История росписи Северной Двины. Технология росписи

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание

 

Введение…………..………………………………………………………………3

Глава 1 История росписи Северной Двины

1. История возникновения росписи………………….……….…..…………….7
2. Пучужская и Ракульская росписи…………………………….……….……11
3. Борецкая и Пермогорская росписи…………………….….………………..14
4. Мезенская роспись………………………………………….……………….18

Глава 2 Технология росписи

2.1  Знаки орнамента…………………….………………………………………25

2.2 Технология северодвинской росписи…………...…………………………32

Заключение………………………….…………………………………………..40

Список  литературы……………………………………………………………41

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Художественной обработке дерева принадлежит исключительное место в истории русского крестьянского творчества. В лесном Архангельском крае всегда активно развивалось искусство резьбы и росписи по дереву.  Изучение росписей по дереву  Русского Севера, имеет особый интерес у искусствоведов и обывателей. Интерес людей понятен и обоснован. Особый интерес вызывают росписи Северной Двины.

Росписи Русского Севера являются уникальным явлением в русской культуры на протяжении нескольких столетий и в наше время. И на сегодняшний момент русский север до конца не изучен и существует множество гипотез, причин его возникновения. Сегодня уже нет тех, кто мог бы истолковать нам все то, что мы можем увидеть на росписях по дереву, этому существует множество причин. Но все же можно утверждать, что именно в северодвинских росписях сохранились традиции, заложенные еще их основателями, и только по росписям Двины мы можем прочувствовать и увидеть  истинное - народное русское искусство.

Пермогорье - это пристань на самом высоком, гористом берегу Северной Двины. В 4 километрах от нее раскинулись деревни Большой Березник. Эти деревни, объединенные общим названием Мокрая Евдома, и являлись центром пермогорской росписи.  Основу пермогорской росписи составляет растительный узор. На гибкие побеги нанизаны трехлопастные, чуть изогнутые листья с острым кончиками и тюльпановидные цветы, напоминающие древний цветок крина. Среди них кустики из округлых листьев, сирины, нарядные сказочные птицы. В народных росписях Пермогорья XIX века в растительный узор обычно почти на всех предметах быта вписывались еще разнообразные жанровые сцены из крестьянской жизни. 
   В цветовой гамме пермогорской росписи преобладают белый цвет фона и красный - основной цвет узора. Желтый и зеленый цвета являются как

бы дополнительными, сопутствующими. Большое значение в росписи имеет тонкий черный контур, который наносился гусиным пером свободно, бегло, всегда мастеровито.  

 Самые ранние изделия  с пермогорской росписью, дошедшие до наших дней, датируются XVIII - началом XIX века. Многие из этих предметов и форме, и в характере росписи сохранили традиции искусства предыдущих веков.

Крестьянские росписи Северной Двины - колоритное и самобытное явление российского народного искусства. Еще в XIX веке в музеях Москвы и Петербурга были собраны богатые коллекции предметов крестьянского быта, увенчанных этой росписью. Их собирали и привозили в музеи скупщики. Спрос на их был велик. Потому и хранились в тайне четкие адреса, где многие поколения давно занимались этим ремеслом, где еще в конце XIX - начале XX века жили и работали создатели красивых произведений искусства. Так и вошли они в музейные документы с общим адресом - Северная Двина.

Актуальность выбранной темы заключается в том, что роспись по дереву является одним из самых живописных промыслов нашей страны. Ее корни уходят далеко в архаичные времена, когда наши предки-язычники верили во множество богов и поклонялись Солнцу, Грому, Лесу, Реке и другим природным стихиям. Каждое расписанное народными мастерами изделие несет в себе отпечатанное древними силами пожелание здоровья, счастья, удачи, благословения в дом.

Красочные картины народных гуляний или цветочные орнаменты не только являются знаками высокого мастерства народных художников, но и несут позитивный заряд радости и положительной энергии. Сейчас интерес к старинным народным художественным промыслам возрастает в связи с ростом интереса к народной культуре и появлением духа патриотизма у современной молодежи. Открываются все новые и новые школы

художественного мастерства, где любой желающий может обучиться искусству росписи по дереву. Работы наших мастеров по художественной росписи по дереву в настоящее время широко известны не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами по всему миру.

