Особенности федерализма в России

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ  ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ЧЕЛЯБИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ»

ФАКУЛЬТЕТ ЗАОЧНОГО И ДИСТАНЦИОННОГО ОБУЧЕНИЯ

КАФЕДРА «ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ»

Тема: «Особенности федерализма в  России»

 КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «Система государственного и муниципального управления»

Работу  выполнила:

Студентка гр. 15УС-301

Даренских А.А.

Работу  проверил:

Лушникова Т.Ю.,

канд. экон. наук, доцент.

                                                 Челябинск  2012

                                                   Содержание 
 
 
 
Введение 
1. Особенности становления федерализма в России

2. Конституционно-правовые особенности федерализма в России

3. Принципы государственного устройства и управления в России 
4. Разграничение полномочий 
5. Война законов 
6. Процедура согласования интересов 
7. Неравноправие субъектов федерации 
Заключение 
Список использованной литературы 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение.

Приступая к анализу современного российского  федерализма, прежде всего, следует  иметь в виду, что российское государство  и российское общество, утверждая  федеративную структуру страны, должны рассматривать федеративное устройство не как самоцель, а как средство более эффективного государственного управления. Иными словами, не федеративный принцип ради самого федеративного  принципа, а федерация ради обеспечения  социального и экономического прогресса.  
Конституция Российской Федерации 1993 года провозглашает Россию федеративным государством. Российский федерализм - это далеко не беспроблемная категория, это та реальность, которая имеет на сегодняшний день ряд нерешенных аспектов. И это касается как формы, так и содержания федеративных отношений в России, сохранения ее территориальной целостности. 
Федерализм в России во многом уникален. Ему трудно подобрать аналоги в истории и современном мире. Он не сводится ни к национально-государственному устройству, (что отличало советскую модель) ни к территориальному (свойственному многим странам). Попытки копировать опыт США, Германии и других государств не имели успеха, потому что расходились с российскими реалиями и противоречили интересам развития страны. Асимметрия, присутствующая в конституционных положениях о федеративной организации России, отразила сложный состав и прошлое страны.  
Принцип федерализма, безусловно, крайне важен для интеграции Российского государства в сферу международных отношений и мировую правовую систему, отличающегося не только своими масштабами, но и многообразием черт, присущим только нашей стране: экономическим, национальным, историческим, социально-политическим, идеологическим. Некоторые считают, что Россия находится в процессе перехода от прежней жестко централизованной экономики к рыночным отношениям и в этом процессе выявляется необходимость многих специфических форм и методов такого перехода. И всё-таки большинство авторов в настоящее время чаще всего рассматривают нашу страну в качестве "застрявшей" между авторитарно-тоталитарным прошлым и пока еще несбывшимся либеральным будущим. Многие исследователи подчеркивают переходный характер современной отечественной государственности. Данный период характеризуется высоким уровнем дезорганизации, слабостью государства, слабостью массового признания его ценности, отсутствием сформированного по новым принципам правового поля, крайне недостаточным продвижением к рынку и развитием частной инициативы, коррупцией, преступностью и т. д.  
Нельзя считать, что все решено, что выбран уже оптимальный вариант государственного устройства и никаких проблем нет. Развитие федеративных отношений - это дорога со встречным движением. Сейчас многое свидетельствует о том, принимаемые решения направлены на формирование не федеративной модели отечественной государственности, а унитарной. Появился некий проект Конституции, в котором четко прописана явно унитарная модель. Уменьшены доходы субъектов Федерации в новом бюджете. Дума пытается провести закон о назначении губернаторов. В экономических программах Г. Грефа и Ишаева федерализм за исключением нескольких упоминаний этого термина вообще отсутствует. 
Развитие федерализма, как и три года назад, тормозится рядом негативных факторов, в числе которых отсутствие обоснованной государственной концепции развития федеративных отношений в России. В настоящее время в стране происходят заметные перемены, ведущие к усилению президентской власти. Это вызывает в обществе вполне обоснованные вопросы. Насколько данные перемены оправданы, правильно ли выбран их вектор, как это скажется на развитии федерализма, какова при этом должна быть позиция органов власти и, в том числе, Федерального Собрания, какую роль могут и должны играть субъекты Федерации. 
Совершенно определенно можно сказать, что проблемы российского федерализма будут актуальны ещё не для одного поколения.

