Картина «Джоконда» Леонардо да Винчи

Содержание.

Введение                                                                                                         3

Глава I. История картины                                                                              5

Глава II. Техника и композиция картины                             

            2.1 «Сфумато» - очередное изобретение великого гения             13

            2.2 Описание и композиция картины                                              16

Глава III. Секреты Джоконды

            3.1 Улыбка Моны Лизы и другие секреты картины                      19

            3.2 Джоконда – кто она?                                                                   26

Заключение                                                                                                     31

Список литературы                                                                                        33 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение  

     Знаменитая «Джоконда» кисти Леонардо да Винчи относится к числу наиболее загадочных портретов в истории мировой живописи. Здесь все тайна: возникновение картины, личность изображенной женщины, необъяснимая изменчивость ее лица.

     Вот  уже без малого пять веков как миллионы людей любуются этим шедевром мирового искусства. Мона Лиза» Леонардо да Винчи до настоящего времени является непревзойденным по стилистике и мастерству портретом.

     Художник не оставил никаких сведений об этой работе. Неизвестно кто ему позировал, неизвестен заказчик – ничего. Хотя Леонардо скрупулезно вел свои дневники и подробно описывал в них все работы, изобретения, а также свою жизнь. Но об этом портрете нет в записях ни слова.

     Леонардо  вложил в ее удивительный, устремленный на зрителя взгляд, в знаменитую, словно скользящую загадочную улыбку, в отмеченное зыбкой изменчивостью  выражения лица заряд такой  интеллектуальной и духовной силы: который поднял ее образ на недосягаемую высоту.

           Множество научных трудов посвящено  этому портрету, и все же история  его до конца не разгадана.  Прежде всего остается загадкой, кто позировал художнику: была  ли это молодая жена богатого флорентийского купца дель Джокондо или флорентийка, жившая по соседству с Леонардо да Винчи, имя которой осталось неизвестно. Возможно, образ, который мы видим на портрете, - собирательный, идеальный образ молодой женщины той эпохи. Бесспорно лишь одно – для нас она навсегда останется  «Джокондой», такое имя носит портрет уже не один век.

        Целью данной курсовой работы является систематизирование и обобщение материала, касающегося картины, чтобы из разрозненных источников создать, наконец, законченный образ.

      Для достижения этой цели в работе были рассмотрены история картины, техника, использовавшаяся при ее написании, основные мнения и версии относительно личности модели и некоторых спорных  моментов, связанных с элементами и композицией картины.

     Основной  материал для работы был почерпнут  из книг Гуковского М.А. «Леонардо да Винчи», Дж. Вазари «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих», Беземянского Ю. Н. «Улыбка Джоконды: книга о художниках» и Виппера Б. Р. «Итальянский Ренессанс. XIII—XVI века. Курс лекций по истории изобразительного искусства и архитектуры».

      В этих произведениях наиболее подробно и содержательно представлен  материал о жизни Леонардо да Винчи  и об одном из главных его произведений в живописи – картине «Джоконда»  

Глава I. История картины. 

     Первое  упоминание о картине появилось  в книге знаменитого историка искусств эпохи Возрождения Джорджо  Вазари, который через тридцать лет после смерти Леонардо написал о его шедевре¹. О том, что в 1503 году Леонардо да Винчи был заказан портрет третьей жены флорентийского торговца шелком Франческо ди Джокондо. Леонардо взялся за заказ, получил гонорар, через четыре года закончил работу, а дальше произошло необъяснимое – заказ не был отдан заказчику. Почему – неизвестно. Самая распространненная версия: он осознал, какой шедевр создал, и не захотел, чтобы картина сгнила в фамильных склепах какого-то торговца шелком. Но может быть и второе объяснение: торговец шелком гражданин Франческо ди Джокондо из Флоренции никогда не заказывал Леонардо портрет своей жены.

