Дзэн-буддизм в Японии эпохи Камакура и Муромати. И его влияние на культуру

Институт экономики, права и естественных специальностей

Курсовая работа на тему:

«Дзэн-буддизм в Японии эпохи Камакура и Муромати. И его влияние на культуру»

              Выполнила:

              студентка 1 курса

факультета востоковедения,

Пак В.Э

Научный руководитель-консультант: доктор исторических наук, профессор, Смертин Ю.Г.

Содержание

1.       История происхождения дзэн-буддизма…………………………………….5

2.       Дзэн-буддизм в эпоху Камакура……………………………………………10

3.       Дзэн-буддизм в эпоху Муромати…………………………………………...16

4.       Дзэн и японская культура…………………………………………………...21

5.       Дзэн и военное сословие в Японии………………………………………...25

1.Введение

Человеческая жизнь изменяется из тысячелетия в тысячелетие, из века в век, изо дня в день. Меняется и форма управления обществом, и способы производства необходимых ему вещей, и коммуникативные средства общения. Единственной же неизменной вещью на протяжении существования человеческого общества остается его психология: моральные нормы, этические принципы в отношениях между людьми. Для рассмотрения данных отношений как нельзя лучше подходит человеческая религия. В данном случае этой религией является Дзэн-буддизм.

Данная работа посвящена изучению специфики формирования и становления дзэн на дальнем востоке.

Актуальность данной работы выражено тем, что влияние просуществовавшей более тысячи лет и канувшей в историю религии было настолько сильно в Японии прежних лет, что без неё невозможно понять историю, традиционную культуру, да и любую грань сегодняшней жизни современной Японии. К тому же Дзэн-буддизм в последние время вызывает к себе интерес различных стран мира.

Цель работы является максимально полное рассмотрение становления дзэн-буддизма, изучение его истоков, специфики и роли в культуре Японии.

Исходя из цели работы, автор поставил следующие задачи:

      Рассмотреть проникновение дзэн-буддизма из Индии в Китай

      Изучить дзэн-буддизм в эпохи Камакура и Муромати;

      Детально разобрать культуру Японии, неразрывно связанную с дзэн-буддизмом;

      Исследовать военное сословие в Японии;

Хронологические рамки:

нижняя хронологическая граница работы определена II веком, временем проникновения буддизма из Индии в Китай. Верхняя граница датируется эпохой Муромати (1393—1573), в Японии, так как к концу этого периода дзэн-буддизм испытывал период духовного застоя.

Источники:

источником данного исследования является «Плоть и кость дзэн». В этой книге собраны истории, излагающие знания и опыт китайских и японских учителей Дзэн. Так же в книге собраны задачи, называемые коанами, которые используются Дзэнскими учителями для того, чтобы направить своих учеников к освобождению.

Вторым источником послужил «Бусидо. Кодекс чести самурая». Это этический кодекс поведения воина в средневековой Японии. Этот источник помог для написания последней главы данной курсовой.

Литература:

очень важным трудом явилась книга Судзуки Дайсэцу Тэйтаро «Основы дзэн-буддизма». В этой книге описана сущность дзэн-буддизма. Книга представляет собой сборник статей, написанных в 1914 году в Японии. Данная книга помогла понять суть дзэн-буддизма.

Довольно подробно описана история дзэн-буддизма в книге Дюмулен Г. «История дзэн-буддизма». Эта книга помогла полностью изучить дзэн-буддизм в Японии эпохи Камакура и Муромати. В том числе период прихода дзэн-буддизма в Китай.

Также основой для данной работы послужила книга Вон Кью-Кит «Энциклопедия дзэн». В данной книге довольно ясно объясняются принципы и практика дзэн. Прослеживается историческое развитие дзэн с его зарождения в Индии и расцвета в Китае, до распространения и популярности в Японии.

При написании курсовой активно использовалось учебное пособие Васильева Л.С. «История религий Востока».

2.История происхождения Дзэн-буддизма

Дзэн (кит. Чан)– это течение в буддизме традиции Махаяны. Изначально дзэн зародился в Китае, в дальнейшем распространившийся на Дальнем Востоке. В большинстве случаев  дзэн понимается как направление именно японского буддизма. На данный момент Японский дзэн и Китайский чань, сохраняя единую сущность, приобрели свои характерные черты.

