Идейно-художественное своеобразие повести А.Н. Куприна «Яма»

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ РФ

ПЕНЗЕНСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

имени В.Г. БЕЛИНСКОГО 

Кафедра «Литературы и методики ее преподавания» 
 
 
 
 

КУРСОВАЯ  РАБОТА

На тему: «Идейно-художественное своеобразие повести А.Н. Куприна «Яма» 
 
 
 
 
 
 

                                                                      Выполнила:  студентка V курса,

гр. Л-51

                                                                                               Капустина И. Е.

Проверила: кандидат пед.наук,

доцент

Перепелкина Л.П. 

                                                                      г. Пенза

    2011

                                                              СОДЕРЖАНИЕ

Введение………………………………………………………………………3

            Глава 1. Тема «порочной любви» в мировой классической литературе….4

Глава 2. Идейно-художественное своеобразие 

повести А.Н. Куприна  «Яма»……………………………………………......8

2.1. История создания……………………………………………………….8

2.2. Сюжетно-композиционные особенности……………………………..11

2.3. Система  образов………………………………………………………..14

2.4. Тематика  и проблематика……………………………………………...20

2.5. Художетвенные  особенности………………………………………….23

Заключение…………………………………………………………………..25

Литература 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

    Введение

             Цель данной курсовой работы – раскрыть идейно-художественное своеобразие повести.

          Одной из актуальных проблем современного литературоведения, несмотря на то, что с написания повести прошел целый век («Яма» писалась с 1908 по 1914 гг.), остается целостный и объективный анализ идейно-художестенного своеобразия повести. Задачи данной курсовой работы:

  а) рассмотреть историю создания повести,

  б) раскрыть тематику и проблематику,

    в) выявить сюжетно-композиционные особенности,

  г) рассмотреть систему образов,

  д) определить художественные особенности,

е) сопоставить  купринское решение проблемы «порочной  любви» и его предшественников.

  Методы  исследования:

         1. культурно-исторический;

         2. биографический;

         3. сравнительно-сопоставительный. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

ГЛАВА 1. ТЕМА «ПОРОЧНОЙ ЛЮБВИ» В МИРОВОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

   Тема  любви – одна из вечных и волнующих тем мировой литературы. Ее интерпретации самые различные. Это и возвышенное чувство, даром которого наделются лишь некоторые герои,  и любовь- страдание,и любовь-испытание, взаимная и безответная, платоническая  и «порочная любовь». Истоки темы «продажной любви» идут из самой истории.

      В России, как и в других странах, проституция существовала издревле. Однако в средние века в нашей стране не было официальных борделей, как в Западной Европе. Известен изданный в 1649 Алексеем Михайловичем указ, в котором царь требовал следить, чтобы «на улицах и в переулках бляди не было».Начало широкому распространению проституции и одновременно официальной борьбе с нею было положено во времена Петра I. Военный устав 1716 требовал пресекать наличия проституток при солдатских полках. В то же время в стране появились публичные дома, количество которых пытались сокращать разными указами и постановлениями, начиная с 1718. При Екатерине II правительство приняло указы, направленные не только на пресечение занятий проституцией, но и на перевоспитание падших женщин (их направляли работать на фабрики или передавали в «смирительные дома»). Был издан «Устав городского благочестия», в котором вводились обязательные врачебные осмотры и пребывание проституток в специально отведенных для этого районах. Терпимое отношение к поставленной под государственный контроль проституции сменилось запретительными репрессиями при Павле I и Александре I. Поскольку строгий запрет не дал результатов, Николай I в 1840 вернулся к системе регламентации и врачебно-полицейскому надзору за проституцией. В интеллигентской среде дореволюционной России сложилось представление о проститутках как о «жертвах общества», достойных жалости, а не осуждения. После революции 1917 ситуация с проституцией в России в корне изменилась. Уже в первые годы советской власти количество проституток резко сократилось. Падение уровня проституции в Советской России в условиях сильного падения уровня жизни (в этих условиях проституция обычно, наоборот, растет) объясняется, прежде всего, провозглашением равноправия мужчин и женщин. В Советском Союзе стали массово возникать женотделы, которые вели борьбу с публичными домами и помогали бывшим проституткам начать новую жизнь. Кроме того, большевистское правительство считало труд проституток непроизводительным и социально вредным, поэтому их приравнивали к классовым врагам, что автоматически вело к ужесточению мер наказания за проституцию и закрытию публичных домов.В России в 1890 г. домов терпимости было отмечено 1262, тайных притонов 1232, проститутных домов терпимости 15 365, одиночек 20 287 (это — минимальные цифры, фактически, видимо, больше). Публичные дома в России делились на три категории. Бордели высшей, средней и низсшей категорий.