  История открытия стране Северодвинской росписи имеет давнюю историю. Еще в 19 столетии в музеях Санкт-Петербурга и Москвы были собраны  богатые коллекции предметов крестьянского быта, украшенных этой росписью. Спрос на них был велик. Поэтому и хранились в тайне точные адреса, где многие поколения, издавна занимались этим ремеслом, где еще в конце XIX начале XX столетия жили и работали создатели прекрасных произведений искусства. Так и вошли они в музейные документы с общим адресом - Северная Двина. Долгое время эта роспись была не изучена. Первые исследователи А.А Бобринского и В. С. Воронова  ввели общее название « северодвинская роспись», которое впоследствии закрепилось в дальнейшем. Только в середине 20 столетии удалось внести полную ясность в общепринятый, очень расплывчатый термин «Роспись северодвинского типа»[2,с.54].

Научные сотрудники Загорского музея О. В. Круглова и Московского Исторического музея С. К. Жегалова обнаружили во время своих экспедиций по русскому северу (летом 1959 г.) интересные данные о месте создания большинства вещей, украшенных так называемой «северодвинской» росписью и имена мастеров, занимавшихся ею в конце XIX – начале XX в. Найденные прялки по мотивам и композициям своего орнамента полностью повторяют более старые образцы, говоря о том, что это замечательное искусство дожило до наших дней. Местами производства этих росписей оказались деревни Мокрое Ендома, Помазкино, вблизи Пермогорья на Северной Двине, а также деревня Заболоцкая Вершина по реке Ракулке. Тип так называемых шенкурских прялок был обнаружен в Виноградовском районе (в прошлом Шенкурский уезд). Сличение ранних вещей с более поздними, которые принадлежат первой половине XIX века, а возможно могут быть датированы и 60—70-ми годами, говорит о том, что к концу столетия стиль этих росписей стал развиваться в сторону большей нагруженности узорами, а в мотивах фигур сделался менее выразительным, однако сохранив все благородные черты северодвинского искусства. 

Целью исследования является комплексный анализ исторических и художественных аспектов северодвинских росписей по дереву.

Задачи:

1 Изучение истории возникновения росписи по дереву.

2 Изучение видов росписи по дереву Северной Двины.

2. Рассмотрение технологий выполнения различных видов росписи по дереву.

Объект исследования: росписи Северной Двины.

Предмет исследования: орнаментальные и технологические особенности северодвинских росписей по дереву.

Методы исследования:

- общенаучный

- историко-теоретический

- терминологический

 Курсовая работа состоит из введения, двух частей, шести параграфов, заключения и списка использованной литературы.

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1 История росписи Северной Двины

 