 
1. Особенности становления федерализма  в России.

По  своему официальному названию РСФСР  была федеративным государством. В  нее входили 16 автономных республик (из двадцати во всем СССР), 5 автономных областей (из восьми) и все 10 автономных (национальных) округов. Взаимоотношения  РСФСР с автономными республиками имели формальные юридические признаки федерации. Верховный Совет РСФСР  состоял из двух палат - Совета Республики и Совета Национальностей. Правительство  РСФСР могло лишь координировать деятельность правительств АССР, главы  которых входили в Совет Министров  РСФСР. Конституции АССР после 1977 г. не подлежали утверждению Верховным Советом РСФСР. Но если исключить особые права в сфере языка и национальной культуры, имевшиеся у автономных областей и округов, в остальном РСФСР оставалась унитарным государством. Тенденции к децентрализации, учету региональных особенностей не смогли пробиться через жесткую, иерархическую структуру партийно-административного управления.  
Новая Россия подтвердила и закрепила не формальный, а фактический принцип федерализма сначала в измененной статье 1 Конституции РСФСР, затем в Федеративном договоре и Конституции РФ 1993 года. Однако реализовать принцип федерализма в условиях радикального переустройства всех сфер общественной жизни оказалось крайне сложно. Ведь решения относительно устройства государства, распределения полномочий между органами Федерации и ее субъектов, иерархии правовых актов и т.п. не должны мешать проведению назревших социальных и экономических реформ.  
Сегодня федеративное устройство России строится на принципе равноправия и самоопределения всех народов, проживающих на ее территории, независимо от их численности, уровней экономического и культурного развития. Всем им гарантировано право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития. Лишь права коренных малочисленных народов, которые особо охраняются не только в рамках государства, но и в международном сообществе, выделены отдельно.  
Существенное отличие нового подхода к федерализму в том, что он стал основой перестройки всего государственного механизма России, не ограничен сферой национальной политики, определяет отношения между центром и субъектами Федерации (ранее они именовались административно-территориальными единицами), сняв неудовлетворенность многих регионов своим статусом, явно ущемленным по сравнению с набиравшими самостоятельность республиками. Федерализм в России не противостоит идеям самоопределения народов и развития национальной государственности, а также интересам регионов, их стремлению к повышению самостоятельности. Его достоинства - общий рынок, свободный приток капиталов, товаров и услуг, свобода передвижения людей, благоприятные условия для взаимообмена достижениями науки, образования, культуры.  
В научной и публицистической литературе широкое распространение получила точка зрения, согласно которой распад СССР - дело рук отдельных личностей, действовавших либо из побуждений собственных политических амбиций, либо под влиянием зарубежных сил. Подобные утверждения научно несостоятельны, и на практике могут только нанести большой вред, увозя от анализа истинных причин нашей "национальной" трагедии. Косвенно это можно подтвердить методом от противного. СССР в момент принятия своей первой Конституции ставил вопрос о перспективе "объединения трудящихся всех стран в мировую социалистическую Советскую Республику", о революционном низвержении капиталистической системы. На это была направлена и деятельность Коминтерна, подкреплённая всей мощью Советского государства. Однако это явилось только стимулом для западной системы быстрее преодолеть негативные стороны традиционной либеральной системы и усилить социальную направленность государственной политики. 
Поэтому есть все основания утверждать, что "судьба СССР решалась не кулуарно и не группой лиц. Она была предрешена его политической системой и характером политического режима. Глубокая неприязнь к буржуазной демократии категорически исключала возможность использования принципиальных положений классического федерализма в практике советского государственного строительства. Если западный федерализм базируется на фундаменте взаимного интереса, чёткого разграничения предметов ведения центра и субъектов федерации, защищён системой сдержек и противовесов и действенным правовым механизмом, то СССР держался и демонстрировал немалые возможности лишь постольку, поскольку сохраняла политический вес и влияние Коммунистическая партия. С утратой ею политического контроля над государством и обществом и последующая её ликвидация привели к немедленному падению режима, что и обусловило столь же стремительный развал Союза".