    Тема, ранее от которой открещивались  и о которой боялись говорить вслух, стала доступной и широко освещенной. А.Н. Куприн впервые и для своих современников, и для самого себя заговорил о низком, пошлом и запрещенном. Язва русского общества стала впервые исследована классиком. К этой теме Куприн подошел как художник-гуманист, глубоко сочувствующий «униженным и оскорбленным», стремившийся в ожесточенной душе найти светлое, человеческое начало.

    Идейным предшественником Куприна в русской  литературе стал Ф.М. Достоевский «Преступление  и наказание» 1866 г. В образе Софьи Семеновны Мармеладовой, девушки, отчаившейся на самопродажу, автор показал, что несмотря на такой род занятий, она чувствительна, робка и застенчива; вынуждена зарабатывать таким неприглядным образом. Из рассказа Мармеладова, ее отца, мы узнаем о несчастной судьбе дочери, ее жертве ради отца, мачехи и ее детей. Она пошла на грех, отважилась на то, чтобы продать себя. Но при этом она не требует и не ожидает никакой благодарности. Она ни в чем не винит Катерину Ивановну (мачеху), она просто смиряется со своей судьбой. “...А взяла только наш большой драдедамовый зеленый платок (общий такой у нас платок есть, драдедамовый), накрыла им совсем голову и лицо и легла на кровать, лицом к стенке, только плечики да тело все вздрагивают...” Соня закрывает лицо, так как ей стыдно, стыдно перед собой и Богом. Поэтому она редко и домой приходит, только лишь за тем, чтобы отдать деньги, она смущается при встрече с сестрой и матерью Раскольникова, неловко чувствует себя даже на поминках родного отца, где ее так бессовестно оскорбили. Соня теряется под напором Лужина, ее кротость и тихий нрав мешают постоять за себя.

    Известный французский писатель-реалист XIX века Ги де Мопассан потрясал своими новыми новеллами, романами всю французскую  и мировую общественность. Новелла «Пышка» - блестящий дебют автора. Здесь автор осмелился беспощадно-язвительно нарисовать типы нормандской буржуазии, идущей на соглашение с национальным врагом, и противопоставить эту буржуазию социальным низам французского общества. Этим дном общества оказалась благородная и патриотичная проститутка Пышка. Пока Пышка "отрабатывала" всем свободу, представители буржуазии веселились, отпускали гнусные шуточки, "хохотали до колик, до одышки, до слез".  
И что в награду получила патриотка Пышка — "взгляд оскорбленной добродетели", все сторонились ее, будто боялись "нечистого прикосновения". "Эти честные мерзавцы", которые принесли её в жертву, жрали свою провизию в движущемся дилижансе и хладнокровно рассматривали слезы опозорившейся девицы.

    Эмиль Золя, выдающийся французский писатель-натуралист, вошел в мировую литературу как создатель двадцатитомной эпопеи "Ругон-Маккары", где блистательный анализ современного писателю общества ничуть не затмевает накала страстей. В романе "Нана", публикация которого расколола Францию на сторонников и яростных противников Золя, дочь спившейся прачки и рабочего становится куртизанкой, покорившей Париж. Образ неотразимо-притягательной дамы с камелиями, к ногам которой склонялись светские львы, бульварные журналисты, банкиры и сентиментальные юнцы, символизирует блеск и разврат Второй империи. Нана, по словам писателя, "подобно древним чудовищам... ступала по трупам и вызывала катастрофы". Автор показал губительность продажной любви, не тая даже капли сочуствия к падшим женщинам, Золя осуждает их безнравственный и порочный образ жизни. В первоначальном плане романа говорилось: «Нана — разложение, идущее снизу, западня, которой правящие классы дают свободно раскинуться».

    Как мы увидели, явление проституции  интересовало авторов разных стран  и эпох. Писатели по-разному относились к своим героям. Это отношение  в первую очередь складывается из отношения к сути самого явления проституции. Подобно Достоевскому, Куприн стоит на позициях гуманиста. Авторы питают к порочным героиням жалость и сочуствие. Если у Мопассана проститутки даны как резонерствующие герои для буржуазии, офицерства фрунцузского и прусского, то у Куприна – это главные лица повести, рассматриваемые не индивидуально, а в совокупности «публичного дома», изображены как особая среда, особая социальная прослойка.

