Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Контрольная работа по "Праву". 23

Федеральное государственное образовательное бюджетное учреждение

высшего профессионального образования

«Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»

(Финуниверситет)

Тульский филиал Финунирерситета

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

По дисциплине «Право»

Вариант 16

Выполнил: студент 2 курса

факультета ФК

направления БЭ

дневной группы

Рубцова Л.А.

№л.д. 11флд12592

Проверил: Назырова Е.А.

Тула, 2012г.

Содержание

Практическая задача……………………………………………………3стр

Тестовое задание………………………………………………………..15стр

Список литературы………………………………………………………19стр

Практическая задача

Кузина О.Л. заключила с коммерческим банком «Траст-групп» договор банковского счета сроком на 24 месяца. Спустя 25 месяцев Кузина О.Л. обратилась в банк с требованием возвратить сумму вклада и выплатить причитающиеся ей проценты. Банк возвратил сумму вклада, но выплатить проценты отказался. Кузина О.Л. считает такие действия банка неправомерными. Ей необходимо ознакомиться с особенностями деятельности банков на территории Российской Федерации.

Используя функцию «Поиск по реквизитам» справочно-правовой системы «Гарант» (можете использовать в этих целях другие аналогичные справочно-правовые системы), найдите Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» № 395-1 от 2 декабря 1990 г. Распечатайте закон. Подготовьте обоснование юридической позиции банка «Траст-групп» при подаче Кузиной О.Л. судебного иска в защиту своих требований.

Ответ:

Для поиска воспользуемся справочно-правовой системой «Гарант».

В соответствии со ст.845 ГК РФ договор банковского счета – соглашение, по которому банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

В соответствии с п. 1 ст. 846 ГК РФ при заключении договора банковского счета клиенту открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами.

Как и договор банковского вклада, договор носит банковского счета носит возмездный характер. У гражданина-клиента есть обязанность оплаты услуг по обслуживанию счета, а у банка начисления процентов на остаток денежных средств на счете, если иное не предусмотрено сторонами (ст.851 ГК РФ).

Таким образом, из условия задачи в явном виде не ясно, предусмотрено ли начисление процентов на остаток средств на счете. Если оно предусмотрено, то одна из основных обязанностей банка по договору банковского вклада состоит в начислении процентов на сумму вклада и в их выплате вкладчику.

В соответствии с п. 1 ст. 838 ГК банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяемом договором банковского вклада. При отсутствии в договоре условия о размере выплачиваемых процентов банк обязан выплачивать проценты в размере, определяемом в соответствии с п. 1 ст. 809 ГК (т.е. по ставке рефинансирования, существующей на день уплаты суммы вклада или ее части).

Как правильно отмечается в юридической литературе, условие о размере процентов (и добавим к этому - о порядке их выплаты) является существенным условием договора банковского вклада, несмотря на приведенную норму, позволяющую "компенсировать" условие о размере процентов по вкладу на случай отсутствия такового в тексте договора. Так, Л.А. Новоселова пишет: "Условие о процентных ставках по депозитам (вкладам) относится к существенным условиям договора, но отсутствие его в конкретном договоре не приводит к недействительности договора и не является основанием для признания договора незаключенным, поскольку существует "восполнительная" норма: п. 1 ст. 838 ГК РФ..."¹.

В определенных случаях банку предоставлено право в ходе исполнения договора банковского вклада изменять размер процентов, предусмотренных договором банковского вклада. Причем названное правомочие банка поставлено в зависимость от вида вклада и от того, кто является вкладчиком: гражданин или юридическое лицо. Согласно п. 2 ст. 838 ГК по договору банковского вклада, заключенному на условиях выдачи вклада по первому требованию вкладчика (вклад до востребования), банк вправе изменять размер процентов, если иное не предусмотрено договором. Но в случае уменьшения банком размера процентов по вкладам до востребования новый размер процентов применяется в отношении вкладов, внесенных до сообщения вкладчикам об уменьшении процентов, по истечении месяца с момента соответствующего сообщения (договором может быть предусмотрено иное).