2.Конституционно-правовые особенности федерализма в России.

Первоначально Россия была провозглашена федерацией в Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа 25 (12) января 1918 г. После этого все российские конституции определяли государственное устройство России как федеративное. Однако в советский период российское государство являлось федерацией лишь по названию, реально обладая иной формой государственного устройства.

РСФСР не была федерацией потому, что статус ее автономных республик и тем более административно-территориальных  краев и областей мог быть изменен  без их согласия. Ст. 80 Конституции  РСФСР 1978 г. фиксировала правило, согласно которому территория автономных республик не могла изменяться в этом случае. Однако РСФСР была вправе в одностороннем порядке преобразовать любые из своих автономий в обычные административно-территориальные единицы, не изменяя при этом границ упраздняемых автономий.

Для РСФСР  существовало только одно политико-юридическое  препятствие в деле возможного одностороннего упразднения внутрироссийских автономий – перечисление последних в Конституции СССР, одним из субъектов которого была РСФСР. Однако для СССР уже не было каких-то внутренних или внешних юридических препятствий для одностороннего упразднения внутрироссийских автономий, следовательно, в РСФСР отсутствовал основополагающий признак федерализма – невозможность изменения статуса субъекта федерации, в т. ч. их упразднения, без их согласия.

Кроме того, особенностью федерации, отличающей ее от унитарных государств с наличием территориальных автономий, является ее «двухэтажная» структура и обязательное существование в федерации общефедеральной надстройки – общефедерального государства. Федеральное государство функционирует именно как надстройка над первичными субъектами федерации. В РСФСР автономии, именовавшиеся в советском государствоведении субъектами федерации, охватывали лишь часть территории страны. На территории административно-территориальных областей и краев РСФСР функционировала как унитарное, а не надстроечное государство.

Лишь после  вступления в силу федеративных договоров  от 31 марта 1992 г., а в конечном итоге  – Конституции РФ 1993 г. определение  России как федеративного государства  было подкреплено адекватными законодательными и договорными новациями. Главные  из них:

а) установление конституционного правила, согласно которому статус любого субъекта РФ может изменяться по взаимному согласию Российской Федерации и субъекта Российской Федерации в соответствии с федеральным конституционным законом (ч. 5 ст. 66 Конституции РФ), что делает невозможным для государственного центра одностороннее изменение правоположения своих субъектов;

б) наделение  краев, областей и городов федерального значения статусом субъектов Российской Федерации (ч. 1 ст. 5, ст. 65 Конституции  РФ), что в рамках федеративного  строительства создало «первый  этаж» федерации.

Россия –  федерация конституционная. Несмотря на наличие трех федеративных договоров  между органами государственной  власти РФ и органами государственной  власти разных групп ее субъектов, а  также ряда двусторонних договоров  между органами государственной  власти РФ и ее отдельных субъектов, Россия по-прежнему остается конституционной федерацией. После заключения федеративных договоров от 31 марта 1992 г. некоторые государствоведы стали утверждать, что российское государство из конституционной федерации превратилось в федерацию конституционно-договорную. Вряд ли это утверждение соответствует действительному положению дел. Федеративные договоры не носят конституционно-учредительного характера, а лишь решают задачу разграничения уже закрепленных полномочий, предметов ведения между органами государственной власти федерации и субъектов федерации.

