Конституционный принцип светского государства в Российской Федерации

Курсовая

Конституционный принцип светского государства  в Российской Федерации

Содержание

Введение……………………………………………………………………3

1. Характеристика принципа светского государства………………...5

1.1. Понятие  принципа светского государства………………………..5

1.2. Проблемы России как светского государства……………………10

2. Особенности реализации принципа  светскости в России………...21

2.1. Научные  подходы к проблеме взаимоотношений  государственных институтов и  религиозных объединений……………………………......21

2.2. Проблема  диалога между светской и религиозной властью……27

Заключение………………………………………………………………...31

Библиографический список……………………………………………...33

Введение

Сегодня, когда наблюдается  несомненный рост общественного  интереса к религии как важнейшему социокультурному явлению, с одной стороны, декларируется отделение религиозных объединений от государства, с другой же, - происходит активное сотрудничество государственных институтов с религиозными объединениями. Религиозные объединения получили возможность свободно осуществлять свою деятельность в распространении вероучения, в социокультурной, милосердно-благотворительной, общественно-политической и хозяйственно-предпринимательской деятельности.

Особую активность религиозные  объединения стали проявлять  в сфере культурных, образовательных учреждений и Вооруженных Силах РФ, причем нередко в этих случаях возникают противоречия между законодательством и практикой, нарушаются принципы светского государства. Последнее, впрочем, понятно: сегодня в российском обществе возникают определенные иллюзии в отношении способности религиозных объединений и религии содействовать преодолению кризиса нравственности российского общества.

Конституция Российской Федерации¹ провозглашает Россию светским государством. Никакая религия в РФ не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной, а религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом. Основами конституционного строя также являются идеологическое многообразие и равенство общественных объединений перед законом.

Однако, хотя принципиальная схожесть позиций церкви и государства налицо, российская правоприменительная практика говорит о другом. Концепция политики государства в сфере отношений с религиозными объединениями до сих пор не обрела устойчивость и непротиворечивость, что обуславливают актуальность изучения выбранной темы исследования. В этой связи разработка вопросов взаимоотношений государства и религиозных объединений в современной России приобретает особую политическую, научную и практическую значимость.

Целью данной работы является рассмотрение особенностей реализации принципа светскости в Российской Федерации.

Для достижения поставленной цели ставятся следующие задачи: определить понятие принципа светского государства; раскрыть проблемы России как светского государства; рассмотреть научные подходы к проблеме взаимоотношений государственных институтов и религиозных объединений; проанализировать проблемы диалога между светской и религиозной властью.

Следует отметить довольно высокую степень разработанности  исследуемой проблемы в научной литературе: имеется широкий круг статей и монографий, посвященных вопросам светскости России (С.А. Бурьянов, И.В. Понкин. Н.А. Придворов, Е.В. Тихонова, В.В. Луховицкий и др.).

При исследовании были использованы сравнительный метод, а так же общенаучные методы анализа и синтеза.

1. Характеристика принципа светского государства

1. Понятие принципа светского государства

В действующей  Конституции РФ впервые за всю  историю развития российского законодательства получило нормативное закрепление положение о светском характере государства. Это заложило фундамент и базовые принципы, определяющие сущность отношений государства и конфессий. Именно на основе данных принципов государству предписывается устанавливать ориентиры во взаимодействии с религиозными объединениями, которые хотя и юридически равны перед законом, но различаются по численности, распространенности, значимости в становлении и развитии российской государственности. Согласно ст. 14 Конституции РФ «Российская Федерация - светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Вопрос о степени учета  интересов, социального и политического  веса тех или иных религий при реализации государством политики в области свободы совести остается дискуссионным. В связи с этим весьма актуально изучение вопросов светскости государства и происходящей эволюции в понимании данного явления.

В Толковом словаре  русского языка С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой термин «светский» отождествляется с понятиями «нецерковный», «мирской», «гражданский»². В других словарях дается приблизительно аналогичная трактовка³. Идеи светскости государства сравнительно давно стали волновать как отечественных, так и зарубежных мыслителей. Быть светским человеком означало в XVII и XVIII вв. «... противостоять Церкви и духовенству»⁴. Впоследствии, однако, подход к определению светскости стал претерпевать изменения. В частности И.В. Понкин отмечает, что «…в период с 1917 по 1950-е годы светскость государства отождествлялась с воинствующим атеизмом и политической идеологией коммунистического типа. С середины 50-х годов XX в. светскость стала толковаться как изоляция религиозных объединений от государства и общества»⁵.