Иначе решается вопрос о правомочии банка на одностороннее изменение размера процентов, когда речь идет о договоре банковского вклада на условиях выдачи (возврата) вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад) или на иных условиях возврата (условный вклад). В этих случаях определенный договором, вкладчиком по которому является гражданин, размер процентов не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом, а когда в роли вкладчика по такому договору выступает юридическое лицо, размер процентов не может быть односторонне изменен банком, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 3 ст. 838 ГК).

В первом же комментарии к части второй ГК, подготовленном разработчиками соответствующего законопроекта, который был издан в 1996 г. непосредственно после введения в действие части второй ГК, содержащей нормы о договоре банковского вклада, Е.А. Суханов, объясняя законоположения о правомочии банка на одностороннее изменение размера процентов по вкладам, написал: "Уменьшение банком согласованного размера процентов допускается только по вкладам до востребования и только в том случае, если запрет таких действий не установлен договором. Но и в этом случае новый размер процентов по общему правилу может применяться к вкладам лишь по истечении месяца со дня извещения об этом вкладчиков. Уменьшение размера процентов по срочному или условному вкладу вообще недопустимо, если только иное прямо не предусмотрено специальным законом (для юридических лиц эта возможность может быть предусмотрена и договором).

К сожалению, реальная банковская практика не восприняла новые законоположения ст. 838 ГК, ограничивающие правомочие банков на одностороннее изменение процентных ставок по банковским вкладам. И после введения в действие части второй ГК (1 марта 1996 г.) банки, заключая договоры банковского вклада с гражданами, оговаривали свое право на изменение (в том числе путем уменьшения) размера процентов, выплачиваемых на вклады, продолжая таким образом прежнюю практику, сложившуюся до 1 марта 1996 г.

Статья 29 Закона "О банках и банковской деятельности" по сути повторяет эту норму гражданского права, говоря о том, что кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам), комиссионное вознаграждение и сроки действия этих договоров с клиентами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом. Эта норма охватывает все сделки кредитных организаций и не конкретизирует ни отдельные виды сделок, ни группы клиентов. В статье 838 ГК речь идет не о любых сделках, а о специальных правилах для срочных и условных вкладов частных лиц. Для этого конкретного случая Гражданский кодекс делает четкое изъятие: определенный договором банковского вклада размер процентов на срочный или условный вклад физического лица не может быть односторонне уменьшен банком, если это не предусмотрено специальным федеральным законом.

Несмотря на всю очевидность незаконных действий банков по одностороннему уменьшению размера процентов по срочным и условным вкладам граждан и лицемерности ссылок в обоснование таких действий на ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности, эта практика банков продолжалась вплоть до февраля 1999 г., когда Конституционным Судом Российской Федерации было рассмотрено дело о проверке конституционности положения ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности по обращению ряда граждан - вкладчиков банков, допускавших уменьшение в одностороннем порядке размера процентов по срочным и условным вкладам граждан (Сбербанк).

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 февраля 1999 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года "О банках и банковской деятельности" в связи с жалобами граждан О.Ю. Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П. Лазаренко" констатируется, что в делах заявителей, рассмотренных судами общей юрисдикции, было применено лишь то положение ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности, согласно которому допускается снижение банками в одностороннем порядке процентных ставок по вкладам граждан в случаях, когда такая возможность предусмотрена самим договором срочного вклада, без каких-либо обусловливающих ее и установленных федеральным законом оснований. Именно это положение и явилось предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ, который пришел к следующим выводам.

Таким образом, ГК, в отличие от ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности, не допускает включения в договор срочного банковского вклада с гражданином условия о возможности одностороннего изменения банком процентных ставок в случаях, когда это предусмотрено только договором. Между тем на практике при наличии указанной коллизии норм продолжалось применение оспариваемого положения ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности, которое толковалось банками как не требующее дополнительной законодательной конкретизации, предусмотренной ст. ст. 310 и 838 ГК; соответственно, банки снижали в одностороннем порядке процентные ставки по срочным вкладам граждан, что продолжительное время не отвергалось и судами. С принятием в январе 1998 г. Верховным Судом РФ решения по конкретному гражданскому делу, в котором было указано, что в такого рода спорах подлежат применению нормы ГК, судебная практика стала меняться, однако оспариваемое положение ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности не было исключено из системы действующих правовых норм.

