История Русской Православной Церкви

Введение.

С тех пор как  население Руси приняло христианство в его восточной, православной форме, церковь играла важнейшую роль в истории России. Религией была пронизана вся русская культура. Монастыри России показывали пример как благочестия, так и рачительного, образцового хозяйствования. Митрополит, а позднее – патриарх всея Руси, был вторым человеком в стране после самого государя и в отсутствие монарха или при его малолетстве порою оказывал решающее влияние на дела управления. На протяжении многих веков в России было два главных богача – государство и церковь, причем церковь умела в большинстве случаев более разумно распорядиться своим богатством, чем государство. В бой русские полки ходили под православными знаменами с изображением Святого Спаса. С молитвой пробуждались ото сна, работали, садились за стол и даже умирали с именем Бога на устах. Нет и не может быть истории России без истории Русской Православной церкви.

ОТ КРЕЩЕНИЯ РУСИ ДО СЕРЕДИНЫ XVII ВЕКА

Крещение Руси в 988 году при святом равноапостольном великом князе Владимире было крупнейшим событием нашей истории. Со времени св. князя Владимира  русская Церковь в течение  более 600 лет расширялась и процветала, пребывая в единстве и мире. Управление русской Церковью сначала находилось в Киеве. Во главе церкви стоял митрополит. Первыми митрополитами на Руси были греки, которые присылались из Константинополя греческими патриархами. Позднее русские митрополиты стали избираться собором русского духовенства и ездили в Константинополь для принятия поставления от греческого патриарха. Киевский митрополит ставил епископов на важнейшие русские города.

После разорения  Киева войсками татарского хана Батыя  в 1240 г. местопребывание митрополита  было перенесено во Владимир. А при  св. митрополите Петре кафедра  митрополита была учреждена в  Москве.

В 1439 г. во Флоренции (Италия) был созван церковный собор  по вопросу соединения церквей –  западной и восточной. Этого соединения желали византийский император и  патриарх для того, чтобы заручиться помощью от римского папы в борьбе против турок, все более теснивших  Византию. На Флорентийском соборе была принята уния (союз), по которой  папа признавался главою обеих церквей: католической и православной, причем последняя должна была признать и  католические догматы. За православной церковью сохранялись лишь ее богослужебные  обряды. На собор во Флоренцию прибыл и московский митрополит Исидор, –  грек, присланный незадолго перед  собором константинопольским патриархом. Он открыто примкнул к унии. По возвращении  митрополита Исидора в Москву состоялся собор русского духовенства, который нашел действия митрополита  неправильными, и он был низложен с первосвятительской кафедры. Вместо него собор избрал главой русской  Церкви рязанского архиепископа Иону, который и был поставлен в  митрополиты в 1448 г. уже без утверждения  константинопольского патриарха. С  этого времени русские митрополиты  стали избираться собором русского духовенства, без утверждения и  поставления византийским патриархом. Таким образом, русская Церковь приобрела независимость от греческой.

При митрополите  Ионе произошло отделение юго-западной русской Церкви от северо-восточной. Литовские князья с неудовольствием смотрели на зависимость духовенства и населения их земель от московского митрополита. По их настоянию в Киеве была учреждена особая митрополия. Митрополит киевский продолжал назначаться константинопольским патриархом. Так образовались две русских митрополии: одна управляла северо-восточной частью России, другая – юго-западным краем. Юго-западная церковь вскоре подпала под влияние католичества. Русская же православная Церковь с центром в Москве, Церковь независимого, сильного, крепнущего государства, сохранила чистоту православия.

В 1453 г. Константинополь  был взят турками, и вся Византия подпала под турецкую власть. “Божья кара за измену Православию, за союз с  папой–католиком постигла Византию”, – говорили тогда в Москве, узнав  о победе турок.

