СОДЕРЖАНИЕ 

     стр. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ВВЕДЕНИЕ

     В развитие закрепленного ст. 2 Конституции РФ¹ фундаментального принципа конституционного строя РФ ч. 1 ст. 17 устанавливает, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

     Из  буквального смысла процитированного положения и его интерпретации  более чем в 170 решениях Конституционного Суда РФ, в которых содержатся ссылки на статью 17 Конституции, вытекают по меньшей  мере следующие выводы: во-первых, Конституция закрепляет универсальный в смысле распространения на все органы публичной власти и их должностных лиц характер конституционной обязанности; во-вторых, Конституция раскрывает содержание этой обязанности, заключающейся, с одной стороны, в признании прав и свобод, с другой - в их гарантировании, которые осуществляются в различных формах и влекут различные правовые последствия; в-третьих, Конституция различает права человека - неотчуждаемые и принадлежащие каждому от рождения - и права гражданина, обретающие это качество в результате государственного признания прав человека; в-четвертых, права человека не октроированы государством, не дарованы им, государство лишь признало и конституционно закрепило их; в-пятых, коль скоро права и свободы человека и гражданина представляют собой общечеловеческую ценность, они обеспечиваются в соответствии с теми стандартами, которые выработаны цивилизационным развитием человечества. Тем самым Конституция устанавливает, что государство исходит из приоритета прав и свобод человека и гражданина, которые выступают критерием конституционности деятельности законодательной, исполнительной и судебной властей.

     Иными словами, права и свободы нельзя отрывать от конституционного строя  государства, социальной, политической и экономической системы общества, ибо именно в них коренятся гарантии прав человека, которые он имеет в силу принадлежности к роду человеческому. Отсюда следует, что категория прав человека выступает теперь в качестве сердцевины идеологии и практики демократического переустройства общества. Это не просто подтверждение развивавшейся ранее концепции прав человека, а новое по своему существу концептуальное решение проблемы взаимоотношений личности и государства, придающее проблеме прав человека современный вид и последовательно гуманистический характер. Подобное понимание сопрягается с теми подходами, которые сложились в международном сообществе. Международные стандарты прав человека, содержащиеся в общепризнанных международных актах о правах человека, не только признаются Российским государством, но и воспринимаются им в качестве обязательных норм, подлежащих непосредственному применению на территории РФ; более того, они имеют преимущество в применении перед внутренними законами и непосредственно порождают права и обязанности граждан РФ.

     Выдающееся  значение принятия Конституции 1993 г. состояло в том, что она закрепила прочность  государственных конструкций и  одновременно сохранила пространство для свободы внутри этих прочных  конструкций. В этом огромное отличие Конституции 1993 г. от предыдущих. Дело не только в новом качестве человеческих свобод. Дело и в новой государственной прочности.

     Российская  Федерация - демократическое правовое государство (ст.1 Конституции РФ), где  "человек, его права и свободы являются высшей ценностью" и признание, соблюдение и  защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

     Вышеуказанным обусловлена актуальность темы работы.

     Целью работы является  исследование   особенностей конституционной защиты  прав и свобод личности.

     Предмет исследования составляет нормы действующего  законодательства, прежде всего –  Конституция РФ.

     Задачи  работы соответствуют названиям  параграфов.

     Методологической  базой исследования явились действующее  законодательство, учебные пособия, монографии, статьи в периодической печати.

     1. Правовые гарантии  защиты  прав и свобод человека  и гражданина

     Действующая Конституция РФ² основывается на признании и законодательном закреплении взаимосвязи и взаимозависимости гражданских и политических прав с экономическими, социальными и культурными. В отличие от прежних представлений Конституция не дает оснований для их разграничения по степени значимости для личности на первостепенные и второстепенные, все они должны в одинаковой мере гарантироваться государством и обеспечиваться правосудием. Однозначна в этом отношении и доктрина Конституционного Суда РФ, выраженная в его Постановлении от 15.06.1998 N 18-П: "Обязанностью государства, как это следует из статьи 2 Конституции Российской Федерации, является соблюдение и защита в равной мере всех прав и свобод человека и гражданина"³. При этом Суд пошел дальше простой констатации, указав на то, что реализация гражданином одних конституционных прав не может служить основанием для ограничения других конституционных прав.