Осуществляя правовое регулирование отношений между банками и гражданами-вкладчиками, законодатель должен следовать ст. 2 и ст. 18 Конституции РФ, в соответствии с которыми признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. При этом, исходя из конституционной свободы договора, законодатель не вправе ограничиваться формальным признанием юридического равенства сторон и должен предоставлять определенные преимущества экономически слабой и зависимой стороне, с тем чтобы не допустить недобросовестную конкуренцию в сфере банковской деятельности и реально гарантировать в соответствии со ст. 19 и ст. 34 Конституции РФ соблюдение принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Используя договор срочного банковского вклада, гражданин осуществляет именно такую экономическую деятельность.

Отсутствие в законе норм, вводящих обоснованные ограничения для экономически сильной стороны в договоре срочного банковского вклада, приводит к чрезмерному ограничению (умалению) конституционной свободы договора и, следовательно, свободы не запрещенной законом экономической деятельности для граждан, заключающих такой договор. При этом положение ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности, поскольку оно позволяет банку на основании договора снижать процентную ставку в одностороннем порядке, вводит ограничение указанных конституционных прав и свобод граждан без определения в федеральном законе оснований, обусловливающих такую возможность. Тем самым нарушаются предписания ст. ст. 34, 35 и 55 (ч. 3) Конституции РФ, создается неравенство, недопустимое с точки зрения требования справедливости, закрепленного в преамбуле Основного закона.

В соответствии со ст. 55 (ч. 3) Конституции РФ именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений конституционной свободы договора соразмерно указанным в этой конституционной норме целям. Поэтому только федеральным законом, а не договором должно определяться, возможно ли (а если возможно, то в каких случаях) снижение банками в одностороннем порядке процентных ставок, с тем чтобы исключалось произвольное ухудшение условий договора для гражданина-вкладчика в отсутствие каких-либо объективных предпосылок.

Таким образом, без дополнительного правового регулирования, конкретизирующего основания и пределы необходимых ограничений, по существу отсылочное положение ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности применяться не может. Иное его истолкование правоприменителем, допускающее право банка на включение в договоры с гражданами-вкладчиками условия о возможности одностороннего снижения процентной ставки по срочному вкладу в отсутствие соответствующего федерального закона, не согласуется с Конституцией РФ.

Такое не соответствующее Конституции РФ понимание оспариваемой нормы фактически приводит к отказу в судебной защите (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ) и к нарушению принципа равенства перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ), поскольку само содержание этой нормы не обязывает суды устанавливать наличие или отсутствие объективных предпосылок для одностороннего снижения банком процентной ставки по вкладам граждан, позволяет им ограничиваться формальным подтверждением условий договора и, следовательно, не гарантирует должную защиту прав граждан в судах.

Исходя из изложенного Конституционный Суд РФ признал не соответствующим Конституции РФ, ее ст. 34 и ст. 55 (ч. ч. 2 и 3), положение ч. 2 ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности об изменении процентной ставки по срочным вкладам граждан как позволяющее банку произвольно снижать ее исключительно на основании договора, без определения в федеральном законе оснований, обусловливающих такую возможность.

В отсутствие закрепленных в федеральном законе оснований для снижения процентных ставок по срочным вкладам граждан банк не вправе предусматривать в заключаемых с гражданами договорах условие, позволяющее ему снижать в одностороннем порядке процентные ставки по этим вкладам.

Надо сказать, что реальная банковская практика исходила из того, что период, за который начисляются проценты на вклад, включает в себя и день, предшествующий выдаче (возврату) суммы вклада либо ее списанию с депозитного счета вкладчика. Такая практика банков основывалась на указании Банка России, содержавшемся в Положении от 26 июня 1998 г. N 39-П "О порядке начисления процентов по операциям, связанным с привлечением и размещением денежных средств банками, и отражения указанных операций по счетам бухгалтерского учета" (с изменениями от 24 декабря 1998 г.)². Согласно п. п. 3.5, 4.1 названного Положения проценты по привлеченным денежным средствам (во вклады, депозиты, на другие банковские счета) начисляются банком в порядке и в размере, предусмотренных соответствующим договором, а если они договором не определены, то проценты на привлеченные и размещенные денежные средства начисляются банком на остаток задолженности по основному долгу, учитываемой на соответствующем лицевом счете, на начало операционного дня.