Однако внутрифедеральные  договоры, заключаемые в настоящее  время как двусторонние между  органами государственной власти Российской Федерации и отдельных субъектов, крайне необходимы как средство четкого разделения прерогатив федерации и субъектов в сферах их совместного ведения. Федеральное законодательство в настоящее время решает эту задачу неудовлетворительно, поэтому дополнение процесса конституционно-законодательного упорядочения соотношения компетенции федерации и субъектов внутрифедеральным договорным процессом – требование дня.

Конституционный характер Российской Федерации подтверждает несуверенный статус ее субъектов: у  субъектов РФ отсутствует право  на односторонний выход из федерации – общероссийская конституция таких правомочий за субъектами федерации не закрепляет.

В конституциях (уставах) большинства субъектов  федерации данные конституции (уставы) характеризуются как основные законы соответствующих субъектов федерации, обладающие высшей юридической силой. Правомерно ли это? Может быть, такой статус принадлежит исключительно общероссийской конституции? Отметим, что оценка конституций субъектов федерации как актов высшей юридической силы правомерна и не подрывает юридической силы Конституции РФ, a тем более конституционной природы самой Российской Федерации. Дело в том, что высшая юридическая сила уставов обращена не к Конституции РФ, а к правовым актам соответствующих субъектов федерации, принимаемым на основе не только федерального законодательства, но и данных конституций субъектов федерации.

Никто, кроме  самих субъектов федерации, не вправе пересматривать положения их уставов, принимать или упразднять последние. Этим правом не обладают и федеральные  органы, в т. ч. высшие. В соответствии с Конституцией РФ только Конституционный суд вправе по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного суда и Высшего арбитражного суда Российской Федерации, органов законодательной 78

и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешать дела о соответствии конституций республик и уставов иных субъектов Российской Федерации Конституции РФ (ч. 1 ст. 125). Таким образом, предусматривается исключительно судебная процедура оценки конституционности положений основополагающих документов субъектов федерации.

В любом случае пересмотр признанных Конституционным судом неконституционными положений конституций республик, уставов краев, областей, округов – прерогатива самих субъектов федерации. Подобное положение вещей не подрывает конституционной природы Российской Федерации, но свидетельствует о наличии в стране тонких механизмов обеспечения единого общегосударственного конституционного пространства.

Россия –  федерация с разделенным законодательным верховенством. Конституция РФ, подтвердив несуверенный статус субъектов федерации, тем не менее значительно расширила их правовые возможности. Так, силу конституционного принципа приобрела законодательная децентрализация. Согласно ст. 76 Конституции РФ субъект федерации вне пределов ее ведения вправе осуществлять собственное законодательно-правовое регулирование. Следовательно, это право субъектов распространяется на сферу совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов и на сферу собственных полномочий субъектов, которая очерчивается ст. 73 Конституции РФ по остаточному принципу – к ней отнесены все вопросы государственной деятельности за исключением тех, что относятся к собственным полномочиям РФ и к сфере совместного ведения федерации и ее субъектов. При этом в силу ч. 5, 6 ст. 76 Конституции РФ федеральные законы обладают приоритетом в сферах собственной компетенции федерации и совместного ведения РФ и ее субъектов, а в сфере собственной компетенции субъектов РФ при столкновении актов федерации с актами субъектов большей юридической силой обладают нормативные правовые акты последних.

Сфера совместного  ведения Российской Федерации и ее субъектов очерчена в ст. 72 Конституции РФ. Главные способы детализации полномочий обеих сторон в этой сфере – законодательное и договорное разграничение их предметов ведения и полномочий. К сфере совместного ведения отнесены вопросы, значимые и для федерации, и для субъектов, а также требующие их постоянного, деятельного разрешения совместными усилиями. Перечень предметов совместного ведения дан в общероссийской конституции как исчерпывающий, с тем чтобы не размывать границ исключительных полномочий федерации и ее субъектов. Материализация сферы совместного ведения включает издание по указанным в ней предметам федеральных законов и принятие в соответствии с ними законов и иных нормативных правовых актов субъектов федерации (ч. 2 ст. 76 Конституции РФ).