В 1551 г. при царе Иоанне Грозном в Москве состоялся  знаменитый церковный собор, получивший название “Стоглавый”, так как сборник  его постановлений состоял из ста глав. Этот собор оградил древне византийские православные традиции, сохранившиеся на Руси, от проникающих  из-за рубежа новых религиозных веяний. Собор пригрозил строгими церковными наказаниями тем, кто дерзнул  бы нарушить правила святых апостолов, искажать или отметать старые обряды и предания св. Церкви. В 1552 году царь Иоанн IV (Грозный) покорил Казанское ханство. Бывшие правители Казанские добровольно приняли Православие. В честь покорения Казанского ханства на Красной площади был воздвигнут храм Покрова пресвятой Богородицы, увенчанный мавританским, индийским, китайскими куполами. А над ними - купол русский. «Русь должна обьединить разноплеменные народы и быть их водителем к небу» Русь того времени поражала величием, многообразием жизни. Глава Русской Церкви - митрополит Московский Макарий, был советником царя. В XVI веке в царствование Иоанна Грозного началось промыслительное движение России на Восток. Начал этот поход Ермак Тимофеевич со своим войском, но вслед за ними двинулись и другие герои - русские иноки, православные миссионеры, умирая и просвещая местные языческие племена. Слово Божие и Крест были единственным их оружием.

В 1589 г. при царе Федоре Иоанновиче в Москву приехал  восточный патриарх Иеремия. Его  пребывание в Москве русская Церковь  использовала для учреждения в России патриархии. В тот же год митрополит московский Иов был возведен в  сан всероссийского патриарха. Обращаясь  к царю Федору, патриарх Иеремия  сказал: “Ветхий Рим пал от ересей, вторым Римом - Константинополем завладели агарянские внуки - турки; твое же великое Российское царство - третий Рим всех превзошло благочестием” (В. О. Ключевский. Курс русской истории. М., 1957, ч. III, с. 293).

Но именно в то время, когда  русская Церковь, казалось, достигла наибольшего величия и расцвета, в ней произошел великий раскол. Это печальное событие случилось  в царствование Алексея Михайловича  и в патриаршество Никона во второй половине XVII столетия.

РЕФОРМЫ ПАТРИАРХА НИКОНА

Патриарх Никон  стал вводить в русскую Церковь  новые обряды, новые богослужебные  книги и другие “улучшения” без  одобрения собора, самовольно. Он вступил  на московский патриарший престол в 1652 году. Еще до возведения в патриархи  он сблизился с царем Алексеем Михайловичем. Вместе они и задумали переделать русскую Церковь на новый  лад: ввести в ней новые чины, обряды, книги, чтобы она во всем походила на современную им греческую церковь, которая давно уже перестала  быть вполне благочестивой.

окружении патриарха Никона наибольшую роль стал играть международный авантюрист Арсений Грек, человек, кроме всего прочего, весьма сомнительной веры. Воспитание и образование он получил у иезуитов, по прибытии на Восток принял ислам, затем снова примкнул к православию, а потом уклонился в католичество. Когда он появился в Москве, его отправили в Соловецкий монастырь как опасного еретика. Отсюда и взял его Никон к себе и сделал главным помощником в церковных делах. Это вызвало ропот среди русского народа. Но возражать Никону опасались, так как царь предоставил ему неограниченные права в делах церкви. Опираясь на дружбу и власть царскую, Никон приступил к церковной реформе решительно и смело.

Начал он с укрепления собственной власти. Никон имел характер жестокий и упрямый, держал себя гордо  и недоступно, называя себя, по примеру  римского папы, “крайним святителем”, титуловался “великим государем” и был одним из самых богатых  людей России. К архиереям он относился  надменно, не хотел их называть своими братьями, страшно унижал и преследовал  остальное духовенство. Все страшились и трепетали перед Никоном. Историк  Ключевский назвал Никона церковным  диктатором.

