Источники современного права в Российской Федерации

Содержание

 

Введение…………………………………………………………………...…1

Глава 1. Понятие источников современного Российского права

1.1 Проблема источников права в истории правовой мысли…………..…3

1.2 Юридическое понятие источника современного Российского права.8

Глава 2. Источники современного права в Российской Федерации

2.1. Основные принципы системы  источников современного права в РФ…………………………………………………………………………………12

2.2. Виды источников современного права в РФ…………………………15

Заключение………………………………………………………………….30

Список использованной литературы……………………………………...33

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Актуальность темы. Тема источников современного российского права традиционно является одной из ключевых для отечественной правовой науки и неизменно привлекает повышенное внимание исследователей. При этом, несмотря на весьма внушительную историю разработки проблем, связанных с сущностью, содержанием, эволюцией источников права, наблюдаются серьезные разногласия по широкому кругу относящихся к ним вопросов. Это обстоятельство свидетельствует о том, что трудности, с которыми в данном случае сталкиваются исследователи, обусловлены не только отсутствием четкого понимания источников права, единой концепции их исследования, но и сложностью, неоднозначностью самого изучаемого феномена.

Сложность, а одновременно и важность изучения темы источников российского права существенно увеличивается в современных условиях, характеризующихся серьезной трансформацией их системы.

Неоднозначность развития системы источников современного российского права, ее недостаточная эффективность в новых условиях обусловливают необходимость объективного анализа причин, вызвавших столь кардинальные изменения, и оценки последствий этих изменений. Сложность решения обозначенной задачи предопределяется тем, что, будучи во многом обусловлено разрушением советской системы, развитие системы источников российского права также в значительной степени определяется глобализационными процессами, затронувшими в той или иной мере практически каждую из существующих правовых систем и предопределившими существенное сближение внешних форм выражения правовых норм в различных государствах мира. Влияние этих процессов на правовую сферу до сих пор остается малоисследованным и вызывает столько же споров, сколько и вопрос о сущности и содержании источников права.

Представляется, что изложенные обстоятельства в полной мере подтверждают актуальность исследования вопросов, связанных с развитием источников современного российского права.

Проблемы развития источников отечественного права неоднократно становились предметом теоретико-правового анализа в дореволюционной, советской и постсоветской правовой науке. В конце XIX – начале ХХ века различные аспекты проблемы источников российского права нашли свое отражение в трудах Н.М. Коркунова, И.В. Михайловского, Л.И. Петражицкого, Г.Ф. Шершеневича и многих других исследователей. В советский период комплексным исследованием вопросов, связанных с источниками отечественного права, занимались Н.Г. Александров, С.Л. Зивс, С.Ф. Кечекьян, М.С. Строгович, Л.С. Явич и другие ученые.

В постсоветской правовой науке проблемы, связанные с источниками отечественного права, разрабатывались такими исследователями, как О.А. Иванюк, М.Н. Марченко, Г.И. Муромцев, О.А. Плоцкая, Р.А. Ромашов, Б.Н. Топорнин, а также многими другими.

Наряду с комплексными исследованиями проблем источников права имеется множество работ, посвященных отдельным источникам российского права – нормативным правовым актам (О.В. Богатова, С.А. Иванов[1]), нормативным правовым договорам (Ю.Ю. Кулакова, М.А. Нечитайло[2]), правовым обычаям (О.В. Малова, А.И. Поротиков, Т.В. Сергеева и др.[3]).

Широко дискутируются вопросы, связанные с возможностью признания самостоятельным источником российского права судебной практики (П.А. Гук, Г.Б. Евстигнеева и др.[4]).

Объектом исследования выступает российское право как сложная регулятивная система, сформировавшаяся в результате длительного культурно-исторического развития и характеризующаяся специфическими механизмами формализации норм как предпосылки их фактического участия в регулировании общественных отношений.

Предметом исследования является закономерное и особенное в содержании и функционировании системы реально действующих источников российского права на современном этапе.