Вправе ли субъекты федерации осуществлять опережающее законодательное регулирование в сфере совместного ведения, т. е. принимать собственные законодательные акты, не дожидаясь появления федеральных законов? Так, к сфере совместного ведения отнесено установление общих принципов организации системы органов государственной власти в стране (п. «н» ст. 72 Конституции РФ), однако Российская Федерация пока не приняла собственный законодательный акт, регулирующий эти отношения. Должны ли субъекты федерации заморозить собственное законотворчество в данной области до появления федеральных основ? Нет, не должны. Это означало бы парализацию государственности субъектов федерации. И толкование общероссийской конституции позволяет прийти к такому же выводу. В соответствии со ст. 72, 76, и 77 Конституции РФ отсутствие соответствующего федерального закона по вопросам совместного ведения само по себе не препятствует законодательным (представительным) органам субъектов федерации принимать собственные нормативные акты, что вытекает из природы совместной компетенции. При этом после издания федерального закона акты субъектов федерации должны быть приведены в соответствие с ним, что следует из ч. 5 ст. 76 Конституции РФ.

РФ является асимметричным государством, включая в свой состав несколько групп субъектов с разным правовым статусом. Среди них 21 республика, одна автономная область, 10 автономных округов, 6 краев, 49 областей, 2 города федерального значения. Республики, автономная область, автономные округа объединяет их национально-территориальная специфика – они конституированы как формы реализации рационального самоопределения коренных для них народов. Хотя надо заметить, что только республики реально являются внутрироссийскими национальными государствами, а национальное своеобразие автономной области и автономных округов фиктивно, поскольку титульные для них народы малочисленны и тяготеют к негосударственным формам самоопределения. Остальные субъекты Российской Федерации являются чисто территориальными государственными образованиями.

Таким образом, асимметризм Российской Федерации проистекает также и из ее одновременного построения на основе принципов территориального и национально-территориального федерализма. Сейчас Россия остается национально-территориальной федерацией: ответ на вопрос, насколько оправдано сохранение в государстве асимметрии национального профиля, должна дать жизнь.

Представляется, что именно национальной сферой исчерпывается конституционно-правовой асимметризм федерации в России. За пределами национального своеобразия отдельных субъектов федерации, обеспечивающего им дополнительные правомочия, конституционно-правовой статус всех субъектов федерации тождественен. В связи с этим обращает на себя внимание формулировка ч. 2 ст. 5 Конституции РФ, закрепляющей статус государств только за республиками. Но ни Конституция РФ, ни другие законодательные акты федерального уровня не раскрывают смысл указанной формулы. В то же время ч. 1 ст. 5 Конституции РФ характеризует все субъекты федерации как равноправные.

Анализ Конституции  РФ показывает, что она не предоставляет  республикам большей государственной  самостоятельности, чем другим субъектам, не задает какую-то иерархию среди субъектов  федерации. Особые права республик  либо связаны с их национально-государственной  природой (право на введение своих государственных языков), либо имеют историческое происхождение (разработка и принятие собственных конституций, использование термина «республика» для их наименования), при этом данные права не меняют общую модель взаимоотношений федерации и субъектов, распространяющуюся на все субъекты Российской Федерации.