Реформа началась порчей книг. В старину не было типографий, книги переписывались в монастырях и при епископских дворах особыми  мастерами. Это мастерство, как и иконописание, почиталось священным и выполнялось старательно и с благоговением. Русский народ любил книгу и умел ее беречь как святыню. Малейшая опись в книге, недосмотр или ошибка считались большим грехом. Вот почему сохранившиеся до нас многочисленные рукописи старого времени отличаются чистотою и красотою письма, правильностью и точностью текста. В древних рукописях трудно встретить помарки или зачеркивания. В них было меньше описок, чем в современных книгах опечаток. Замеченные в прежних книгах существенные погрешности были устранены еще до Никона, когда в Москве начал действовать Печатный Двор. Исправление книг велось с большой осторожностью и осмотрительностью.

Иначе стало при  патриархе Никоне. На соборе в 1654 г. было решено исправлять богослужебные  книги по древним греческим и  древним славянским, на самом же деле исправление производилось  по новым греческим книгам, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Об этих книгах даже сами греки отзывались как об искаженных и погрешительных.

За изменением книг последовали и другие церковные  нововведения. Наиболее заметными нововведениями были следующие:

–вместо двоеперстного крестного знамения, которое было принято на Руси от греческой православной церкви вместе с христианством и которое является частью святоапостольского предания, было введено троеперстие.

–в старых книгах, в согласии с духом славянского  языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя “Исус”, в новых книгах это имя было переделано на грецизированное 'Иисус”.

–в старых книгах установлено во время крещения, венчания и освящения храма делать обхождение по солнцу в знак того, что мы идем за Солнцем-Христом. В новых книгах введено обхождение против солнца.

–в старых книгах, в Символе Веры (8 член), читается: “И в Духа Святаго Господа Истиннаго и Животворящаго”, после же исправлений слово “Истиннаго” было исключено.

–вместо сугубой, т. е. двойной аллилуйи, которую творила  русская церковь с древних  времен, была введена трегубая (то есть тройная) аллилуйя.

–божественную литургию в Византии, а потом и в Древней  Руси совершали на семи просфорах; новые  “справщики” ввели пятипросфорие, т. е. две просфоры исключили.

Никон и его помощники  дерзко посягнули на изменение церковных  установлений, обычаев и даже апостольских преданий русской православной Церкви, принятых при Крещении Руси. Эти  изменения церковных узаконений, преданий и обрядов не могли не вызвать резкий отпор со стороны  русских людей, свято хранивших  древние святые книги и предания. Кроме самой порчи книг и обычаев  церковных, резкое сопротивление в  народе вызвали те насильственные меры, с помощью которых Никон и  поддерживающий его царь насаждали  эти нововведения. Жестоким гонениям и казням подвергались русские люди, совесть которых не могла согласиться  с церковными нововведениями и искажениями. Многие предпочитали умереть, чем предать  веру своих отцов и дедов.

Эти действия Никона и его единомышленников сделали  их отступниками от святой Церкви.

Деятельность Никона встретила сильное противодействие  со стороны ряда духовных деятелей того времени: епископа Павла Коломенского, протопопов Аввакума Петрова, Иоанна Неронова, Даниила из Костромы, Логгина из Мурома и других. Вожди религиозной оппозиции пользовались в народе огромным уважением за высокие личные качества. Они смели говорить правду в глаза сильным мира сего, нисколько не заботились о своих личных выгодах, служили Церкви и Богу со всей преданностью, искренней и пламенной любовью.  В устных проповедях, в письмах они смело обличали всех виновников церковных несчастий, не боясь называть первыми имена патриарха и царя. Поражает в них готовность пойти на страдание и мучение за дело Христово, за правду Божию.

Верные и стойкие  поборники церковной старины  вскоре подверглись жестоким мучениям и казням. Первыми мучениками за правую веру были протопопы Иоанн Неронов, Логгин, Даниил, Аввакум и епископ Павел Коломенский. Они были высланы из Москвы в первый же год реформаторской деятельности Никона (1653–1654 гг.).

На соборе 1654 года, созванном по вопросу о книжном  исправлении, епископ Павел Коломенский  мужественно заявил Никону: “Мы  новой веры не примем”, за что без  соборного суда был лишен кафедры. Прямо на соборе патриарх Никон собственноручно  избил епископа Павла, сорвал с него мантию и велел немедленно отправить  его в ссылку. В далеком северном монастыре епископ Павел был  подвергнут тяжелым мучениям и, наконец, тайно убит.