Цель работы составляет выявление реального состояния и динамики системы действующих источников современного российского права.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ИСТОЧНИКОВ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ПРАВА

 

1.1. Проблема источников  права в истории правовой мысли

 

Источники права - тема, некогда волновавшая целые нации. Отдельные ее вопросы в виде революционных лозунгов выносились на площади, например, в годы Великой Французской революции XVIII в. Она же вызвала к жизни мощную историко-правовую школу в Германии в середине XIX столетия. Однако и сегодня эта проблема заслуживает самого пристального научного внимания.

Изучение взглядов на источники права помогает осмыслить путь становления современных доктрины и системы источников права, предугадать направление их развития.

Историко-правовой анализ возникновения понятия «источники права» позволяет утверждать, что оно оформилось не сразу, хотя сам термин «источник права» введен в научный оборот еще римскими юристами. Но хотя впервые данный термин упоминается в работе римского ученого Тита Ливия в отношении Законов XII таблиц[5], мы должны начать с греческих представлений о праве, рассмотрев причины их неразвитости, поскольку римские юристы, прямые наследники философов Эллады, заимствовали у последних методологию своих правовых конструкций.

Итак, греки очень мало внимания уделяли праву как социальному явлению. Право понималось как совокупность права естественного и права человеческого: естественная справедливость, которой должно следовать человеческое установление, соотносимое с обычным правом. Представители античной философии права, в частности софист Гиппий, уже четко противопоставляли закон и природу. Аристотель относил к праву волеустановленному (условному, установленному людьми) законы и всеобщие соглашения.[6]

Исследователи правовой мысли считают, что одна из причин слабого интереса древних философов к праву - их созерцательное отношение к миру. А.Ф. Лосев, характеризуя философию античности, писал: «...при всей своей внешней активности внутренне такая диалектика была пассивна, духовно пассивна, созерцательна. Она всегда много суетилась по поводу фактического состояния дел, но была неспособна коренным образом переделывать действительность».[7]Пассивность исходила из специфики представлений греков о материи и идее. Идея не понималась и не могла пониматься как абстрактное явление, «чистая идея», следовательно, отсутствовала философская основа для осуществления синтеза имеющегося познания и создания того, чего нет в чувственном опыте, но возможно в реальности. Поэтому греки принципиально не могли создать полноценного учения о праве, хотя и сформировали отдельные его элементы, развитые позже римлянами.

Остановимся еще на одном моменте формирования представлений об источниках права. Создание идеи права и, тем более, его источников невозможно без осмысления категорий причинности и обусловленности. Аристотель развил учение о четырех видах причин: 1) формальных или сущностных; 2) материальных; 3) движущих или «творящих» начало; 4) целевых (носят универсальный характер).[8] Такое представление о причинности вытекало из положения о том, что человеческие ум и душа есть объективно-космические явления. Телеологическое представление о причинности имело своим последствием то, что Платон и Аристотель единство всех начал видели не в «исхождении их из одного корня», а в конечной цели, или идее, связывающей противоположенные элементы в одно гармоничное целое.[9]

Таким образом, в греческой философии как таковая отсутствовала потребность обращения к исследованию истоков наличной действительности, в том числе и правовой. В отличие от греков, римляне еще в самом начале своей правовой истории выделяли особую судебную власть. В основе постижения римскими юристами права как явления находилась не категория источника, а греческая категория цели. Именно эта базовая установка формирующегося теоретического сознания, дополненная опять же греческой диалектикой как методом исследования окружающего мира, определила направления развития как самого римского права, так и его исследований.[10]

Ф.К. Савиньи отмечает, что римляне не дали источникам права никакого определения.[11] Однако существование источников права не могло остаться без внимания римских юристов. Они были выделены и описаны как части гражданского права, которое, в свою очередь, отделялось от права естественного.

Известно несколько классификаций источников (частей) римского гражданского права. Цель их одна и носит сугубо практический характер: помочь судье быстрее найти уже имеющееся правило для разрешения спора.[12]

В п. 2 кн. I Институций Гая сказано: «Цивильное право римского народа состоит из законов, решений плебеев, постановлений сената, указов императоров, эдиктов тех должностных лиц, которые имеют право издавать распоряжения, и из ответов знатоков (права)».[13]

Аналогичные классификации источников римского гражданского права даны Гаем, Помпонием, Папинианом, Цицероном. В основу данных классификаций положено различие сил, творящих право. Главной правоустанавливающей силой являлся римский народ: именно он создавал законы и обычное право - основные части римского права, обладающие верховенством над остальными частями. Однако этот приоритет был в значительной степени формальным.