«Дзэн-буддизм — это образ жизни и взгляд на жизнь, который нельзя свести к какой-либо формальной категории современной западной мысли. Это не религия и не философия, не психология и не наука. Это образец того, что в Индии и Китае называют “путь освобождения”.» [1]

Буддизм проникает в Китай из Индии преимущественно в своей северной форме Махаяны во втором веке. Процесс его укрепления и развития в Китае был сложен и длителен. Потребовались многие века и огромные усилия поколений проповедников и переводчиков текстов, чтобы выработались и вошли в обиход китайские эквиваленты индуистско-буддийских понятий и терминов. Кроме того, многое в буддизме с его восприятием жизни как страдания и зла противоречило распространённым в Китае конфуцианским нормам этики и принципам поведения; только содействие параллельно формировавшегося религиозного даосизма, в свою очередь черпавшегося из индуистско-буддийской мудрости, помогло буддистам укрепиться в Китае. А первые буддийские общины воспринимались в Китае лишь как одна из сект даосизма.

Постепенно буддизм укреплялся в Китае, чему не мало способствовала и общая историческая ситуация эпохи Южных и Северных династий с её кризисами и междоусобицами. В такой обстановке людей стало привлекать в буддизме отрешение от земной суеты и возможность укрыться за высокими стенами монастыря. В третьих и четвёртых веках в Китае уже действовало около 180 буддийских монастырей, храмов и кумирен, а к концу пятого века в государстве Восточная Цзинь их было уже 1800 с 24 тыс. монахов.

Буддизм становился силой, и многие императоры как южных, так и северных династий искали его поддержки, а некоторые признавали его официальной государственной идеологией. Так же в буддийские монастыри притягивали к себе крестьян, или беглых горожан, изгнанных со своей земли кочевниками, и богатых аристократов, искавших покоя и уединения.

Распространяясь и укрепляясь , буддизм подвергался значительной китаизации. Вообще китайская конфуцианская цивилизация уникальна по степени устойчивости, приспособляемости, способности к регенерации и сопротивляемости внешним воздействиям. Всякая иноземная идеология, сколь бы мощной она не была, проникая в Китай, неизбежно подвергалась такой сильной трансформации и китаизации, что, в конце концов, возникла достаточно оригинальная система идей и институтов, приспособившаяся к привычным китайским принципам, понятиям и нормам и лишь в самых общих чертах напоминавшая первоначальную идеологию.

Трансформация буддизма на китайской почве заставила эту религию приспособиться к социальной структуре Китая, к нормам традиционного китайского общества.

Не смотря на то, что многие полагают, что «дзэн является в действительности плодом усилий китайского ума, большинство китайских мастеров дзэн с уважением признают его индийское происхождение, и сами истоки дзэн относят к Гаутаме Будде. Генеалогическая линия здесь прослеживается довольно чётко, и китайские наставники дзэн безоговорочно ее принимают. Существует много записей типично дзэнской традиции передачи «учения» дзэн от сердца к сердцу, когда сам дзэн-буддизм ещё находился в Индии и два таких примера приведены ниже:

Однажды на божественной горе (санскр. Гридхракута, кит. Линшань [дословно пик Коршуна, в китайской традиции именуемый Божественный] ) бог Брахма дал Будде золотой цветок кумбхалу и попросил Достопочтенного произнести проповедь. Будда спустился со своего престола Закона (санскр.дхарма) и показал цветок собравшимся 80 000 своих учеников, включая небожителей, храня долгое время молчание. Никто его не понял, за исключением Махакашьяпы, который безмятежно улыбался. Обращаясь затем к Махакашьяпе, Будда сказал:

Я обладаю глазом истинного учения,

Чудесным сознанием просветления,

Действительностью, лишенной признаков,

Истинно восхитительными средствами.

Всё это нельзя выразить словами,

Это передаётся вне поучений

Непосредственно сознанию.

Достигай природы Будды мгновенно.