Дальнейшая эволюция в понимании термина «светское  государство» связана с особенностями развития конфессионально-публичного права Западной Европы (Франции, Германии, Бельгии, Италии и других). Светскость государства в этих странах получает необоснованно широкую и емкую трактовку как качество конструктивное, примиряющее или культурное, которое предполагает не безразличие государства к религии, но государственные гарантии защиты религиозных свобод в рамках режима конфессионального и культурного плюрализма. Итальянский ученый Ф.М. Брольо, исследовав традиции конституционализма стран - членов Европейского союза в области прав человека, приходит к выводу, что по вопросу светскости государства «...нельзя вывести общие принципы европейского права. В странах Евросоюза, даже если в них нет «государственной религии», обращение с религиозными конфессиями, стремящимися к равноправию, обнаруживает, в форме или содержании, наличие различных уровней равноправия. Закон в итоге «более равен» для некоторых вероисповеданий, даже если во всех случаях следует говорить о принципиальной независимости друг от друга церкви и государства»⁶.

Все это свидетельствует  о том, что принцип отделения  церкви и государства, провозглашаемый  Советом Европы в качестве одной  из общеевропейских ценностей, признаваемой невзирая на национальные различия, остается лишь лозунгом, не соответствуя реалиям действительности7.

Объективные трудности, с которыми столкнулись страны Евросоюза в ходе реализации политики отделения церкви от государства, создают впечатление о принципиальной невозможности обеспечения в светском государстве идеологического многообразия и юридического равенства вероисповеданий. По этой причине среди российских ученых сегодня не наблюдается единства в понимании термина «светское государство».

Л.О. Иванова  полагает, что: «…государство, выступая как светская нерелигиозная институция, не нарушает принципа свободы совести, когда проявляет неодинаковое отношение к разным вероисповедным сообществам, исходя из понятия «общего блага»»⁸. По мнению М.П. Мчедлова, существование различий между религиозными объединениями естественно в силу признания исторической социально-культурной значимости тех или иных религий, которое не должно приводить к ущемлению прав других конфессий и религий: «И тут нет предпосылок ни для обиды, ни для дискриминации. Такова историческая реальность»⁹.

По мнению С. А. Бурьянова, трактовка светскости государства  как мировоззренческого нейтралитета, подразумевающего индифферентное отношение государства к религии, является сегодня юридически корректной¹⁰.

Г.П. Лупарев  высказывает аналогичное мнение: «Атеизм и религия должны быть равно удалены от государства, считающего себя светским. Демократическое государство обязано одинаково относиться к различным религиозным организациям; оно не может делить конфессии на большие и малые, на традиционные и нетрадиционные, ибо подлинная демократия заключается не только в учете запросов, мнений и настроений большинства, но также в защите прав, законных интересов любого меньшинства»¹¹. Подобных взглядов придерживаются Н.А. Придворов и Е.В. Тихонова, которые считают, что государство должно исходить из интересов всего общества, а не какой-либо его части, отличающейся по мировоззренческому признаку¹².

Содержательная характеристика светского государства, предлагаемая С.А. Бурьяновым, Г.П. Лупаревым, Н.А. Придворовым, Е.В. Тихоновой, наиболее верно отражает правовую сущность светского государства.

Данное понимание  светскости государства соответствует и судебному толкованию указанного принципа, даваемому в частности в Постановлении Конституционного Суда РФ № 18-П от 15 декабря 2004 г. «По делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 9 Федерального закона «О политических партиях» в связи с запросом Коптевского районного суда города Москвы, жалобами Общероссийской общественной политической организации Православная партия России» и граждан И.В. Артемова и Д.А. Савина»¹³: «…конституционный принцип светского государства и отделения религиозных объединений от государства означает, что государство, его органы и должностные лица, а также органы и должностные лица местного самоуправления. не вправе вмешиваться в законную деятельность религиозных объединений, возлагать на них выполнение функций органов государственной власти и органов местного самоуправления; религиозные объединения, в свою очередь, не вправе вмешиваться в дела государства, участвовать в формировании и выполнять функции органов государственной власти и органов местного самоуправления, участвовать в деятельности политических партий и политических движений, оказывать им материальную и иную помощь, а также участвовать в выборах».