     Особое  место в обновленной концепции  прав и свобод человека и гражданина занимает проблема упрочения прав личности, также получившая отражение в  данном  положении. Права человека, их осуществление - это сфера не только личной заботы и активности индивида, их гарантия - обязанность государства, долженствующая получить адекватное отражение в его социальной и политической системе, а также конституционном и текущем законодательстве.

     Новеллой  конституционной практики страны является положение, что закон, предусматривающий наказание граждан или ограничение их прав, вступает в силу только после его опубликования в официальном порядке. Глубокие нравственные основания имеет норма, согласно которой никто не обязан свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется законом. Законом могут устанавливаться и иные случаи освобождения от обязанности давать показания. Конституция оговаривает обязанность государства гарантировать каждому право на пользование квалифицированной юридической помощью. В случаях, предусмотренных законом, эта помощь оказывается бесплатно. Особо оговаривается, что каждое задержанное, заключенное под стражу или обвиняемое в совершении преступления лицо имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения. Кроме того, каждый имеет право на возмещение государством всякого вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц при исполнении служебных обязанностей.

     Важной  гарантией прав и свобод является содержащийся в Конституции запрет их произвольного ограничения по усмотрению тех или иных государственных  органов и их должностных лиц. Возможно только временное ограничение прав и свобод и лишь в случае введения чрезвычайного положения на основаниях и в пределах, установленных федеральным конституционным законом. Организационной гарантией прав и свобод Конституция называет парламентский контроль за их соблюдением, который возлагается на Уполномоченного по правам человека.

     По  существу, Конституцией также установлен федеральный стандарт прав человека, а также обязанностей, который  не может сужаться в законодательстве субъектов РФ, однако может дополняться в рамках общей направленности этого акта. Важной характеристикой Конституции является то, что она сама основывается на международных - европейских и общемировых - стандартах и предусматривает осуществление прав и свобод человека и гражданина на уровне признанных международным сообществом норм и принципов. Это обусловлено, прежде всего, интернационализацией прав человека, которые не являются только внутренним делом суверенных государств, а становятся в современных условиях предметом заботы всего международного сообщества.

     Часть 2 статьи 17 Конституции  устанавливает, что основные права и свободы  человека неотчуждаемы и принадлежат  каждому от рождения. Представляется, что речь, прежде всего, идет о восприятии отечественным конституционализмом  естественно-правовых представлений о правах человека, под которыми изначально понимались права, принадлежащие каждому человеку как члену гражданского общества, в отличие от привилегий, распределявшихся в зависимости от занимаемого индивидом места в социальной иерархии.⁴

     В указанное словосочетание Конституцией вкладывается и другой смысл: основные права человека - это, в отличие  от отраслевых прав, есть конституционные  права, которые предопределяют смысл  и содержание отраслевых прав. Наконец, права человека - это такие права, которые принадлежат всякому человеку независимо от его гражданской принадлежности, т.е. гражданам, иностранцам, лицам без гражданства. Причем в ч. 1 ст. 17 зафиксированы приоритет общепризнанных принципов и норм международного права в установлении стандартов прав человека и их конституционное восприятие Россией, что порождает вполне определенные обязательства для законодателя, исполнительной власти и суда. Отсюда следует, что Конституция, обязывая признать права человека, накладывает на государство обязанность юридически закрепить права человека, существующие до и вне государства, а также воспроизвести в законодательстве России международные стандарты прав человека; при этом умолчание законодателя о каком-либо праве, вытекающем из общепризнанных принципов и норм международного права, не является препятствием для судебной или иной защиты этого права, поскольку указанные принципы в силу ст. 15 Конституции являются частью правовой системы России.

