Дискурс-анализ как современный метод исследования коммуникативных процессов

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

(ФГБОУ ВПО  «КубГУ»)

Факультет управления и психологии

Кафедра политологии

 

 

 

 

 

 

 

Реферат

 

На тему:

 

«Дискурс-анализ как современный метод исследования коммуникативных процессов»

 

 

 

 

 

Выполнила:                                                                           Проверили:

Студентка 2 курса                                                                   Юрченко М.В.

Фуп, Политология                                                                  Ермоленко О.А.

Кахтарева Л.Н.

 

 

 

 

 

 

 

Краснодар 2014

Содержание

 

1. Прикладное исследование дискурса и анализ текста

2. «Междисциплинарная» модель дискурс-анализа

3. Теория риторической структуры

4. Дискурс и когнитивная система

5. Дискурс и сознание

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В последнее десятилетие дискурс-анализ может быть отнесен к числу самых популярных методов исследования в общественных и гуманитарных науках. В то же время, несмотря на многообразие публикаций, затрагивающих как теорию дискурса, так и концепции дискурс-анализа, сложно найти результаты конкретных эмпирических исследований с подробным описанием методики проведения. Таким образом, нелегко определить наиболее эффективный (если таковой существует) подход к изучению речевого взаимодействия на любом уровне. Рассмотрим некоторые современные варианты использования дискурс-анализа в США и Западной Европе в рамках функциональной лингвистики.

 

Прикладное исследование дискурса и анализ текста

 

 

В Германии дискурс-анализ активно используется с начала 90-х годов ХХ века. Можно выделить два основных направления в немецких дискурс-исследованиях, отличающихся, главным образом, своим отношением к языковой стороне дискурса и к пониманию дискурса как такового. К первому направлению относятся, прежде всего, прикладное исследование дискурса (angewandte Diskursforschung) и лингвистический дискурс-анализ (linguistische Diskursanalyse), в основе которых лежит классический анализ текста. Среди сторонников прикладных дискурс-исследований следует назвать Г. Брюннер, Р. Филера, В. Киндта. Лингвистическим дискурс-анализом в Германии занимаются Дитрих Буссе, Фритц Херманнс, Вольфганг Тойберт, Георг Штётцель и др. В этом же направлении работает и Маттиас Юнг с коллегами, которые применяют для изучения миграционного дискурса так называемый «корпусно-ориентированный» дискурс-анализ (korpusorientierte Diskursanalyse), относящийся к сфере «корпусной лингвистики».  

В русле второго направления, а именно в сфере общественно-научного дискурс-анализа (sozialwissenschaftliche Diskursanalyse), работают сторонники традиций М. Фуко. К этому направлению можно отнести как критический дискурс-анализ (Critical Discourse Analysis), так и дискурс-анализ в области социологии знания (wissenssoziologische Diskursanalyse). Критический дискурс-анализ (КДА), разработанный Ван Дейком, Н. Фэйрклаф и Р. Водак, в Германии развивают Зигфрид Эгер, Юрген Линк и др. Зигфрид Эгер на сегодняшний день, бесспорно, является одним из самых значительных исследователей дискурса в Германии. Он первый из немецкоязычных исследователей, кто опубликовал методическое пособие по качественному дискурс-анализу. В своих работах З. Эгер удачно сочетает теоретические и методологические разработки, на основе которых выводит практические шаги для проведения исследования. На первый план в КДА выходят не языковые, а социальные феномены. КДА, по мнению З. Эгера, нацелен на выявление знаний, заложенных в дискурсе, их взаимосвязей с властью и на критическое рассмотрение этих процессов. Этот анализ применим как к повседневным знаниям, которые передаются посредством СМИ, повседневной коммуникации, школы, семьи и т.п., так и к тем знанием, которые производятся различными науками. (Jaeger 2001). Таким образом, критический дискурс-анализ концептуализирует язык как форму социальной практики и пытается довести до сознания людей неосознаваемое ими взаимное влияние языка и социальной структуры.

