Метафора как способ представления культуры

Метафора  как способ представления  культуры 

     План  содержания фразеологоческих единиц и  метафоры, а также закрепленные за ними культурные коннотации сами становятся знанием, т.е. источником когнитивного освоения. Именно поэтому фразеологизмы  и образно-мотивированные слова (метафоры) становятся экспонентами культурных знаков.

     Метафора  в конце XX в. предстает более сложным  и важным явлением, чем это казалось ранее. Она пронизывает язык, культуру, науку, жизнь, весь мир.

     Метафора - универсальное явление в языке, она присуща всем языкам. Ее универсальность проявляется в пространстве и времени, в структуре языка и в его функционировании. Многие лингвисты даже утверждают, что весь наш язык - это кладбище метафор.

     Метафора - продуктивное понятие для науки. М. М. Бахтин отмечал, что ввел термин «хронотоп» в науку «почти как метафору». Многие наиболее удачные научные термины - метафоры: «внутренняя форма», «культурная коннотация», «живая вода» и т. п.

     Хотя  проблема метафоры волнует умы на протяжении двух тысяч лет, но рассматривается  она чаще всего либо как стилистическое средство, либо как художественный прием. Лишь в последние десятилетия внимание лингвистов и философов переключилось на исследование онтологии метафоры (Н.Д.Арутюнова, В.Н.Телия, Б.Блэк, Дж.Лакофф, М.Джонсон и др.).

     Рождение  метафоры связано с концептуальной системой носителей языка, с их стандартными представлениями о мире, с системой оценок, которые существуют в мире сами по себе и лишь вербализируются в языке. Отсюда вывод: метафора - модель выводного знания, модель выдвижения гипотез. Механизм создания метафоры таков: из разных логических классов берутся два разных предмета, которые отождествляются на основе общих признаков и свойств, например - тьма печали (чувство - печаль и состояние мира - тьма, общее для них - радостные чувства светлы, а печаль, грусть, тоска - темные, мрачные).

     Метафора  образуется из категориальной, классификационной ошибки. Человек (чаще всего поэт), создающий метафору, как бы живет в этом мире качеств и свойств, логических классов и их заместителей. Он находится в поле целостных смыслов и событий, создающих эти смыслы.. Когда О. Мандельштам называет рояль «умным и добрым комнатным зверем», то он не просто берет предметы из разных логических классов. Речь здесь идет не о реальных предметах, а об образах предметов, явленных в сознании. Так создается сущность целого.

Ш.Балли писал: «Мы уподобляем абстрактные понятия предметам чувственного мира, ибо для нас это единственный способ познать их и ознакомить с ними других. Таково происхождение метафоры; метафора - это не что иное, как сравнение, в котором разум под влиянием тенденции сближать абстрактное понятие и конкретный предмет сочетает их в одном слове». И действительно, почему человек думает о чувствах как об огне? Свидетельство тому - выражения типа пламень любви, жар сердец, огонь желаний, сгорать от любви, горячая любовь, жгучая ненависть, пламя страсти, тепло дружбы, надежда теплится, испытывать теплые чувства. Этот же образ широко распространен в русской поэзии: Где знойный жар желаний? (И. Анненский); И бессонницы млеющий жар... И очей моих синий пожар (А. Ахматова); О, разум, сколько ты пылал (А. Блок). Почему спина мыслится как защита? (жить за спиной у кого-либо - быть хорошо защищенным, широкая спина - надежная защита, захребетник - человек, который живет за чужой счет, за чьим-то хребтом). Подобные метафоры можно назвать корневыми, т.е. развивающимися в языке в зависимости от некоторого исходного образа, который несет энциклопедическую, культурно-национальную или сугубо личностную информацию.  

     Создавая  свою теорию метафоры, Дж.Лакофф и М.Джонсон отмечали: «Метафора пронизывает нашу повседневную жизнь, и не только язык, но и мысль, и действие. Наша обычная концептуальная система, в терминах которой мы думаем и действуем, является метафорической по своей природе». Согласно их теории, люди ищут метафоры для того, чтобы более точно реализовать в своем сознании «абстрактный» концепт, как уже существующий, так и отсутствующий. Ученые называют метафору фундаментальным чувством, помогающим понимать мир, они говорят о метафоре как о средстве оформления реальности. Метафора - мощное средство познания, когда новый концепт постигается путем сопоставления со старым, уже известным.

