Алексей Николаевич Леонтьев: жизнь, деятельность,

РОССИЙСКИЙ НОВЫЙ  УНИВЕРСИТЕТ

Факультет психологии и педагогики

КУРСОВАЯ  РАБОТА

на  тему:

«Алексей Николаевич Леонтьев: жизнь, деятельность,

научное наследие»

Москва  – 2012         

  Оглавление

Введение_____________________________________________________3    

 I. Жизнь и деятельность А.Н.Леонтьева  __________________________4

II. Основные положения учения А.Н.Леонтьева____________________12

Заключение___________________________________________________21

Список  литературы____________________________________________22

Введение

Алексей Николаевич Леонтьев (1903—1979), один из основателей  и лидер отечественной психологической  науки в самые трудные для  науки времена, отнюдь не входит в  число «забытых» авторов: несмотря на неоднозначное отношение к  его теоретическому наследию, что  во многом связано с принятием  им марксизма в качестве методологического  основания психологической науки, его имя и идеи живут и активно  работают не только в трудах его прямых учеников и учеников его учеников, но и во всем научном сообществе. Более того, он — один из немногих создателей научных школ, ученики которых не ограничились перепевами и конкретизацией идей учителя, но в очень многих отношениях продвинулись далеко вперед, на новые теоретические рубежи.

Вместе  с тем публикация и анализ его  научного наследия далеки от завершения. Огромный архив А.Н. Леонтьева, хранящийся в его семье, до сих пор разобран лишь частично. После смерти Алексея  Николаевича было опубликовано и  продолжает публиковаться множество  его неопубликованных рукописей  и стенограмм; только книг, полностью  или частично основанных на архивных материалах, насчитывается уже четыре, что сопоставимо с числом его (разных) прижизненных книг! Работа же с другими биографическими источниками, проливающими свет на перипетии его  жизненного пути, занимает еще больше времени и намного кропотливее, чем работа с рукописями.

В данной работе изучим биографию А.Н. Леонтьева, его жизнь и деятельность, а  также рассмотрим и проанализируем его учения и то научное наследие, которое оставил он в психологической  науке.

I. Жизнь и деятельность А.Н. Леонтьева

Алексей Николаевич Леонтьев родился  в Москве 5 февраля 1903 г. в семье  служащего, умер 21 января 1979 г.

Научная биография Алексея Николаевича  начинается еще в студенческие годы. В 1924 г. он закончил факультет общественных наук Московского университета, который  был преобразован из историко-филологического. Своим обращением к психологии он был обязан Г. И. Челпанову, читавшему на отделении философии, где учился Алексей Николаевич, общий курс психологии. Г. И. Челпанов руководил в те годы Институтом психологии при МГУ, где его студенты вели исследовательскую работу и принимали участие в научных обсуждениях. Алексеем Николаевичем были написаны первые научные работы - реферат "Учение Джемса об идеомоторных актах" и работа о Спенсере. По окончании университета Алексей Николаевич стал аспирантом Института психологии. Здесь в 1924 г. и происходит встреча А. Н. Леонтьева с Л. С. Выготским и А. Р. Лурией.

Обстоятельства, в которых она  произошла, имели характер драматический. Как известно на I Всероссийском  психоневрологическом съезде (1922) впервые  К. Н. Корнилов открыто выступил против Г. И. Челпанова, сформулировав точку  зрения марксистской психологии, как  он ее себе тогда представлял. Выдвигая свои реактологические позиции, он видел  в них путь к построению марксистской психологии. Борьба нового со старым, продолжалась в разных формах до конца 1923 г., когда  после II съезда психоневрологов Институт психологии был реорганизован, Г. И. Челпанова и его сторонников  сместили, и директором стал К. Н. Корнилов. Институт пополнился совсем новыми людьми, среди них была и значительная группа молодежи, пришедшая прямо  с университетской скамьи. Начались настойчивые поиски новых путей  в психологии, новых гипотез и  методов.