Это первая типичная передача учения от сердца к сердцу, представляющая собой гуанъань. Таким образом, передача дзэн именуется также передачей сердца Будды или сознания Будды. Вышесказанное стало основой дзэнского учения. Поэтому Махакашьяпа считается Первым патриархом дзэн-буддизма.

Ананда, любимый ученик Будды, поинтересовался у Махакашьяпы, что передал ему учитель. Махакашьяпа посоветовал тому выйти из обители и поискать ответа в бамбуковой роще , Ананда ушел, но не вернулся, так и не найдя ответа. Тогда Махакашьяпа сказал ему: «Сними-ка [мой] флаг [наставника]!» Ананда мгновенно все понял и обрёл просветление. Ананда стал Вторым патриархом.

Если постараться глубже вникнуть в смысл слов Махакашьяпы, то увидим, что обитель у него олицетворяется суть духовного учения, а флаг за стенами обители означает, что проповедь, которую нужно облекать в слова, идет своим чередом. Намек на такое значение можно отыскать в вышеприведенных стихотворных строчках [проповеди Будды]. [2]

Хуэйнэн (638-713) — патриарх китайского чань-буддизма, одна из важнейших фигур в традиции. Хуэйнэн был шестым патриархом чань, последним официальным патриархом. После него были только неофициальные «патриархи» различных школ и направлений. В Японии Хуэйнэн известен под именем Дайкан Эно.

Он в своей «Сутре Помоста» говорит, что вначале внезапное просветление было передано семи Буддам:

1.      Будде Випасьину,

2.      Будде Сикхину,

3.      Будде Вештабхе,

4.      Будде Кракучханде,

5.      Будде Канакамуни,

6.      Будде Кашьяпе,

7.      Будде Шакьямуни.

Со времен Шакьямуни дзэн-буддизм передавался от патриарха к патриарху в самой Индии на протяжении 28 поколений. Генеалогическая линия, согласно «Сутре Помоста», выглядит так:

Первым был Махакашьяпа, за ним шел Ананда, потом Мадхьянтика, Шанаваса, Упагунта, Дхритака, Буддхананти, Буддхамитра, Паршва, Дуньяшас, Ашвагхона, Капила, Нагарджуна, Канадева, Рахулата, Сангхананди, Гаяшата, Кумарата, Джаята, Васубандху, Манорхита, Хакленаяшас, Симха-бхикшу, Шаванаса Упагунта, Сангхаракша, Шубхамитра, последним был Бодхидхарма.

Стоит отметить, что Бодхидхарма считается Первым патриархом в Китае.

Зачислив в свой пантеон многочисленных Будд, бодистав и буддийских святых, простой народ Китая принял главное в буддизме-то, что было связано с облегчением страданий в этой жизни и спасением, вечным блаженством в жизни будущей. Имевшие отношение к ним основные нормы и культы, буддийские праздники и чтения заупокойных сутр, а также многие элементы магии, даже эротики- всё это вместе с армией малообразованных монахов и послушников, знакомых лишь с самыми элементарными принципами учения, легко укрепилось в жизни Китая, стало ее естественной интегральной частью и вполне удовлетворяло запросы простых китайцев.

Верхи китайского общества же черпали из буддизма значительно больше. Делая упор на философию этого учения. На основе синтеза идей и представлений, извлеченных из философских глубин буддизма, с традиционной китайской мыслью, с конфуцианским прагматизмом и возникло в Китае одно из самых интересных и глубоких течений мировой религиозной мысли - чань-буддизм (яп. - дзэн).

3.Дзэн-буддизм в эпоху Камакура

Изначально дзэн-буддизм начал проникать в Японию во времена становления японского государства. Согласно японским хроникам, первый образ Будды попал в императорский дворец из Кореи в 552 году после P.X.

Новая религия встретилась недовольством синтоистов, но после непродолжительной борьбы новая религия одержала решительную победу.

Принц-регент Сётоку Тайси был истовым поклонником буддизма. Он всем сердцем верил в защиту Хотокэ, так японцы называли Будду, а его министры восприняли буддийский закон как действенное средство подъема культурного и духовного уровня народа.