    Изображая явление проституции, А.Н. Куприн разворачивает  действие повести на конкретном историческом фоне. Все ямские, да и французские, и английские куртизанки специфичны, не похожи друг на друга, но все они одинаково несчастны и порочны. И в этом мнении все мировые авторы солидарны друг с другом. 
 

ГЛАВА 2. ИДЕЙНО-ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПОВЕСТИ  «ЯМА»

2.1. История создания поэмы «Яма»

     Повесть "Яма" А.И.Куприн начал писать в 1908 году. «Яма» — наиболее спорное произведение Куприна. Уже опубликование в 1909 году ее первой части в сборнике «Земля» вызвало самые разнообразные и противоположные критические отзывы. И ныне еще не сложилось определенное и устойчивое мнение об этой самой крупной по объему вещи Куприна. Между тем «Яма» всегда вызывала интерес у читателей. Произведение это с его достоинствами и недостатками — плод большого и тяжелого труда писателя. Книга о жизни проституток вызвала скорее осуждение, чем сочувствие или понимание. Автора обвиняли в безнравственности и чрезмерном натурализме. Писателя в этот период не оставляет мечта о создании широкого полотна, раскрывающего всю сложность социальной жизни. Завершение повести несколько задержалось в связи с мобилизацией в армию. Вторая и третья части вышли в 1914, 1915 годах. В июне 1915 года после публикации окончания повести в сборнике «Земля» комитет по делам печати наложил на книгу арест.

     Один из героев "Ямы" говорит: "...Наши художники слова - самые совестливые и самые искренние во всем мире художники - почему-то до сих пор обходили проституцию и публичный дом. Почему? Право, мне трудно ответить на это. <...> Может быть, у них не хватает ни времени, ни самоотверженности, ни самообладания вникнуть с головой в эту жизнь и подсмотреть ее близко, без предубеждения, без громких фраз, без овечьей жалости, во всей ее чудовищной простоте и будничной деловитости. Ах, какая бы это получилась громадная, потрясающая и правдивая книга".

       Собирать материал для повести Куприн начал еще в 90-е годы. Подготовительную работу он проводил очень усердно и тщательно. В письмах к Ф. Д. Батюшкову Куприн просит выслать ему книгу З. Воронцовой «Записки певицы из шантана» и официальные правила для женщин, живущих в публичных домах. Писатель внимательно изучал печатные свидетельства, архивные материалы.

          Советской критикой о «Яме» почти ничего не написано, свое мнение о повести высказал П.Н. Берков:

«Непониманием законов общественного развития, признанием низменности 

человеческой  природы объясняется неудача  самого крупного по объему и 

наименее  сохранившего для советского читателя значение произведения Куприна — повести «Яма».

     Нельзя дать правильную идейную оценку «Ямы» вне конкретной историко-социальной атмосферы, в которой возник и осуществился замысел этого

произведения. В России в начале 900-х годов особенно жарко разгорелись споры

между «регламентаристами» и «аболиционистами», иными словами, между 

сторонниками  и противниками врачебно-полицейского надзора за проституцией. Кроме того, с 1908 года началась подготовка к Первому Всероссийскому съезду по борьбе с проституцией, состоявшемуся в 1910 году. Куприн разделял буржуазно-гуманистическую точку зрения, которой руководствовались наиболее передовые участники съезда и которую частично излагает в «Яме» журналист Платонов.

     Некоторые из современных Куприну критиков с восторгом встретили повесть. «Появилась вещь, какой не появлялось со времен «Крейцеровой сонаты», вещь, способная ударить по сердцам с потрясающей силой», — писал критик А. Измайлов. В. Боцяновский, считал, что «Яма» всем своим строем

противостоит порнографической литературе, «развенчивает героев пола» .