В скором времени в Институте  появился молодой человек, приглашенный K. Н. Корниловым по инициативе А. Р. Лурии из Гомеля - Лев Семенович Выготский. Он, Алексей Николаевич и Александр Романович Лурия быстро нашли общий язык, и вскоре началась совместная их работа, оборвавшаяся лишь из-за смерти Л. С. Выготского. Путь А. Н. Леонтьева не был столь стремительным, как взлет Л. С. Выготского, но все же достаточно впечатляющим. Его первая статья, написанная совместно с А. Р. Лурией и отражающая в основном его взгляды, позже развитые в монографии "Природа человеческого конфликта", стала классической: именно здесь впервые появилась известная методика "сопряженных моторных реакций", и именно здесь возникла идея овладения аффектом через речевой выход. А следующее, самостоятельное исследование Алексея Николаевича "Опыт структурного анализа цепных ассоциативных рядов", напечатанное в "Русско-немецком медицинском журнале", представляет собой принципиальный шаг вперед: его основная идея заключается в том, что ассоциативные реакции определяются некоторой смысловой целостностью, лежащей "за" ассоциативным рядом, и не представляют собой простой - как мы бы сейчас сказали - "марковской цепи". Это самый первый подход к будущей идее личностного смысла и в то же время - принципиально новая концепция вербальных ассоциаций. Но статья прошла незамеченной, и в более поздних работах, посвященных ассоциациям, не учитывается и не цитируется, настолько она опередила свое время.

Во второй половине 1925 г. рождается "культурно-историческая школа" . До 1927 г. разработка ее концепции шла в известном смысле на реактологическом "языке": знаменитая формула Л. С. Выготского S-X-R, где Х - средство, S - цель деятельности (стимул), R - результат деятельности; здесь, правда, налицо только внешняя преемственность с классической формулой S - R. Расцвет "инструментальной психологии" приходится на 1927- 1929 гг., впрочем, уже к концу 1928 г. происходит созревание в рамках "инструментальной" концепции принципиально новой и весьма перспективной проблематики. Встреча с Выготским означала для Алексея Николаевича прежде всего определение собственного пути, - до этого внутренней перспективы развития у него не было. И Леонтьев приступил к реализации этой программы. Но ее было невозможно реализовать в Институте психологии, занятом совсем иными вопросами, - этот институт, начиная с К. Н. Корнилова, так и остался чужд идеям Л. С. Выготского. Поэтому А. Н. Леонтьев вместе с А. Р. Лурией постепенно перешел в Академию коммунистического воспитания, работая также во ВГИКе и в ГИТИСе, в Институте дефектологии, в клинике Г. И. Россолимо и в других местах.

В 1930 г. обстоятельства сложились так, что Алексей Николаевич был вынужден уйти как из АКВ, так и из ВГИКа. Примерно в то же время Наркомздрав Украины решил организовать в Украинском психоневрологическом институте, а позже, в 1932 г., во Всеукраинской психоневрологической академии (она помещалась в Харькове, который был тогда столицей республики) сектор психологии. Пост заведующего сектором был предложен А. Р. Лурии, пост заведующего отделом детской и генетической психологии  -  А. Н. Леонтьеву. Но А. Р. Лурия вскоре вернулся в Москву, и практически всю работу вел Алексей Николаевич. В Харькове основную группу составили А. Н. Леонтьев, А. В. Запорожец, Л. И. Божович и харьковский психолог П. Я. Гальперин. Вскоре на базе кафедры психологии Харьковского педагогического института, возглавлявшейся Алексеем Николаевичем, а также НИИ педагогики, возникла аспирантура. Так родилась харьковская группа психологов, вошедшая в историю советской и мировой психологии. Это произошло в 1931-1932 гг. С самого начала харьковчане сосредоточились на несколько иных проблемах, чем те, которые интересовали Л. С. Выготского в начале 30-х годов. Для них центральной стала проблема "практическая деятельность и сознание". Харьковская группа и стремилась уточнить "действительные связи с миром", понять общение через деятельность. А. Н. Леонтьев, бесспорно, был лидером харьковской группы. Именно ему принадлежит заслуга четкого теоретического осмысления научной концепции харьковчан, ему принадлежит идея психологического действия и психологической операции как единиц деятельности.