     Перед смертью Леонардо продал часть своих  работ королю Франции Франциску  Первому, в том числе и загадочный «Портрет одной флорентийской дамы». Изображение загадочной девы, по композиции напоминающее изображение Девы Марии, повесили… в королевскую баню.

Уже спустя несколько  лет после смерти Франциска Первого  название картины стерлось из памяти царедворцев, и картина просто украшала стены бани (где проходили неформальные встречи на высшем уровне), радуя глаза фаворитов нового короля. Портретом восторгались, но чей он – не знали. Пока новый король Людовик XIII не повелел точно разузнать, кто же именно позировал для знаменитого итальянца. Примерно в начале XVII века уже популярное в Италии жизнеописание Леонардо Джорджо Вазари попало на глаза одному обитателю Лувра. Прочитав о потерянном портрете жены флорентийского купца, придворный пришел к выводу, что, возможно, девушка «из бани» и является исчезнувшей женой торговца шелком Моной Лизой дель Джокондо.

     Так портрету было найдено имя. С той  поры слава Моны Лизы растет. Ее превозносят  как образец семейной добродетели, мудрости и невероятной реалистичности. Историки искусств пишут, что можно  сосчитать, сколько ресниц нарисовано на ее веках. Появляются сотни подражательных портретов дам из высшего общества, на которых они изображены в позе Моны Лизы: по пояс, со сложенными на груди руками.

     Кто-то из придворных дам озвучивает идею, что, может быть, это самая обыкновенная уличная девушка. Но подобная версия быстро сходит на нет как салонный анекдот. Ведь то, что висит во дворце французских королей (даже в банях), считается образцом добродетели и эталоном вкуса. Такое положение вещей длится какие-то сто лет, пока с портретом жены торговца шелком не происходит первое происшествие. У дамы с загадочной улыбкой на устах начинает слезать краска. Начинается маленький переполох. По приказу министра дворца портрет отправляют на бережную реставрацию. Проходит еще пятьдесят лет – опять реставрация, и в лице девушки из Флоренции появляются новые изменения, светлая лента, укрепляющая накидку, становится частью самого лба, в результате чего лоб Моны Лизы становится громадным. Но картина по-прежнему завораживает.

     Был момент, когда «Джоконду» едва не купил у французской короны тот самый герцог Бэкингем из истории с подвесками «Трех мушкетеров» Дюма. Оказывается, она предназначалась для лучшей в мире коллекции живописи, которой владел английский король Карл I. Людовик XIII был равнодушен к искусству, но сделка не состоялась. Кардинал Ришелье отговорил своего короля продавать «Джоконду» англичанам. Возможно, он сам мечтал заполучить шедевр, являясь известным и лучшим французским коллекционером. Этот факт стал вершиной первоначальной популярности «Моны Лизы».

     Но  в XVIII веке единственный раз удача изменила «Джоконде». Она перестала волновать умы коллекционеров. Все изменила Великая Французская революция. Вместе с другими картинами из королевской коллекции «Джоконду» конфисковали для первого в мире публичного музея в Лувре. И здесь выяснилось, что не в пример королям-коллекционерам художники никогда не разочаровывались в шедевре Леонардо. Член комиссии Конвента, бывший королевский любимец Фрагонар сумел по достоинству оценить «Мону Лизу»: он распорядился включить ее в состав самых ценных картин музея.

     В 1800 году Первый консул Французской  республики генерал Бонапарт украсил  ею свою спальню во дворце Тюильри. Спальня Наполеона оказалась  для «Джоконды» таким же трамплином к славе, как когда-то баня Франциска. Наполеон ничего не смыслил в живописи, но высоко ценил Леонардо. Правда, не как художника, а как гения универсала — себе под стать. К тому же он доверял профессионалам. Раз Фрагонар сказал, что «Джоконда» — великое произведение, значит, так оно и есть. Три года «Мона Лиза» оберегала сон великого корсиканца. Став императором, Наполеон возвратил картину в музей в Лувре, который назвал своим именем. «Джоконда» «потратила» триста лет, чтобы окончательно завоевать славу в «узких кругах» художников и коллекционеров.