Выдающийся японский монах того времени Досё стал приверженцем дзэн под влиянием своего китайского наставника Сюань-цзяна, под руководством которого он изучал философию Йогачары (653г.). Это учение исповедовали последователи школы Хосе, которую Досё возродил в Японии. Первый зал для медитации он оборудовал в храме города Нара. Столетие спустя, в Японию прибыл первый дзэнский наставник Дао-сюань. Дальнейшее распространение дзэн произошло в следующем столетии, после визита в Японию китайского наставника И-кьюна. Он прибыл в Японию по приглашению императрицы Такибаны Какико, супруги императора Сага. Вначале он обучал дзэн представителей императорского двора, а затем стал наставником в храме Дэнриндзи в Киото, построенном для него по приказу императрицы. Однако первые попытки популяризации китайской модели дзэн не принесли ощутимых результатов. Разочаровавшись, он возвращается в Китай, и в течение трех столетий в движении японского дзэна воцаряется застой. В течении Хэйянского периода отмечаются признаки угасания буддийской веры.

Возрождение буддизма начался в период Камакура (1185-1333). В этот период появляются новые школы, которые в свою очередь вдохнули в религию новую жизнь. Уже существовавшие школы были не доступны простым людям и делали упор на практической магии. И напротив, новые школы отвечали нуждам и чаяниям простых людей. «Их появление было, выражаясь словами «Лотосовой сутры», ответом на «крик о помощи из горящего дома», а задачей явилось спасение человечества в апокалипсической атмосфере последней дхармы (мэппо)»[3]

С появлением Никирэна, яростного и одновременно сострадательного проповедника, японский народ воспрянул духом. Новое сословие самураев проявило живой интерес к незамысловатому, но практичному и утончённому учению дзэн. В течение этого периода признанными лидерами буддийского движения считались представители школы Тэндай. Они порвали со старой традицией, и пошли в народ.

С середины двенадцатого столетия существовал и развивался постоянный и межрелигиозный обмен китайскими и японскими монахами, прием китайские монахи принесли в Японию процветающее учение дзэн эпохи Сун. Эйсай (Дзэнкё Кокоси, 1141-1215) удостоился чести стать фактическим основателем японского дзэн. Ещё мальчиком он принял монашество и поселился в храме могущественной школы Тэндай на горе Хиэй. Во время своего первого путешествия в Китай он посещал китайские центры этой школы, но уже в то время его внимание было сосредоточенно на дзэн. Духовное содержание этого учения произвело на него неизгладимое впечатление, и постепенно в нем зрела убежденность в том, что дзэн может способствовать возрождению буддизма в Японии.

Перед возвращением на родину Эйсай построил первый храм Риндзай в Японии - Сёфукудзи в Хакато, городе, расположенном на южном острове Кюсю. В начале он учил дзэн в Камакуре, где получил потдержку правительства и где дзэн стал популярен среди самураев. После того как Эйсай провозгласил дзэн по сравнению с буддизмом толка Тэндай, у него появилось не мало последователей. Не смотря на то, что монахи с горы Хиэй объявили новую школу еретической, он нашел поддержку в правительственных кругах и был назначен настоятелем храма Кэнниндзи в Киото.

«Эйсай всячески способствует популяризации дзэн и пишет трактат под названием «Распространение дзэн ради защиты отечества». Вдохновленный религиозным пылом и чувством патриотизма, он указывает на дзэн как на единственный путь к спасению в последний день «окончательной дхармы».»[4]

В трактате «Распространение дзэн ради защиты отечества» Эйсай утверждал, что дзэн оказывает благотворное влияние на благосостояние народа и безопасность государства. В предисловии он пишет:

«Велико сознание. Небесные высоты неизмеримы, но сознание выходит за эти пределы. Бездонны пропасти земные, но сознание еще глубже… Изучая дзэн открываешь [для себя] ключ ко всем формам буддизма; практикуя дзэн, наполняешь жизнь смыслом, заключенным в обретении просветления. Внешне дзэн предпочитает дисциплину учению; изнутри он несёт Высшую Внутреннюю Мудрость. Вот чего добивается [учение] дзэн.» [5]

Также Эйсай по возвращении в Японию основал и заложил школы Риндзай.