Параллельно А. Н. Леонтьев начинает работу по проблеме, которая впоследствии получила название «развитие психики», а именно: исследование экстраполяционных рефлексов у животных. В 1936 г. Алексей Николаевич перестает работать в ВИЭМ'е и осенью того же года возвращается в Институт психологии, где работает до самого перехода на Отделение психологии МГУ. В институте он занимается проблемой фоточувствительности кожи. Параллельно А. Н. Леонтьев преподает во ВГИКе и ГИТИСе. Он сотрудничает с С. М. Эйзенштейном и ведет, в частности, экспериментальное изучение восприятия кинофильмов. В последние предвоенные годы он также был заведующим кафедрой психологии в Ленинградском государственном педагогическом институте им. Н. К. Крупской.

А. Н. Леонтьев разработал следующие  проблемы во второй половине 30-х гг. Их три:

а) филогенетическое развитие психики, и, в частности, генезис чувствительности; б) «функциональное развитие» психики, т. е. проблема формирования и функционирования деятельности; в) проблема сознания. 
Разработка многих вопросов этих проблем была суммирована в докторской диссертации А. Н. Леонтьева «Развитие психики», защищенной в ЛГПИ им. А. И. Герцена в 1940 г. В диссертацию вошла лишь небольшая доля всего труда. Но полностью этот труд Леонтьева не сохранился. Он содержал в себе много разделов, посвященных в частности памяти, восприятию, эмоциям, воле и произвольности. Там же есть часть под названием «деятельность—действие—операция», где дается вся основная концептуальная система деятельностной психологической теории. Деятельность неотделима от предмета своей потребности, и для овладения этим предметом необходимо ориентироваться на такие его свойства, которые сами по себе витально безразличны, но тесно связаны с другими жизненно значимыми свойствами объектов, т. е. «сигнализируют» о наличии или отсутствии последних. Таким образом, благодаря тому, что деятельность животного приобретает предметный характер, в зачаточном виде возникает специфическая для психики форма отражения — отражение предмета, обладающего, с одной стороны, свойствами, жизненно значимыми, а с другой стороны, свойствами, о них сигнализирующими. Чувствительность (способность к ощущению) А. Н. Леонтьев определяет соответственно как раздражимость по отношению к такого рода воздействиям, которые соотносятся организмом с другими воздействиями, т. е. которые ориентируют живое существо в предметном содержании его деятельности, выполняя сигнальную функцию. Леонтьев предпринимает исследование, в целях проверки выдвинутой им гипотезы. Сначала в Харькове, а потом и в Москве, с помощью разработанной им методики эксперимента, он воспроизводит в искусственных условиях процесс превращения неощущаемых раздражителей в ощущаемые (процесс возникновения у человека ощущения цвета кожей руки). Подведя итоги своих теоретических и экспериментальных исследований, А. Н. Леонтьев впервые в истории мировой психологии сделал попытку определить объективный критерий элементарной психики, усматривая источники ее происхождения в процессе взаимодействия живого существа с окружающей средой. Анализируя накопленные в зоопсихологии данные и основываясь на собственных исследованиях, Леонтьев разработал новую периодизацию психического развития животных как развития психического отражения действительности, обусловленного изменениями условий существования и характера деятельности животных на разных стадиях филогенеза: стадии сенсорной, перцептивной и интеллектуальной психики». Данное направление работы А. Н. Леонтьева было связано с разработкой проблемы деятельности и проблемы сознания. В начале июля 1941 г., как и многие другие московские ученые, А. Н. Леонтьев вступает в ряды народного ополчения. Но в сентябре Генеральный штаб отзывает его, как и нескольких других ведущих психологов, для выполнения важных оборонных заданий. Перед Леонтьевым встала проблема, – как добиться быстрой адаптации летчиков, поднятых по тревоге, поскольку они не могли эффективно управлять самолетом, и процесс адаптации иногда занимал до 40 минут. В содружестве с К. Кечкеревым проблема была решена, опираясь на открытую С. В. Кравковым связь сильных ночных раздражителей со временем адаптации. Был создан препарат, состоящий из глюкозы и аскорбиновой кислоты, и в итоге нужный уровень адаптации достигался за 5 минут. В октябре 1941 г. А. Н. Леонтьев был утвержден директором Института психологии. Но в декабре Леонтьев вместе с другими психологами, забрав семью, переехал сначала в Ашхабад, а затем, когда МГУ был переведен в Свердловск, в небольшой поселок Кауровку, расположенный на берегу реки Чусовой. Там помещался Эвакуационный госпиталь, научным руководителем которого он был назначен. Начальником медицинской части этого госпиталя был П. Я. Гальперин, там же работал и А. В. Запорожец. В этом госпитале была проведена работа, описанная затем в книге А. Н. Леонтьева и А. В. Запорожца «Восстановление движения. Психофизиологическое исследование восстановления функций руки после ранения». Она продолжалась и после возвращения ученого в Москву на кафедре психологии МГУ совместно с Центральным институтом травматологии. По возвращении в Москву в 1943 г. А. Н. Леонтьев становится заведующим лабораторией детской психологии в Институте психологии, вскоре преобразованной в Отдел детской психологии, и одновременно преподает на кафедре психологии МГУ.