В.И. Синайский отмечал, «народ не был источником всей государственной власти, а сам входил в состав этой власти, как один из ее основных элементов».[14] Кроме того, долгое время сам термин «народ» понимался ограниченно: он не охватывал всего населения Римского государства. Как видим, назвать народ основной правотворческой силой Древнего Рима можно лишь с долей условности.

Следует отметить, что в римском праве юридическую силу имели только закон и обычай. Поэтому иные источники права, чтобы быть юридически значимыми, приравнивались к закону. Их соотношение определялось недостаточно четко в силу того, что провести резкую грань между законом и, например, интерпретацией знатоков права или эдиктами магистратов не всегда представлялось возможным,[15] да и юристы еще не владели необходимыми исследовательскими методами. Формально все части права должны были соответствовать закону, а закон - справедливости. Иная классификация источников (частей) римского гражданского права основывалась на разделении права на писаное и неписаное. Первое в основном отождествлялось с обычаем, второе - с законом. Данная классификация указывает на одну достаточно важную для исследуемой темы особенность римского правосознания: правоведы того времени все еще не могли расчленить форму и содержание права - норму. Так, С. А. Муромцев писал: «Мы отличаем существо актов от их формы, потому что нам известны многие формы одного и того же акта; существо акта есть отвлечение от многих форм его... Древнейший юрист знал только по одной форме каждого акта, и в его представлении она совпадала с существом акта. Форма и выраженная ею идея мыслились нераздельно...».[16]

Анализируя вышеприведенные классификации, можно сделать вывод, что для римлян признание того или иного акта источником права зависело от того, какая сила его создавала, а точнее - от авторитета этой силы в обществе.

Средневековые юристы овладевают системным методом исследования. В XIII в. схоласты уже исходили из того, что каждое «правовое решение или норма - это вид рода «право». Другим существенным достижением становится идея детерминизма, заключающаяся в определении предмета «через выявление и фиксацию его признаков, отделяющих один предмет от другого».[17]

Средневековый детерминизм тесно связан с греческой телеологической причинностью: целью существования мира и первопричиной всего происходящего в нем является Бог. Юристы Средних веков построили неизвестную грекам и римлянам иерархическую систему источников права, исходящую от Бога. Ее элементы вытекают друг из друга, все более удаляясь от первоначального источника и тем самым теряя юридическую силу.

Основной составляющей иерархической системы частей права, которая активно обсуждалась в научных трудах того времени, являлся закон. Классификация законов, созданная Фомой Аквинским, начинается с вечного закона, который представляет собой всеобщий закон миропорядка. Непосредственным его проявлением выступает естественный закон, согласно которому вся богосотворенная природа и природные существа (в том числе человек) движутся к реализации целей, предопределенных и обусловленных правилами их естества.[18]

Развиваемая философами, теологами и юристами иерархическая система источников (частей, видов) права долго не могла обрести тот вид, в котором была бы признана всеми общественными силами. Напряженная борьба между церковной и светской властью за приоритет в принятии законов велась в Западной Европе вплоть до XVI в. С возрастанием роли государственной власти и удалением церкви от активной политической жизни появляются учения, придающие очень высокую силу княжеским велениям. Формируется философско-методологическая база юридического позитивизма. Для ее более поздних представителей Д. Бентама, Д. Остина, Ш. Амоса, К. Гербера, П. Лабанда, Г. Ф. Шершеневича понятие источника права теряет какой-либо смысл. Если только государство санкционирует нормы, причем в установленной им же форме, то нет необходимости определять источник права, поскольку он совпадает с формой права. При этом закон признавался в качестве единственной формы права, поскольку «самостоятельное действие обычного права рассматривалось как нарушение силы законодательного авторитета, как вторжение в сферу законодательной власти».[19]