Двумя другими великими наставниками школы Риндзай были Такуан и Хакуин. Такуан подчёркивал, что «сансара - это то же самое, что нирвана , загрязненность, (скверна) – тоже самое, что чистота, а заблуждение (омраченность) вызвано человеческим неведением, когда феноменальный мир ошибочно принимается за конечную реальность.» (энциклопедия дзэн) Его ученик Ягю Тадзимано Ками, один из величайших мечников Японии, признал, секрет мастерства кроется в его занятиях дзэн под руководством Такуана.

Благодаря покровительству императорской фамилии дзэн пустил глубокие корни на японской земле. Последователями учения стали многие представители могущественной династии Хёдзё — преемники воинственного дома Минамото. Сёгун Хёдзё Токиёори (1227—1263), который сам достиг просветления под суровым руководством китайского наставника, привлек в Японию многих китайских монахов толка Риндзай. Один из них, по имени Лан-цзи Дао-лунь, стал первым настоятелем храма Кэнчёдзи (1253 г.), где дзэн практиковался на китайский манер.

В то время как в Камакуре, под покровительством сёгуната, аутентичная традиция школы Линьцзи процветала, в Киото ее развитие было сопряжено с целым рядом сложностей. В храме Кэнниндзи, который со времен Эйсая приютил адептов Тэндай и Шингон, пышным цветом расцвели магические ритуалы и утвердился религиозный формализм. Догэн предпринял несколько попыток проповедничества в этом знаменитом монастыре, но обнаружил, что царящая в нем атмосфера не отвечает его религиозным воззрениям. В итоге он окончательно порвал с дзэн толка Риндзай. Несмотря на то что Эйсай подчеркивал неукоснительность соблюдения монастырского устава, после его смерти дисциплина катастрофически упала. Наконец помощь подоспела извне, а именно со стороны первого настоятеля храма Тофукудзи, основанного в 1226 году, ставшего дзэнским центром в 1255 году и впоследствии управляемого Эндзю Бэнэ- ном

Наставник Сёичи был одним из наиболее видных деятелей раннеяпонского дзэн-буддизма. Под его руководством храм Тофукудзи быстро достиг процветания. Этот мастер всячески превозносил истинный дух дзэнского учения, хотя и не усматривал противоречия между практикой дзэн и передачей эзотерического знания.

Храм Тофукудзи был еще одной из «Пяти гор» периода Камакура. Построенный к северу от Киото, он был окружен обширными монастырскими землями. Обычно дзэнские храмы состоят из нескольких строений, образуя замкнутую территорию на склоне горы. Именно по этой причине подобные сооружения носили названия «гор».

«В первом столетии истории японского дзэн монах Какусин совершил примечательное путешествие в Китай. В Китае он становится учеником прославленного дзэнского наставника того времени У-мэнь Хуай-кая (1184—1260). С самого начала отношения между учителем и учеником носили подчеркнуто доверительный характер. При первой встрече мастер У-мэнь (Ногатэ) задал ему вопрос: «Нет врат, через которые ты мог бы сюда войти. Так как же ты вошел?» На что Какусин ответил: «Я вошел через Ногатэ» [игра слов: англ. «No-gate», кит. «У-мэнь» дословно означает «не-ворота», «нет входа»]. Далее мастер спросил: «Как тебя зовут?» — и услышал ответ: «Меня зовут Какусин » [то есть «просветленный ум»] — и наставник сложил следующие стихотворные строки:

Разум — это Будда [Просветленный].

Будда — это Разум.

Таковость Разума и Будды

Не знает ни прошлого, ни будущего.» [6]

Вернувшись в Японию Какусин становится известен возводит храм неподалеку от Вакаямы и получает неоднократные приглашения к императорскому двору в Киото.