В 1947 г. им был опубликован «Очерк развития психики», и хотя это издание  было малотиражным, оно вызвало широкий  резонанс в среде психологов, так  как явилось первой монографической  публикацией, обобщавшей идеи деятельностной психологии. Основным оппонентом А. Н. Леонтьева стал С. Л. Рубинштейн. Критика велась по многим направлениям. Критиковалась теория развития психики и периодизация этого развития. Так же существенным пунктом расхождения выступило следующее: нельзя рассматривать саму деятельность как исходное понятие. С. Л. Рубинштейн говорил: «Поскольку деятельность выступает в качестве взаимодействия, взаимосвязи, взаимоотношения между субъектом этой деятельности и окружающим миром, то именно поэтому нельзя объявлять саму деятельность ведущей и определяющей». Противоположна позиция самого С. Л. Рубинштейна: определяющим являются включенные в деятельность материальные «условия жизни, которые через посредство деятельности определяют психику». Этот вопрос возникает в первую очередь «как вопрос о соотношении мотивов и задач, а именно целей и условий, в которых они возникают». Неправильно, по Рубинштейну, «определять действие и деятельность психологическими критериями» (соотношение мотива и задачи, или цели). Были также по разному расставлены акценты при решении проблемы строения сознания. По Рубинштейну, Леонтьев выводит все из сознания, из психики субъекта — и значения реализуют личностные смыслы, и задачи реализуют мотивы. Взгляды оппонентов на этот вопрос были диаметрально противоположны.

При создании АПН РСФСР Алексей  Николаевич стал ее членом-корреспондентом, а затем действительным членом. В  описываемый период, в начале 50-х  годов, он был академиком-секретарем, потом — вице-президентом Академии. Новый взлет творчества А. Н. Леонтьева  начинается в середине 50-х годов. В этот период в его работах  рассмотрены практически все  важные психологические проблемы, и  более того, все они были разработаны  в рамках единой научной концепции. Наряду с этой работой А.Н. Леонтьев занимается философско-методологической проблематикой, и, начиная с 60-х годов, публикует в журнале «Вопросы философии» 15 статей и других материалов. Первое издание работы «Проблемы  развития психики» было опубликовано в 1959 г., а в 1963 г. этот труд был удостоен Ленинской премии. Книга выдержала три переиздания, следует заметить, что между первым и вторым изданиями есть известное различие. К этим же годам относится окончательный переход А. Н. Леонтьева на факультет психологии Московского университета. Впрочем, факультетом он стал только с 1966 г. (раньше это было Отделение психологии философского факультета); с этого времени и до последнего дня своей жизни А. Н. Леонтьев был бессменным деканом и заведующим кафедрой общей психологии.

Таким образом, рассматривая жизнь  и деятельность А. Н. Леонтьева, подведем следующие выводы. Разработанная  Леонтьевым общепсихологическая теория деятельности является важнейшим достижением  советской психологической науки, а сам Леонтьев - крупным теоретиком, одним из создателей советской психологии. Основные положения учения А. Н. Леонтьева  подробно рассмотрим в следующей  главе. 

II. Основные положения учения А.Н. Леонтьева

Алексей Николаевич Леонтьев сделал деятельность предметом и методом  психологического исследования. Он выделил  категории деятельности сознания и  личности самыми важными для построения непротиворечивой системы психологии как конкретной науки о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности.