     Как-то картина попалась на глаза знаменитому Стендалю. Наблюдательный писатель  заметил то, чего никто до него не замечал. Образец женской красоты не имел бровей. Как же дотошный историк Вазари, писавший о том, что на портрете Моны Лизы можно сосчитать число ресниц на веках, не заметил отсутствия бровей? Это стало началом целой кампании по поиску недостатков в лице божественной женщины. Кто только не бросал камни в Джоконду. Даже знаменитый английский писатель и эстет Оскар Уайльд. «Да, она некрасивая, – вынес вердикт король лондонской элиты, – но зато ее улыбка гипнотизирует».

     Исследователи начали искать в улыбке смысл. Говорили, что по загадочности она не уступает Сфинксу. Наиболее скептичные в ответ выдвигали версию о том, что красавица просто насмехается над людьми.

В общем, как обожание, так и ненависть мужчин по отношению к идеалу женской красоты становились все нестерпимее и вызывающе.

     В 1911 году один из никому не известных  художников-копиистов пришел в Лувр писать копию с Моны Лизы и увидел чистый прямоугольник на стене. Картины не было. Дежурный смотритель равнодушно пояснил: наверное, на реставрации. Художник поблагодарил и ушел. На следующий день он пришел снова. Картины не было. Художник пожаловался смотрителю. Тот извинился и сообщил о жалобе дирекции. Директор позвонил «в реставрацию» и потребовал либо вернуть живопись, либо указать точную дату конца работ. Реставраторы удивились: «Какую картину?» На другом конце провода повисло долгое молчание. Только тогда о пропаже сообщили в полицию. Началась паника. Картина просто исчезла. Прошел год, потом второй. Казалось, шедевр да Винчи безвозвратно утерян. И вдруг в 1913 году очередной звонок в полицию: один флорентийский торговец произведениями искусства получил письмо от человека, подписавшегося именем Леонардо. Автор письма утверждал, что именно он украл Джоконду и сейчас желает вернуть картину на историческую родину.

Уверенности, что  картина подлинная, не было и на этот раз. Таких звонков в комиссариат поступало до сотни в год. На всякий случай полиция попросила римского антиквара откликнуться и ответить согласием. Торговец приготовил деньги и сообщил, что готов сразу оплатить товар, если это окажется подлинником. В ответ загадочный посредник предложил осуществить сделку немедленно. Встреча была назначена через два дня. При передаче картины похитителя задержали. Великую женщину, скрученную в трубочку, принесли в дешевом фибровом чемодане.

     Задержанным оказался некий Винченцо Перуджи, итальянец  по происхождению, художник, пару лет  назад работавший слесарем в Лувре. Картину он украл в выходной день, как обычно придя на работу. В зале, где висела Мона Лиза, никого не было. Бесстрашный малый подошел к шедевру, снял его со стены и вышел на черную лестницу. Там он вынул картину из рамы, засунул под халат и спокойно отнес к себе домой, где спрятал под матрасом.

     Состоялся суд. На вопрос, зачем он это сделал, грабитель ответил: «Я – итальянец. А шедевр да Винчи должен принадлежать Италии». Это так тронуло судей, что злоумышленнику дали всего год с небольшим. Он отсидел, потом вернулся домой и ушел солдатом на фронт Первой мировой войны. Вернувшись домой, Винченцо вступил в ряды фашистской партии, стал героем. С ним даже делали интервью, как с настоящим патриотом Италии. Он так и не узнал, что его великий земляк Леонардо самолично продал свой шедевр королю Франции за 4 тысячи экю.

     После кражи и возвращения картина  окончательно стала символом изобразительного искусства вообще. Картина превратилась в звезду, стала популярнее киноактрис и оперных примадон.