Народ говорил, что  на первосвятительском престоле воссел палач и убийца. Все трепетали  перед ним, и никто из епископов  уже не посмел выступить с мужественным словом обличения. Робко и молчаливо  они соглашались с его требованиями и распоряжениями. Те же, кто не мог  перешагнуть через свою совесть, но не были в силах сопротивляться, постарались отойти от дел. Так, епископ  вятский Александр, сохраняя личную верность старой вере, предпочел оставить свою кафедру, удалившись в один из монастырей.

К сожалению, среди  русского духовенства середины 17 в. оказалось значительное число людей  малодушных, не посмевших перечить жестокому начальству. Поэтому главным противником Никона был народ церковный: простые иноки и миряне, лучшие, духовно сильные и преданные сыны Православия. Таковых было немало, даже, вероятно, большинство. Старообрядчество с самого начала было народной верой.

Никон пробыл на патриаршем престоле семь лет. Своим властолюбием и гордостью он сумел оттолкнуть от себя всех. Произошел у него разрыв и с царем. Патриарх вторгался  в дела государства, возмечтал даже стать выше царя и полностью подчинить  его своей воле. Алексей Михайлович стал тяготиться своим “собинным другом”, охладел к нему.

Тогда Никон задумал  воздействовать на царя угрозой, что  ему раньше удавалось. Он решил публично отречься от патриаршества, рассчитывая  на то, что царь будет тронут его отречением и станет упрашивать не покидать первосвятительский престол. Это стало бы хорошим поводом восстановить и усилить свое влияние на царя.

На торжественной  литургии в Успенском соборе в  Кремле 10 июля 1658 г. он объявил с амвона, обращаясь к духовенству и  народу: “От лени я окоростовел, и вы окоростовели от меня. От сего времени не буду вам патриарх; если же помыслю быть патриархом, то буду анафема”. Тут же на амвоне Никон снял с себя архиерейское облачение, надел черную мантию и монашеский клобук, взял простую клюку и вышел из собора.

Однако Никон  жестоко ошибся в своих расчетах. Царь, узнав об уходе патриарха, не стал удерживать его. Никон же, скрывшись  в Воскресенском монастыре, прозванном им “Новым Иерусалимом”, стал ждать  реакции царя. Он по-прежнему держал себя властно и самовольно: совершал рукоположения, осуждал и проклинал  архиереев. Но напрасное ожидание его  ожесточило настолько, что он даже предал проклятию царя со всем его семейством.

Примириться со своим  новым положением в качестве только монастырского обитателя он, разумеется, не мог. Никон попытался снова  вернуться к патриаршей власти. Однажды  ночью он внезапно приехал в Москву в Успенский собор во время  богослужения и послал уведомить  царя о своем приезде. Но царь к  нему не вышел. Раздосадованный Никон  вернулся в монастырь.

Бегство Никона с  патриаршего престола внесло новое  расстройство в церковную жизнь. Царь по этому случаю в 1660 г. созвал собор в Москве Собор решил избрать нового патриарха. Но Никон на этом соборе разразился бранью, обозвал его “бесовским сонмищем”. Царь и архиереи не знали, что делать с Никоном.

В это время в  Москву с подложными грамотами прибыл тайный иезуит греческий “митрополит” Паисий Лигарид. Затем были получены достоверные сообщения, что Паисий Лигарид состоит на службе у римского папы и что восточные патриархи за то низвергли его и прокляли. Но в Москве на это посмотрели сквозь пальцы, вероятно потому, что Паисий Лигарид мог весьма пригодиться царю. Этому ловкому и изворотливому человеку было поручено дело Никона. Паисий сразу стал во главе русских церковных дел. Он заявил, что Никон “должен быть проклят как еретик”, и что для этого нужно созвать в Москве большой собор при участии восточных патриархов. В ответ Никон беспомощно ругал грека «вором», «нехристем», «собакой», «самоставленником», «мужиком».