Трудно не согласиться  с мнением С.А. Бурьянова о том, что: «Светское государство - конфессионально нейтральное государство, принципиально не приемлющее никакую из религий в качестве официальной идеологии, обеспечивающее гражданам возможность свободного мировоззренческого выбора»¹⁴. Действующее законодательство России к сожалению не содержит подобного рода дефиниций.

Одним из главных достоинств данного определения, является понимание светского государства как конфессионально нейтрального. Особо значимым в такой интерпретации светскости является обязанность государства обеспечивать условия, при которых никакая из религий не может претендовать на роль официальной или обязательной идеологии. Признак конфессиональной нейтральности государства, как никакой другой, удачнее всего характеризует светское государство, которое не является тождественным государству антирелигиозному или атеистическому. Именно в данном контексте сегодня в России на федеральном уровне и должна выстраиваться политика в религиозной сфере.

Все изложенное необходимо учитывать и при толковании текущего законодательства в сфере свободы совести и вероисповедания, отдельные нормы которого нуждаются в существенных изменениях. Это касается, в частности, преамбулы к Федеральному закону от 26 сентября 1997 г. №125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»¹⁵, которая не просто предваряет закон, но в связи с особым предметом законодательного регулирования приобретает «важное политическое и конституционно-правовое звучание» и определяет основы конфессиональной политики России.

Сегодняшнее содержание преамбулы двусмысленно и далеко не однозначно, когда представляет православие как самостоятельную религию, отличную от христианства и играющую «особую роль в истории России, становлении и развитии ее духовности и культуры». Россия на протяжении всей своей истории оставалась и продолжает оставаться многонациональной страной. Ведущая роль в становлении и развитии ее государственности, духовности и культуры отведена не только православию, но христианству в целом и другим религиозным вероучениям в отдельности. Достаточно вспомнить, что когда в 988 г. Русь принимала христианство, оно считалось единым и не разделялось на православие и католицизм. Во время монголо-татарского завоевания, а также в период после покорения Казани, Крыма, присоединения Кавказа в конфессиональное поле России был включен ислам, с которым неразрывно связана национально-культурная и религиозная идентичность народов, проживающих на отдельных и достаточно значительных территориях страны. Возникший вследствие реформ патриарха Никона церковный раскол привел к появлению старообрядчества и «никонианства» как вариантов православия. С петровскими реформами явно обнаружилось влияние протестантизма на формирование российской государственности. На территориях современных российских Тувы и Калмыкии существенную социально-политическую роль играет буддизм.

1.2. Проблемы России как светского государства

Свобода совести и  вероисповедания закреплена в ст. 28 Конституции Российской Федерации.

Основополагающей гарантией  данного принципа является светский характер нынешнего государства, закрепляемый в ч. 1 ст. 14 Конституции РФ в качестве основы конституционного строя Российской Федерации. Конституционная норма о светском государстве практически дословно воспроизведена в ч. 1 ст. 4 Федерального закона «О свободе совести» с дополнением, касающимся того, что не должно и вправе делать государство в лице своих органов:

- не вмешиваться в  определение гражданином своего  отношения к религии и религиозной  принадлежности, в воспитание детей  родителями или лицами, их заменяющими,  в соответствии со своими убеждениями  и с учетом права ребенка на свободу совести и свободу вероисповедания;

- не возлагать на  религиозные объединения выполнение  функций органов государственной  власти, других государственных  органов, государственных учреждений  и органов местного самоуправления;

- не вмешиваться в деятельность религиозных объединений, если она не противоречит данному Федеральному закону;

- обеспечивать светский  характер образования в государственных  и муниципальных образовательных  учреждениях.