В статьях 1944-1947 гг., посвященных развитию психики в онтогенезе, проблема деятельности получает специальную разработку. Было сформулировано понятие ведущей  деятельности, положенное в основу при изучении периодизации психического развития ребенка (А.Б. Эльконин), исследована игра как ведущая деятельность в дошкольном возрасте. Было произведено различение деятельности (и мотива) и действия (и цели), операций или способов выполнения действия, описывались динамика их взаимоотношений в процессе реальной жизнедеятельности ребенка; был раскрыт механизм сдвига мотива на цель как механизм процесса рождения новых деятельностей; вводилось различение «только понимаемых мотивов» и мотивов, реально девствующих». Описывалось превращение действия в операцию. На примере учебной деятельности была раскрыта психологическая характеристика сознания, в частности, показана несводимость сознания к знанию смысла к значению.

Эти исследования составили основу психологического учения А.Н. Леонтьева  о деятельности,  ее структуре, ее динамике, ее различных формах и  видах, окончательный вариант которого дан в работе «Деятельность. Сознание. Личность». Согласно этой концепции, деятельность субъекта является тем содержательным процессом, в котором осуществляются реальные связи субъекта с предметным миром и который опосредствует  связи между воздействующим объектом и субъектом. Деятельность включена в систему общественных условий. Основной характеристикой деятельности является ее предметность - деятельность определяется предметом, подчиняется, уподобляется ему: предметный мир «втягивается» в деятельность и отражается в его образе, в том числе в эмоционально-потребностной сфере. Образ порождается предметной деятельностью. Таким образом, психика рассматривается как процессы субъективного отражения объективного мира порождаемые материальной практической деятельностью [7, с. 185]. Формой существования образа в индивидуальном сознании являются значения языка. В сознании обнаруживается также чувственная ткань, т.е. чувственные образы и личностные смыслы, которые придают сознанию пристрастный характер. Исследование всех этих составляющих сознания отражены в ряде публикаций.