     О. М. Фрейденберг писала о появлении  метафоры: «Переносные смыслы! Кто  мог бы додуматься до такого смыслового препятствия, если бы оно не явилось  в человеческом сознании в силу объективных  гносеологических законов». Есть и  другие взгляды на появление метафоры. Так, по М.Мюллеру, метафора появилась  вследствие лексической бедности древнего языка: запас слов был небольшим, и человек вынужден был употреблять  одно и то же слово для обозначения  различных предметов и явлений. По мнению А.Н.Афанасьева и А.А.Потебни, метафора возникла вследствие сближения  между предметами, сходными по производимому  впечатлению. Она создавалась совершенно свободно, черпая из богатого источника, а не по нужде, не ради бедности языка.

     Следовательно, метафора - это такой способ мышления о мире, который использует прежде добытые знания, постигая новые: из некоторого еще не четко «додуманного» понятия формируется новый концепт за счет использования первичного значения слова и многочисленных сопровождающих его ассоциаций. Метафора интересна еще и тем, что, создавая новое знание, она соизмеряет разные сущности, пропуская их через человека, соизмеряя мир с человеческим масштабом знаний и представлений, с системой культурно-национальных ценностей, т.е. человек здесь, как уже отмечалось ранее, мера всех вещей: ручей шепчет, совесть заговорила, надежда проснулась и т.д. Именно метафора делает абстрактное легче воспринимаемым и понимаемым (основной путь метафорического переноса от конкретного к абстрактному, от материального к духовному).

     Итак, метафоре присущи следующие важнейшие  характеристики:

- она есть орудие мышления и познания мира;

- она отражает фундаментальные культурные ценности, ибо основана на культурно-национальном мировидении.

     Разгадать тайны метафоры, как нам кажется, поможет наблюдение за поэтическими, образными метафорами, ибо именно в поэтических текстах наиболее ярко проявляет себя креативная функция  языка. Образная метафора, которую мы называем также поэтической, функционирует  в художественных текстах, где она  реализует свои креативно-образные потенции.

     Например, европейской поэзии свойственны  такие метафоры: май покорил зиму и принес лесам их летнюю одежду; день - сын ночи, и они каждый раз объезжают мир в колеснице; проклятие витает в пространстве, пока не нападет на свою жертву, и т.д.

     Русской поэзии присуща метафора души-птицы: Вот я иду, а где-то ты летишь, уже  не слыша сетований наших, вот  я живу, а где-то ты кричишь и крыльями взволнованными машешь (И. Бродский). Метафора в данных примерах не художественное украшение, а органическое выражение способа мышления и познания. Неслучайно еще Дж. Вико подчеркивал, что метафора, участвуя в языковом мифотворчестве, предстает как узел, связывающий язык с мышлением и культурой.

Метафоры лежат  в основе только что возникших  в языке выражений и поговорок: летучий спотыкач (о походке пьяного), мебель двигать (заниматься любовью), не в этом пень (не в этом дело), не пахни рыбой (замолчи), мир тесен, а прослойка тонка (о неожиданно обнаруженных связях), плюнь мне в ухо (о странной прическе) и т.д. «Подмигивающий» метафорический язык заполонил все социально-языковое пространство, включая художественную литературу.

     Нас интересует метафора не сама по себе, а  ее роль в культуре, точнее, в создании художественного образа (в поэзии и прозе). Рассмотрим ее в этой функции. Со временем метафоры утрачивают эстетическую ценность, теряют свежесть и неожиданность, «стираются» - ножка стола, горлышко бутылки и т.д. Тогда данные метафоры перестают использоваться как средство создания образности, а взамен им возникают новые, яркие, индивидуальные. И этот процесс бесконечен. Использование казалось бы сходных метафор, но в различных текстах, создает тексты разных типов, которые можно классифицировать в зависимости от использования в них метафоры: есть поэтические тексты (но их не так уж много в русской поэзии), где преобладают слова в прямых значениях, на фоне которых выделяются редкие метафоры (например знаменитое «Я помню чудное мгновенье...»); в других текстах, напротив, преобладают метафоры, а на их фоне наблюдаются редкие вкрапления слов в прямых значениях (например, многие стихотворения Б. Пастернака, Б. Гребенщикова и др.). Это два полюса, между которыми располагаются остальные поэтические тексты.