В конце концов существовавшая неопределенность в отношениях по договору банковского вклада в части исчисления процентного периода была устранена путем уточнения редакции нормы, содержавшейся в п. 1 ст. 839 ГК. Действующая ныне норма имеет следующую редакцию: "Проценты на сумму банковского вклада начисляются со дня, следующего за днем ее поступления в банк, до дня, предшествующего ее возврату вкладчику либо ее списанию со счета вкладчика по иным основаниям"³, и, как представляется, не должна более вызывать проблем ни в теории, ни в судебно-арбитражной практике.

Правила, регулирующие порядок выплаты процентов по банковским вкладам, содержатся в п. 2 ст. 839 ГК, согласно которому, если иное не предусмотрено договором банковского вклада, проценты на сумму вклада выплачиваются вкладчику по его требованию по истечении каждого квартала отдельно от суммы вклада, а не востребованные в этот срок проценты увеличивают сумму вклада, на которую начисляются проценты. При возврате вклада вкладчику выплачиваются все начисленные к этому моменту проценты.

Ежеквартальное (если иной порядок выплаты процентов не предусмотрен договором банковского вклада) увеличение суммы вклада, а следовательно, и объема обязательства банка перед вкладчиком, за счет начисленных, но не выплаченных процентов является характерной особенностью договора банковского вклада, отличающей его от иных договорных обязательств, в том числе и от договора займа.

Применение указанного порядка начисления и выплаты процентов, при котором производится капитализация процентов, оказывается невозможным лишь в случае оформления договора банковского вклада выдачей сберегательного (депозитного) сертификата, который, будучи ценной бумагой, удостоверяет права вкладчика (держателя сертификата) на получение по истечении установленного срока той суммы вклада и процентов, которые указаны в сертификате и остаются неизменными до его предъявления к оплате.

Как отмечалось ранее, уменьшение размера процентов, подлежащих выплате по срочным вкладам гражданам (юридическим лицам - вкладчикам, если иное не предусмотрено договором), не может быть произведено банком в одностороннем порядке, но может быть последствием действий вкладчика, связанных с досрочным требованием о выдаче (возврате) вклада, поскольку в этом случае проценты по вкладу подлежат выплате в размере процентов, выплачиваемых банком по вкладам до востребования (п. 3 ст. 837 ГК).

Аналогичная ситуация может иметь место и при досрочном предъявлении к оплате сберегательного (депозитного) сертификата. В этом случае банком выплачиваются сумма вклада и проценты, выплачиваемые по вкладам до востребования, если условиями сертификата не установлен иной размер процентов (п. 3 ст. 844 ГК).

Наконец, уменьшение размера процентов по срочным и условным вкладам может явиться следствием бездействия вкладчика. Имеется в виду случай, когда по истечении срока, на который вносился вклад, или наступлении иных условий возврата вклада, предусмотренных договором банковского вклада, вкладчик не требует возврата суммы вклада, и тогда договор считается продленным на условиях вклада до востребования (если иное не будет предусмотрено договором) в силу правила, содержащегося в п. 4 ст. 837 ГК.

Правда, конституционность указанной нормы неоднократно ставилась под сомнение в различных обращениях граждан-вкладчиков в Конституционный Суд РФ. Однако Конституционный Суд, неизменно отказывая в принятии и рассмотрении соответствующих жалоб граждан, высказывал свое мнение о соответствии п. 4 ст. 837 ГК Конституции РФ⁴. Позиция Конституционного Суда следующая.

Договор срочного банковского вклада заключается на условиях возврата банком вклада по истечении определенного договором срока с выплатой вкладчику процентов на сумму вклада в размере, установленном договором (ст. 834, ст. ст. 837 - 839 ГК). Соблюдение и гарантированность банком указанных условий договора свидетельствуют о надлежащем исполнении им своего обязательства, что ведет к его прекращению (ст. 408 ГК).

Правило о продлении договора банковского вклада в тех случаях, когда вкладчик не требует возврата суммы вклада по истечении срока договора, и об определении величины процентов, которые должны начисляться на сумму вклада при таком продлении (в размере, не меньшем, чем проценты по вкладу до востребования), в целях защиты интересов вкладчика как экономически более слабой стороны соответствующих правоотношений предусмотрено законодателем в п. 4 ст. 837 ГК. Это не исключает права сторон договора срочного банковского вклада предусмотреть в нем условие о начислении процентов на сумму вклада в случае продления договора по окончании срока его действия в том же размере, как и ранее, или же больше прежнего.