Для суда над Никоном  и рассмотрения других церковных  дел царь Алексей в 1666 г. созвал собор, который был продолжен и в  следующем, 1667 г. На собор прибыли  восточные патриархии – Паисий александрийский и Макарий антиохийский. Приглашение этих патриархов было неудачным. Как потом оказалось, они сами были низложены со своих престолов собором восточных иерархов, и поэтому не имели канонического права решать какие-либо церковные дела.

Начался суд над  Никоном. Собор признал Никона виновным в самовольном бегстве с кафедры  и в других преступлениях. Патриархи  называли его “лжецом”, “обманщиком”, “мучителем”, “убийцей”, сравнивали с сатаной, говорили, что он “даже  хуже сатаны”, признали его еретиком за то, что он приказал не исповедовать воров и разбойников перед  смертью. Никон не остался в долгу  и обзывал патриархов “самозванцами”, “турецкими невольниками”, “бродягами”, “продажными людьми” и т. п. В  конце концов, собор лишил Никона священного сана и сделал простым  монахом.

После перемены своей  судьбы Никон сам переменился  по отношению к своим реформам. Еще будучи на патриаршем престоле, он иногда говорил, что “старые служебники добры” и по ним “можно служить службу Божию”. Уйдя же с престола, он стал издавать в монастыре книги согласные со старопечатными. Этим возвращением к старому тексту Никон как бы вынес суд над собственной книжной реформой, признав ее ненужной и бесполезной.

Никон скончался  в 1681 г., не примиренным ни с царем, ни с архиереями, ни с Церковью.

МОНАСТЫРИ

Монашество появилось  на Руси вместе с христианством. Митрополит Илларион был первым посвященным в этот сан (1051 г.). Вспоминая близкое к нему время водворения христианства при Владимире Святом, писал в одном из своих сочинений, что уже тогда «монастыреве на горах сташа». Какие именно монастыри имел в виду митрополит, сколько их было при князе Владимире и как они были устроены осталось неизвестным.

Письменные известия об отдельных монастырях появляются с княжения Ярослава I. В первые два  века христианской жизни Руси наибольшее количество монастырей встречается  в центральной полосе тогдашней  Русской земли, где было наиболее сгущено русское население и  с наименьшими затруднениями  распространялось христианство. Из 70 монастырей, известных до конца XII в., на эту полосу приходится до 50. Наибольшее количество монастырей расположено в старейших  общественных центрах (Киев, Новгород), остальные рассеяны по второстепенным областным средоточиям южной  и северной Руси (Галич, Чернигов, Смоленск, Ростов, Владимир).

В XIII в. расширяется  круг городских и подгородных  монастырей, указывая на размножения  центров общественной жизни. В северных городах к существовавшим прежде монастырям прибавляются новые, и в  то же время появляются первые монастыри  в других городах - Твери, Ярославле, Костроме, Нижнем Новгороде, Москве, Устюге. Город, особенно стольно-княжеский, не считался благоустроенным, если не имел монастыря и собора.

Но с XIV в. замечаем важную перемену в способе распространения  монастырей и именно на севере. Ранее  почти все монастыри как в южной, так и в северной России строились в городах или в их ближайших окрестностях. Редко появлялась пустынь, монастырек, возникавший вдали от городов, в пустынной, незаселенной местности, обыкновенно среди глухого леса. В первые века нашей христианской жизни пустынная обитель мелькает редким, случайным явлением среди городских и подгородных монастырей.

С XIV в. движение в  лесную пустыню развивается среди  северного русского монашества быстро и сильно: пустынные монастыри, возникшие  в этом веке, числом сравнялись с  новыми городскими, в XV в. превзошли их более чем вдвое.

В отличии от пустынных, мирские монастыри строились при содействии городского или сельского общества. Монастырь был нужен городу или сельскому округу, чтобы было где постричься в старости и при смерти, и «устроить душу» посмертным помилованием.