Еще одним вариантом исследования дискурса является дискурс-анализ в области социологии знания, сторонники которого опираются в первую очередь на труды Петера Бергера и Томаса Лукманна. Наиболее ярким представителем этого направления в Германии является Райнер Келлер. Данный тип анализа дискурса, по мнению Р. Келлера, направлен на исследование общественных практик и процессов коммуникативного конструирования, стабилизации и трансформации символических порядков, а также их последствий: законов, статистики, классификаций и т.п. Практики в этом смысле являются одновременно результатом дискурса и предпосылкой для новых дискурсов. (Keller 2004). Все вышеназванные процессы и практики могут происходить, а, следовательно, и рассматриваться, на нескольких уровнях, как то: институциональном, организационном или уровне социальных (коллективных) агентов.

Несмотря на ряд отличий от лингвистических исследований дискурса, общественно-научный анализ имеет довольно много общего с корпус-лингвистическим дискурс-анализом. Это касается в первую очередь отбора текстов для формирования корпуса данных. Главное различие заключается в дисциплинарно обусловленных исследовательских интересах. Анализ языковой стороны дискурса выступает только в качестве составной части общественно-научный дискурс-анализ. К этому добавляется обязательный анализ социальных агентов и процессов, которые производят рассматриваемый дискурс, анализ ситуаций и контекстов производства дискурса, а также событий и различных социальных практик, т.е. всего того, что находится «вне» корпуса текстов.

 

«Междисциплинарная» модель дискурс-анализа

 

 

Как уже отмечалось, в Германии долгое время наблюдалось определенное несоответствие между углубленным интересом к теории дискурса и концепциям дискурс-анализа, с одной стороны, и недостаточной разработкой методологии анализа, с другой. О стремлении немецких лингвистов преодолеть этот дисбаланс свидетельствуют публикации, появившийся в течение последних лет. Речь идет, прежде всего, об упоминавшейся работе «Исследование дискурса» Райнера Келлнера и втором томе «Дискурс-анализ в общественных науках» с подзаголовком «Исследовательская практика» (Handbuch 2003).

Главным достоинством работы «Исследование дискурса», несомненно, является то, что Келлер детально описывает практическую модель проведения дискурс-анализа. Данная модельОшибка! Закладка не определена. предназначается историкам, социологам и политологам, в центре внимания которых находятся процессы производства, стабилизации и трансформации общественных структур знаний. Подробно рассматривая все шаги дискурс-анализа, первостепенное значение Р. Келлер все же придает таким фазам исследования, как постановка вопросов, формирование корпуса текстов и презентация полученных результатов, т.е. именно тем, которые до сих пор не достаточно разработаны. В отличие от Зигфрида Эгера, лингвиста по образованию, Райнер Келлер уделяет еще меньше внимания лингвистическому анализу текста как части дискурс-анализа, что немаловажно для исследователей неязыковых специальностей.

Кроме практических рекомендаций по проведению дискурс-анализа и конкретных примеров, в своей работе Р. Келлер дает весьма полный обзор актуальных теорий дискурса и различных походов к исследованию дискурса, снабжая их собственными комментариями. По мнению Р. Келлера, дискурс-анализ представляет собой «мульти-методическое» поле. И в этом сложно с ним не согласиться, т.к. понятием «дискурс-анализ» чаще всего обозначают не какой-то специальный метод, а скорее исследовательские точки зрения на предмет исследования, рассматриваемый как некий дискурс. Несмотря на многообразие дискурс-аналитических подходов, Р. Келлер выделяет четыре общих признака, характерных для всех дискурс-исследований:

1.Дискурс-исследования занимаются фактическим употреблением письменного и устного языка и других символических форм в общественных практиках;

2.Дискурс-исследования подчеркивают, что при практическом употреблении знаков содержание значения конструируется социальными феноменами, которые тем самым конструируются в своей общественной реальности;

3.Дискурс-исследования допускают, что некоторые интерпретации понимаются как части всеохватывающей дискурс-структуры, которая в определенный временной отрезок формируется и стабилизируется при помощи специфичных институционально-организационных контекстов;

4.Дискурс-исследования исходят из того, что употребление символических порядков подлежит реконструируемым правилам толкования и функционирования.