Свобода религии защищается судом, в чем находит гарантию обеспечения данный принцип. В частности, в 2006 году решением Краснодарского краевого суда была запрещена деятельность Краснодарской Православной славянской общины "ВЕК РА" (Ведической культуры Российских Ариев) Скифской Веси Рассении Древнерусской Инглистической церкви Православных Староверов-Инглингов, что было оставлено в силе Верховным Судом РФ¹⁶. Используемая данной религиозной организацией символика походила на фашистскую, а доктрина была неким изложением идей о превосходстве одной нации - арийцев.

Следует отметить, что  в некоторых государствах определенные церковные организации пользуются преимуществами или поддержкой со стороны  власти, в частности, католицизм в  Испании, иудаизм в Израиле, восточная  православная церковь в Болгарии и Греции. Кое-где определенная религия или церковь признаются государственными, что не исключает свободного исповедания других религий, но влечет за собой поддержку такой церкви из государственного бюджета, оплату священников в войсках из государственных средств¹⁷. В Великобритании в палате лордов «по должности» заседают высшие церковные иерархи государственной церкви (Акт о палате лордов 1999 г.). В США нет государственной религии, однако клятва при вступлении в должность государственных лиц произносится на Библии, в Парламенте сессия начинается с молитвы; в Финляндии - с общего похода Президента и депутатов в кафедральный собор. В мусульманских странах, особенно в странах мусульманского фундаментализма (Иран, Катар, Оман, Саудовская Аравия и др.), ислам является частью государственной религии. В законодательство вкраплены канонические нормы, предусматривающие наказание за несоблюдение обрядов. Действуют шариатские суды.¹⁸

Центральной проблемой  построения гражданского общества в  России являются взаимоотношения государства и общества. Неразрешенность некоторых вопросов в этой области является предпосылкой возникновения всех остальных проблем, которые являются следствием разрыва между властью и обществом. Многие могут заметить в ответ на это, что народ сам является властью в соответствии со ст. 3 Конституции Российской Федерации. Однако реалии современного положения дел доказывают обратное. Преодоление данного разрыва невозможно без полной реализации конституционных принципов в области свобод человека, в частности свободы совести. Данный принцип призван быть средством защиты человека и общества от идеологического господства доктрин, являющихся непременным условием правовой демократии¹⁹.

Анализируя демократические  реформы, специалисты пришли к неутешительным выводам о том, что бюрократы, распоряжающиеся ресурсами, стали их собственниками, реальной демократической смены власти не произошло. Как отмечает один из экспертов в области свободы совести С.А. Бурьянов, свободы совести в современной России нет, так как она подменяется религиозной политикой и поглощается системной коррупцией государственных структур, которые взаимодействуют с религиозными организациями. Думается, автор гипертрофированно видит проблему взаимодействия религии и власти, говоря, что «фактор отношений государства и религиозных объединений - важнейший продукт коррупции». Но стоит признать справедливость его утверждения о том, что под предлогом утверждения системы «традиционных» для России ценностей и «возрождения духовности» современные правители продолжают средневековые традиции использования религии для удержания власти. Такого рода тенденции неизбежно ведут к ограничению и контролю над мировоззренческой сферой, а значит, к нарушениям в области прав человека.

Проблемы светскости государства в России теснейшим  образом взаимосвязаны с политическими, правовыми и нравственными процессами, происходящими в обществе. Это объясняется тем, что новой государственности должно соответствовать новое право, обеспечивающее юридический механизм действия государственных и общественных институтов на основе норм национального права и общепризнанных норм международного. В настоящее время в России заметен перекос в отношениях между государством и церковью. Данный вопрос требует всестороннего решения, учитывающего чувства верующих и отношение к религии неверующих. Религиозную свободу в конкретном обществе можно оценить по степени взаимозависимости государственных и религиозных учреждений.

Если в одних случаях  отношений государства и религиозных  объединений в публичной сфере  все более или менее ясно, в других этого утверждать нельзя. Например, при вступлении в должность Президента России присутствовали главы наиболее распространенных конфессий, и от имени их всех Патриарх Московский и всея Руси выступал с поздравлениями Президенту и пожеланиями ему успешной работы. Очевидно, что в этом случае о религиозной церемонии или обряде говорить не приходится. Соответствующие лица просто представляли большие группы граждан России, а их участие в инаугурации Президента России свидетельствует о конструктивных отношениях между церковными иерархами и руководством государства.