1.1 История возникновения росписи

Истоки зарождения художественного образования на Архангельском Севере зарождаются издревле, с появлением народных ремесел и обучения чтению и письму. Примерно с XI по XVII век обучение грамоте и рисованию проходило при церквях и монастырях, а иногда – на дому. От отца к сыну передавались знания, умения не только читать и писать, но и успешно создавать необходимые вещи с декоративным украшением, обладающие семейными художественными традициями. В монастырях и церквях, а иногда при крестьянских дворах, учение проходило не более 1 года, без плана и учебной программы, учителя – грамотеи обучали тому, что знали сами – читать, писать, считать. Обучение рисованию велось на усмотрение учителя и его возможностей и сводилось часто к перерисовыванию букв и картинок с церковных картин, а то и совсем отсутствовало. В XVII веке, с появлением нескольких разрядов школ и училищ, стали проводиться занятия, связанные с изобразительной деятельностью: школы при церковных приходах, школы грамоты на селе, частные школы в городах. Рисования как предмета еще не существовало, детям предлагалось копирование образцов букв и рисунков из церковных книг. Записав и запомнив буквы, слова, дети перерисовывали с образца или по памяти предметы быта или крестьянской утвари и подписывали их. В конце XVII века появляются Малые народные училища в Архангельской губернии, в Онеге и Холмогорах. Малые народные училища были двухклассные, обучение проходило два года, чуть позже открываются и трехклассные, четыре года обучения. Занятия в народных училищах проводились в трех отделениях одновременно: 1 отделение – младшие школьники, 2 отделение – средние школьники, 3 отделение – старшие школьники. На уроке чтения и письма каждое отделение получало задание, например, 1 отделение – заняты рисованием пера, кружки, серпа и дуги из книги Паульсона с подписью под каждым предметом, исключая слово "дуга", после чего дети занимались разложением слова "дуга" на слоги и звуки. В младшем отделении рисовали формы с образца по клеткам, в среднем и старшем отделениях занимались выразительным чтением. Как 
видим, рисование использовалось для умения писать, читать и иметь представление о строении предметов, используемых в быту и труде.  
 К началу XX века в Архангельской губернии существовало множество учебных заведений, в которых преподавалось изобразительное искусство: школы грамоты, церковно-приходские школы, приходские училища, народные училища, городские училища, гимназии, мужская и женская, торгово-мореходное училище, механико-техническое училище. В 1908 году открывается учительская семинария, ставшая в наши дни Поморским государственным университетом им. М.В. Ломоносова, где на факультетах начального и трудового обучения преподаётся изобразительное искусство. 
В настоящее время в г.Архангельске и области при центрах народных промыслов существуют мастерские с учебными классами подготовки юных мастеров. В г.Архангельске работает ряд кружков и студий по народным промыслам. В 1990 году открыта "Школа народных ремесел", основанная мастером Бурчевским Н.М. Художественный лицей и колледж культуры готовят мастеров по народному декоративно-прикладному искусству Русского Севера и преподавателей изобразительного искусства для художественных школ, студий, кружков. В педагогических колледжах г. Архангельска и г. Каргополя готовят учителей для преподавания предмета "изобразительное искусство" в общеобразовательных школах.  Северодвинская роспись делится на три крупных, совершенно самостоятельных вида росписи. Первый вид росписи называют пермогорской. Она включает работы мастеров из деревень Черепаново, Большой Березник и Грединская, они находятся в четырех километрах от пристани Пермогорье. Основу пермогорской росписи составляет растительный узор. На гибкие побеги нанизаны трехлопасные, чуть изогнутые листья с острыми кончиками и тюльпановидные цветы, напоминающий древний цветок крина. Среди них кустики из округленных листьев, сирины, нарядные сказочные птицы. В народных росписях Пермогорья XIX века в растительный узор обычно почти на всех предметах быта вписывались разнообразные жанровые сцены из крестьянской жизни. В цветовой гамме пермогорской росписи преобладают белый цвет фона и красный основной цвет узора. Желтый и зеленый цвета фона являются как бы дополнительными, сопутствующими. Большое значение в росписи имеет тонкий черный контур, который наносился гусиным пером свободно, бегло и всегда мастеровито. Сначала на белый грунт, как на бумагу, наносится пером черный контур, потом его заполняли цветом. Круг бытовых предметов, которые расписывались, был очень велик - в большом количестве украшали деревянную и берестяную посуду, росписью покрывали многие крупные предметы - колыбели, ларцы, сундуки, подголовники. Но больше всего расписывались прялки. Для каждой крестьянки прялка, с которой она не расставалась всю жизнь, была не только необходима в быту, но с ней связывались лучшие воспоминания молодости, с прялкой всегда был связан свадебный обряд[9,с.103].

Другим, не менее крупным видом северодвинской росписи, были росписи борецкие. Роспись сверкала белизной фона, на которой горел ярко красный цвет растительного узора. Сусальное золото, которым любили украшать прялки этого центра, придает им большую праздничность и нарядность. Композиция лопасти прялки как бы делилась на три части. Вверху нарисованы золотые окна с цветами, в центре сказочный куст с птицами, а внизу размещалась сцена катания.     

 Третий вид северодвинской  росписи - ракульская. Она совершенно  не похожа на пермогорскую  и борецкую. В росписи основную  роль играет золотисто-охристый  и черный цвета, а сопутствуют  им чаще всего глубокий зеленый и коричнево-красный. Орнамент очень крупный, в основном состоит из декоративных листьев. Черным цветом исполнен не только контур, но и многие детали-усики, завитки и прожилки. Покрывая яркой нарядной росписью обычные предметы быта, народные художники превращали их в произведения искусства которые до сих пор приносят нам радость.