Таким образом, метафора в современности предстает  более сложным и важным явлением, чем это казалось ранее.  
 
 

Символ  как стереотипизированное явление культуры 

     Среди множества потребностей человека есть одна, резко отличающая его от животных, - потребность в символизации. Человек живет не просто в физической среде, он живет в символической вселенной. Мир смыслов, в котором он жил на заре своей истории, задавался ритуалами. Ритуальные действия выступали как символы, знание которых определяло уровень овладения культурой и социальную значимость личности. Следовательно, уже с самого начала их появления и до сих пор символы не существуют сами по себе, а являются продуктом человеческого сознания.

     Связь между людьми заложена в самом  слове «символ». Первоначально этим греческим словом обозначали черепок, служивший знаком дружеских отношений. Расставаясь с гостем, хозяин вручал ему половинку от разломанного черепка, а вторую его часть оставлял у  себя. Через какое бы время этот гость снова ни появился в доме, его узнавали по черепку. «Удостоверение личности» - таков изначальный смысл слова «символ» в античности.

Интерес к символу  велик не только в лингвистике, но и в философии, семиотике, психологии, литературоведении, мифо-поэтике, фольклористике, культурологии и т.д., однако мы абсолютно  солидарны с мыслью А. А. Потебни, который писал, что только с точки  зрения языка можно привести символы  в порядок, согласный с воззрениями  народа, а не с произволом пишущего. Результатом интереса стало несколько  довольно независимых представлений  о символе:

1) символ - понятие, тождественное знаку (в искусственных формализованных языках);

2) универсальная  категория, отражающая специфику  образного освоения жизни искусством (в эстетике и философии искусства);

3) некоторый  культурный объект, значение которого  является конвенциональным (т.е.  закрепленным в словарях) аналогом  значения иного объекта (в культурологии,  социологии и ряде других гуманитарных  наук);

4) символ как  знак, который предполагает использование  своего первичного содержания  в качестве формы для другого  содержания (широкое понимание символа,  существующее во многих гуманитарных науках - философии, лингвистике, семиотике и т.д.).

     В результате совместной междисциплинарной  работы лингвистов, историков, археологов, искусствоведов, музыковедов, психологов, религиоведов, фольклористов и представителей других областей знаний появились многочисленные словари.

     Наш интерес к символу ограничивается рамками культуры, с этой точки  зрения символ может быть отнесен к стереотипизированным явлениям, характерным для любой культуры. Символ, закодированный в контекст разных культур, имеет в них различный смысл. Мы рассматриваем художественный символ в восточнославянских культурах, поэтому нам более импонирует четвертое понимание символа - символ как знак, в котором первичное содержание выступает формой для вторичного.

     Таким образом, для нашего понимания символа  принципиальным является соотнесение  его с содержанием передаваемой им культурной информации. А. Ф.Лосев  писал, что символ заключает в  себе обобщенный принцип дальнейшего  развертывания свернутого в нем  смыслового содержания, т.е. символ может  рассматриваться как специфический  фактор социокультурного кодирования информации и одновременно - как механизм передачи этой информации.

     Термин  «символ» по-разному понимается литературоведами и лингвистами. Ю. С. Степанов, например, утверждает, что символ - понятие не научное, это понятие поэтики; он всякий раз значим лишь в рамках определенной поэтической системы, и в ней он истинен. И действительно, мы знаем много именно таких символов: символ дороги у Н. Гоголя, сада - у А. Чехова, пустыни - у М.Лермонтова, метели - у А. Пушкина и символистов, дыма - у Тютчева, символ крыла и дома у М.Цветаевой. Однако наряду с ними есть языковые символы, которые порождаются в процессе эволюции и функционирования языка. Такие символы имеют мифологическую, а точнее, архетипическую природу. Например, радуга для русских - символ надежды, благополучия, мечты, т.е. она имеет резко позитивное значение; отсюда выражения: радужное настроение, радужные надежды и т.д. Этот символ берет свое начало из библейской легенды: после всемирного потопа Бог в знак договора с людьми, что потопа больше не будет, оставил на земле радугу. Таким образом, метафора здесь, осложняясь культурными коннотациями, превращается в символ. Но чаще несколько метафор, переплетаясь, создают символ.