Но этим и другим положительным оценкам  противостоят иные мнения.Л. Толстой  прочитал только первые страницы повести  и в письме к

А. Б. Гольденвейзеру оценил ее следующим образом: «Я знаю, что он как будто обличает. Но сам-то он, описывая это, наслаждается. И этого от человека с художественным чутьем скрыть нельзя». В. В. Воровский писал о первой части «Ямы», что пока носит «чуждый Куприну характер идеализации, и самый стиль последней его повести пропитан чуждой ему слащавостью». Необходимо прежде всего сказать, что почти все написанное о «Яме» относится ко времени появления ее первой части. И этим обусловлена односторонность отзывов. По этому поводу А.Н. Куприн говорил сотрудникам газет: “Ругают меня за первую часть “Ямы”, называют порнографом, губителем юношества и, главное, автором грязных пасквилей на мужчин. Пишут, что я изображаю все в неверном виде и с целью сеяния разврата. Это было ничего!.. Но вот критика меня удивляет. Как можно так поспешно делать окончательные выводы о произведениях, которое еще не окончено? Одни критики меня расхваливали, другие разругали…”

     Вторая часть вызвала в основном отрицательные отзывы критики. А. Измайлов, ранее хваливший первую часть, писал о второй части, что она «...не удержалась на высоте первых обещаний». Более резко отозвался о второй части критик журнала «Русские записки»: «Что-то фельетонное, вычитанное, мелкое, заурядное чувствуется и в бойкости этих сцен и в банальности общего течения рассказа». Этим оценкам противостоит статья К. Чуковского, который писал: «Это не та «Яма», которую мы все прочитали несколько лет тому назад. Это — книга великого гнева... Кербеш, Сонька Руль, Анна Марковна... Эмма... Горизонт — все они нарисованы так, что если бы я их встретил на улице, я узнал бы их среди огромной толпы». Куприн в мае 1915 года ответил критикам: “Во всяком случае, я твердо верю, что свое дело я сделал. Проституция – это еще более страшное зло, чем война, мор и так далее. Война пройдет, но проституция живет веками”.

         А.Н. Куприн сумел создать книгу, действительно потрясающую своей правдивостью, и посвятил ее матерям и юношеству: «Знаю, что многие найдут эту повесть безнравственной и неприличной, тем не менее от всего сердца посвящаю ее матерям и юношеству» .

     Повесть «Яма» была последним крупным произведением Куприна. Не то

чтобы иссяк его большой талант, —  Куприн продолжает создавать интересные

произведения, — но он уже не достигал тех творческих вершин, на которые ранее поднимался.

-

                     2.2. Сюжетно-композиционные особенности

     Первым среди русских писателей Куприн раскрывает в повести «Яма» тему проституции, тему продажной любви. Эта тема ещё недостаточно исследована, так как и при жизни автора и при советской власти это произведение считалось аморальным, непристойным. Хотя для царской России, да и для нашего времени эта проблема стояла и стоит довольно остро. Бурное развитие капитализма, массовое обнищание деревни, а также моральное разложение верхов буржуазного общества, напуганных революцией и ищущих забвения в «острых ощущениях», привело к значительному росту проституции, особенно в больших городах России. Но к этой теме Куприн подошел как художник-гуманист, глубоко сочувствующий «униженным и оскорбленным», стремившийся в ожесточенной душе найти светлое, человеческое начало…

        С целью более широкой типизации  автор не уточнял место действия. Он заявил в газетном интервью: «Я избегаю портретности. «Яма» — это и Одесса, и Петербург, и Киев». Местом действия является окраина «большого южного города». Хотя писатель действительно избегает «портретности», но колорит южного города передается им во многих деталях произведения. Действие повести охватывает небольшой промежуток времени, всего три месяца.

     В повести, особенно в первой части, нет сюжетного стержня, который связывал бы воедино сцены из жизни проституток и их «клиентов». Композиция основана здесь на описании жизни «Ямы» с утра до вечера и изо дня в день. Отсюда значительный элемент чисто очерковой описательности, отсюда обилие самых различных эпизодов, мало, по существу, связанных между собой. Повесть легко распадается на отдельные новеллы, единый сюжетный стержень  в ней отсутствует, а это, в свою очередь, отражало тот факт, что у автора не было четкой идейной концепции, не было ответа на поставленные им же самим вопросы. Единственным стержнем, объединяющим эту своеобразную хронику, является «комментарий» Платонова и Лихонина.

     Первая часть «Ямы» заканчивается своего рода сюжетным «мостиком», который писатель перебрасывает ко второй части. Студент Лихонин, чей образ выдвигается во второй части на передний план, заявляет о своем желании произвести социальный эксперимент, спасти одну из девушек, живущих в «Яме». При этом писатель сразу же создает впечатление, что такого рода попытка должна кончиться неудачей. «Ведь ты и на себя взвалишь непосильный груз. Я знавал идеалистов-народников, которые принципиально женились на простых крестьянских девках. Так они и думали: натура, чернозем, непочатые силы... А этот чернозем через год обращался в толстенную бабищу, которая целый день лежит на постели и жует пряники или унижет свои пальцы копеечными кольцами, растопырит их и любуется. А то сидит на кухне, пьет с кучером сладкую наливку и разводит с ним натуральный роман. Смотрите, здесь хуже будет!»