Однако уже на исходе Средневековья возникает и другая тенденция в понимании права и его источников. Она связана с секуляризацией представлений о Боге как первоисточнике и первопричине права. Источниками права называют уже не только те или иные общественные силы и/или Бога, но и различные объективированные явления, способные выступать в роли причины возникновения и развития права. Теперь философы и правоведы связывают сущность источника права со все более сложными абстрактными понятиями. По мнению И. Канта, источником нравственных и правовых законов выступает практический разум, или свободная воля людей.[20] К.А. Неволин в «Энциклопедии законоведения» приводит определения закона: как правды, как прав и обязанностей, как формы.[21]

Ф.К. Савиньи, описывая эту тенденцию, замечает, что в научном определении термина «источники права» существует огромная путаница. Ученый призывает отграничивать источники от исторических причин возникновения права, а также от условий возникновения правовых отношений. С его точки зрения, положительное право живет в народном сознании, и поэтому он называет действующий народный дух источником современного римского гражданского права.[22] Как известно, эта концепция стала центральной в исторической школе права.

Немецкие цивилисты, лидировавшие в XIX - начале XX в. в разработке представлений об источниках права, а вслед за ними и русские правоведы высказывали обеспокоенность тенденциями, возникшими в науке, свести все право к одному источнику и «подчинить его идею решающей силе случайно образовавшегося большинства. Труды ученых исторической школы пробудили огромный интерес к проблеме источников права. Н.М. Коркунов в «Лекциях по общей теории права», исследовав различные трактовки термина «источник права», предлагал понимать его в техническом смысле, а также отличать от источника права как средства познания или исторического памятника. Источник права в техническом смысле ученый определил как «формы объективирования юридических норм, служащие признаками их обязательности в данном обществе и в данное время».[23]

Л.И. Петражицкий обозначил источники права термином «нормативные факты», не пояснив, однако, что конкретно понимает под ним.[24]

Ученые исторической школы обратили внимание на то, что закон или обычай сами по себе не «производят» право. Его творит народ. Тем самым была возрождена старая римская идея: определение источников права через правотворческие силы. Это подготовило формирование социологической школы права. Социологизированный подход к источникам права развивается и современными авторами. Я. Вандерлинден призывает не отождествлять право только с правовыми нормами, а значит, понимать под источниками права «видимую сторону юридического вещества», состоящего не только из норм права.[25]

В Советской России основная проблема, с которой столкнулись ученые при исследовании данного вопроса в рамках позитивизма, - соотношение понятий «источник права» и «форма права». Правоведы выработали два диаметрально противоположных варианта его решения. Суть первого варианта - в полном отождествлении источника права с формой права, в сведении источника права к форме и, наоборот, формы права - к источнику. Во избежание неясностей в подобных случаях при упоминании формы права обычно добавляют «источник права»: форма (источник) права либо форма, или источник, права.[26]

Сторонники второго варианта полагают, что анализируемые понятия совершенно не совпадают друг с другом, а отражающие их термины далеко не равнозначны: если «форма права» показывает, «как организовано и выражено вовне содержание права», то понятие «источник права» охватывает «истоки формирования права, систему факторов, предопределяющих его содержание и формы выражения»[27].

М.Н. Марченко считает, что в одних отношениях форма и источники права могут совпадать друг с другом и рассматриваться как тождественные, в то же время в других отношениях они значительно отличаются друг от друга и их не следует считать идентичными. Совпадение имеет место тогда, когда речь идет о формально-юридических источниках права.[28]

Следует отметить, что в истекшем веке существенно обогатились методы исследования, в том числе и в философском плане. Появились такие новые общегуманитарные течения, как критика языка или синергетика. Однако они практически не используются в современной правовой науке, хотя уже есть отдельные примеры обращения к новой методологии. Попытка непозитивистского исследования источника предпринята А.И. Поротиковым в рамках рассмотрения обычая делового оборота. Он, возвращаясь к объективистским теоретико-правовым конструкциям начала XX в., пишет: «Под источником права в дальнейшем мы будем понимать факт, обозначающий норму права, дающий представление о текущем состоянии права».[29] Для пояснения понятия нормативного факта автор использует семиотическую категорию текста как системы знаков. Конструкция, созданная автором, логична и обоснованна.