Юридическая природа республиканских конституций, если ее «очистить» от национальной специфики, идентична юридической природе  уставов иных субъектов. Поэтому  термин «государство», адресованный республикам  в составе Российской Федерации, не подразумевает особых государственных  признаков, имеющихся у последних  и отсутствующих у других субъектов. Термин «государство» по смыслу конституционного текста жестко сопрягается с принципом  равноправия всех субъектов Российской Федерации. Другое дело, что в качестве государств целесообразнее характеризовать субъекты федерации, обладающие суверенитетом, например, в силу закрепления за ними права на сецессию. Несуверенные субъекты стоит характеризовать как государственные образования. Исходя из этого, все субъекты Российской Федерации целесообразно определять в качестве государственных образований, однако не будет большой ошибкой и использование по отношению к ним определения «несуверенные внутрироссийские государства».Ч. 4 ст. 5 Конституции РФ особо оговаривает равноправие всех субъектов федерации во взаимоотношениях с федеральным центром. Среди единых для всех субъектов федерации форм участия в общефедеративном государственном процессе выделим следующие:

а) право  субъектов федерации в лице их законодательных (представительных) органов  на официальное внесение проектов федеральных  законов в Государственную Думу РФ (право законодательной инициативы) и инициирование федеральных  программ, прежде всего тех, в которых  заинтересованы субъекты федерации;

б) гарантированное  представительство субъектов федерации  в палатах Федерального собрания РФ (в Совете Федерации каждый субъект  федерации представлен его представителями  от законодательной и исполнительной власти, в Государственной Думе в  обязательном порядке представлены депутаты, избираемые населением каждого  субъекта федерации по создаваемым на его территории одномандатным округам);

в) участие  граждан Российской Федерации, проживающих  на 82

территории  субъектов федерации, в общероссийских референдумах;

г) согласование органами и должностными лицами субъектов  федерации кандидатур на должности  руководящих лиц федеральных  органов, действующих в данных субъектах (руководители налоговых и таможенных органов, органов прокуратуры, внутренних дел и др.);

д) взаимодействие органов государственной власти субъектов федерации и органов  государственной власти Российской Федерации в рамках договорного  процесса о разграничении предметов  ведения и полномочий, объектов собственности  между ними.

Таким образом, предоставление отдельным субъектам  федерации прав, не вытекающих прямо  из их национальной специфики и ставящих граждан страны, проживающих в  разных субъектах федерации, в неравное по отношению друг к другу положение, не основано на конституционном законодательстве. К сожалению, в настоящее время правовая асимметрия в статусе субъектов федерации возникает за пределами конституционного законодательства, в области исполнительно-распорядительной деятельности. Подзаконное нормотворчество приводит к тому, что равные конституционные права разных субъектов оборачиваются для них разными возможностями в сфере правоприменения. Так, не знающий конституционной асимметрии бюджетный федерализм искажается на федеральном уровне, что влечет за собой разное бремя финансовых тягот на нужды федерации для разных субъектов.

3. Принципы государственного устройства и управления в России

Современный федерализм – это не только территориально-политическое устройство государства, но и форма  государственного управления, к которой  обращаются все больше и больше государств, поскольку она обеспечивает демократизацию и децентрализацию власти.

Сущность  федерализма заключается в обеспечении  территориально-политического единства Российской Федерации в сочетании  с децентрализацией государственной  власти на основе конституционного разграничения  предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов федерации между собой и в их отношении с федеральными органами власти. Коротко говоря, федерализм предполагает реальное распределение власти по вертикали.

Из сущности федерализма вытекают следующие  основные принципы государственного устройства и управления в России:

1) принцип  верховенства Конституции РФ, федеральных конституционных законов и федеральных законов, изданных в пределах ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации;

2) народовластья;

3) ответственности;

4) обеспечения  прав и свобод человека и  гражданина;

5) разделения  властей;

6) демократического  централизма;

7) сочетания  централизации и децентрализации  управления;

8) гласности;

9) законности;

10) функционально-отраслевой  принцип;

11) принцип  двойного подчинения;

12) линейно-функциональный  принцип;

13) принцип  сочетания единоначалия и коллегиальности;

14) программно-целевой  принцип;

15) принцип  делегирования полномочий.