     Следующий шаг на пути к славе «Моны Лизы» сделали художники-авангардисты. Они избрали ее объектом своих экспериментов. В 1914 году Казимир Малевич создал коллаж, где дважды перечеркнул репродукцию «Моны Лизы» крест-накрест, а вверху написал «частичное затмение». Пять лет спустя «отец» дадаизма Марсель Дюшан изобразил «Джоконду» с усами. Малевич и Дюшан противопоставили свое антиискусство эксперимента традиционному искусству со всеми его «буржуазными» ценностями. Публика была оскорблена до глубины души, а «Мона Лиза» прославилась еще больше.

     После возвращения в Париж из Италии в 1914 году «Мона Лиза» не покидала Францию почти полвека. В путешествие  ее отправил генерал де Голль, которому «Джоконда» понадобилась в качестве дипломата. В 1962 году картина отплыла  в США в каюте первого класса на океанском лайнере «Франция». Ее трансатлантический визит сгладил напряжение в отношениях между двумя странами. Хитрый де Голль использовал симпатии к Франции Жаклин Кеннеди, в жилах которой текла французская кровь.

     «Джокондомания» охватила Америку. Во время вернисажа американский морской пехотинец, охранявший картину, едва не заколол штыком француженку-реставратора, которая слишком близко подошла к «Моне Лизе». В Вашингтоне и Нью-Йорке картину за два месяца посмотрели больше полутора миллионов человек.

     После американского триумфа «Мона  Лиза» прорвалась в рекламу и  стала торговой маркой. С тех пор  ежедневно появляется продукт, который  рекламируется через образ Джоконды. Общество любителей «Моны Лизы»  издает специальный каталог, где  регистрируются «новинки»: носки, пылесосы, бюстгальтеры, спички...

     Американские  художники-авангардисты не стали ниспровергать  «Джоконду» с пьедестала, как когда-то их коллеги европейцы. Наоборот, Энди Уорхолл, Джаспер Джонс, Роберт Раушенберг и другие звезды поп-арта стали эксплуатировать образ Моны Лизы так же, как другие продукты массовой культуры — от банки супа Кэмпбелл до Мерилин Монро.

     Покорив Америку, в 1974 году «Джоконда» отправилась  в Азию. Франции нужно было налаживать отношения с новым экономическим  гигантом, Японией. Разменявшая пятое столетие «игривая, веселая женщина» шагала в ногу со временем. В Токио она прибыла на борту уже не корабля, а «Боинга». Самурайская дисциплина позволила японцам установить рекорд: всего за месяц в Токио «Джоконду» увидело больше людей, чем в Америке за два. Чтобы увеличить пропускную способность, в зал был запрещен доступ для инвалидов.

     Поучаствовала «Мона Лиза» и в смягчении  атмосферы «холодной» войны. На обратном пути из Японии она заглянула в Москву. В годы «разрядки» визит «Моны Лизы» был знаком того, что СССР постепенно открывается миру. Вокруг Музея имени Пушкина толпы людей сутками ждали вожделенной встречи с «прекрасной флорентийкой». В день «Джоконду» смотрело по 4 600 человек. 400 человек в час. 9 секунд на человека. Российская оборонная промышленность изготовила «музейное изделие»: кабину-витрину для «Джоконды».

     Москва  была последним пунктом маршрута всемирных гастролей «Джоконды», с тех пор она никуда из Лувра  не выезжала.

За такую славу, которой добилась картина, надо платить. На «Мону Лизу» покушались дважды: один раз на выезде, другой — дома. И каждое такое покушение «раскручивало» маховик славы «Джоконды» еще сильнее.