Безусловно, существует большое количество и промежуточных точек зрения, за которыми, очевидно, будущее. В науке теории государства и права сегодня начинают развиваться новые подходы к определению сущности и специфики источников права. Предполагаем, что ресурсы для разрешения поставленных вопросов могут быть расширены за счет обращения к новейшим методам научного исследования.

 

 

1.2. Юридическое понятие  источника права

 

Под источником права в юридической науке принято понимать официально принятые в данном государстве способы и формы возведения в закон государственной воли, рассчитанной на неоднократное применение.[30]

О.В. Мартышин дает аналогичное определение источника права. Он пишет: «Источник права - это, как правило, сложившийся или определенный государством способ оформления веления, содержащегося в норме права».[31] Думается, что это определение, акцентирующее внимание на способах и формах внешнего выражения государственной воли, достаточно точно раскрывает процесс и результаты правотворчества. «Способы возведения в закон государственной воли» показывают многообразие и социальную обусловленность правотворчества, а «формы» раскрывают его воплощение и закрепление в системе юридических документов, выступающих носителями правовых норм.

На наш взгляд, предложенные понимания источника права не противоречит его определению как внешней формы объективизации, выражения права или закрепления нормативной государственной воли[32]. Оно позволяет акцентировать внимание на правотворческом характере источника права и юридическом выражении его в системе официальных документов. Все это позволяет выделить и подвергнуть анализу основные признаки источника права. К ним относится: а) правотворческая значимость источника права; б) содержание в виде юридически оформленной государственной воли; в) государственная обязательность и гарантированность; г) особая юридическая форма; д) установление основ, начал правового регулирования в определенных сферах общественной жизни.

Правотворческое значение источника права определяется тем, что он либо создается в процессе специальной правотворческой деятельности, либо его практическое значение выражается в установлении норм права, созданных в особом порядке. В первом случае источники права в виде нормативных актов, договоров проходят особую процедуру разработки и принятия, наделяются при этом официальной юридической силой, производной от компетенции субъектов правотворчества. Правотворческая работа здесь осуществляется целенаправленно, особыми органами и в особом порядке. Результатом правотворчества является установление, изменение или отмена каких-либо правовых норм. Именно в этом смысле Н.Г. Александров называл источником права «вид деятельности государства, заключающийся в установлении юридических норм или в признании юридическими иных социальных норм»[33]. Показателем правотворческого характера источника права является также использование приемов и средств законодательной техники, обеспечивающей разработку и формулирование норм права. Во втором случае правовая доктрина, обычаи, юридическая практика, религиозные догматы могут приобретать правотворческое значение после их санкционирования органами государственной власти. В науке выделяется несколько способов санкционирования социальных норм: законодательный, правоприменительный, ведомственный, прямой и опосредованный, «молчаливый» и т.д.[34] Основной же смысл государственного санкционирования норм, созданных субъектами, не обладающими правотворческими полномочиями, состоит в том, что в результате этого происходит «возведение в закон», то есть наделение юридической силой правил общественного поведения, которые до этого не обладали свойством государственной обязательности. Они приобретают правотворческий статус не за счет процедуры их создания или компетенции субъектов, а в результате фактического выполнения функций источников права, основанного на общеизвестности, авторитетности, практической и юридической значимости. В целом же правотворческое значение источника права определяется его содержанием, раскрывающемся в нормативных велениях общего характера, рассчитанных на неоднократное применение и опирающихся на авторитет власти и государственное принуждение. В связи с этим в правовой науке принято выделять такие признаки правотворческой значимости источников  права,  как:  неконкретность адресата; возможность  неоднократного применения; сохранение действия предписания независимо от его исполнения[35].

Данные свойства позволяют отграничивать нормативные акты от индивидуальных, а также от общих актов руководства партийного, политического или организационного характера. Поэтому, определяя правотворческую значимость источника права, наряду с его неперсонифицированностью, общим характером и неоднократностью действия, важно помнить, что он вносит новый элемент в правовое регулирование и является юридическим критерием правильности и законности правового порядка.

