Комплекс неполноценности и его влияние на развитие личности

51

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………………3

1. ОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ КОМПЛЕКСОВ В ПСИХОЛОГИИ……………………..5

1.1.Общее понятие комплекса в психологи, психология комплексов в теории К.Юнга в сравнении с теорией З.Фрейда………………………………………….5

1.2Понятие  комплекса неполноценности в концепции А.Адлера………………8

1.3 Причины  возникновения комплекса неполноценности личности………….11

2.ВЗАИМОСВЯЗЬ КОМПЛЕКСА НЕПОЛНОЦЕННОСТИ И КОМПЛЕКСА ПРЕВОСХОДСТВА………………………………………………………………..13

3.ФОРМИРОВАНИЕ КОМПЛЕКСА НЕПОЛНОЦЕННОСТИ……………… ...20

3.1. Почему развивается комплекс неполноценности…………………………….20

3.2.Влияние оценки родителей на формирование самооценки ребенка………...25

3.3. Роль комплекса неполноценности в жизни личности……………………….36

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………………..48

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………………………....50

ВВЕДЕНИЕ

Человеку не следует стремиться искоренять свои комплексы, а следует прийти с ними в согласие: они законно являются тем, что направляет поведение человека в мире.

(Зигмунд ФРЕЙД)

Изучение комплекса неполноценности относится к области психоанализа и теории личности, где исследования проводились такими видными психологами, как З. Фрейд, А. Адлер, К. Юнг и др. Из российских ученых заметными работами в данной области проблем стали труды Л. Выготского, Р. Немова и др Понятие компенсации, центральное для индивидуальной психологии Адлера, впоследствии становится основой  дефектологической концепции Л.С. Выготского.

Вместе с тем, в современных исследованиях отсутствует однозначное понимание сущности этого качества, его психологической структуры, условий, факторов и механизмов развития. Сложность изучаемого феномена состоит в трудности фиксирования «чистого» факта его проявления, а также в неоднозначности трактовки современными исследователями понятия «комплекс неполноценности», что свидетельствует о необходимости дополнительных исследований в данной области.

Актуальность данной темы заключается в том, что болезненное переживание собственной неполноценности не только  не способствует личностному росту, а может наоборот породить у человека неуверенность в своих силах, что создаст ему многочисленные проблемы. Если переживания своей неполноценности начинают доминировать в душевной жизни человека, окрашивая ее в негативные эмоциональные тона, он утрачивает способность к развитию своих творческих сил и дарований. Не чувствуя возможностей для подлинной компенсации неполноценности, человек избирает извращенные пути. Проблемы начинаются, когда в сложном внутреннем механизме побуждений и ограничений происходит перекос. Из-за него закомплексованный человек на своем жизненном пути сворачивает в тупики, безрассудно лихачит на виражах либо беспомощно застывает на обочине. И тут уже не обойтись без наладчика этого механизма - психотерапевта, который поможет предотвратить серьезную аварию.

Объект – комплекс неполноценности

Предметом исследования – факторы возникновения и психологические особенности проявления комплекса неполноценности.

Цель работы – рассмотреть факторы формирования, психологические особенности проявления комплекса неполноценности и его роль в развитии личности.

Задачи работы:

1.      Изучить сущность и основные компоненты комплекса неполноценности личности.

2.      Описать механизмы формирования комплекса неполноценности.

3.      Определить взаимосвязь комплекса неполноценности и комплекса превосходства.

4.      Обозначить роль комплекса неполноценности в развитии личности.

1

ОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ КОМПЛЕКСОВ В ПСИХОЛОГИИ

1.1 Общее понятие комплекса в психологи, психология комплексов в теории К.Юнга в сравнении с теорией З.Фрейда

Комплекс несет в себе определенную энергию и образует как бы отдельную маленькую личность. Отдельные комплексы, образуя вкупе целостную структуру психики индивида, являются сравнительно автономными группами ассоциаций, имеющих тенденцию жить своей собственной жизнью отдельно от его намерений. Иначе комплекс можно определить как эмоционально загруженный психический фрагмент или элемент, представленный в виде некоей последовательности или структуры связанных друг с другом идей и образов, сконцентрированных вокруг центрального ядра. Изучение этого ядра обнаруживает присутствие архетипического образа. Комплекс, помещаясь в бессознательной части структуры психики, представляет собой совершенно нормальное явление в противоположность пониманию Фрейда, который считал комплексные проявления патологическими[16-114].