В 1956 году боливиец Уго Унгаза Виллегас долго стоял  в Лувре перед картиной, а потом  взял да и запустил в шедевр Леонардо камнем. Виллегаса немедленно взял под защиту Сальвадор Дали. Он обвинил во всем Леонардо да Винчи, который «спровоцировал» боливийца. Тот-де полюбил Джоконду как мать, а тут увидел, что та над ним насмехается, что еще оставалось делать, как не взяться за булыжник? С тех пор у левого локтя «Моны Лизы» — едва заметная отметина. В 1974 году в Токио очередной «любовник» бросил в «Мону Лизу» пузырек с краской. К счастью, защитное стекло спасло шедевр.

     После этого картину поместили в  специальный ящик из пуленепробиваемого стекла. Он заполнен гелием, что позволяет создать идеальную «атмосферу» для сохранности шедевра. Только раз в году реставраторы видят «Джоконду» «в живую», когда осматривают картину. В апреле 2008 года «Мона Лиза» переехала в отдельный зал, построенный для нее в Лувре.

     В век глобализации шедевр Леонардо стал глобальной ценностью. На нее работают все современные технологии: массовый туризм, реклама, поп-культура. Песни  о Джоконде поют певцы со всего  света от — Демиса Руссоса и  Нэта Коула до Элтона Джона и Боба Дилана. В виде Моны Лизы изображают всех знаменитостей — от Сталина до Моники Левински. В святилищах аборигенов в Австралии этнографы находят репродукции «Джоконды» среди местных богов. А в мае 2007 года лик Моны Лизы, набранный художником Георгием Пузенковым из компьютерных пикселей, отправился в космос на Международную станцию. Когда-то Мона Лиза отделилась от своего портрета и зажила отдельной, литературной жизнью. В конце ХХ века это произошло и в массовой культуре.

     И все же: отчего именно «Джоконда» Леонардо да Винчи стала суперзвездой? По мнению одних, секрет в уникальной открытости «Джоконды» для любой интерпретации — недосказанность — оставляет место для полета фантазии. А другие считают, что дело вовсе не в улыбке и вообще не в достоинствах самого портрета. Всему виной внешние обстоятельства, и прежде всего кража 1911 года. Не будь этого «подарка судьбы», «Джоконда» никогда не достигла бы такой популярности. Только чувство утраты рождает любовь. Звездой «Мону Лизу» сделали два итальянца: великий Леонардо да Винчи и назвавший себя Леонардом Винченцо Перуджа. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Глава II. Техника и композиция картины.

2.1 Техника «сфумато» - очередное изобретение великого гения 

     Как отмечает Дживелегов, ко времени создания «Моны Лизы» мастерство Леонардо «уже вступило в фазу такой зрелости, когда поставлены и решены все формальные задачи композиционного и иного характера, когда Леонардо начинало казаться, что только последние, самые трудные задачи художественной техники заслуживают того, чтобы ими заняться. И когда он в лице моны Лизы нашел модель, удовлетворявшую его запросам, он попробовал решить некоторые из самых высоких и трудных задач живописной техники, еще им не решенных. Он хотел при помощи приемов, уже выработанных и испробованных им раньше, особенно при помощи своего знаменитого sfumato, дававшего и раньше необыкновенные эффекты, сделать больше, чем он делал раньше: создать живое лицо живого человека и так воспроизвести черты и выражение этого лица, чтобы ими был раскрыт до конца внутренний мир человека»². Борис Виппер задаётся вопросом, «какими средствами достигнута эта одухотворенность, эта не умирающая искра сознания в образе Моны Лизы, то следует назвать два главных средства. Одно — это чудесное леонардовское сфумато. Недаром Леонардо любил говорить, что „моделировка — душа живописи“. Именно сфумато создает влажный взгляд Джоконды, легкую, как ветер, её улыбку, ни с чем не сравнимую ласкающую мягкость прикосновения рук»³.

     Прием «сфумато» состоит в том, что предметы на картинах должны не иметь четких границ, все должно быть плавно переходящим одно в другое,  очертаний предметов смягчены с помощью окружающей их свето-воздушной дымки.

     Для Леонардо живопись была высшим деянием человеческого гения, высшим из искусств. Это деяние требует и высшего познания. А познание дается и проверяется опытом.