Источник права есть официальная форма выражения и закрепления государственной воли. В зависимости от исторического типа государства и права и особенностей объективно сложившегося в данном обществе политического режима государственная воля может быть представлена либо в виде системы коренных и принципиальных интересов экономически и политически господствующего класса, а в определенные периоды даже одного лица (диктатора, деспота), либо как сложное выражение политической борьбы и сотрудничества классов, социальных слоев, участвующих в политике и правотворческой деятельности.[36] Поэтому государственная воля, содержащаяся в источниках права, всегда отражает достаточно сложный политизированный результат диктатуры или правотворческого компромисса, получивший свое выражение в наиболее важных, основных источниках права (конституционное законодательство, кодексы и т. д.) и конкретизированный в подзаконном текущем законодательстве и других ведомственных и локальных правовых актах.

Важным признаком источника права является его государственная обязательность и гарантированность. В этом смысле источник права представляет собой не просто «емкость», «резервуар», наполненный нормами права, а юридический документ, обладающий свойством длящейся во времени государственной обязательности и служащий основанием для применения мер государственного принуждения. Это правовой акт, содержащий в себе дозволения, запреты, позитивные обязывания, несоблюдение которых влечет своеобразное «включение» механизма правоохранительной деятельности. При этом юридическая процедура осуществления охраны права от нарушения предполагает и основывается на указании конкретного источника права, его статей, норм, которые нарушены субъектами. Ссылка на определенный источник права всегда обязательна и сообщает черты законности и легитимности применяемого государственного принуждения. В этом смысле юридическая ответственность и содержащиеся в ней меры государственного принуждения основываются на источниках права как нормативной почве своего бытия. Без источников права любые меры государственного принуждения незаконны и нелегитимны.

Источники права характеризуются специфической формой своего выражения. В связи с этим в науке справедливо отмечается, что форма организует своеобразную юридическую материю, само содержание права, воплощая его в юридических структурах[37].

Содержание права зависит от государственной воли, но юридическую силу это содержание получает лишь с момента облечения его в соответствующую форму[38]. На наш взгляд, категория формы  для  понимания природы источника права

является основополагающей.

Право в целом можно рассматривать как особую форму общественных отношений, наряду с экономической, политической, нравственной формами. Но применительно к источникам права речь идет о формах объектирования юридических норм, служащих признанием их обязательности[39], или формах внешнего выражения и закрепления права. В этом смысле исторически право получает свое выражение и закрепление в правовых обычаях, прецедентах, «праве юристов», т. е. правовой доктрине, нормативных актах, юридических договорах и т.д.

Целесообразно, на наш взгляд, сделать исследовательский акцент на понятиях «выражение» и «закрепление» норм права в его источниках. Думается, что они несут различную смысловую нагрузку. Право может выражаться в определенных источниках в результате правотворческой работы компетентных органов государства и в процессе спонтанного правообразования. Последнее обстоятельство характерно для формирования обычаев, со временем становящихся юридическими, правовых доктрин, религиозных догм, нормативных прецедентов юридической практики (правоположение, прецеденты), деловых обыкновений. Для подобных источников права вначале характерно языковое или символическое выражение во вне спонтанно формируемых правил, которые со временем могут приобрести юридически закрепленные формы. Процесс постепенного формирования правовых требований, таким образом, предполагает их первичную внешнюю объективизацию как своеобразного «протоправа», не получившего еще вида юридически оформленного источника.[40]

Справедливо отмечал П.Л. Карасевич, что «право на первых ступенях развития народов принимает другую форму, более доступную для понимания простых людей. Эта форма заключается в чувственных, осязательных для всех образах, в физических, реальных знаках, поражающих воображение и бросающихся в глаза».[41] Действительно, правовая символика - одно из выразительнейших средств формирования юридического долженствования. Аналогично через убедительные и аргументированные языковые средства правовая доктрина в виде научно-практических комментариев к законам и кодексам может получать вначале свое публичное выражение, а со временем закрепляться в нормативных актах. В свою очередь, осмысление полезности и целесообразности некоторых религиозных норм или выработанных юридической и деловой практикой типичных образцов служебной деятельности приобретает вначале письменное или правосознанческое выражение, а впоследствии может закрепляться в источниках права. Все это свидетельствует, что объектированное выражение протоправовых требований довольно часто предшествует их закреплению в качестве содержания источников права.