Северодвинская роспись отличается графичностью и яркостью.  Часто используются знаки традиционной росписи: древо Жизни, птица Сирин, лев, грифон, медведь, русалка…Роспись напоминает северное лето – короткое, долгожданное, очень теплое. В основном росписью украшались прялки. Обычно поле прялки длили на три области. Возможно эта традиция дань представлений об устройстве мира: подземный, наземный, небесный. Со временем промыслы изменяются. Появляются новые композиции, приемы. Роспись прялок уступила свое преимущественное положение другим предметам: кухонным доскам, бочонкам, солонкам.

  Декор каждой вещи индивидуален, расположение орнамента подчинено форме предмета. Обычные предметы крестьянского быта роспись превращала в подлинные произведения народного искусства. 
Очевидно, что все виды северодвинской росписи уходят своими корнями в древнерусское искусство: монументальную живопись, иконопись, миниатюру и орнаментику книг. Многие приемы и мотивы книжной миниатюры народные мастера перенесли в роспись.  
Очень близки миниатюрам манера изображения одежды персонажей, колорит, простота и лаконичность рисунка. Многие композиционные приемы тоже взяты из книжной миниатюры и иконописи: повествовательность, соединение в одной композиции разновременных сцен. Техника исполнения и красители тоже имеют много общего с древнерусской миниатюрой. Сначала на грунт наносили черный контур, который затем заполняли цветом. Первоначально краски разводили на яичном желтке, а позднее заменили другими красителями. Однако идеи, звучание, сама музыка народной росписи совсем иные, чем в книжной миниатюре. Ведущая тема северодвинской росписи - это опоэтизированная жизнь народа и родной природы. Основу пермогорской, ракульской и борецкой росписи составляют растительные мотивы. В основе растительного узора пермогорской росписи - гибкий побег, на котором нанизаны трехлопастные, чуть изогнутые листья с острыми кончиками и тюльпановидные цветы. В центре росписи порой изображали птицу Сирин или большую рыбу. Наиболее популярные сюжеты: катание на тройках, свадьба, посиделки [12,с.67].

 

1.2 Пучужская и  Ракульская росписи

 

Пучужская роспись

  Одна из многих видов росписей, встречающихся на берегах реки Северная Двина. Эта графическая роспись сохранилась на прялках. По строению прялки Пучуги были традиционны для Севера. Их делали около метра высотой, с большой лопасткой из одного куска дерева. Для изготовления прялок на Севере нередко срубали целое дерево (ель или сосну): из ствола вырубали ножку с лопасткой, а из горизонтального ответвления - сиденье-донце. Название такой прялки - "копыльная", то есть корневая. Изготовлялись прялки искусными плотниками Севера, поэтому в их форме отразилось своеобразие северной архитектуры. Верх лопастки украшают округлые выступы - главки, повторяющие контуры крыш северных деревянных церквей, а фигурная ножка и округлые свесы внизу лопастки напоминают нарядные столбики крылец, балясинки и сережки фасада избы.

В Загорском государственном историко-художественном музее-заповеднике находится несколько прялок, расписанных мастерами Кузнецовым Филиппом Федоровичем и его сыном, Кузнецовым Федором Филипповичем. Прялки Пучуги конца XIX в. - нач. XX в. очень похожи на борецкие прялки и фасадной стороной почти точно их повторяют. Лопастка прялки делится на три части. Верхняя часть занята окнами и цветами, в центре — арка с пышными растениями и птицами. Ниже - сцена катания: пара или одна лошадь, запряженная в саночки с кибиткой. Но есть свои особенности росписи, которых мастера Пучуги строго придерживались. В отличие от борецких возница на прялках Пучуги одет по-крестьянски, в поддевку и черную войлочную шапку с отогнутыми краями. На обратной стороне лопастки повторяется сцена катания, которая украшает фасадную сторону этой прялки. Растительный узор состоит из трех видов листьев. А характерный для всех видов северной росписи трилистник в пучужской росписи имеет свой вариант — более тонкую, загнутую 
к стеблю нижнюю часть листа и верхнюю, переходящую в круг- 
лую ягоду. Пучужскую прялку можно отличить от борецкой и по узору на ножке. Вместо прямого стебля, что на борецкой прялке, ножка пучужской прялки украшена гибким, вьющимся стеблем с листьями. Стебель бежит от основания ножки прялки до лопастки и заканчивается круглой розеткой. 
       Пучужская роспись выполняется на белом фоне красной краской, украшается ярко-зелеными листочками и белыми точками-капельками. В некоторых изделиях встречается синий цвет.