     Кроме того, следует иметь в виду, что  Конституция понимает права человека значительно шире, чем только гражданские и политические права - права первого поколения. Из конституционно закрепленного в ст. 7 Основного Закона принципа социального государства в его системной связи со ст. 2, 17, 18 и другими вытекает, что обязанность признания распространяется также на права второго поколения - экономические, социальные и культурные, равно как и на права третьего поколения, которые нередко именуют правами солидарности, - права на развитие, на здоровую окружающую среду, на мир, на владение общим наследием человечества, на доброкачественные продукты питания, на объективную информацию, на безопасность в различных сферах, права меньшинств и др.⁵

     Права человека часто выводят исключительно  из ценности человеческой личности. Высокое достоинство личности - вот основа прав человека. Такое объяснение и в прошлом, и теперь занимает доминирующее положение в произведениях философов и юристов.

     Конституция закрепила дуалистическое видение  гражданского и политического общества и обусловленное таким видением восприятие личности одновременно как члена гражданского общества и гражданина, что в свою очередь предполагает разграничение категорий прав человека и прав гражданина. Конечно, между правами человека и правами гражданина нельзя проводить резкой и непреодолимой грани. Права человека - общесоциальная категория. Они складываются объективно в результате развития и совершенствования общественного производства и политической системы общества в виде социальных возможностей пользоваться различными экономическими, политическими и духовными благами и существуют еще до государственного их признания. А права гражданина - это такие права человека, которые находятся под охраной и защитой государства. Именно государственное признание прав человека представляет собой форму их трансформации в права гражданина, которые есть лишь превращенные права человека. Основные права и свободы гражданина - это юридическая форма прав человека, включенного в определенную социальную систему. Стало быть, права человека существуют до и вне государственного их признания, они непосредственно вытекают из достоинства личности, но будучи закрепленными в Конституции и иных государственно-правовых актах, они приобретают качество прав гражданина, не утрачивая, однако, самостоятельного существования. Права гражданина - это форма опосредования прав человека, которые признаны государством и поставлены под его защиту.

     Права и свободы человека и гражданина, будучи выражением социально и юридически признанной свободы личности, обладают двойственной природой. Прежде всего, они призваны гарантировать личность в ее отношениях с государством и его агентами, они обеспечивают автономию личности от государственного вмешательства в некоторые наиболее значимые для человека сферы его жизнедеятельности, гарантируют статус личности от нарушений со стороны государства. Основные права и свободы есть узда для государства, его органов и должностных лиц. Но это только один - пассивный (негативный) - аспект функционального назначения основных прав и свобод.⁶

     Конституция определяет основные права и свободы  человека как естественные, хотя сам  этот термин в ее тексте не употребляется, и неотчуждаемые. Они естественны, поскольку вытекают непосредственно  из достоинства человеческой личности и принадлежат человеку от рождения; это - атрибутивное свойство человеческой личности, признаваемое и отражаемое государством в Конституции и гарантируемое в принимаемых им законах. Разумеется, права и свободы нельзя отрывать от конституционного строя государства, социальной, политической и экономической системы общества - именно в них коренятся гарантии прав человека, принадлежащих ему в силу принадлежности к роду человеческому. Но сами права человека рождаются вместе с человеком.⁷

     Неотчуждаемость прав человека выражается в том, что государство связано ими и не может по своему усмотрению отменить или ограничить эти права и свободы. Основные права человека есть своеобразный барьер, который в демократическом обществе не может быть преодолен по собственному усмотрению ни законодательной, ни исполнительной, ни судебной властью: законодатель не может принимать закон, не согласующийся с основными правами; судебная власть не может затрагивать основные права в процессе судебного производства и в содержании своих решений, ее функция - обеспечение прав; исполнительная власть точно так же связана в сфере высшей государственной власти основными правами, хотя и издает свои распоряжения в отношении лиц с особым статусом подчинения и в пределах допустимых ограничений.

     В ч. 3 статьи 17 Конституции, если ее оценивать в широком социальном плане, речь, прежде всего, идет о том, что права и свободы человека должны быть не средством контроля государства над гражданами и их ассоциациями, а способом обеспечения индивидуальной автономии личности и ее взаимодействия с другими людьми, различными социальными структурами, обществом и государством. Практически - политический аспект проблемы состоит в определении оптимального соотношения государственного (коллективного, социального) и личного, или индивидуального, начал в организации общественной жизни.