Высший иерарх, митрополит или епископ, строил монастырь, чтобы отдыхать там от пастырских трудов и успокоиться по оставлении паствы. Владетельный князь украшал обителями свой стольный город, свое княжество, чтобы создать «прибежище» для окрестных обывателей и вместе с тем иметь постоянных богомольцев за себя с семьей, за своих родителей, иногда руководствуясь при этом и особенными побуждениями исполнить данный обет или ознаменовать память о каком-либо событии своего княжения. Построив церковь и кельи, и собрав братию, основатель обеспечивал содержание своей обители недвижимыми имениями или средствами для их приобретения. Казна такого монастыря составлялась преимущественно из вкладов за пострижение и помин души.

Братия, которую  набирали в мирские монастыри  для церковной службы, имела значение наемных богомольцев и получала жалование из монастырской казны, а  для вкладчиков монастырь служил богадельней, в которой они своими вкладами покупали право на пожизненное  «прекормление и покой».

РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ОТ НАЧАЛА

XX СТОЛЕТИЯ И ДО НАШИХ ДНЕЙ.

Февраль 1917г. поставил Русскую Православную церковь в  совершенно новое и необычное  для нее положение. Впервые со времен Петра 1церковь освобождалась  от подчинения государству.

Руководство православной церкви признало Февральскую революцию. 9 марта 1917 г. Святейший синод призвал  верующих…“довериться Временному правительству, чтобы трудами и подвигами, молитвою и повиновением облегчить ему  великое дело водворения новых начал  государственной жизни”.

Самой церкви теперь коренным образом предстояло изменить свою жизнь. Эти перемены начались немедленно. С весны 1917 г. Православные епископы впервые за сотни лет стали  избираться самими верующими на епархиальных съездах.

Идеи созыва соборов  и восстановления патриаршества  высказывались в среде духовенства  и общественности еще в Х1Х  в. В 1905 г. члены Святейшего синода даже предложили царю созвать собор и  избрать патриарха. Николай l l отвечал, что столь великие дела не должны совершаться в такое тревожное время. По иронии судьбы время, в которое их пришлось осуществлять, оказалось еще более тревожным.

15 августа 1917 г.  в Успенском соборе Московского  Кремля открылся Поместный собор  Русской Православной церкви. На  открытии собора присутствовал  глава Временного правительства  Александр Керенский. Московский  митрополит Тихон говорил, что  собор… “воплотил мечты и  чаяния лучших сынов Русской Церкви, которые жили мыслью о возобновлении соборной жизни церкви, но не дожили до этого счастливого дня”.

Через три дня  после Октябрьского переворота, 28 октября, Собор принял решение о восстановлении в Русской Православной церкви патриаршества, упраздненного в 1703 г.

5 ноября на патриарший  престол был избран митрополит  Тихон. Работа Поместного собора  продолжалась более года. Он закончил  ее 1 сентября 1918 года, став свидетелем  величайших потрясений и перемен  в жизни страны.

ДЕКРЕТ О СВОБОДЕ  СОВЕСТИ

20 января 1918 г. Совнарком  принял Декрет о свободе совести,  который “ отделял церковь  от государства” Каждый человек  получал право “ исповедовать  любую религию или не исповедовать  никакой “. Запрещалось любое  ущемление прав по признаку  веры.

Декрет также  “отделял школу от церкви”. В школах запрещалось преподавание Закона Божьего.

Кроме того, декрет лишал церковь и различные  религиозные общества права иметь  собственность. Все их имущество  должно было перейти в распоряжение государства. Декрет, особенно последнюю  его часть, духовенство восприняло как гонение на церковь. Поместный  собор Русской Православной церкви заметил об этом: “Доселе Русь была святой, а теперь хотят сделать  ее поганой”.

В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ  ВОЙНЫ

После Октября патриарх Тихон сначала выступал с резкими  обличениями Советской власти, но в 1919 г. занял более сдержанную позицию, призвав духовенство не участвовать  в политической борьбе.

Тем не менее около 10 тысяч представителей православного духовенства оказались в числе жертв гражданской войны.