Процессы, протекающие в сознании и бессознательной сфере, следуют различным принципам. Принципом сознания являются отражение, рефлексия; бессознательное следует принципу автономности. Бессознательное рефлектирует не внешний мир, а само себя. Это происходит потому, что в каждом индивиде живет настоятельное стремление к внутреннему единству, при котором различные комплексы, противоположности, все составляющие его личности уравновешивали бы друг друга, а сознание находилось бы в обоюдной связи с бессознательным. Для Юнга личность выглядела как результат некоего усилия, достижения, а не просто как нечто дарованное. «Если бессознательное вместе с сознанием может восприниматься как взаимоопределяющий фактор, если мы сможем жить так, чтобы максимально учитывать потребности сознательного и бессознательного, тогда сместится центр тяжести всей нашей личности. Он перестанет пребывать в эго, которое вряд ли является единственным центром психики, и окажется в гипотетической точке между сознательным и бессознательным. Этот новый центр можно было бы назвать «самостью»[20-218].

К. Г. Юнг – известный ученый-психолог, ученик и оппонент З. Фрейда. Именно он  ввел понятие «комплекса», ставшего одним из фундаментальных понятий всех направлений глубинной психологии.

Так, например, в «Психопатологии повседневной жизни» Фрейд объясняет проявление промахов («ошибочных действий») воздействием именно таких эмоциональных групп представлений, существующих в бессознательной сфере. Комплексы являются «отколовшимися психическими частями личности, особыми структурами, наделенными психическим содержанием, ведущими непознаваемое существование в темных глубинах бессознательного, откуда им удается в любое время подавлять или стимулировать сознательную активность».

Когда мы называем комплексы чуждыми для сознания «частичными душами», то этим мы подчеркиваем их относительную самостоятельность и их значение, это идет гораздо дальше рамок протекания ассоциаций. Комплексы представляют собой существенный компонент невротического заболевания: «Комплекс является психической властью, которая противостоит сознательным намерениям, свободе сферы Я»[8].

Позиции Юнга и Фрейда расходятся уже в подходе к понятию «комплекс». Согласно взглядам Фрейда на психику отщепленные эмоциональные группы в сфере бессознательного являются чуть ли не всегда сексуальными желаниями, которые вытесняются из-за пережитых в прошлом мучительных впечатлений и психических травм, а потому и имеют они всегда только негативное значение. Юнг же понимает комплекс в более широком смысле: то, что является чуждым и далеким для сознания, то, что последнему не удается ассимилировать без прикладывания значительных усилий, естественно может иметь сексуальную природу, да таковым часто и является – но отнюдь не всегда[20-121]. А, кроме того, комплексы могут оказываться не только помехой, но и стимулом к большим достижениям, приводящим еще к большему успеху. Комплексы являются чем-то незавершенным – а таковым в человеке может быть многое, как, например, стремление к наслаждению, власти или к агрессии, так и к реализации духовной задачи, выполнению нравственных обязанностей или столкновению с метафизическими принципами. Уже здесь проявляется явное различие между видением человека в классического психоанализе (концентрирующемся на сексуальности) и в психологии комплексов. Мы не только существа-животные, то есть, не только подчинены власти влечений – и таким образом, якобы сводимы к обусловленности влечениями, – но нам еще навязана задача стать совершенными, интегрируя в себе все заложенное в нас, как природные качества, так и духовность. Кто не обращен к обеим этим сторонам жизни, тот превращает их в комплекс, а иногда и в узловой пункт невроза. «Отщепившиеся части психики», то есть комплексы, чаще всего имеют своей причиной «нравственный конфликт, который свой последний повод имеет в кажущейся невозможности человеческого существа добиться завершенности (целостности)». В результате чего осознание комплекса может иметь еще и связанный с будущим, продуктивный характер. И, конечно же, «невозможно полностью обойтись без комплексов, так как иначе психическая активность затихнет».