     2.  Конституционная  защита прав на равенство перед  законом и судом

     Конституционное положение о равенстве всех перед  законом и судом является одним  из фундаментальных начал правового  государства, что, в свою очередь, сближает его нормативное содержание с требованием ч. 2 ст. 6 как одной из основ конституционного строя РФ, предусматривающей равенство зафиксированных в Конституции прав, свобод и обязанностей для каждого гражданина РФ. Получая же закрепление в гл. 2 Конституции, комментируемое положение приобретает юридические качества прежде всего принципа взаимоотношений государства с человеком и гражданином, основополагающей характеристики конституционного статуса личности. Данное конституционное положение полностью соответствует международно-правовым нормам, включая ст. 7 Всеобщей декларации прав человека⁸, ст. 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах⁹, ст. 14 и ч. 2 ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах¹⁰, ст. 14 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

     Часть 1 ст. 19 имеет универсальное значение, в том числе с точки зрения субъектов, на которых она распространяется: это как граждане РФ, так и иностранные  граждане, лица без гражданства, что, однако, не исключает закрепления политических прав лишь за гражданами РФ (например, ст. 31-33).

     Сферой  же распространения данного конституционного положения является вся система  правового регулирования, все отрасли  права, что, в свою очередь, предполагает необходимость его отраслевой конкретизации, в частности в тех случаях, когда необходим - в силу особенностей сфер правового регулирования - специальный механизм реализации данного конституционного требования (ст. 6 ГПК¹¹, ст. 7 АПК¹², ч. 4 ст. 15 УПК¹³, ст. 1.4 КоАП¹⁴, ст. 7 Закона о судебной системе РФ¹⁵, преамбула Закона о свободе совести и о религиозных объединениях¹⁶) либо когда данный конституционный принцип приобретает специальное нормативное содержание - например, в виде требования всеобщего равного избирательного права, равенства парламентских партий при освещении их деятельности в СМИ (ФЗ от 12.05.2009 N 95-ФЗ "О гарантиях равенства парламентских партий при освещении их деятельности государственными общедоступными телеканалами и радиоканалами"¹⁷), равного доступа граждан к государственной службе (абз. 5 ч. 1 ст. 3 ФЗ "О системе государственной службы РФ"¹⁸, п. 3 ст. 4 ФЗ "О государственной гражданской службе РФ"¹⁹) и т.п.

     Являясь неотъемлемым элементом и одновременно основой конституционного статуса  человека и гражданина, требование равенства "присутствует" также в каждом в отдельности основном праве (свободе), что прослеживается в содержании практически всех статей гл. 2 Конституции. Терминологически это выражено в формулировках "равные возможности..." (ст. 20), "равный доступ..." (ч. 4 ст. 32), "равное право и обязанность..." (ч. 2 ст. 38), "каждому гарантируется..." (ч. 1 ст. 39, ч. 1 ст. 44), "каждый имеет право..." (ч. 1 ст. 40, ч. 1 ст. 41 и др.), "никто не может..." (ч. 1 ст. 47, ч. 1 ст. 50), "никто не обязан..." (ч. 1 ст. 51), "наравне" (ч. 3 ст. 62) и т.д., что и означает прямое указание на равенство конкретных прав и равный конституционный статус человека и гражданина в Российской Федерации. В этом плане требование равенства выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования каждого в отдельности права и свободы и всей системы прав и свобод, равно как и оценки конституционности других нормативных правовых актов, регламентирующих различные сферы общественных отношений. Конституционный Суд весьма широко задействует нормативный потенциал ст. 19 Конституции как при решении вопроса о соответствии проверяемых нормативных правовых актов Конституции, так и в процессе конституционного истолкования норм отраслевого законодательства, затрагивающего, в частности, права и свободы человека и гражданина.

     При этом каждое положение ст. 19 во всех ее частях, находящихся в системном  единстве, имеет, как свидетельствует  в том числе практика Суда, и  относительно самостоятельное нормативное  значение. Это касается и ч. 1 комментируемой статьи: при очевидной нормативной взаимосвязи требований равенства перед законом, с одной стороны, и равенства перед судом, с другой, они представляют собой относительно самостоятельные конституционно-правовые императивы. Различия между ними проявляются уже в том, что равенство граждан перед законом - понятие более широкое, чем равенство их перед судом: первый принцип характеризует правовое положение граждан во всех областях жизни общества, а второй касается только сферы осуществления правосудия. Равенство перед законом может рассматриваться и как исходное, первичное по отношению к равенству перед судом (как и ко всем другим формам проявления равноправия), имея в виду, что процессуальное равноправие в сфере судопроизводства осуществляется в порядке, регламентированном соответствующими законами.