В «Новейшем  философском словаре» (Под ред. Л. Родионовой. - М., 1999) дано следующее довольно широкое понимание символа: это «понятие, фиксирующее способность материальных вещей и событий, чувственных образов выражать идеальное содержание, отличное от их непосредственного чувственно-телесного бытия».

     Заметим, что роль языкового символа заключена в смене значения языковой сущности на функцию символическую. Символ - это своего рода конгломерат равноценных значений, и этим он отличается от других тропов. Прямое значение в символе равноправно абстрактному: абстрактная идея закодирована в конкретном содержании для того, чтобы выразить абстрактное через конкретное, но и конкретное кодируется абстрактным, чтобы показать его идеальный, отвлеченный смысл. Таким образом, значение и абстрактного и конкретного обогащается: солнце есть символ золота, но и золото есть символ солнца. Но в своем единстве они дают новую амальгамированную сущность.

     Слово-символ - это своего рода «банк данных», который можно представить себе в виде спирали, т.е. кругов, как бы упрятанных друг в друга и переходящих один в другой. Это семантическая спираль символа, которая включает в себя широкий спектр значений, начиная от имплицитных, т.е. никак не выраженных в слове, но являющихся неотъемлемой его частью, и кончая шкалой семантических субститутов, т.е. запрограммированной заменой одного значения другим. Например, белорусы говорят: «Што красна, то добра, што солодка, то смачна», т.е. здесь символическое значение сладкого - хорошее, вкусное, любовь, счастье. Путь сближается со смертью, символы злости - змея, оса, крапива, они жгут; огонь - символ гнева, злости у славян. Солнце - символ красоты, любви, веселья.

     Можно выделить целый ряд признаков  символа: образность (иконичность), мотивированность, комплексность содержания, многозначность, расплывчатость границ значений в символе, архетипичность символа, его универсальность в отдельно взятой культуре, пересечение символов в разных культурах, национально-культурная специфичность целого ряда символов, встроенность символа в миф и архетип.

     Важнейшее свойство символа - его образность, поэтому многие ученые подходят к понятию символа через образ. Во многих дефинициях присутствует пучок концептов «образ – символ - знак». Символ и знак, являясь важнейшими словами семиотического лексикона, действительно имеют много общего: оба построены по трехкомпонентной модели (означаемое - означающее и семиотическая связка), конвенциональны и т.д. Но смысл знака, в отличие от символа, должен быть не только конвенционален, но и конкретен, например, знаки дорожного движения в силу своей конкретности помогают избежать аварий. По словам Н.Д.Арутюновой, знаки конвенционализируются, а символы канонизируются: крест становится символом веры христианской, символом страдания, символом объединения пространства и т.д. Символ в отличие от знака не подразумевает прямого указания на денотат. «Знаками регулируют движение по земным, водным и воздушным путям, символы ведут по дорогам жизни».

     Если  сущность знака - чистое указание, то сущность символа - больше, чем указание: он объединяет разные планы реальности в единое целое в процессе семантической деятельности в той или иной культуре. Примером могут служить фразеологизмы, отдельные компоненты которых становятся символами. Так, нос - символ уязвимого места в человеке, отсюда ФЕ утереть нос, водить за нос, прищемить нос, хоть кровь из носу.

     Думается, что знак становится символом тогда, когда его употребление предполагает реакцию не на сам символизируемый  объект, а на целый спектр вторичных  конвенциональных значений. Знаки требуют понимания, а символы - интерпретации. Таким образом, символ имеет знаковую природу и ему присущи все свойства знака, кроме которых есть еще и специфические.

Символ - концепт, родственный образу, поэтому часто говорят о символических образах. Символу сопутствуют высокие смыслы, в то время как образ может ассоциироваться с объектом любого уровня. Если переход от образа к метафоре вызван семантическими и художественными нуждами, то переход к символу (и от образа, и от знака) определяется факторами экстралингвистического характера.