В своих исследованиях бессознательной сферы Юнг опирается на авторов, которые подобно Бахофену исследовали доисторический и ранний исторический период человечества. Юнг использует данные не только этнологии, но и истории религии, мифы, саги. Но научные работы и методы исследований Юнга, как и его неподражаемые образцы различных проявлений (гештальтов) коллективного бессознательного являются самостоятельным банком данных, возникшим в результате практического опыта, накопленного Юнгом.

1.2.Понятие комплекса неполноценности в концепции А.Адлера

Впервые комплекс неполноценности  обстоятельно описал немецкий психиатр и психолог Альфред Адлер, основоположник Индивидуальной Психологии. Собственно он сделал этот комплекс краеугольным камнем своего психоанализа. В своей теории комплекса неполноценности Адлер опирается на философию "фикционализма" разработанную немецким философ-позитивистом Гансом Файхингером. В работе "Философия "как если бы" Файхингер выдвинул тезис о том, что поведение большинства людей определяется социальными фикциями ("Все люди равны в своих возможностях", "Чтобы добиться успеха, главное - желание"), которые совершенно не соответствуют действительности. "В погоне за такими фикциями, - пишет исследователь творчества Адлера А.М. Боковиков, - люди понапрасну растрачивают свои силы и энергию, так ничего реально и не добиваясь. Аналогичным образом, согласно Адлеру, протекает жизнь невротика, который, стремясь компенсировать чувство собственной неполноценности, преследуют цель достижения фиктивного превосходства над людьми". Также данным феноменом занимались такие ученые-психологи как М.К. Акимова; Б.М. Кедров; В.Т. Козлов; Г. Ревеж; А.И. Сухарева; И.С. Якиманская.

Свою идею Комплекса Неполноценности, впоследствии заменённой Комплексом Недостаточности, Адлер выдвигает в 1907 году в  работе «Неполноценность (недоразвитостость) органа и ее физическая компенсация». Адлер выдвинул идею, что «физиологическая недостаточность может быть скомпенсирована развитием других органов или функций человека». Адлер замечал, что это понятие подтверждается элементарным наблюдением за индивидуальной судьбой. Более того, как раз недостаточное развитие органа подчас и провоцирует компенсацию, и компенсационный орган начинает работать даже лучше, чем он работает в норме. У Адлера был типичный лекционный пример с оратором Демосфеном. Совершенно явная неполноценность заикающегося в детстве Демосфена, заканчивается тем, что он превращается в великого оратора, за счёт воли, тренировки и необыкновенных усилий. Адлер обратил внимание, работая врачом с цирковыми артистами, что наиболее отважными, смелыми были коротышки с многочисленными физическими недостатками. Комплекс неполноценности, по Адлеру, не следует понимать, как нечто патологическое, указывающее на болезнь. Неполноценность - нормальное, естественное для человека чувство, которое является причиной и стимулятором  поступков и мотиваций. Для примера можно взять Адлеровскую точку зрения,  почему некоторые выдающиеся спортсмены  глупы, а многие интеллектуалы «дохлые». Адлер считал, что если человек от природы обладает физически красивым и здоровым телом, то соответственно у него не возникает комплекса неполноценности по отношению к женщинам, например. Он  нравится женщинам, гордится своим телом, и поэтому ему ничего не надо делать больше  для того, чтобы иметь у них успех, и ничто не «провоцирует» у него совершенствование других качеств для «завоевания» партнёрши. Если же человек от природы лишен этого физического совершенства, то для того чтобы выстоять в этой конкурентной борьбе в завоевании женщины, ему нужно это скомпенсировать и развивать какую-то другую сторону своей личности. Какую, если физических данных нет? Естественно – интеллект. И таким образом, в конечном счете, он часто выигрывает. Потому что многие женщины ценят интеллект больше физических качеств. Адлер формулирует свой знаменитый тезис, который стал основой  всей его принципиальной философской позиции. Быть полноценным человеком – это значит обладать комплексом неполноценности, который способствует максимальному развитию человеческих способностей.