Принцип верховенства Конституции РФ, федеральных конституционных законов и федеральных законов, изданных в пределах ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения РФ и субъектов РФ, означает, что в случаях расхождения законов субъектов Российской Федерации с Конституцией РФ и федеральными законами, действует Конституция РФ и федеральные законы. В случае противоречия между федеральным законом и нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, изданным вне пределов ведения РФ, совместного ведения РФ и субъектов РФ, действует нормативный правовой акт субъекта РФ.

Принцип народовластья  устанавливает, что источником государственной  власти в России является ее народ, волю которого реализуют представительные и исполнительные органы государственной  власти, а также органы местного самоуправления.

Принцип ответственности  требует установления четкой ответственности должностных лиц и органов государственного управления за невыполнение или некачественное и несвоевременное выполнение возложенных на них полномочий.

Принцип обеспечения  прав и свобод человека и гражданина требует от должностных лиц и работников органов государственного управления неукоснительного соблюдения прав и свобод человека и гражданина, установленных Конституций Российской Федерации.

Сущность  принципа разделения властей заключается  в необходимости разделения государственной  власти на законодательную, исполнительную и судебную. Поскольку государственная власть в Российской Федерации, источником которой является народ, едина и неделима, как и сам народ, то под принципом разделения властей следует понимать разделение единой власти на отдельные ее функции.

В Конституции  РФ принцип разделения властей закреплен  в ст. 10, где указывается: «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны». Другими словами, государственная власть в России разделяется на три власти, осуществляемые тремя органами власти.

Однако в  следующей статье Конституции указывается, что «государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации». Получается, что государственная власть осуществляется четырьмя органами власти. Какую власть осуществляет Президент РФ, в Конституции РФ прямо не указывается. Однако можно сделать вывод, что президент, в соответствии с конституцией, осуществляет верховную власть.

Принцип разделения властей действует и в самом  законодательном органе власти, разделяя его на верхнюю и нижнюю палаты, что имеет место, в основном, в  федеративных государствах.

Принцип демократического централизма является важнейшим  принципом государственного управления, определяющим содержание, формы и  методы деятельности органов управления.

Сущность  этого принципа заключается в сочетании в государственном управлении демократизма (как полновластия народа, его инициативы, выборности органов власти, их подотчетности населению), обеспечивающего развитие самостоятельности и творческой активности органов местного самоуправления, с централизацией (как приоритетом интересов большинства), позволяющей осуществить единую общегосударственную политику в основных вопросах государственного и муниципального управления, и с ответственностью каждого государственного и муниципального органа, а также должностного лица за порученное дело.

Главной проблемой  реализации принципа демократического централизма в государственном и муниципальном управлении является мера централизма и демократизма, их оптимальное сочетание. Главным в этой дихотомии является демократизм, поскольку он формирует базу централизма.

Из принципа демократического централизма вытекает принцип сочетания централизации  и децентрализации государственного и муниципального управления. Его  сущность заключается в согласовании государственных и местных интересов  посредством четкого разделения компетенции федеральных органов  государственного управления, органов  государственного управления субъектов Российской Федерации и органов муниципального управления.

Без осуществления  гласности не может быть демократизма. Принцип гласности в государственном управлении имеет решающее значение. Этот принцип обеспечивает защиту общества от проявлений вседозволенности и безнаказанности органов государственного управления, а также должностных лиц.

Принцип гласности  в государственном управлении требует  обеспечения информированности  граждан, доступности обсуждения важнейших  государственных вопросов, компетентного  участия 86

населения в  принятии управленческих решений на основе изучения и учета общественного  мнения.

В государственном  управлении принцип гласности является способом осуществления прямой и  обратной связи между органами управления и населением. Реализация этого принципа определяет рост активности граждан  в оценке, подборе и выдвижении кадров в органы управления и обеспечивает включение широких слов граждан в государственное управление, особенно когда необходимо открытое, всестороннее обсуждение и принятие важных управленческих решений.