«Исследование дискурса» Р. Келлера, хотя и имеет подзаголовок – «Введение для исследователей в области общественных наук», является не просто «введением в предмет», обычно предназначаемым студентам и аспирантам. В своей работе Р. Келлеру удалось соединить обзор теоретических оснований, общих методологических подходов и конкретные примеры дискурс-анализа, что делает данную работу незаменимой как для молодых ученых, так и для специалистов, которые намереваются впервые применить данный метод в своих исследованиях.

Отдельные идеи Р. Келлера, изложенные им в вышеописанной работе, можно обнаружить в его статье, входящей в сборник «Дискурс-анализ в общественных науках. Том 2: Исследовательская практика». Данная работа является логичным продолжением одноименного сборника, вышедшего в свет в 2001 году с подзаголовком «Теории и методы» и включившего в себя основополагающие труды наиболее признанных в Германии исследователей дискурса, в том числе Зигфрида Эгера и Райнера Келлера. Второй том состоит из вводной части и 15 статей, которые представляют читателю примеры применения дискурс-анализа в различных дисциплинах – социологии, истории, политологии, дискурсивной психологии, педагогики и лингвистики. Так, в статье «Методические аспекты дискурс-анализа. Проблемы анализа дискурсивной полемики на примере немецких дискуссий по поводу войны в Косово» социолог М. Шваб-Трапп наглядно демонстрирует методические проблемы анализа в рамках политического дискурса. Основными проблемами, по его мнению, являются три - проблема выбора, интерпретации и представления. Они осложняются тем, что в работе анализируются общественные дебаты, а не «стабильные» тексты, как в большинстве дискурс-исследований.

Социолог Вилли Фиовер посвятил свою статью изучению роли нарративных структур в дискурс-анализе на примере исследования изменений в общественном восприятии климата. Методологически и методически его работа ориентируется на нарративную семиотику, которая подчеркивает, конфигуративный аспект дискурса. Автор выступает за культурологическую интерпретацию, которая, по его мнению, может быть ключом для успешного толкования отдельных дискурсов.

В целом, следует отметить, что второй том «Дискурс-анализа в общественных науках» расширяет представления о возможностях применения дискурс-анализа, показывает возникающие методические проблемы и предлагает пути их решения.

 

Теория риторической структуры

 

 

В 1980-е годы ХХ века в США Уильямом Манном и Сандрой Томпсон была разработана так называемая Теория риторической структуры, предлагающая весьма интересную и многообещающую модель структуры дискурса (Mann, Thompson 1988).

Теория риторической структуры (ТРС) основана на предпосылке о том, что любая единица дискурса связана хотя бы с одной другой единицей данного дискурса посредством некоторой осмысленной связи. Такие связи называются риторическими отношениями. Термин «риторические» не имеет принципиального значения, а лишь указывает на то, что каждая единица дискурса существует не сама по себе, а добавляется говорящим к некоторой другой для достижения определенной цели. Единицы дискурса, вступающие в риторические отношения, могут быть самого различного объема — от максимальных (непосредственные составляющие целого дискурса) до минимальных (отдельные клаузы). Дискурс устроен иерархически, и для всех уровней иерархии используются одни и те же риторические отношения.

Набор риторических отношений ограничен, хотя и не определен окончательно. Авторы предлагают рабочий список из 24 отношений.

Дискурсивная единица, вступающая в риторическое отношение, может играть в нем роль ядра либо сателлита. Большая часть отношений асимметрична и бинарна и содержит ядро и сателлит. Другие отношения, симметричные и не обязательно бинарные, соединяют ядра.