Все люди, по мнению А.Адлера, чувствуют себя неадекватными в определенных ситуациях, при столкновении с жизненными трудностями и осознании собственной беспомощности. Он проводит аналогию между зависимостью ребенка от семьи и взрослого от общества. В этом он видит истоки той человеческой слабости, которая и порождает чувство неполноценности. Сначала ощущение слабости, несовершенства, неспособности выражается в чувстве неуверенности в собственных возможностях, которое затем тормозит выполнение целенаправленных действий и ведет к самоуничижению.

Адлер полагал, что чувство неполноценности присуще каждому человеку. Обычно он определял его как положительную неудовлетворенность, которая продолжается, по крайней мере, так долго, «пока какая-нибудь задача или потребность не будет разрешена». Конечно, не всякое чувство неудовлетворенности можно рассматривать как чувство неполноценности. Это зависит а) от субъективной трудности задачи, т. е. степени переживания «Я сам», б) от социальной ситуации (что подумают или скажут другие?), в) от потребности в собственной значимости, неотделимой от межличностного контекста. Таким образом, по Адлеру, чувство неполноценности — полностью социально мотивированное чувство.

В более поздних работах Адлер различает а) чувство неполноценности и б) комплекс неполноценности. Последний он рассматривает как патологический результат развития чувства неполноценности, своеобразную болезнь личности, где неполноценность приобретает хронический гипертрофированный характер. Степень осознанности чувства неполноценности может широко варьировать в связи со стремлением к сохранению положительной самооценки.

Каковы условия порождения чувства неполноценности? Среди них сразу же после врожденных органических дефектов Адлер выделяет неправильное воспитание: избалованность, жестокость, равнодушие, авторитарность и т.п. [4-88]

Социальный характер чувства неполноценности вытекает уже из механизма его формирования, в основе которого лежит процесс непроизвольного, часто малоосознанного сравнения, соизмерения с окружающими, с их целями. Возможно, следует говорить о специфике такого рода сравнения, где одним из объектов сравнения является сам сравнивающий субъект. Характер такого сравнения красочно описывает М. Шпербер: «Нет ни одной пусть самой частной черты, ни одной ситуации, ни одного события, ни одного переживания, которые не могли бы вызвать чувства неполноценности. Оно может возникнуть во всех возрастах, но чаще всего в детстве. Чувство неполноценности всегда находит себе благоприятную основу: человек видит себя слишком малорослым или слишком длинным, слишком схожим с кем-то или совершенно отличным от всех других...»

Очевидно, для того чтобы не увлечься подобными сравнениями, субъект должен обладать достаточно устойчивой положительной самооценкой. Будучи далеко не всегда объективно оправдано, чувство неполноценности всегда вызывает стремление к его преодолению [6-139].

1.3 Причины возникновения комплекса неполноценности личности

А. Адлер выделяет причины, “три вида страданий”, которые способствуют возникновению комплекса неполноценности: неполноценность органов, чрезмерная опека и отвержение со стороны родителей. Рассмотрим виды этих причин, лежащих в основе возникновения комплекса неполноценности, согласно их вкладу в формирование личностных границ ребенка.

Чрезмерная опека, например, может приводить к слиянию с родителями, к поглощению ребенка или к размыванию его границ и подмене их границами другого. Отвержение со стороны родителей, полное пренебрежение ребенком или отсутствие полноценного взаимодействия создает вокруг него некое подобие психологического вакуума, в котором он не может найти опору для выстраивания своих границ с социальным миром. Неполноценность какого-либо органа позволяет ребенку довольно рано устанавливать его отличие от других, т.е. фактически проводить границу между собой и другими людьми. Однако эта граница выстраивается очень локально и “проходит” через дефектный орган, что делает ее довольно иллюстративной для субъекта, но и одновременно максимально ограничивает возможность последнего в установлении широкого плодотворного контакта с миром [1-53].