 

  Ракульская роспись

Сравнительно недалеко от Пермогорья, Мокрой Едомы и Верхней Уфтюги, в Красноборском районе Архангельской области, существует еще один куст деревень со своеобразной росписью. Это деревни по реке Ракулке, впадающей в Северную Двину, с центром в деревне Ульяновской.  
Росписью в Ульяновской занималась семья старообрядцев Витязевых. Витязевы расписывали прялки и набирухи (кузовки, лукошки для ягод). Их ремесло передавалось из поколения в поколение (примерно с середины XIX века). Основой росписи был растительный орнамент, состоявший из декоративных листьев. Элементы узора объединялись в пучки, веточки, кустики, гирлянды. Птицы, выполненные черным контуром, заливались черной краской, а иногда расцвечивались красными и зелеными цветами. В росписях главную роль играли золотисто-охристый и черный цвета, им сопутствовали голубой, зеленый и коричнево-красный. Черным цветом исполнялись не только контуры, но и многие детали, а также "усики", завитки, прожилки… 

В середине XIX века лучшим рисовальщиком в деревне Ульяновской считался Дмитрий Федорович Витязев. Превосходно расписанная набируха в фондах Музея этнографии в Санкт-Петербурге отличается оригинальным узором, совсем иным по характеру, чем в любом из других мест Русского Севера. Сверху по красному фону набируха опоясана полукружными фестонами. В центре - орнаментальные круги с петухами по бокам. Все элементы - и круг, и петухи, и завитки резко оконтурены и графичны. Крышка от круглого короба, хранящаяся в фондах этого музея, несет черты того же стиля.

Основа орнамента на ракуловских прялках - изогнутый стебель, от которого в обе стороны идут как бы большие округлые разноцветные капли. Фон у прялки желтый, на лицевой стороне в пяти орнаментальных рамках на белом фоне обязательно помещается условное черное графическое изображение птицы, напоминающей петуха. Прялки из Ульяновской - яркие, со смелым использованием локальных цветов - белого, красного, зеленого.  
Форма прялок из Ульяновской так же оригинальна и неповторима, как и сама роспись: это широкая и длинная лопасть с четырьмя копьевидными главками, почти без ножки (вместо нее несколько пар уступчатых полукружий, сужающихся книзу).

Декоративная роспись северодвинских центров XIX века обнаруживает большие профессиональные навыки мастеров в композиции, рисунке, живописи. В тонком чувстве цвета, в характере самого орнамента, в трактовке жанровых сцен сказались глубокие традиции этого искусства, определенная художественная „школа поколений» и блестящее мастерство исполнителей [7,с.125].

Покрывая яркой нарядной росписью обычные предметы быта, народные художники превращали их в подлинные произведения искусства, которые до сих пор приносят нам радость, заставляют восхищаться талантом творцов этих изделий и рассказывают о духовной красоте русского человека.

 

1.3 Борецкая и Пермогорская росписи

 

Борецкая роспись

Корни борецкой росписи уходят вглубь веков и имеют общие истоки: древнерусское искусство Великого Новгорода и иконопись северной школы, особенно в самых ранних работах. В народной росписи Борка есть много моментов, которые сближают ее с  древнерусским искусством переписи и оформления книг, русским рисованным лубком, иконами "северных писем": одежда персонажей, шитая жемчугом, женские головные уборы, композиционное решение сюжетов верховой езды, где всадник напоминает Георгия Победоносца, а также всегда горячий колорит росписи. Композицию росписи борецких прялок XVII-XVIII веков можно сравнить с иконостасом. Однако от иконописи - только внешние признаки. Содержание народной росписи Борка самобытно. Из прямоугольных рамок вместо святых на нас смотрят веселые птички, лучистые солнца. Иногда в оконцах терема изображены львы и единороги. 