В ТРС разработан формализм, позволяющий представлять дискурс в виде сетей дискурсивных единиц и риторических отношений.

(1)

1 Петр  вошел в дом,

2 достал  из холодильника бутерброды

3 и включил  телевизор.

Два класса риторических отношений напоминают противопоставление между подчинением и сочинением, а список риторических отношений типа «ядро-сателлит» весьма похож на традиционный список типов обстоятельственных придаточных. Фактически ТРС распространяет типологию семантико-синтаксических отношений между клаузами на отношения в дискурсе. Для ТРС несущественно, выражено ли данное отношение союзом соответствующей семантики, или запятой, или же оно соединяет независимые предложения или группы предложений. Сочиненные клаузы и обстоятельственные придаточные выступают в ТРС в качестве отдельных элементарных единиц, а дополнительные и относительные придаточные — обычно нет.

Рассмотрим развернутый пример построения графа риторических структур. В примере (2) приводится сокращенный русский перевод начального фрагмента этого текста, с разбиением на минимальные дискурсивные единицы. Номера единиц указаны в начале каждой строки. Каждому предложению соответствует порядковый номер; единицы, состоящие из частей предложений, нумеруются при помощи букв.

(2)

1 В 7 часов  утра 25 октября наши телефоны  начали звонить.

2 Звонки  переполняли коммутатор весь  день.

(3)

(3А) Сотрудники  остались на работе допоздна,

(3В) отвечая  на вопросы

(3С) и  разговаривая с репортерами изо  всех частей страны,

(4)

(4А) Публикуя  результаты опроса,

(4В) мы  не представляли себе, что получим  столь массовый отклик.

(5) Реакция прессы и публики была буквально невероятной,

(6) Вначале поток звонков шел в основном от репортеров, а также официальных лиц, разъяренных тем, что мы привлекли внимание к положению дел в их городах.

(7) Теперь же мы получаем звонки от обеспокоенных граждан, спрашивающих, как заставить чиновников взяться за разрешение демографических проблем.

Авторы ТРС специально подчеркивают возможность альтернативных трактовок одного и того же текста. Иначе говоря, для одного и того же текста может быть построен более чем один граф риторической структуры, и это не рассматривается как дефект данного подхода. Действительно, попытки применения ТРС к анализу реальных текстов сразу демонстрируют множественность решений. Тем не менее, эта множественность очень ограниченна. К тому же, принципиальная возможность различных трактовок не противоречит реальным процессам использования языка, а, напротив, вполне им соответствует.

Существует ряд весомых подтверждений того, что ТРС в значительной степени моделирует реальность и представляет собой важный шаг в понимании того, как дискурс устроен «на самом деле».

 

Дискурс и когнитивная система

 

Т. Гивон является одним из родоначальников дискурсивно-ориентированного подхода к синтаксису. В частности, модель, разработанная исследователем в 1983 году (Givоn 1983), основывалась на двух идеях — теоретической и методологической.

Теоретическая основывалась на том, что языковая форма иконически кодирует содержание. В частности, в области референции: чем более ожидаем, предсказуем данный референт, тем меньше усилий требуется для его «обработки», и тем меньше формального материала затрачивается на его кодирование.

Методологическая идея состояла в утверждении о возможности количественно измерить так называемую «непрерывность топика» - «референциальное расстояние» от данной точки дискурса назад до ближайшего предшествующего упоминания референта; чем меньше расстояние, тем непрерывнее топик.

Работы Гивона не ограничиваются проблематикой референции и непрерывности топика. Напротив, Гивон — один из самых «концептуальных» современных лингвистов.

Базовая идея, лежащая в основе концепции Гивона, состоит в следующем: грамматика — это набор инструкций по ментальной обработке дискурса, которые говорящий дает слушающему. Это когнитивная вариация общего функционалисткого тезиса о том, что грамматика подчинена коммуникативным процессам.