     В ч. 2 статьи 19 Конституции  получают развитие конституционные идеи, касающиеся: во-первых, понимания равенства прав и свобод человека и гражданина как  конституционной категории равноправия; в последней воплощается как формально-юридическое требование равенства прав и свобод, так и их гарантирование государством, что придает данной категории не только юридический, но и социальный (а в итоге - социально-правовой) характер; во-вторых, в данном положении проявляется весьма широкая (хотя и опосредованная указанием на конкретные природные и социальные характеристики личности) регламентация форм равноправия, критерием выделения которых является, в частности, конституционное определение тех обстоятельств, от которых не может зависеть объем прав и свобод; наконец, в-третьих, в ч. 2 содержится в качестве относительно самостоятельной антидискриминационная норма, устанавливающая запрет на любые (дискриминационные) формы ограничения прав граждан.²⁰

     Часть 3 статьи 19 Конституции  посвящена  так называемому гендерному равенству - равноправию мужчины и женщины. В Конституции оно закрепляется в соответствии с нормами международного права (ст. 1 Международного пакта о  гражданских и политических правах²¹, ст. 1 Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, Конвенция МОТ N 156 "О равном обращении и равных возможностях для трудящихся мужчин и женщин: трудящиеся с семейными обязанностями"²², ст. 14 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод).

     3. Защита прав на достоинство,  свободу и  неприкосновенность  личности

     Признание человеческого достоинства в  качестве универсальной и абсолютной, охраняемой государством конституционной  ценности является важнейшей характеристикой правового статуса личности в Российской Федерации. В аксиологической системе конституционного регулирования категория достоинства следует сразу же за категорией человеческой жизни (ст. 20), что имеет свое обоснование: эта ценность как бы соединяет, интегрирует на высшем нормативном правовом уровне биологические и духовные начала человеческой личности, когда биологическое существование есть необходимая предпосылка и основание духовного.

     Формула конституционного признания достоинства  личности включает одновременно и принципиальные требования к деятельности государства: во-первых, достоинство признается за каждой личностью; во-вторых, в повествовательно-императивной форме государству предписывается охранять достоинство личности, что означает признание возлагаемого Конституцией на государство в лице всей системы его органов и должностных лиц публичного обязательства охранять человека от любых форм унижения со стороны кого бы то ни было (включая само государство), гарантировать, что личность в ее взаимоотношениях с государством выступает не как объект государственной деятельности, а как равноправный субъект (абз. 2 п. 4 мотивировочной части Постановления КС РФ от 03.05.1995 N 4-П²³).

     Полисемия понятия "достоинство" как социальной категории предопределяет универсальность и одновременно многозначность содержания конституционной категории "достоинство личности". Во-первых, как конституционная данность (реальность) достоинство личности выступает необходимым и неотъемлемым атрибутивным свойством человека как биопсихосоциального существа, конституирующим его в качестве полноправного и равноправного субъекта социальной жизнедеятельности. Согласно ст. 1 Всеобщей декларации прав человека, все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Иными словами, личность - это каждый человек, обладающий неотъемлемым, т.е. безусловно признанным и признаваемым достоинством. С учетом такого представления государство обязано - в организационно-политическом смысле - не только исключить произвольное вмешательство в сферу личностной автономии (в том числе судебно-процессуальные отношения и отношения юридической ответственности), но и обеспечивать каждому возможности всестороннего развития, поскольку каждый этого достоин (Постановление КС РФ от 22.03.2005 N 4-П²⁴).

     Второе  предложение ч. 2 статьи  21  Конституции  закрепляет положение о недопустимости подвергать людей без их добровольного согласия медицинским, научным и иным опытам, что также может быть отнесено к общепризнанным принципам международного права. Так, в обязательной для государств - членов Совета Европы Конвенции о защите прав человека и достоинства человеческого существа в связи с использованием достижений биологии и медицины указывается, что интересы и благо человеческого существа должны иметь преимущество перед интересами исключительно общества или науки.