Если рассматривать эти причины, приводящие к комплексу неполноценности, с “отношенческой” стороны, то возникает следующая картина. В случае чрезмерной опеки, поглощения ребенка взрослым логично предположить, что это как-то связано с ассимиляцией, уподоблением “под себя”, точнее под свои потребности, т.е. можно сказать, что в основе опеки лежит отношение подобия.

Тогда отвержение можно рассматривать, как нежелание взрослых признавать подобие, равенство ребенка им.

В случае же с неполноценным органом мы вновь встречаемся со сходством и различием и их ролью в возникновении комплекса неполноценности. Так как какой-то очевидный дефект, мешающий, например, ребенку полноценно участвовать в делах детского сообщества, делает его отличным от других детей.

Компенсаторная роль комплекса превосходства также связана с проблемой установления границ. Ведь, как правило, субъект пытается добиться превосходства лишь в очень узком диапазоне личностных характеристик, что позволяет ему легко ощущать свою уникальность. Так, например, А.Адлер описывает поведение одной из своих пациенток, которая, чтобы преодолеть комплекс неполноценности, постоянно мылась, стараясь быть самой чистой в мире и при этом максимально сократив свои непосредственные контакты с миром [2].

Или описанный им же другой случай с мужчиной, который сделался знатоком кинозвезд, отвергая при этом все другие темы общения и целенаправленно отыскивая людей, перед которыми он мог бы продемонстрировать свою компетентность.

А. Адлер замечательно метафорически обозначил комплекс превосходства как попытку человека “вытащить самого себя за волосы”. Этот образ еще раз подчеркивает несомненную отграниченность, зацикленность поведения таких людей. Лишенный возможности устанавливать и реализовывать отношения подобия с миром в рамках комплекса неполноценности, человек стремится максимально, даже гипертрофированно, усилить другую полярность, т.е. пытается максимально усилить различия между ним и другими людьми, пытается провести локальную границу самопревосходства, “вытащить себя самого за волосы” в рамках узкого диапазона своего метапревосходства.[18]

2

ВЗАИМОСВЯЗЬ КОМПЛЕКСА НЕПОЛНОЦЕННОСТИ И КОМПЛЕКСА ПРЕВОСХОДСТВА

Каждый симптом в жизни человека проявляется в динамике, то есть в развитии. Поэтому можно сказать, что у него есть прошлое и будущее. Будущее неразрывно связано с нашими стремлениями и целью, тогда как прошлое указывает на характер неполноценности или неадекватности, которую мы стараемся преодолеть. Вот почему комплекс неполноценности нас больше интересует в начале, в то время как комплекс превосходства нас интересует в его динамике, развитии. Более того, эти два комплекса естественным образом связаны. Нас не должно удивлять, если в случае, в котором мы рассматриваем комплекс неполноценности, мы обнаруживаем более или менее скрытым комплекс превосходства. С другой стороны, если исследуем комплекс превосходства в динамике, мы всякий раз находим более или менее скрытый комплекс неполноценности.

Необходимо уяснить, что слово «комплекс», которое мы употребляем в отношении неполноценности и превосходства, отражает прежде всего преувеличенные чувство неполноценности и стремление к превосходству[13-516].

Если мы посмотрим на вещи таким образом, это снимет кажущийся парадокс о двух противоположных тенденциях, существующих в одном индивиде, так как очевидно, что в норме стремление к превосходству и чувство неполноценности дополняют друг друга. Если мы удовлетворены нынешним положением дел, в нас не должно быть места для стремления превосходить и добиваться успеха. Поэтому, ввиду того, что так называемые комплексы развиваются из естественных чувств, они не более противоречивы, чем обычные чувства.

Стремление к превосходству никогда не исчезает, и фактически, именно оно формирует разум и психику человека. Как мы говорили, жизнь это достижение цели или формы, а стремление к превосходству — это движущая сила для достижения формы. Это своего рода поток, несущий вперед весь материал, который может найти. Рассмотрим для примера ленивых детей. Недостаток у них активности, отсутствие интереса к чему бы то ни было могут создать у нас впечатление полного отсутствия у них движения. Но и у них мы найдем желание превосходить других, желание, которое заставляет их говорить: «Если бы я не был так ленив, я мог бы стать президентом».