     Эксперимент Лихонина является сюжетной основой второй части «Ямы», законченное через несколько лет после первой. Во второй части преобладающее место занимает история отношений Лихонина и взятой им из дома терпимости проститутки Любы. Наряду с этой историей продолжается рассказ о жизни женщин в «заведении» Анны Марковны, и дается своего рода вставная новелла о похождениях торговца «живым товаром» Горизонта.

     Композиция повести рыхлая, как отмечают многие советские исследователи, особенно во второй части. Это происходит из-за отсутствия у писателя целостной идейно-художественной концепции; он немотивированно переходит от одной темы к другой, о многом говорит мельком, иногда сбиваясь на фельетонную бойкость.

   Третья  часть повести – подведение итогов каждой проститутки. Любка вновь оказывается в публичном доме, Женька, ставшая особо нервной и истеричной, больна сифилизом, Тамара оказывается на должности новой экономки, Пашка окончально сходит с ума. Одной из центральных фигур заключительной части наряду с Женькой, становится кадет Коля Гладышев. «Он вырос, стал стройнее и ловче; лагерная жизнь пошла ему в пользу. Говорил он басом, и в эти месяцы к его величайшей гордости нагрубли у него соски грудей, самый главный - он уже знал об этом - и безусловный признак мужской зрелости». Больная Женька, мстившая всем клиентам, признается только ему о своей страшной болезни и не заражает молодого парня.

     Композиция повести трехчастна.  Первая часть содержит 12глав, вторая – 17, третья – 9. Во второй и третьей частях повести «Яма» значительно усиливаются элементы натурализма, сказавшиеся, прежде всего, в чрезмерном подчеркивании тех сторон жизни публичного дома, которые сообщают повествованию излишнюю грубость и физиологичность. Девятая глава третьей части выполняет роль эпилога. В краткой описательной форме сообщается  трагическая судьба всех проституток.

     Эпиграфом к повести являются  слова самого А.Н. Куприна «Знаю, что многие найдут эту повесть безнравственной и неприличной, тем не менее от всего сердца посвящаю ее матерям и юношеству», в которых отражена суть авторского взгляда на проблему проституции в целом. Среди "горьких сестер" писатель выделяет немало лиц, мучительно, болезненно воспринимающих проклятье своего положения: одни - стихийно, бессознательно (Манька Беленькая, Любка), другие - с острым мстительным чувством (Женя) или расчетливым желанием освободиться из неволи (Тамара). Не умерла душа в этих женщинах, пало лишь тело. Трагический исход надежд и планов этих женщин - открытое, гневное обличение преступного мироустройства, от которого и предостерегал Куприн матерей и юношество в своем посвящении. Он пытался воздействовать на незамутненное сознание и нравственность молодежи, беспощадно поведав о том, какие низости творятся тайно и негласно. Заканчивается повесть авторским выводом: «И все эти Генриетты Лошади, Катьки Толстые, Лельки Хорьки и другие женщины, всегда наивные и глупые, часто трогательные и забавные, в большинстве случаев обманутые и исковерканные дети, разошлись в большом городе, рассосались в нем. Из них народился новый слой общества слой гулящих уличных проституток-одиночек. И об их жизни, такой же жалкой и нелепой, но окрашенной другими интересами и обычаями, расскажет когда-нибудь автор этой повести, которую он все-таки посвящает юношеству и матерям». 
 
 
 
 
 

                                  2.3.   Система образов в повести «Яма»

     Создавая свою повесть, Куприн руководствовался гуманистическими стремлениями. С глубоким сочувствием относится он к женщинам, оказавшимся на дне жизни. Вместо центральных героев автор изображает целую среду обитательниц публичного дома. Образы проституток, созданные писателем, жизненны, художественно ярки, достоверны. Именно жизненная правда, точность и глубина психологических зарисовок составляют сильную сторону повести. Как не похожи друг на друга, внутренне и внешне разнообразны все эти несчастные женщины, собранные в «домах» Ямы. Не потерявшая чувства гордости, кончающая самоубийством Женя; близкая к безумию Паша; кроткая в трезвом состоянии и опасно-скандальная в пьяном виде Манька Маленькая; лицемерная, образованная, с сильной волей, знавшая когда-то иную жизнь Тамара; по-крестьянски простодушная Нина и другие — все это живые и великолепно описанные характеры.