      И вот опыт открывает Леонардо новые  просторы, дали, до него не изведанные в живописи. Он считает, что математика – основа знания. И каждая его  живописная композиция плавно вписывается в геометрическую фигуру. Но зрительное восприятие мира не исчерпывается геометрией, выходит за ее рамки.

      Заглянув  в бездну времени, которое есть «истребитель вещей», он увидел, что все изменяется, преображается, что глаз воспринимает лишь то, что рождается перед ним в данный миг, ибо в следующий время уже совершит свое неизбежное и необратимое дело.

      И ему открылась неустойчивость, текучесть  видимого мира. Это открытие Леонардо имело для всей последующей живописи огромное значение. До Леонардо очертания предметов приобретали в картине решающее значение. Линия царила в ней, и потому даже у величайших его предшественников картина кажется подчас раскрашенным рисунком. Леонардо первый покончил с незыблемостью, самодовлеющей властью линии. И назвал этот переворот в живописи «пропаданием очертаний». Свет и тени, пишет он, должны быть резко разграничены, ибо границы их в большинстве случаев смутны. Иначе образы получатся неуклюжими, лишенными прелести, деревянными.

      «Дымчатая светотень» Леонардо, его знаменитое «сфумато» – нежный полусвет с мягкой гаммой тонов молочно-серебристых, голубоватых, иногда с зеленоватыми переливами, в которых линия сама становится как бы воздушной.

      Масляные  краски были изобретены в Нидерландах, но таящиеся в них новые возможности  в передаче света и тени, живописных нюансов, почти незаметных переходов из тона в тон были впервые изучены и до конца исследованы Леонардо.

      Исчезли линеарность, графическая жесткость, характерные для флорентийской  живописи кватроченто. Светотень и  «пропадающие очертания» составляют, по Леонардо, самое превосходное в живописной науке. Но образы его не мимолетны. Крепок их остов, и крепко стоят они на земле. Они бесконечно пленительны, поэтичны, но и не менее полновесны, конкретны.

     Основная  сложность этой техники заключается в мельчайших мазках (около четверти миллиметров), не доступных для распознания ни под микроскопом, ни с помощью рентгена. Таким образом, для написания картины да Винчи потребовалось несколько сотен сеансов. Изображение Джоконды состоит приблизительно из 30 слоев жидкой, почти прозрачной масляной краски. Для такой ювелирной работы,  художнику, по-видимому, приходилось использовать лупу. Возможно, применение такой трудоемкой техники, объясняет долгое время работы над портретом – почти 4 года.

Французский исследователь Жан Франк, исследуя в течение нескольких лет портрет, смог повторить ту технику, благодаря которой Джоконда кажется живой. По признанию исследователя, ему удалось достичь лишь уровня ранних работ мастера. Однако уже сейчас его исследования удостоились чести находиться рядом с полотнами великого Леонардо да Винчи. Музей Uffizi во Флоренции разместил рядом с шедеврами мастера 6 таблиц Франка, на которых поэтапно описано, как да Винчи писал глаз Моны Лизы, и две воссозданные им картины Леонардо. 
 
 
 
 
 
 
 

2.2 Описание  и композиция картины 

     На  картине прямоугольного формата размером 77^х53 см изображена женщина в тёмной одежде, обернувшаяся вполоборота. Она сидит в кресле, сложив руки вместе, оперев одну руку на его подлокотник, а другую положив сверху, повернувшись в кресле почти лицом к зрителю. Разделенные пробором, гладко и плоско лежащие волосы, видные сквозь накинутую на них прозрачную вуаль (по некоторым предположениям — атрибут вдовства), падают на плечи двумя негустыми, слегка волнистыми прядями. Зеленое платье в тонких сборках, с желтыми рукавами в складках, вырезано на белой невысокой груди. Голова слегка повернута⁴. Искусствовед Борис Виппер, описывая картину, указывает, что в лице Моны Лизы заметны следы моды кватроченто: у нее выбриты брови и волосы на верхушке лба⁵ (по другим версиям отсутствие бровей и волос связано с неудачной реставрацией).