Их развитие и стремление, если можно так сказать, относительны. Они высокого мнения о себе и придерживаются представления о том, что могли бы многое совершить и принести немало пользы, если бы...! Конечно же, это ложь, выдумка, но все мы знаем, что человечество очень часто удовлетворяется выдумками. И это особенно справедливо в отношении людей, которым не хватает смелости: они вполне довольствуются фантазиями. Не чувствуя в себе большой силы, они всегда идут в обход, желая избежать трудностей. И благодаря этому бегству, благодаря постоянному уходу от битвы, у них появляется ощущение, что они сильнее и умнее, чем это есть на самом деле.

Нам известны дети, которые начинали воровать из чувства превосходства. Они полагают, что, обманывая, дурача других и оставаясь непойманными, они, таким образом, становятся богаче без особых хлопот. То же чувство очень сильно выражено у преступников, которые считают себя героями.

Это не имеет ничего общего со здравым смыслом или общепринятой логикой, когда убийца думает о себе как о герое — это его субъективное представление. Ему недостает смелости, и он хочет так уладить дела, чтобы увернуться от необходимости действительно решать проблемы жизни. Следовательно, преступность — это результат комплекса превосходства, а не проявление фундаментальной и изначальной порочности [2].

Похожую симптоматику мы наблюдаем у невротических личностей. Например, они страдают бессонницей, а на следующий день им недостает сил, чтобы справиться с требованиями дела, которым они занимаются. Им кажется, что из-за бессонницы у них нельзя требовать безупречной работы, так как они не в состоянии справиться с тем, что могли бы исполнить. Они жалуются: «Вот если бы я выспался, я бы вам показал!»

Нечто подобное происходит с депрессивными личностями, которых мучает чувство тревоги. Тревога делает их тиранами. Фактически, они используют свою тревогу, чтобы управлять другими: с ними постоянно кто-нибудь должен находиться, их нужно сопровождать повсюду, куда бы они ни направлялись, и так далее. Близкие вынуждены строить свою жизнь, подчиняясь требованиям депрессивного человека[2].

Депрессивные и больные люди всегда являются центром внимания в семье. Таким образом, комплекс неполноценности является источником их силы. Они беспрестанно жалуются, что чувствуют слабость, теряют в весе, и прочее, но, несмотря на это, они сильнее всех остальных. Они подавляют здоровых людей — факт, который не должен нас удивлять, так как в нашей культуре болезнь может давать определенную силу и власть (И если бы мы задались вопросом, кто сильнейшие люди в нашей культуре, логично было бы ответить – младенцы. Младенцы правят, сами же оставаясь неподвластными)[12-443].

Чувство неполноценности есть у каждого человека. Оно не является психическим расстройством, но, напротив, стимулирует нормальные стремления и здоровое развитие. В качестве одного из необходимых условий позитивного развития выступает установление отношений между формами. Нам представляется, что эти отношения, которые были названы нами “онтопсихологические отношения”, являются силовыми линиями психологических полей развития. Корректность такой гипотезы может быть подтверждена ссылкой на работы Б.С. Кузина, который идею о силовых линиях развития биологических полей переносит на межличностные отношения, на работы Симондона по анализу феноменологии психологических полей.

В качестве возможной модели, позволяющей рассмотреть силовые линии развития, обратимся к диалектике становления комплекса неполноценности и комплекса превосходства.

Согласно А. Адлеру, чувство неполноценности и, как некая полярность ему, чувство превосходства (рассматриваемое здесь скорее как стремление к превосходству с целью достижения совершенства) являются постоянными составляющими жизни человека. Комплекс неполноценности и комплекс превосходства — это некие застывшие, прегнантные формы чувства превосходства и неполноценности. Таким образом, анализ данных видов комплексов вновь возвращает нас к проблеме границ.

В концепции А. Адлера комплексам неполноценности и превосходства противопоставлены чувство неполноценности (несовершенства) и чувство превосходства (совершенства) как позитивная альтернатива, как те формы, которые призваны подчеркнуть наличие у человека природного стремления к совершенству, вечно недостижимому и вечно манящему.