      Портретные зарисовки “жриц любви» ярки, лаконичны и колоритны. Любка, босая, в сорочке, с голыми руками, некрасивая, в веснушках, но крепкая и свежая телом. Нюра - маленькая, лупоглазая, синеглазая девушка; у нее белые, льняные волосы, синие жилки на висках. В лице у нее есть что-то тупое и невинное, напоминающее белого пасхального сахарного ягненочка. Зоя, высокая, красивая девушка, с круглыми бровями, с серыми глазами навыкате, с самым типичным белым, добрым лицом русской проститутки. Тамара, тихая, уютная, хорошенькая девушка, слегка рыжеватая, с тем темным и блестящим оттенком волос, который бывает у лисы зимою на хребте. Женя высокая, худая брюнетка, с прекрасными карими, горящими глазами, маленьким гордым ртом, усиками на верхней губе и со смуглым нездоровым румянцем на щеках. Девушки ассоциируются автором с животными,и это не случайно, ведь духовная жизнь героинь находится во власти животных инстинктов. Нюра сравнивается с ягненком, Катька толстая – с откормленной индюшкой, Тамара – с лисой. Жизнь продажных женщин опускается лишь на уровень инстинктов и звериных желаний. Несмотря на колоритные и разнообразные внешние типы, автор описывая каждую из них, погружается в глубокий психологический анализ. В результате получается целая галерея психотипов проституток.

    За исключением резонерствующих персонажей, мастерски написаны главные образы «Ямы». Как живые, предстают перед нами содержатели дома терпимости —

а на деле ни перед чем не останавливающаяся преступники, торгующие живым товаром, чтобы сколотить состояние. Сама хозяйка, на чье имя записан дом, - Анна Марковна. Ей лет под шестьдесят. Она очень мала ростом, но кругло-толста: ее можно себе представить, вообразив снизу вверх три мягких студенистых шара - большой, средний и маленький, втиснутых друг в друга без промежутков; это - ее юбка, торс и голова. Странно: глаза у нее блекло-голубые, девичьи, даже детские, но рот старческий, с отвисшей бессильно, мокрой нижней малиновой губой. Очень ярок художественно образ ее безвольного и тупого мужа, находящегося под башмаком у жены. «Исай Саввич - тоже маленький, седенький, тихонький, молчаливый старичок». Не менее удались писателю и образы старшей экономки — немки Эльзы Эдуардовны, жестокой стяжательницы, извращенной садистки; младшей экономки Зоси, землемера «Ваньки-Встаньки», потерявшего подобие человеческой личности, упавшего на самое дно «ямы», ставшего шутом для ее обитателей; околоточного надзирателя Кербеша.

     Дом Анны Марковны, а точнее  пошлый мирок, созданный ею, имеет  и свои социальные диспропорции, и свою иерархию, и свои законы, не имеющие ничего общего с  моральными. Имя этого  порочного  мира – Яма, на дно которой пали по разным причинам. В минуту откровенности Женя признается, что была продана собственной матерью, Зою лишил невинности учитель министерской школы, а другую – студент. Прошлое героинь печально.

     Трагически складывается и судьба многих из них: в сумасшедший дом попадает Паша, кончает самоубийством Женя, принимает смерть от руки возлюбленного Верка, в пьяной драке умирает Манька Маленькая, попадает в тюрьму Тамара.

 Куприн показывает читателям “мутную, грязную жизнь” этих “бедных, больных, глупых, несчастных женщин”. Отношение к ним писателя высказывает репортер Платонов, который долго наблюдает жизнь обитательниц публичного дома. Во многом этот образ автобиографический. Платонов в беседе с Лихониным говорит о них так: “Судьба русской проститутки – о, какой это трагический, жалкий, кровавый, смешной и глупый путь!” Здесь все совместилось: русский бог, русская широта и беспечность, русское отчаяние и падение, русская некультурность, русская наивность, русское терпение, русское бесстыдство… Судьба столкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса – совсем как дети… И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие человеческому страданию”. В повести Платонова можно назвать рупором идей Куприна. Пафос обличения не вытекает непосредственно из картин жизни, эти картины не «сцементированы» негодованием, сатирическим обличением, бичующей иронией.