Под руководством У-мэня Какусин познакомился с учением секты Букэ Происхождение этой ветви дзэн восходит к ученику Мацзу, Букэ - наставнику танского периода. В этой секте особо почиталась игра на флейте. В Японии уже существовали странствующие монахи, но учение этой секты впервые было представлено Какусином. В Средние века и в период Токугава странствующих монахов никто не беспокоил, но в начале периода Мэйдзи им были предъявлены тяжкие обвинения, и секта прекратила свое существование. Проникновение дзэна в Японию отнюдь не означает пассивное принятие чужеземной традиции. Японцы искренне искали религиозного руководства и просветления в постоянных скитаниях по континентальной Азии. Кроме того, японские буддисты отличались тонкой восприимчивостью и ценили новаторство в искусстве и культуре. Пусть китайская культура пустила глубокие корни в японской почве, нельзя говорить лишь о принятии чужих культурных традиций. Уже в период Камакура отчетливо ощущается национальный колорит японского искусства, развитие которого достигает кульминации в последующую эпоху Муромати (1336-1573) Национальными культурными центрами становятся храмы Риндзай в Киото и Камакуре. Однако во всем, что касается религиозной сферы школы Риндзай, вряд ли приходится говорить о ранних попытках адаптации и дальнейшего развития учения применительно к национальным особенностям Японии. И лишь Догэн, основатель школы Сото, сумел воплотить в новую религиозную форму японский гений.

4.Дзэн-буддизм в эпоху Муромати

Период Камакура стал величайшей религиозной эпохой в истории Японии и временем, когда буддизм оказал сильнейшее влияние на все слои населения. Пользуясь покровительством сегунов дома Хёдзё, дзэн пустил глубокие корни на японской почве. Влияние китайской культуры в ранний период носило в основном религиозный и интеллектуальный характер.

В последующую эпоху Асикага, включавшую периоды правления Йосино (1333—1393) и Муромати (1393—1573), китайское влияние достигло наивысшего уровня. В это время, не без помощи буддийских монахов, стали завязываться торговые отношения со странами континентальной Азии. В отличие от других буддийских школ, испытывавших период упадка, учение дзэн доказало свою живучесть и стало распространяться по всей стране. Великие дзэнские храмы, построенные в период Камакура в Киото и Камакуре, стали центрами религиозной и культурной жизни. Повсеместно возводились и новые монастыри.

Храм Дайтокудзи был основан (1324) императором Го-Дайго. Первым настоятелем храма был назначен Миёсё (Дайто Кокуси, 1283—1337).

С момента основания этого храма, он высоко почитался, и иногда его причисляли к «Пяти горам» дзэнского движения в Киото. Однако позднее его не включили в официальные списки, отведя ему особое положение.

Еще при жизни первого настоятеля храма Дайтокудзи, Мьёсё, в момент отречения императора Ханадзоно, был основан храм Мьёсиндзи (1335 г.). В качестве монастырских построек служили строения резиденции императора в Киото.

После одинокой смерти императора Го-Дайго в Йосино победоносный сегун Асикага Такаудзи воздвиг храм Тэнрюдзи на восточной окраине Киото (1339 г.) в память о покойном и во искупление собственных грехов. Он доверил главенство над храмом самому известному буддийскому монаху того времени -Сосэки (Мусе Кокуси, 1275—1351), который был доверенным лицом покойного императора.

После назначения на должность настоятеля храма Тэнрюдзи Сосэки становится центральной фигурой буддийского движения в столице.

В соавторстве с Гэньё, Сюсином и своим  учеником Дзэккаем, он составил «Сборник писаний Пяти гор», посвященный исследованиям китайского классического наследия периода Сун и неоконфуцианской философии Чжу Си.

В Китае восхищение наставником Сосэки не ограничилось сферами искусства и науки. По его совету сёгун снарядил корабль под командованием монаха Сакугэна для закупки в Китае драгоценностей и потребительских товаров.

Имя Сосэки ассоциируется с возведением новых храмов и многими художественными произведениями того времени.

В то время как наставник Сокэки и многие его последователи обладали политическим влиянием и нередко занимали высокое положение при дворе сегуна, провинциальные монастыри привлекали представителей всех сословий. Японский дзэн достиг высокой степени развития во время долгого правления третьего сегуна Асикага Йосимицу (1367—1395). По его приказу в 1383 году был возведен монастырь Сёкокудзи.