Для подхода Гивона к проблемам связности характерны: больший интерес к связности мыслительной, нежели текстовой; признание приоритета устного языка как первоочередного объекта исследования; большое внимание к данным когнитивной психологии. Среди видов связности наибольшее внимание уделяется референциальной связности (другие виды: пространственная, временная, аспектуальная, модальная и событийная). Когнитивная модель референциальной связности различает два вида операций: активация внимания (проспективая, для адаптации новой информации) и поиск в памяти (ретроспективный, для нахождения референтов). Типология возможных дискурсивных ситуаций такова:

(а) продолжение  активации референта, активного  в данный момент

(б) прекращение  активации референта

(в) активация  референта, не являющегося сейчас  активным:

(1) либо  нового (неопределенного) референта (2) либо уже имеющегося в памяти (определенного) референта.

Дискурс и сознание

 

Исследования Уолласа Чейфа хорошо известны в России в основном по книге «Значение и структура языка» (Чейф 1975).

Работа У. Чейфа посвящена исследованию языка и сознания. По его мнению, две эти сферы не могут быть поняты по отдельности. В то же время, обе дисциплины, изучающие сознание и язык — психология и лингвистика — в их современном состоянии получают крайне критическую оценку Чейфа, и он резко дистанцируется от доминирующих направлений в обеих науках — экспериментальной психологии и генеративной грамматики. В связи с этим, У. Чейф формулирует две методологические идеи, определяющие многое в его подходе.

Во-первых, в противоположность когнитивно-психологической практике признавать только публично верифицируемые данные, У. Чейф декларирует право исследователя опираться на интроспекцию как на законный источник информации о когнитивных процессах. Язык представляет собой мощный инструмент проверки наших интроспективных гипотез.

Во-вторых, в противоположность и психологической, и лингвистической практике, У. Чейф настаивает на приоритете естественных данных перед искусственными (экспериментальными или сконструированными). Хотя искусственные данные могут быть полезны, основывать целые научные направления только на них непродуктивно. Работа Чейфа генетически связана с этнографической традицией, для которой характерна ориентация на эмпирические данные.

У. Чейф исследует две основные проблемы, Первая — это объяснение языковых явлений на основе процессов, происходящих в сознании. Сознание может быть непосредственным (отражение того, что происходит здесь и сейчас) и отстраненным (воспоминание или воображение). Непосредственное сознание более базисно и устроено проще, чем отстраненное. Вторая основная проблема — сопоставление устного и письменного языка. Исходной и более универсальной формой языка является устная, несмотря на то, что лингвисты большую часть своих усилий до сих пор направляли на письменный язык. Поэтому все типы явлений, рассматриваемые в последних работах Чейфа, вначале исследуются на материале бытового разговорного языка и непосредственного режима сознания.

Главное понятие структуры дискурса, по У. Чейфу — интонационная единица, квант дискурса, соответствующий одному фокусу сознания и соизмеримый с размером одной предикации (clause). Средняя длина игтонационной единицы - четыре слова (для английского языка). Прототипическая инонационная единица, совпадающая с предикацией, вербализует таким образом событие или состояние. События, состояния и их участники, то есть референты, У. Чейф именует родовым термином идеи (напоминающим традиционное понятие знаменательных частей речи).

В каждой интонационной единице обычно представлен один элемент новой информации. Противопоставление данного/доступного/нового ответственно за просодическую (ударное/безударное) и лексическую (местоимение/имя) реализацию референтов. Такой фундаментальный для английского языка феномен, как подлежащее, объясняется на основе понятия исходного пункта интонационной единицы.

У. Чейф также обсуждает различные модификации, связанные с письменным каналом языкового взаимодействия, с одной стороны, и с отстраненным режимом сознания, с другой. В частности, рассматриваются различия между прозой от первого лица, прозой от третьего лица, и цитируемой речью.

В целом исследования У. Чейфа представляют собой попытку интеграции различных дисциплин, исследующих человеческое сознание.