Все прялки Борка, как и прялки Пучуги и Нижней Тоймы, отличаются особым изяществом и единообразием. Роспись самой борецкой прялки всегда сверкала белизной фона, на котором ярко горел красный ведущий цвет растительного узора, а сусальное золото придавало ей праздничность и нарядность. 

Различить борецкую роспись прялок можно, в первую очередь, по узору на ножке. Через всю ножку борецкой прялки тянется прямой стебель с симметрично расположенными традиционными трилистниками, который часто завершается в розетке пышным тюльпаном. В верхнем круге борецких прялок, кроме розеток, иногда размещались птица, цветок или "перчик". Большое значение имеет и сама конфигурация ножек. Они выпиливались в форме четырех или пяти кругов, соединенных между собой плавными фигурными переходами. 

Круг сюжетов борецкой росписи довольно широк. В основном они отражают труд и быт северных крестьян и ремесленников. На прялках иногда встречается такой сюжет - всадник на коне или два коня под дугой ("радугой-дугой"). Но также украшают прялки растительные мотивы, тонкие вьющиеся ветки с мелкими красными завитками и кусты с крупными бутонами или раскрытыми лепестковыми розетками, солнечные знаки. На оборотной стороне прялки - сцена парадного выезда жениха и невесты, князя и княгини. Жених и невеста - в красной одежде, подпоясаны золотыми поясами; вокруг ворота, по рукавам и подолу - золотая кайма, расшитая жемчугом.  
 В росписях сундуков и сундуков-подголовников конца XVII-начала XVIII веков можно встретить тюльпановидные цветы. Персонажи росписи сундуков одеты в праздничные одежды новгородских бояр XVII века. Здесь чувствуется влияние новгородской школы. 

Со временем появляются новые персонажи и новые композиции, хотя прослеживаются и древние темы. На прялках мастера любили писать птиц, которые также менялись с течением времени. На первых прялках, что дошли до нас из XVII-XVIII веков, - это были курочки, простые птички, то есть мастер писал их такими, какими он их видел. В дальнейшем птицы становились все более красочными, нарядными, ярких пестрых расцветок; хвосты их удлинились, появилось много дополнительных украшений. Они уже стали сладкоголосыми райскими птицами, что сидели на "древе жизни". "Древо жизни" с птицами было одним из излюбленных сюжетов русского народного искусства. С ним связывалось представление о могуществе сил природы и зависимости от нее благополучия и счастья человека. Дерево как символ жизни изображалось всегда с корнями и называлось "древом жизни". Та часть лопасти прялки называлось "став с древом". 

Среди других излюбленных мотивов борецкой росписи - сани. Санями на Руси пользовались зимой и летом. По бездорожью, на ярмарку, для ямской езды, для праздничных катаний и свадебных выездов. И на прялках мы видим такие сцены, как, например, нарядный чиновник сидит в кибитке, покуривает трубку, а ямщик на облучке возвышается.

 

Пермогорская роспись

Пермогорье - это группа деревень Красноборского района Архангельской области, более или менее близких к Северной Двине. Центром пермогорской росписи является куст деревень под названием Мокрая Едома. 

Лопасти деревянных прялок здесь более узкие, чем в других местах производства на Северной Двине, переход от лопасти к ножке выполнен либо в виде нескольких пар кругов, идущих вниз сужающимися уступами, либо с одним кругом. Вверху - четыре, пять, а то и больше круглых "главок". Роспись лопасти по белому фону делится чаще всего на две части. На верхней - большей - птица Сирин в круге, на нижней - меньшей - выезд на коне, запряженном в сани, одни конь или конь с жеребенком. Обычно кони черные, без деталей, изображенные скорее наивно, чем торжественно-стилизованно, как в Нижней Тойме и Борке. Основу пермогорской росписи составляет растительный узор. На гибкие побеги нанизаны трехлопастные, чуть изогнутые листья с острыми кончиками и тюльпановидные цветы, напоминающие древний цветок крина. Среди них кустики из округлых листьев, сирины, нарядные сказочные птицы. В народных росписях Пермогорья XIX века в растительный узор обычно почти на всех предметах быта вписывались еще разнообразные жанровые сцены из крестьянской жизни. Из русских центров народной росписи мы не можем назвать ни одного другого центра, в изделиях которого так же широко и многогранно была бы отражена жизнь русской деревни XIX века, как в росписях Мокрой Едомы. Характерным декоративно-орнаментальным элементом пермогорской росписи являются красные травные завитки. В. Василенко предположил, что этот узор перешел с декоративного убранства древнерусской сольвычегодской финифти. Кроме того, в пермогорской росписи присутствуют и традиции  старинной великоустюжской росписи бытовых предметов. Народный мастер-художник, сочетая завитки с красными, черными и белыми зубчиками (графическими остатками геометрической резьбы), смело заполняет плоскость, свободную от сюжетных тем. 