Согласно новому дзэнскому уложению этот храм был включен в список «Пяти гор» Киото. В 1386 году сёгун официально установил иерархию дзэнских храмов. Превыше двух групп киотских и камакурских монастырей стоит главный храм страны - Нандзэндзи. К концу XIV столетия строительство новых храмов прекратилось, как и остановилось распространение самого дзэнского движения. Провинциальные обители стали получать указания и духовные наставления непосредственно из Киото и Камакуры.

Также в Японии были построены два храма, основанных в резиденциях сегунов Иосимицу и Йосимаса. Дворец Кинкакудзи («Золотой павильон»), в котором Йосимицу провел последние годы своей жизни, после его смерти стал дзэнским храмом Рокуондзи. Следуя примеру своего предшественника, Йосимаса построил на Восточной горе великолепный дворец Хигасияма-доно.

Японская аристократия впервые познакомилась с учением дзэн в период Камакура. Строгая дисциплина, отвага и безразличие к смерти - то есть то, что отличало практику дзэн,- соответствовало понятиям класса воинов-самураев.

Однако изначально дзэн был открыт и для простых людей. Это подтверждают слова Эйсая: «Иметь в сердце сострадание бодхисаттвы и стать заботливым отцом для всех живых существ» [7]

С началом эпохи Муромати связи с населением стали более тесными. Провинциальные храмы стали своего рода проводниками учения по всей стране. Наиболее известные дзэнские наставники проповедовали японский стиль доступный для понимания неграмотных слоев населения. Благодаря этому дзэнское учение распространилось повсюду.

Не отличаясь большой оригинальностью, наставники того времени повторяли старые тезисы, давали прежние психологические советы и использовали былую терминологию. В поэзии того времени практически не появляется новых мотивов и не используются новые художественные приемы. Тем более поражают воображение энтузиазм и рвение наставников, которые воспламеняли сердца своих учеников. Однако в конце этого периода многие дзэнские наставники стали сочувственно относиться к людским слабостям и перешли ту грань, что отделяет Закон Будды от мирских способов решения человеческих проблем.

В методиках того времени китайские элементы практики отходят на второй план. Отказываясь от привычных парадоксальных утверждений, наставники начинают рассуждать о дзэн как о некой понятийной категории. Они говорят об интеллектуальной ценности учения и дают методические рекомендации.

«Мусе (Сосэки), наиболее выдающийся деятель раннего периода Муромати, искусно облек свое учение в японские одежды и сделал его доступным для всеобщего понимания. В его главной работе — «Мусюмондё» — сущность дзэн объясняется в форме вопросов и ответов. Так же как и в случае с Догэном, его вера развивалась на основе осознания преходящей сущности всего мирского, что впоследствии дало импульс к духовному озарению. Сердце верующего впервые пробуждается, когда он «...приходит к осознанию непостоянства вещей и отказывается от честолюбивых и корыстных устремлений. Вчерашние мысли улетучиваются, а сегодняшняя жизнь становится несущественной. Дыхание жизни нарушается, стар и млад, и все живое должно погибнуть. Число мертвых возрастает, расцветающие бутоны увядают, и листья падают с деревьев. Все вещи, подобно морской пене, являются лишь сновидением. Подобно тому как рыба начинает трепыхаться на мелководье с отливом, так и жизнь угасает на исходе дня. Родители и дети, мужья и жены, которые любят друг друга, не могут продолжать земной путь вместе. Какова же цена высокой должности и богатства? Утром щеки покрывает румянец, но в ночи остаются лишь кожа да кости. Не доверять преходящей природе вещей, но следовать Пути Будды — значит пробудить сознание, страждущее Пути и веры в благородный Закон» Очевидно, в этих строках нет ничего оригинального. Тем не менее, можно предположить, что Мусе пережил и понял то, о чем он пишет. Вдохновляемый искренней верой в Будду и придерживаясь синкретических тенденций своего времени по отношению к японским Ками (богам) как воплощениям (аватарам) первичного Хотокэ или Будды, он пытается привести в соответствие родной синтоистский культ с буддийским учением.».[8]