сети социального обмена развивающийся социальный организм российского общества оказывается «транспортным узлом», перекрестком, находящимся в перекрестье магистралей направленных социальных воздействий.

Россия является типичным примером транзитивного общества данного типа. Размышляя об исторической специфике российского общества, П. Я. Чаадаев в «Философических письмах» писал: «Оглянитесь кругом себя. Разве что-нибудь стоит прочно на месте? Все – словно на перепутьи. Ни у кого нет определенного круга действия, нет ни на что добрых навыков, ни для чего нет твердых правил, нет даже и домашнего очага, ничего такого, чтобы привязывало, что пробуждало бы ваши симпатии, вашу любовь, ничего устойчивого, ничего постоянного; все исчезает, все течет, не оставляя следов ни вовне, ни в вас. В домах наших мы как будто в лагере; в семьях мы имеем вид пришельцев; в городах мы похожи на кочевников, хуже кочевников, пасущих стада в наших степях, ибо те более привязан к своим пустыням, нежели мы – к своим городам».

Характерной чертой современного этапа развития российского общества является восприятие реальности как виртуальной. Формируется виртуальный социальный мир. Стоит обратить внимание на коммуникационную природу виртуальности. Виртуальными является не столько сами явления, сколько природа коммуникации между ними и отношение к ним[12, c. 89].

В трансформационном российском обществе возможен парадокс, при котором изменения могут не сопровождаться изменениями. Неупорядоченные изменения, с противоположным содержанием, взаимно друг друга гасят, вызывают нединамичный процесс.

Такого рода изменения могут описываться в рамках теории хаоса. Однако, если хаос и абсурд рассматриваются как закономерные явления - это хаос другого качества. Его нет необходимости преодолевать, а необходимо учиться жить в условиях хаоса.

В процессе адаптации и обучения формируется новый класс людей. Трансформация происходит на личностном уровне и трансформационный личность способна жить в условиях хаоса и абсурда, когда в обществе нет следования к определенной цели и оно обречено постоянно трансмутироваться.

Эти изменения происходят не извне, а изнутри, детерминировано новой ментальностью человека с виртуальным сознанием. Человек обнаруживает способность оперировать с мнимой реальностью как с настоящей.

Ментальность современного человека обусловлена тем, что для трансформационного общества характерен нормативный плюрализм. Это состояние, при котором происходит изменение социальных и культурных норм на основе постоянно - динамично и ситуативноменяющихся моделей рациональности. Нормы - различны в разных ситуациях, в разных обстоятельствах.

Трагическая сущность нашего времени в тотальном несоответствии объективных условий жизнедеятельности и ментальности значительной части общества.