Окончание срока действия договора и невостребование вкладчиком причитающихся ему сумм являются теми предусмотренными законом основаниями, при наличии которых банком в одностороннем порядке может быть изменен (уменьшен) размер процентов, выплачиваемых вкладчику на сумму вклада при пролонгации договора на новый срок. Возможное уменьшение процентов, выплачиваемых банком на сумму вклада в указанных случаях (при том, что это может быть обусловлено, помимо прочего, существенным изменением обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора (ст. 451 ГК)), должно побуждать вкладчиков к активному осуществлению экономической деятельности в рамках конституционной свободы договора, к поиску более выгодных контрагентов и предлагаемых условий договоров. Вкладчик, подписывая с банком договор срочного банковского вклада на условиях, предусмотренных п. 4 ст. 837 ГК, тем самым соглашается с правом банка на последующее изменение процентных ставок по указанному виду вклада по окончании срока договора и его пролонгации.

Тестовое задание

Судебный прецедент является источником права:

а) в англо-саксонской системе права;

б) в романо-германской системе права;

в) в европейской системе права;

г) в российской системе права.

В странах англо-саксонской правовой семьи прецедент является основой правовой системы, в некоторых других странах (например, Франции) прецеденты используются для восполнения пробелов в законодательстве.

В России прецедент официально не является источником права, хотя на практике решения вышестоящих судов часто принимаются во внимание при разрешении споров. Роль прецедента в некотором смысле выполняют постановления Пленумов Верховного и Высшего Арбитражного судов по отдельным вопросам правоприменения. Руководящая роль толкования правовых норм в данных постановлениях, а также Обзоров судебной практики, утверждённой Президиумом Верховного Суда РФ или распространённой письмами Высшего Арбитражного Суда РФ закреплена статьями 126 и 127 Конституции РФ. Кроме того, судебный прецедент предыдущих решений прямо закреплён в конституционном судопроизводстве Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде РФ» (ст.43 ч.3, ст.47.1. и ст.75 п.9) и и законами об уставных (конституционных) судах субъектов РФ. Необходимо отметить, что в силу ст.15 ч.4 Конституции РФ, законов о ратификации положений и протоколов Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, суды Российской Федерации обязаны руководствоваться толкованиями Конвенции изложенными в решениях (постановлениях) Европейского Суда по правам человека при вынесении собственных решений, что придаёт им характер судебного прецедента.

Однако, в последнее время в российской правовой науке ведутся бурные дискуссии на предмет того, что право судебного прецедента могло бы стать самостоятельным источником права в России. Необходимость судебного прецедента мотивируется обязанностью высших судебных органов в части обеспечения единства судебной практики (ч.3 ст.377 и ст. 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), или, иначе единообразия в толковании и применении судами норм права (п.1) ст. 304 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации). Единство (единообразие) же по мнению апологетов судебного прецедента в России есть средство обеспечения равенства всех перед законом и судом (ч.1 ст.19 Конституции Российской Федерации).

Список литературы:

Вестник Банка России. 1998. N 53 - 54; 1999. N 7.
Новоселова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. 2-е изд., испр. и доп. М., 2003. С. 149.
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2003 г. N 357-О; от 18 ноября 2004 г. N 371-О // Справочная база "КонсультантПлюс"
Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2003 г. N 357-О; от 18 ноября 2004 г. N 371-О // Справочная база "КонсультантПлюс"
Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» № 395-1 от 2 декабря 1990 г.
Федеральный закон от 21 марта 2005 г. N 22-ФЗ "О внесении изменения в статью 839 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 2005. N 13. Ст. 1080.

¹ Новоселова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. 2-е изд., испр. и доп. М., 2003. С. 149.

² Вестник Банка России. 1998. N 53 - 54; 1999. N 7.

³ См.: Федеральный закон от 21 марта 2005 г. N 22-ФЗ "О внесении изменения в статью 839 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 2005. N 13. Ст. 1080.

⁴ См., например, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2003 г. N 357-О; от 18 ноября 2004 г. N 371-О // Справочная база "КонсультантПлюс"