Деятельность имеет сложную  структуру. Строение деятельности, по А. Н. Леонтьеву, выглядит следующим образом. В его основе лежит понятие действия, т. е. процесса, предмет и мотив которого не совпадают между собой. Оба они—мотив и предмет—должны быть отображены в психике субъекта: иначе действие лишается для него своего смысла. Далее вводится понятие операции. Другой вид операций рождается из простого приспособления действия к условиям его выполнения. Наконец, вводится понятие деятельности как действия, получившего самостоятельный мотив. В этом, и только в этом случае мы имеем дело с сознаваемым мотивом. Обратим внимание на то, что осознание мотива не изначально, а требует некоторого специального акта (акта отражения отношения мотива данной конкретной деятельности к мотиву деятельности более широкой). Все эти положения теории деятельности часто цитируются. К сожалению, они нередко излагаются в плане замкнутой структуры, понятия же, относящиеся к психологической характеристике сознания, привлекаются как объяснительные для структуры деятельности. Между тем важнейшая особенность рассматриваемой концепции как раз и состоит в том, что в ней строение деятельности и строение сознания суть понятия взаимопереходящие, они связаны друг с другом в рамках одной целостной системы. То, что обычно анализ структуры деятельности предшествует анализу структуры сознания, связано с генетическим подходом. Но генетически сознание и не может пониматься иначе, чем как продукт деятельности. Функционально же их связи взаимны — деятельность управляется сознанием, и в то же время в известном смысле сама им управляет. Необходимо поэтому особо остановиться на проблеме связи структуры деятельности со структурой сознания. Уже с самого начала А. Н. Леонтьев подчеркивает, что появление у деятельности дифференцированной внутренней структуры есть следствие возникновения коллективной трудовой деятельности. Оно возможно тогда, и только тогда, когда человек субъективно отражает реальную или возможную связь своих действий с достижением общего конечного результата. Это и дает возможность человеку выполнять отдельные действия, казалось бы, не эффективные, если брать их в изоляции, вне коллективной деятельности. «Таким образом, вместе с рождением действий,— пишет А. Н. Леонтьев,— этой главной «единицы» деятельности человека, возникает и основная, общественная по своей природе «единица» человеческой психики—разумный смысл для человека того, на что направлена его активность» [4, с 295] . Вместе с тем появляется и возможность обозначения, презентации самого предметного мира, реализуемая при помощи языка, в результате чего возникает сознание в собственном смысле, как отражение действительности посредством языковых значений. Генезис, развитие и функционирование сознания производны от того или иного уровня развития форм и функций деятельности: «Вместе с изменением строения деятельности человека меняется я внутреннее строение его сознания» [5, с 67]. Каким образом? Психическое отражение всегда «пристрастно». Но в нем есть то, что соотнесено с объективными связями, отношениями, взаимодействиями, что входит в общественное сознание и закреплено в языке, и то, что зависит от отношения именно данного субъекта к отраженному предмету. Отсюда различение значения и личностного смысла, столь часто анализировавшееся разными авторами. Развитие производства требует систему соподчиненных действий. В плане сознания это означает переход от сознательной цели к осознаваемому условию действия, появлению уровней осознания. Но разделение труда и производственная специализация приводят к превращению действия в деятельность. Создаются новые мотивы и потребности, и происходит дальнейшая качественная дифференциация осознания. Другим шагом является переход к собственно внутренним психическим процессам, возникновение теоретической фазы практической деятельности. Появляются внутренние действия, а впоследствии формирующиеся по общему закону сдвига мотивов внутренняя деятельность и внутренние операции. Но идеальная по своей форме деятельность принципиально не отделена от внешней, практической. В их общности и выражается целостность жизни человека. Действие внутренне связано с личностным смыслом. Что же касается сознательных операций, то они соотнесены со значениями, кристаллизующими для сознания индивида усваиваемый им общественный опыт. Так же как и деятельность, сознание не есть простая сумма элементов, оно имеет свое собственное строение, свою внутреннюю целостность, свою логику. И если жизнь человека есть система сменяющих друг друга и сосуществующих или конфликтующих деятельностей, то сознание есть то, что их объединяет, что обеспечивает их воспроизведение, варьирование, развитие, их иерархию. 
В книге «Деятельность. Сознание. Личность» эти идеи получили новое развитие. Прежде всего подчеркивается неделимый, молярный характер деятельности, поскольку это «система, имеющая свое строение, свои внутренние переходы и превращения, свое развитие», «включенная в систему отношений общества» [2, с. 102]. В обществе человек попадает не просто под внешние условия, к которым он подстраивает свою деятельность, сами общественные условия несут в себе мотивы и цели его деятельности, таким образом общество создает деятельность образующих его индивидов. Первично деятельностью управляет сам предмет (предметный мир), а вторично его образ, как субъективный продукт деятельности, который несет в себе предметное содержание. Сознательный образ понимается при этом как идеальная мера, овеществляемая в деятельности; оно, человеческое сознание, существенно участвует в движении деятельности. Наряду с «сознанием-образом» вводится понятие «сознания-деятельности», а в целом сознание определяется как внутреннее движение его образующих, включенное в общее движение деятельности. Акцентируется внимание на том, что действия — не особые «отдельности» в составе деятельности; человеческая деятельность не существует иначе, как в форме действия или цепи действий. Один и тот же процесс выступает как деятельность в своем отношении к мотиву, как действие или цепь действий—в своем подчинении цели. Таким образом, действие не компонент и не единица деятельности: это именно ее «образующая», ее момент. Далее анализируется соотношение мотивов и целей. Вводится понятие «мотива-цели», т. е. осознанного мотива, выступающего в роли «общей цели» (цели деятельности, а не действия), и «зоны целей», выделение которой только и зависит от мотива; выбор же конкретной цели, процесс целеобразования связывается с «апробированием целей действием». Вместе с тем вводится понятие о двух аспектах действия. «Помимо своего интенционального аспекта (что должно быть достигнуто) действие имеет и свой операционный аспект (как, каким способом это может быть достигнуто» [2, с. 125]. Отсюда несколько иное определение операции — это качество действия, образующая действия. Ставится вопрос о расчленении деятельности на более дробные, чем операция, единицы. Наконец, вводится понятие личности как внутреннем моменте деятельности. Именно и только в результате иерархизации отдельных деятельностей индивида, осуществляющих его общественные по своей природе отношения к миру, он обретает особое качество — становится личностью. Новый шаг анализа состоит в том, что если при рассмотрении деятельности в качестве центрального выступало понятие действия, то в анализе личности главным становится понятие иерархических связей деятельностей, иерархии их мотивов. Связи эти, однако, никоим образом не задаются личностью как неким внедеятельностным или наддеятельностным образованием; развитие, расширение круга деятельностей само приводит к связыванию их в «узлы», а отсюда и к образованию нового уровня сознания — сознания личности. Но к числу не до конца разработанных проблем, относится, в частности, проблема мотива — само это понятие осталось у Леонтьева внутренне несогласованным, хотя оно не было противоречивым.