Сюжеты с изображением Сирина и катанья на конях преобладают в пермогорской росписи, но встречается и много других тем. Очевидно, у мастеров в этом отношении существовала полная свобода, и они использовали бытовые темы, легко связывая их с событиями личной жизни. Прялке, на которой изображена сцена чаепития. В набирухе (лукошке) из деревни Жигаловой (Погореловой) Алексеевского сельсовета художник, рядом с птицей Сирин и с декоративно в том же стиле нарисованным петухом, изобразил сцены (сюжеты) в лесу: рубку деревьев, сдирание берёсты, подсечку и получение березового сока [11,с.98].

 В цветовой гамме пермогорской росписи преобладают белый цвет фона и красный — основной цвет узора. Желтый и зеленый цвета являются как бы дополнительными, сопутствующими. Большое значение в росписи имеет тонкий черный контур, который наносился гусиным пером свободно, бегло, всегда мастеровито. 

Анализируя манеру исполнения жанровых сцен, характер растительного узора, принципы композиции и цветовое решение пермогорских росписей, можно прийти к выводу, что все это уходит своими корнями в древнерусское искусство. Бытовые сцены Пермогорья можно рассматривать как своеобразное продолжение той линии народного искусства, которая в XVII веке ярко проявилась в монументальной живописи, в иконописи и в миниатюре Древней Руси, где можно встретить немало композиций со сценами сева, жатвы, сенокоса, с изображениями пастбищ и многие другие сюжеты из сельской жизни. В житийных клеймах икон и в миниатюрах эти сюжеты особенно привлекали мастеров возможностью выразить свои мысли, чувства и наблюдения, связанные с окружающей реальной действительностью. Однако они здесь лишь сопутствовали тематическому религиозному циклу изображений. В северодвинской росписи они приобретают значение основных ведущих мотивов. 

Близость тематики рукописных миниатюр и народных росписей Пермогорья связана безусловно с тем, что авторами и тех, и других были мастера из народа. По всей вероятности, создатели пермогорской росписи бывали в мастерских, где художники-миниатюристы украшали рукописи, а возможно, что и сами работали в этих мастерских.

Одно из основных семейств пермогорских живописцев - братья Хрипуновы, жившие в деревне Черепаново. При общности их стиля заметны индивидуальные особенности: более холодный колорит работ Дмитрия Андреевича, преобладание красного цвета в росписях у Петра Андреевича и насыщенность цветом в работах младшего из братьев - Василия Андреевича.

 

1.3 Мезенская роспись

 Мезенская роспись по дереву, тип росписи деревянных прялок  и утвари — ковшей, коробов, братин, сложившийся к началу  XIX в. в низовьях реки Мезень. Самая древняя датированная прялка с мезенской росписью относится к 1815, хотя изобразительные мотивы подобной росписи встречаются в рукописных книгах XVIII в., выполненных в мезенском регионе.

По стилю мезенскую роспись можно отнести к наиболее архаичным видам росписи, дожившим до XX в. Предметы густо испещрены дробным узором — звездами, крестиками, черточками, выполненным в два цвета: черный — сажа и красный — «земляная краска», охра. Основные мотивы геометрического орнамента — солярные диски, ромбы, кресты — напоминают аналогичные элементы трехгранно-выемчатой резьбы.