     Данное  положение может быть представлено в виде своеобразной конституционной  гарантии, соотнесенной с исходным постулатом об абсолютной ценности достоинства  личности. При этом, развивая общенормативное  установление ее охраны (ч. 1 ст. 21), комментируемое положение закрепляет добровольное согласие как условие подвергнуться опытным исследованиям, что коррелирует конституционной практике зарубежных государств и международному праву. Так, в ст. 5 упомянутой Конвенции установлено общее правило свободного и осознанного, основанного на информированности согласия лица на вмешательство в сферу его здоровья, в ст. 16 уточняется, что необходимое согласие испытуемых должно быть дано в четко выраженной форме, конкретизировано и письменно задокументировано (причем от него можно в любое время отказаться), а в ст. 17 сформулирован ряд дополнительных условий без одновременного соблюдения которых не может быть проведено никакое исследование на человеке, не способном дать на то согласие в силу возрастных либо психофизических факторов.²⁵

     Наряду  с достоинством человеческой личности свобода составляет фундамент всех индивидуальных прав, является главной  ценностью права и критерием  правового государства.²⁶

     Свобода состоит в возможности жить по-своему, по собственному самовыражению, в отсутствии препятствий к волевому действию, в "возможности делать все, что не приносит вреда другому".²⁷ Свобода является антитезой всякому рабству и неволе, физическому и духовному насилию и принуждению, всякой зависимости и ограничению, всякому обязыванию и подчинению.

     Задержание, арест, заключение под стражу и содержание под стражей, несмотря на различие в  их процессуальных определениях, по сути есть лишение свободы. Европейский  Суд по правам человека, истолковывая соответствующие положения Конвенции, отмечал, что вследствие разнообразия правовых норм лишение физической свободы фактически может приобретать многочисленные формы, не всегда адекватные классическому тюремному заключению, и предлагал оценивать их не по формальным, а по сущностным признакам, таким как принудительное пребывание в ограниченном пространстве, при невозможности свободного передвижения и установления общественных контактов по собственной воле.²⁸

     Это важно, в частности, и для определения  того момента, с которого начинается ограничение и возникает право на защиту. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     4. Конституционное право на неприкосновенность  частной жизни

     Статья 23 Конституции  регламентирует одно из личных конституционных прав человека. Все они имеют нечто общее в виде структуры института личных прав и свобод, предполагающей совокупность ряда элементов. Первый из них обеспечивает физическую неприкосновенность человека, второй - духовную неприкосновенность, а также его честь и достоинство, третий - это неприкосновенность частной и семейной жизни. Общей характеристикой всех личных прав является присутствие в их содержании такого важнейшего компонента, как "неприкосновенность".²⁹

     Неприкосновенность  означает, что отношения, возникающие  в сфере частной жизни, не подвергаются интенсивному правовому регулированию. Баглай М.В. считает, что частную жизнь составляют те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других. Это своеобразный суверенитет личности, означающий неприкосновенность ее "среды обитания"³⁰. Романовский Г.Б. полагает, что частная жизнь охватывает круг неформального общения, вынужденные связи (с адвокатами, врачами, нотариусами и т.д.), собственно внутренний мир человека (личные переживания, убеждения, быт, досуг, хобби, привычки, домашний уклад, симпатии), семейные связи, религиозные убеждения³¹. С точки зрения ГК неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна рассматриваются как нематериальные блага (ст. 150), а одним из принципов гражданского законодательства является недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (п. 1 ст. 1 ГК).

     Право на неприкосновенность частной жизни  с точки зрения его нормативного содержания означает неприкосновенность личных и семейных тайн, чести и доброго имени человека, а также тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Все компоненты права на неприкосновенность частной жизни образуют, по мнению Петрухина И.Л., некое единство - комплексный правовой институт, состоящий из норм различных отраслей права. Неприкосновенность частной жизни - непрерывно поддерживаемое состояние, в котором реализуется правовой статус гражданина в этой сфере жизнедеятельности³².