Дать же правовую оценку совершению службы Алексием II при открытии памятника первому Президенту Российской Федерации Борису Ельцину достаточно сложно. Требует взвешенной оценки и присутствие государственных деятелей на религиозных церемониях во время религиозных праздников. Как частное лицо Президент РФ, конечно, может посетить церковь во время богослужения. Однако он присутствует во время больших праздников и в главном кафедральном соборе, где службу ведет Патриарх. Появление на такой церемонии Президента выглядит как бы политическим шагом, выражением косвенной государственной благосклонности к отдельной религии. У многих людей невольно появляются мысли о государственном предпочтении определенных религий. Не будем забывать преамбулу Федерального закона «О свободе совести», которая говорит об особой роли православия в истории России. Государственные лидеры, во-первых, могут присутствовать в храмах на богослужениях как частные лица, во-вторых, их присутствие может быть расценено в качестве знака уважения одной из традиционных религий в нашей стране. Тем не менее, о предпочтении говорить не стоит.

В сфере образования  одним из наиболее часто встречающихся  вопросов является преподавание религиозных дисциплин в государственных и муниципальных общеобразовательных учреждениях. Согласно ст. 5 Федерального закона «О свободе совести» обучение религии в государственных или муниципальных образовательных учреждениях возможно по просьбе родителей или лиц, их заменяющих, с согласия детей, обучающихся в государственных и муниципальных образовательных учреждениях. Администрация указанных учреждений по согласованию с соответствующим органом местного самоуправления предоставляет религиозной организации возможность обучать детей религии вне рамок образовательной программы.

Если конкретизировать положения закона применительно к проблеме реализации свободы совести в государственной и муниципальной школе, то можно сделать несколько выводов:

- органы государственной власти и местного самоуправления не имеют права разрабатывать или рекомендовать для изучения учебные курсы, программы, в которых поддерживаются или осуждаются религиозные или иные убеждения;

- учитель, преподаватель  не имеет права использовать  свой предмет для пропаганды какой-либо религии или идеологии;

- родители вправе выбирать  образование, соответствующее их  религиозным и философским убеждениям, для своих детей. Закон говорит  о согласии детей на это.  Следует заметить, что воля ребенка,  который первый раз идет в школу, еще не сформирована, и возникает проблема уяснения действительной воли, желания ребенка на получение соответствующих знаний.

Главной задачей в  связи с этим является надзор за соблюдением прав и свобод учащихся при организации религиозных курсов в школе. Наиболее распространенные нарушения свободы совести и вероисповедания в школе сводятся к следующим:

1. Введение курса основ  одной из религий как обязательного  для всех учащихся, независимо  от их убеждений. В частности,  в рамках так называемого регионального компонента может существовать курс одной религии. Например, в Башкирии, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и Чечне все школьники в обязательном порядке изучают основы ислама²⁰.

2. Навязывание Министерством  образования или органами управления образованием учебных пособий, некорректных с точки зрения принципа светскости образования. Принцип светскости государства не позволяет возводить отдельно взятые религии, да и вообще религию, в ранг основополагающей идеологии. Если на учебниках и пособиях стоит гриф Министерства образования, применительно к рассматриваемой сфере это является нарушением принципа светскости государства.

3. Использование учителем  своего урока для религиозной  пропаганды. Например, преподаватель литературы трактует творчество всех русских писателей с православной точки зрения. Или биолог рассказывает детям о креационизме как о научной теории²¹.

Следует отметить, что  в современном демократическом  государстве религиозные вероучения выполняют функции регулятора нравственных ценностей в обществе, носителя моральных традиций и устоев. С помощью религии происходит обогащение духовного мира каждого человека. Распространение религии путем введения в школе соответствующего предмета противоречит ст. 14 Конституции РФ. Думается, целесообразнее ввести преподавание основ религии, которое будет включать в себя изучение основ каждой из традиционных религий в нашей стране. Это позволит ребенку уже самому непосредственно сделать выбор в пользу одной из религий или же стать атеистом.