Между чувствами неполноценности и превосходства существует связь. Между ними, считает А. Адлер, устанавливаются отношения дополнительности, состоящие в том, что когда мы сталкиваемся с превосходством, мы всегда можем обнаружить, что изначально в его истоках лежит чувство неполноценности. Здесь, на наш взгляд, следует прежде всего подчеркнуть следующие два момента (которые не исчерпывают всей глубины отношений между этими чувствами). Первый призван подчеркнуть тот факт, что логику развития можно представить как постоянный переход от неполноценности (ощущения своего несовершенства) к превосходству, понимаемому здесь скорее как преодоление человеком своего несовершенства, выход за границы этого несовершенства и как переход к некой форме совершенства. В данном случае речь, вероятно, должна идти о какой-то процессуальной, динамической дополнительности в том плане, что результат иногда невозможно по достоинству оценить, не зная замысел и не соизмеряя с ним весь пройденный путь. Одновременно здесь и намек и на некоторую целостность.

Отправной точкой для рассмотрения второго момента в отношениях дополнительности между чувствами несовершенства и совершенства служит утверждение о том, что само по себе превосходство (совершенство) не имеет четких границ, говоря по-другому, это весьма метастабильная форма, готовая превратиться в несовершенную форму. Превосходство приобретает свои границы, является как форма совершенства, если оно дополняется, т.е. каким-то образом ассоциируется с неполноценностью. В то же время это и композиционные отношения.

Совершенство, к которому стремится человек, всегда, в принципе, недостижимо, потому что через форму совершенства начинают проступать черты несовершенства, которые вновь “снимаются” очередным уровнем совершенства и т.д. Таким образом, несовершенство выступает фоном, позволяющим более рельефно предстать совершенству, которое, в свою очередь, само становится фоном, т.е. несовершенством, для новой метастабильной формы совершенства. А фоно-фигурные отношения предполагают отношения композиции. Композиция помимо всего прочего предполагает и некоторое целостное восприятие (если переходить в лоно искусства), структурированное рамками, границами этой целостности, что вновь возвращает нас к вопросу границ совершенства [18].

Все эти размышления становятся более понятными в ходе иллюстрации. А.Адлер с оптимизмом смотрел на человека. Он считал, что комплекс неполноценности может быть позитивно преодолен, если индивид развивает в себе стремление к совершенству. Так, например, человек, имевший в детстве проблемы с желудком и на себе испытавший необходимость качественного и диетического питания, может стать выдающимся кулинаром и диетологом.

В этом примере явно угадывается отношение дополнительности: несовершенство органа дополнено совершенством в реальной и социально значимой деятельности. Причем в контексте этой деятельности болезнь желудка — лишь некая часть более широкого поля проблем питания и диетологии. Помимо всего прочего (высокостатусной социальной роли, общественного признания), этот человек, благодаря достигнутому профессионализму, может сделать более совершенными работу своего дефектного органа, т.е. “дополнить” его совершенством.

Здесь уместно вновь вспомнить один из примеров, иллюстрирующий ранее феноменологию комплекса превосходства. Речь пойдет о человеке, ставшем знатоком кинозвезд и демонстрировавшем свои знания в этой области другим людям. В связи с данным и предыдущим примером уместно обратиться к понятию “превращенная форма”, которая является продуктом превращения внутренних отношений системы, призвана выполнять функцию замещения, связанную с восстановлением некой функциональной целостности. Знание кинозвезд в данном случае — это некая превращенная форма, некий “квазипредмет”, призванный компенсировать комплекс неполноценности и придать некую дополнительную символическую ценность комплексу превосходства. Для человека, не являющегося киноведом, не работающего в сфере искусства, знание кинозвезд — это по большому счету квазиполезные знания. Однако они могут выступать в качестве своеобразного трамплина, индуцирующего после дальнейших действий дальнейшее развитие системы под названием “комплекс неполноценности”. Таким образом, этот квазипредмет, который в обыденном сознании представлен и действует непосредственно как некая неразложимая реальность, направлен на то, чтобы усилить степень прегнантности комплекса неполноценности, сохранить его как стабильную систему.