Большевики расстреливали  священников, служивших благодарственные молебны после падения местной  Советской власти. В городе Петропавловске местного епископа и священников  казнили за то, что они “встречали колокольным звоном вошедших в город  белогвардейцев”. На самом деле взятие города просто совпало с началом  вечерней службы.

В 1918 г. без суда был расстрелян митрополит Киевский Владимир, вручивший Тихону при избрании патриарший посох.

За попытку помочь арестованной царской семье красноармейцы  утопили в реке Туре епископа Тобольского  Гермогена. Его живым привязали к пароходному колесу.

Власти поддерживали антицерковные настроения в обществе.

В дни православных праздников устраивались карнавалы  безбожников, высмеивающие Бога, святых и церковные обряды.

В Тамбове в насмешку над верующими был даже установлен памятник Иуде Искариоту, предавшему, согласно Евангелию, Христа.

В 1919-1920 гг. Власти провели кампанию “вскрытия мощей  святых угодников”, которая вызывала возмущение у верующих и духовенства. Были вскрыты мощи Александра Невского, Тихона Задонского, Сергея Радонежского, десятков других православных святых. В некоторых местах протесты верующих пршлось усмирять даже с помощью войск.

ИЗЪЯТИЕ ЦЕРКОВНЫХ  ЦЕННОСТЕЙ

В 1921 г. Поволжье охватил  очень сильный голод. Патриарх Тихон  призвал оказать голодающим международную  помощь и создал Всероссийский церковный  комитет помощи голодающим. Он выразил  готовность пожертвовать голодающим часть  храмовых ценностей. Однако государство  отказалось принять помощь церковников. Созданный церковный комитет  был запрещен.

19 февраля 1922 г.  патриарх Тихон разрешил жертвовать  в пользу голодающих церковные  ценности, “не имеющие богослужебного  употребления”.

Но уже 23 февраля  власти ВЦИК приняли решение изъять из храмов все ценности на нужды  голодающих. Изъятия церковных ценностей  начались по всей стране.

Надежда Мандельштам  так описывала сцену одного из подобного изъятий: “Священник, пожилой, встрепанный, весь дрожал, и по лицу у него катились крупные слезы, когда  сдирали ризы и грохали иконы  прямо на пол. Проводившие изъятие вели шумную антирелигиозную пропаганду под плач старух и улюлюканье толпы, развлекающейся невиданным зрелищем”.

Патриарх Тихон  в послании 28 февраля резко осудил изъятия церковных ценностей  и назвал их святотатством.

В ряде мест вспыхнули протесты верующих против изъятий.15 марта такие волнения произошли в Шуе. На городской Соборной площади собралась толпа верующих, с колокольни стали бить в набат. По официальному сообщению, толпа встретила подъехавшую конную милицию угрозами и кидала в нее поленья. Прибыли два автомобиля с пулеметами и армейские части, которые выстрелами разогнали толпу. Газеты сообщили о четырёх убитых и тринадцати раненых. В тот же день начались аресты горожан, замеченных на площади.

Вскоре после  событий в Шуе, 19 марта, В. Ленин  направил членам Политбюро секретное  письмо, в котором писал: ” Именно теперь и только теперь, когда в  голодных местностях едят людей и  на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем провести изъятие  церковных ценностей с самой  бешеной и беспощадной энергией и не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления. Именно теперь и только теперь большинство крестьянской массы будет либо за нас, либо не в состоянии поддержать горстку черносотенного духовенства”.

И подводил итог: ”Чем большее число представителей реакционного духовенства удастся по этому  поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику  так, чтобы на несколько десятков лет не о каком сопротивление они не смели думать”.

По всей стране в 1922-1923 гг. прокатилась волна арестов  и судов над духовенством и  верующими. Арестовывали за утаивание  ценностей или за протесты против изъятий.

26 апреля 1922г в  Москве открылся “процесс 54-x”  священников и мирян, обвиняемых  в сопротивление изъятию ценностей.  В качестве главного свидетеля  суд несколько раз вызывал  патриарха Тихона. 8 мая революционный  трибунал вынес 12 смертных приговоров  подсудимым (расстреляли пять человек).