     Еще одно важное свойство символа - его мотивированность, которая устанавливается между конкретным и абстрактным элементами символического содержания. Именно мотивированностью отличается символ от знака, в котором связь между означаемым и означающим произвольна и конвенциональна. Мотивированность символа объясняется аналогией, которая составляет основу такой семантической транспозиции (переноса), как метафора, метонимия и синекдоха.

     Целый ряд символов являются национально-специфичными. Так, китайцы вписывают в изображение  луны жабу и зайца (символы бессмертия), а в солнце - ворона (символ сыновней почтительности). В славянской культуре эти символы имеют иное значение: заяц - символ трусости, ворон - вещая птица, которая, подлетая к жилью, приносит несчастья.

     Итак, символ - это вещь, награжденная смыслом. Так, хлеб вещен и зрим, он имеет форму, цвет, вес, вкус и т.д. Но когда мы произносим Хлеб наш насущный даждь нам днесь или читаем слова Христа Я семь хлеб жизни... (Иоанн, 6:35), хлеб становится символом жизни, точнее, пищи, необходимой для духовной жизни. По Ю. М.Лотману, символы образуют ядро культуры. Они, как правило, приходят из глубины веков, но есть и такие, которые возникли сравнительно недавно: голубь - символ мира, пожатие цветных рук - символ дружбы между народами.

     Что является причиной появления символов в культуре? А. А. Потебня считает, что это потребность восстанавливать  забываемое собственное значение слов: калина стала символом девицы потому же, почему девица названа красною, по единству основного представления огня - света в словах: девица, красный, калина. А. А. Потебня считает, что есть три типа отношений между исходным словом и символом: сравнение, противоположение и причинное отношение, или отношение каузальности (причинности).

Символ не имеет  адресата: он обращен ко всем носителям  языка. Он выполняет функцию сохранения в свернутом виде целых текстов. Например, гнездо - символ семейства, дома.

     Довольно  часто символами могут стать  цветообозначения. Как говорил Л. Витгенштейн: «Цвет побуждает нас  философствовать». Во все времена  ученые бились над разгадкой проблемы цвета. Последние исследования в  этой области показывают, что за цвет отвечает у человека 10 пигментных генов, составляющих определенный набор - у каждого свой, поэтому два человека могут смотреть на один и тот же предмет, но воспринимать его цвет по-разному. А наблюдения над людьми со стойкими поражениями головного мозга обнаружили, что понятия о цветах, слова, выражающие эти понятия, и связь между понятиями и словами зависят от разных его систем (головного мозга). Это и объясняет, почему существуют различия в реакциях на цвет в разных культурах (например, «зеленое» в США - безопасность, а во Франции - преступление; белый цвет у китайцев - символ траура, печали, а у европейцев эти функции выполняет черный цвет). Следовательно, цветовой язык человека ментален по своей природе. За цветом люди видят смыслы.

Известны и  народно-поэтические символы: осень - это старость, цветущая калина - девушка, тучи - несчастья, ветры - враги, соловей - влюбленный, орел степной - казак лихой, дожди - слезы, весна - начало любви.

     Выявить состав слов-символов в поэзии XX в., составить словарь таких поэтических  символов, в котором можно было бы найти сведения не только о содержании конкретного символа, но и о его  употреблении и происхождении, - задача филологической науки на ближайшее время. Только человек, овладевший культурными ценностями нации, хорошо знающий поэзию своего народа, вознаграждается способностью пользоваться поэтическими символами и образами.  

     Заключение 

     Метафоры  и символы – яркие представления  культуры, которые могут многое сказать  о ее носителях, истории, их менталитете  и образе жизни. Любой тип осмысленной  речи, будь то обыденный язык, мифологическое откровение или научный дискурс, основываются на употреблении метафор и символов. Они помогают раскрыть сущность языка и культуры, почувствовать ее идентичность. 
 
 
 
 
 
 

     Список  использованной литературы: 

1. Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. - М., 1990.
2. Баранов А. Н., Караулов Ю. Н. Русская политическая метафора (материалы к словарю). - М., 1991.
3. Лосев А. Ф. Символ // Философская энциклопедия. - М., 1970.
4. Маслова В.А. Лингвокультурология. – М., 2001.
5. Потебня А.А. Символ и миф в народной культуре. - М., 2000.