Среди орнаментов — фризы со стилизованными схематичными изображениями коней и оленей, которые начинаются и обрываются на границах предмета. Выполненные черной и красной красками, фигурки животных словно возникают из геометрического орнамента. Все изображения очень статичны и лишь благодаря многократному повтору возникает ощущение динамики. Как правило на мезенских прялках изображается один ряд оленей и ниже ряд коней, но встречаются изделия с большим количеством фризов и более сложным, сгущенным орнаментом. В верхней части прялок часто помещаются схематичные изображения птиц, нанесенные одним мазком красной краски.Изображения на обратной стороне прялки были менее насыщенны орнаментом, более вольны в сюжете. Здесь можно увидеть по-детски наивно написанные жанровые сценки: охота, пароход, те же кони, только резвящиеся на воле. Рядом с изображением часто встречаются подписи с именем автора, заказчика или датой изготовления.

Готовое изделие расписывали по чистому негрунтованному дереву сначала охрой с помощью измочаленной на конце деревянной палочки, потом птичьим пером делали черную обводку и наносили узор. Расписанный предмет покрывали олифой, что предохраняло краску от стирания и придавало изделию золотистый цвет.

В конце XIX в. мезенская роспись сосредоточивается в деревне Палащелье, которая как центр росписи по дереву впервые упоминается в 1906. Благодаря подписям на прялках можно выделить семьи палащельских мастеров, что уникально для, как правило, анонимного крестьянского искусства: Аксеновых, Новиковых, Федотовых, Кузьминых, Шишовых — тех, кто работал еще в 1920-е гг., в период угасания промысла.

В середине 1960-х гг. мезенская роспись была возрождена потомками старых палащельских мастеров: Ф. М. Федотовым в деревне Палащелье и С. Ф. и И. С Фатьяновыми в селе Селище. В Архангельске на экспериментальном предприятии «Беломорские узоры» выпускаются сувенирные изделия с традиционной мезенской росписью.

Дерево с птицами на ветвях — один из любимых сюжетов в народном искусстве не только славянских, но и других народов Восточной Европы. В частности, мотив дерева с несколькими поднятыми вверх ветвями и сидящими на них птицами широко распространен в вышивках карел Калининской обл. и Карельской АССР. Мировое древо в виде дуба с птицами наверху или березы с птицей-солнцем в ветвях является одним из ярких образов карельского эпоса. В изобразительном искусстве Русского Севера подобное древо нашло отражение в знаменитой трехчастной композиции, изображающей богиню-мать с предстоящими ей фигурами людей или животных в окружении птиц. Известно, что фигура богини часто совмещалась с изображением древа жизни или замещалась им. На Мезени эта композиция прослеживается в рассмотренных выше росписях со львами по сторонам дерева на фронтонах домов. Нарисованные около дерева птицы свидетельствуют о том, что это дерево не что иное, как древо жизни.  
       На мезенских прялках дерево чаще всего изображается с большой птицей на вершине. Вероятно, подобное изображение древа жизни не случайно. Оно имеет аналогии в распространенных в еще недавнем прошлом у соседних коми обычаях водружать около домов птиц на шестах. Хотя исследователи, касавшиеся вопроса происхождения изображений птиц на шестах, не всегда связывали их с древом жизни, связь эта представляется несомненной при сравнении этнографического материала. Например, у якутов «шаманские деревья», в которых Л. Я. Штернберг видит «мировое древо», изображались в виде высоких шестов, на вершине которых помещалась птица-орел. В свою очередь, «шаманские деревья» якутов, как и подобные изображения всех урало-алтайских народностей, по целому комплексу особенностей связаны с представлениями о мировом древе у народов средиземноморской культуры и, далее, у народов Скандинавии и западных финнов Европы. Очень ярко сюжет мирового древа и орла как ипостаси верховного бога Одина, обитающего на вершине этого древа, разработан в скандинавской мифологи. Связь между древом жизни и птицей как воплощением божества прослеживается в фольклоре восточных славян. Мотив птицы на вершине дерева, приносящей добрую весть или подарки, имеет место в календарной и свадебной поэзии западных и восточных славян. Птицу на вершине дерева можно видеть в рисунках на мезенских берестяных туесах. С подобными представлениями, очевидно, нужно связывать и известные на Русским Севере изображения деревянных щепных птиц.