Уже после выхода в свет книги  «Деятельность. Сознание. Личность»  А. Н. Леонтьевым были написаны две новые  работы о деятельности. Первая —  это доклад на Всесоюзном психологическом  съезде от 27 июня 1977 г., опубликованный посмертно. Здесь акценты расставлены  наиболее четко и, кстати, столь же четко намечены направления дальнейшего  развития. Речь идет о проблеме деятельности и установки, о проблеме надситуативной активности, проблеме целеполагания, проблеме навыков. Вторая работа является одной из самых последних (начало 1978 г.), и она не была закончена. Здесь Леонтьев возвращается к проблеме деятельности и общения, резко противопоставляя свою позицию попыткам «раздвоить» жизнь человека на параллельно протекающие процессы деятельности и процессы общения.

Еще два направления работ Леонтьева  в последние годы жизни особенно тесно связаны с проблемами личности. Обращение Алексея Николаевича  к проблемам психологии искусства  не случайно: трудно найти такую  область человеческой деятельности, в которой человек как целостная  личность реализовал бы себя более  полно и всесторонне. Поэтому  интерес А. Н. Леонтьева к искусству  не угасал до самого последнего времени. К сожалению, он почти не оставил  публикаций по психологии искусства, хотя часто и охотно выступал на эти  темы.

Определяя предмет психологической  науки как порождение и функционирование в деятельности психического отражения  реальности, А. Н. Леонтьев не мог не обратиться к детальной разработке того и другого — и психологических  механизмов чувственного отражения, и  сущности и структуры деятельности. Уже в статьях 50-х годов, А. Н. Леонтьев, опираясь, в частности, на проведенные  под его руководством исследования формирования звуковысотного слуха, а затем — деятельности зрительной системы, сформулировал известную гипотезу «уподобления». Позже его интересы переместились на исследование предметности человеческого восприятия — как в экспериментальном (опыты с псевдоскопическим зрением и др.), так и в теоретическом плане. Основные положения А. Н. Леонтьева в последний период его деятельности, касающиеся чувственного отражения, следующие. Во-первых, «порождаемое деятельностью психическое отражение является необходимым моментом самой деятельности, моментом направляющим, ориентирующим и регулирующим ее. Этот как бы двусторонний процесс взаимопереходов, составляет, однако, единое движение, от которого психическое отражение неотделимо, ибо оно не существует иначе, как в этом движении» [7, с. 105]. Во-вторых, такое отражение возможно лишь как часть некоторого целого «образа мира». Это нечто большее, чем «непосредственная чувственная картинка»: образ мира «выступает в значении», и вся совокупность человеческой практики «в своих идеализированных формах входит в картину мира». Здесь в высшей степени важны два момента: а) предзаданность этого означенного, осмысленного предметного мира каждому конкретному акту восприятия, необходимость «вписывания» этого акта в уже готовую картину мира; б) эта картина мира выступает как единство индивидуального и социального опыта. Со всеми этими идеями связано положение об амодальности предметного восприятия. Как известно, при жизни А. Н. Леонтьев не написал обобщающей работы по восприятию, хотя публикации его в этом направлении были довольно многочисленны. Им была задумана в начале 70-х годов книга под названием «Психология образа», позже Алексей Николаевич нашел другое название—«Образ мира», но она так и осталась не написанной.