     Нижний  край картины обрезает вторую половину её тела, таким образом, портрет является практически поясным. Кресло, в котором  сидит модель, стоит на балконе либо на лоджии, линия парапета которой видна позади её локтей. Как считается, раньше картина могла быть шире и вмещать две боковые колонны лоджии, от которых в данный момент остались две базы колонн, чьи фрагменты видны по краям парапета.

     Лоджия  выходит на пустынную дикую местность  с извилистыми потоками и озером, окруженным снежными горами, которая  простирается к высоко поднятой линии  горизонта позади фигуры. «Мона Лиза представлена сидящей в кресле на фоне пейзажа, и уже само сопоставление ее сильно приближенной к зрителю фигуры с видимым издалека, как бы огромной горы, ландшафтом сообщает образу необыкновенное величие. Этому же впечатлению содействует контраст повышенной пластической осязательности фигуры и ее плавного, обобщенного силуэта с уходящим в туманную даль, похожим на видение пейзажем с причудливыми скалами и вьющимися среди них водными протоками»⁶.

     При Людовике XIV придворный математик обратил  внимание на некие геометрические странности в композиции. Оказывается, фигура Моны Лизы  вписана в идеальный равнобедренный треугольник. Но это еще не все.

Ученый произвел ряд измерений и сказал, что  эта картина больше, чем портрет. Это ребус. Сплетенные руки дамы образуют сегмент окружности круга, радиус которого равен длине одной из боковых сторон равнобедренного треугольника, в который вписана ее фигура.

     Попробуйте  разделить длину радиуса круга, в который вписана дама, на длину  радиуса круга, в которое вписано  ее лицо, у вас получится ровно  десять. Иными словами, в композиции картины явно скрыта некая математическая формула. Вопрос – какая? Известно, что Леонардо увлекался созданием перпетуум-мобиле – вечного двигателя. Он говорил, что если удастся сконструировать такую машину, можно будет понять секрет бессмертия! Не к нему ли приблизился Леонардо в портрете Моны Лизы?

     Внимательный  анализ композиции приводит к выводу, что Леонардо не стремился создать  индивидуальный портрет. «Мона Лиза»  стала осуществлением идей художника, высказанных им в своём трактате о живописи. Подход Леонардо к своим работам всегда имел научный характер. Поэтому «Мона Лиза», на создание которой он потратил много лет, стала красивым, но в тоже время недосягаемым и бесчувственным образом. Она одновременно кажется сладострастной и холодной. Не смотря на то, что взгляд Джоконды направлен на нас, между нами и ей создан визуальный барьер — ручка стула, действующая как перегородка. Подобный концепт исключает возможность диалога. Тем не менее, наш взгляд постоянно возвращается к её освещённому лицу, окружённому как рамкой тёмными, скрытыми под прозрачной фатой, волосами, тенями на шее и тёмным дымчатым пейзажем заднего плана. На фоне отдалённых гор фигура производит впечатление монументальной, хотя формат картины невелик (77х53 см). Эта монументальность, присущая возвышенным божественным существам, держит нас, простых смертных, на почтительном расстоянии и одновременно заставляет нас безуспешно стремиться к недосягаемому. Неспроста Леонардо выбрал позицию модели, очень схожую с позициями богоматери в итальянских картинах ХV века. Дополнительную дистанцию создаёт искусственность, возникающая из-за безупречного sfumato-эффекта (отказа от чётких очертаний в пользу создания воздушного впечатления). Надо полагать, Леонардо фактически полностью освободился от портретного сходства в пользу создания иллюзии атмосферы и живого дышащего тела при помощи плоскости, красок и кисти. Для нас Джоконда навсегда останется шедевром Леонардо.