Свобода совести в  вооруженных силах, других воинских формированиях должна осуществляться в соответствии с Конституцией РФ, Федеральным законом «О свободе совести» и Федеральным законом от 27 мая 1998 г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих»²², Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации и приказами Министерства обороны РФ.

Для более полного  уяснения проблемы, связанной с реализацией  права на свободу совести в  вооруженных формированиях, следует  уяснить обстановку, в которой  данная нерешенная задача зарождалась. Проблема непосредственно связана с вопросами взаимодействия институтов военно-силового блока государства с религиозными объединениями, которое началось в начале 1990-х годов. Смена общественно-политического строя и образовавшийся идеологический вакуум отразились непосредственно на армии. Ущемленность военнослужащих и их нищенское существование вызвали стремление к самоидентификации и привели к поиску национальной идеи. В этой ситуации возврат к традициям (в первую очередь к государственно-патриотической идеологии) военные руководители и некоторые ученые стали связывать с православием, а именно с Русской православной церковью. В этот период стала заметна заинтересованность различных конфессий к проблемам вооруженных сил. Это проявилось в участившихся контактах религиозных деятелей с командованием частей, оказании гуманитарной помощи военнослужащим, восстановлении совместными усилиями исторических памятников.

Свобода совести ошибочно понималась и понимается не как свобода  мировоззренческого выбора, а как свобода вероисповедания. Она реализуется посредством организации взаимодействия с религиозными организациями. Кроме того, свободу совести военное руководство понимает и трактует не только как удовлетворение религиозных потребностей военнослужащих, но прежде всего как осуществление духовно-нравственного, патриотического воспитания военных, которое осуществляется с помощью одной из религий.

Нелишним будет указать  на то, что названные законодательные акты, регулирующие свободу совести и вероисповедания в вооруженных силах, поддерживают курс на недопущение религиозной идеологии в воинских частях. В частности, Федеральный закон «О свободе совести» в ст. 6 прямо запрещает создание религиозных объединений в воинских частях. Статья 8 Закона «О статусе военнослужащих» запрещает в пропаганду того или иного отношения к религии. Отправление богослужения происходит на личные средства военнослужащих по их просьбе с согласия командира. В настоящее время в силовых институтах государства можно наблюдать особого рода партнерство, которое было присуще армии Российской империи. Такого рода сотрудничество выражается в соглашениях между русской православной церковью и силовыми ведомствами²³. В годы Великой Отечественной войны были открыты церкви для укрепления единства населения. Массовое осознание русским народом в тот момент того факта, что война против него ведется не только с целью захвата территории, но и с целью полного уничтожения нации, привело к тому, что каждый встал на защиту своего государства. Чтобы сплотить весь русский народ в самоотверженном усилии дать отпор врагу, должен был существовать «Дух Единый»²⁴. С другой стороны, такое сотрудничество религиозных объединений с вооруженными силами в наши дни приводит не только к нарушению конституционного принципа светскости государства, но и к христианско-мусульманскому конфликту.

Борьба с конкретными  бандформированиями зачастую окрашивается в борьбу с так называемым исламским  фундаментализмом, что уже вызвало  в России волну исламофобии. Складывается очень отрицательная ситуация для многонациональной России. Факты благословения священнослужителями военных частей, направляемых в южные «горячие точки», объявления «боевиков» в средствах массовой информации «исламским фундаментализмом», с одной стороны, объявления священной войны русским со стороны мусульман - с другой, приводят к конфликту, который имеет ярко выраженную религиозную окраску.

Вопрос о религии  несколько неожиданно приобрел своеобразный ракурс в связи с поиском так  называемой новой государственной  идеологии. Необходимость единой идеи для всего государства всегда была одной из самых главных. Возникла мысль о том, что в качестве таковой может выступать государственно-патриотическая идеология и она больше всего связана с такими сферами, как культура и религия. Увы, не очень получилось, образовался своеобразный идеологический вакуум, прежде всего это коснулось духовной жизни общества. Получается, что государство более не занимается непосредственно морально-этическим воспитанием гражданина. Каждый волен сам выбирать ту идеологию, которой он будет следовать в течение своей жизни.