 Основные положения А. Н.  Леонтьева, касающиеся чувственного  отражения, следующие. Во-первых, «порождаемое деятельностью психическое  отражение является необходимым  моментом самой деятельности, моментом  направляющим, ориентирующим и регулирующим  ее. Этот двусторонний процесс  взаимопереходов, составляет единое движение, от которого психическое отражение неотделимо, так как оно не существует иначе, как в этом движении» [8, с. 93]. Во-вторых, такое отражение возможно лишь как часть некоторого целого «образа мира». Это больше, чем «непосредственная чувственная картинка»: образ мира «выступает в значении», и вся совокупность человеческой практики «в своих идеализированных формах входит в картину мира». Здесь очень важны два момента: а) предзаданность этого означенного, осмысленного предметного мира каждому конкретному акту восприятия, необходимость «вписывания» этого акта в уже готовую картину мира; б) эта картина мира выступает как единство индивидуального и социального опыта. Со всеми этими идеями связано положение об амодальности предметного восприятия. К сожалению, при жизни А. Н. Леонтьев не написал обобщающей работы по восприятию, хотя публикации его в этом направлении были довольно многочисленны. Необходимо упомянуть и идеи Леонтьева, касающиеся перестройки всей категориальной системы психологии. Они восходят к известным положениям Л. С. Выготского в его работе «Исторический смысл психологического кризиса» и, прежде всего — к его тезису о единстве предмета психологии. В тезисах рукописи «Психология 2000-го года» эти идеи выражены А. Н. Леонтьевым в наиболее четкой форме: здесь прямо говорится о том, что создается «новая система психологического знания» и намечаются пути перестройки такой системы. Особенно важен взгляд А. Н. Леонтьева на необходимость совершенно нового подхода к предмету и содержанию психофизиологических исследований, выпадающих сейчас из общей системы психологического знания, А. Н. Леонтьев возвращался неоднократно в последние годы и в частных беседах со своими учениками.

Таким образом, на основе вышеизложенного подведем следующие выводы. А. Н. Леонтьев сделал деятельность предметом и методом психологического исследования. Он выделил категории деятельности сознания и личности самыми важными для построения непротиворечивой системы психологии как конкретной науки о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности. Было выделено понятие ведущей деятельности,  положенное в основу при изучении периодизации психического развития ребенка (А.Б. Эльконин), исследована игра как ведущая деятельность в дошкольном возрасте. Также А. Н. Леонтьевым было произведено различение деятельности (и мотива) и действия (и цели).

Заключение

Через все творчество Леонтьева  проходит борьба с натуралистическими концепциями в психологии человека, идея творческого развития человеческого  сознания. Она явилась предметом  специального анализа в статьях  в 1959-1960 гг. Здесь в контексте проблемы биологического и социального сформулированы понятия и трех видах опыта  – индивидуальном, видовом и социальном.

На основе теории деятельности А.Н.Леонтьева в Московском университете на факультете психологии, основателем и первым деканом которого он был, а также и в других учреждениях проводятся исследования в общей и в других отраслях психологической науки – социальной, детской, педагогической, инженерной, патопсихологии и др. В начале 60-х гг. А.Н. Леонтьев выступил с рядом работ по инженерной психологии и эргономике и этим способствовал возникновению и формированию этих отраслей психологической науки в СССР. Ему принадлежат исследования по педагогической психологии.

Таким образом, А.Н. Леонтьев внес огромный вклад в развитие отечественной  и мировой психологии, а его  идеи находят отражениях в работах  ученых настоящего времени.

Список литературы

1. Ждан А.Н. История психологии: от Античности до наших дней. - М., 2001.

2. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М., 1975.

3. Леонтьев А.Н. Очерки развития  психики. - М., 1947.

4. Леонтьев А.Н., Запорожец А.В.  Психофизиологическое восстановление  функций руки после ранения. - М., 1945.

5. Леонтьев А.Н. К теории развития  психики ребенка: Психологические  основы дошкольной игры // А.Н.  Леонтьев. Избранные психологические  произведения. Т. 1. - М., 1983.

6. Леонтьев А.Н. Психологические  вопросы сознательности учения. - М., 1956.

7. Леонтьев А.Н. Понятие отражения  и его значение для психологии // Вопросы философии. - 1966. - №12.

8. Леонтьев А.А.. Жизненный и творческий  путь А.Н.Леонтьева. М.: Смысл, 2003.

9. Леонтьев А.Н. Философия психологии. М.: МГУ, 1994.

10. Петровский А.В. Психология в России: XX вв. - М., 2000.

11. Рубинштейн С.Л. Основы общей  психологии. М.: 1940.