Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Метафора и её виды в произведении Гёте "Фауст"

Введение

Актуальность темы:

Каждая эпоха находит в творческом наследии великого немца что-то своё, интимно-близкое и задушевное. И наше время - не исключение. Можно сказать, что суть гениальности в неисчерпаемости разгадок. Разгадывая гениев, человечество, в сущности, каждый раз разгадывает себя. Ведь Гёте волновали те же вечные, общечеловеческие, философские вопросы, ответы на которые человечество искало, ищет и будет искать: в чем смысл человеческого существования и самой философии? И можно ли повелевать этим творчеством духа?

Именно в нашу эпоху, которая заставляет нас задуматься над старыми, вечными и, казалось бы, банальными истинами (например, убежденность в непременной благотворности технического прогресса, на которой фактически покоится вся современная цивилизация), необычайно актуальными представляются мысли Гёте о роли преемственности в истории человеческой культуры; о том, что прогресс совершается не только с помощью революционных ломок и кровопролитных преобразований, но и благодаря ежедневному, будничному, постоянному и продуктивному труду, без которого невозможно никакое продвижение вперед.

Предмет исследования : метафора и её виды в призведении Гёте «Фауст».

Объект исследования: Метафора и виды метафор в немецком языке.

Цель работы: Цель нашего исследования мы видим в том, чтобы на основе анализа литературного, научного и философского наследия Гёте концептуально реконструировать философские основания мировоззрения мыслителя и последовательность его философских построений, конструкцию и виды метафор в данном произведении и в немецком языке в частности.

Задачи исследования:

1) Осуществить анализ научной литературы в плане исследуемой проблемы.

Установить специфику метафор немецкого языка.

2) Выделить виды и функции метафор в немецком языке.

3) Описать лингвистическую природу метафор в немецком языке.

4) Выделить метафоры и виды метафор в произведении Гёте – «Фауст»

Степень научной разработанности: Библиографии работ о великом поэте и мыслителе появляются в бесчисленных периодических изданиях и ежегодниках, выпускаемых обществами по изучению творчества Гёте во всем мире. По индексу цитирования в крупнейших энциклопедиях мира Гёте находится стабильно в числе первых двадцати имен. Скажем, в Большой Советской энциклопедии Гёте — на 15-м месте, в Большой Американской энциклопедии — на 10-м, а в энциклопедии «Колумбия» - на 18-м.

До революции освоение философского наследия Гёте отечественной академической наукой началось с переводов и рецензирования зарубежных трудов. В 1857 году в переработке Г. Думшина издается биография Гёте, написанная Джорджем Генри Льисом, а через десять лет эта биография издается полностью в новом переводе . В биографии уделено внимание и анализу мировоззрения величайшего поэта и мыслителя. В 1898 - 1908 гг. был издан переводной двухтомный труд Альберта Бель-шовского «Гёте, его жизнь и произведения»3.

1 Гугнин А. Иоганн Вольфганг Гёте и тернистая тропа биографа // Конради К. О. Гёте. Жизнь и творчество. Т. 1. М., 1987. С. 24.

2 Льюис Д. Г. Жизнь И. Вольфганга Гёте. Пер. со 2-го англ. изд. под ред. А. Н. Неведомского. Ч. 1 - 2. - Спб.: «Русская книжная торговля», 1867.

3 Бельшовский А. Гёте, его жизнь и произведения. Пер. О. А. Рохмановой. Под ред. П. Вейнберга. - СПб., Т. I, 1898, Т. II, 1908.

4 См.: Шахов А. Гёте и его время. Лекции. СПб., 1908. гия Гёте)1»; работы поэтов-символистов Андрея Белого, Вячеслава Иванова, появившиеся в виде книг и статей. Отметим, что русские литераторы и мыслители Серебряного века ценили Гёте в необычайной степени, черпая из его наследия созвучные собственному мировоззрению идеи. Они руководствовались в своей оценке фигуры Гёте словами Владимира Соловьева, который высказался однажды, что Гёте приобщает человечество к «высшей религии и человеческому просвещению»2. Творцы Серебряного века были убеждены в том, что Гёте создал «трагическую лирику мировых загадок» и всю свою жизнь разгадывал внутреннюю идею Бытия, Логоса.

В 1920 году вышел сборник «Гёте. Борьба за реалистическое мировоззрение. Искания и достижения в области изучения природы и теории познания», составленный В. О. Лихтенштадтом во время заточения в Шлиссельбургской крепости в 1913-1914 гг. и снабженный предисловием А. А. Богданова. В этом сборнике на русском языке впервые были опубликованы многие естественнонаучные работы мыслителя5. В советские годы были выпущены некоторые ис

1 См.: Франк С. О сущности художественного познания (гносеология Гёте)// Вопросы теории и психологии творчества. Непериодическое издание под ред. Б. А. Лезина. Т. 5. Харьков, 1914. С. 104 - 130.

2 Соловьев В. С. Сочинения в 2 т. Т. 1. М., 1988. С. 182.

3 См., например: Goetheana. 1-Ш // Труды и дни. М., 1914. №7. С. 11 - 47.

4 Флоренский П. А. Столп и утверждение истины. М, 1914. С. 561 - 563.

5 См.: Гёте. Борьба за реалистическое мировоззрение. Сост. В. О. Лихтенштадт. Пг., 1920. следования, касающиеся естественнонаучных и философских взглядов Гёте, рассматривающие в той или иной степени деятельность Гёте-ученого. Это ста

1 2 тьи и книги отечественных исследователей И. И. Канаева , Г. А. Курсанова , А. В. Гулыги3, Г. Менде4, венгерского марксиста К. И. Гулиана5. Были выпущены такие сборники произведений Гёте, как «Избранные сочинения по естествознанию» (М., 1957) и «Избранные философские произведения» (М., 1964). Мировоззрение и творчество Гёте нередко становилось предметом анализа в искусствоведческих работах6. В 1979 году при Совете по истории мировой культуры АН СССР была создана Комиссия по изучению творчества Гёте и культуры его времени, под патронажем которой выпускались сборники «Гётевские чтения», многие статьи в которых касались некоторых аспектов проблемы оснований философского мировоззрения мыслителя.

В курсовой работе использован комплекс методов исследования:

анализ научной литературы по исследуемой проблеме;
дефиниционный анализ словарных толкований;
метод классификации;
статистический анализ;
сопоставительно-типологический метод.

Полученные результаты работы определяют её теоретическую и практическую значимость.

Теоретическая ценность проведенного исследования заключается в расширении наших представлений о таких языковых категориях как оценка, метафора, а также в попытке осуществить комплексный анализ метафоры немецкого языка как средства выражения оценки.

Практическая значимость проведенного исследования заключается в возможности использования представленных материалов в практике вузовского преподавания, в частности, при чтении курсов и спецкурсов по лексикологии немецкого языкаи литературе , типологии немецкого языка, теории и практике перевода, на занятиях по практике устной и письменной речи немецкого языка.

1. Понятие метафоры в немецком языке

В свое время немецкий филолог Г. Либ обнаружил, начиная с античности и до 1963 года, не менее 125 отличающихся друг от друга дефиниций метафоры; сейчас мы вправе исходить из гораздо более внушительной цифры. Однако, несмотря на впечатляющий плюрализм мнений и точек зрения, существует в общем не так уж много унитарных и оригинальных теорий метафоры. Среди них можно выделить прежде всего следующие: 1) орнаментально-риторическая, 2) компаративистская, 3) субституционная, 4) буквальная, 5) девиативная, или «паразитическая», 6) теория внутреннего напряжения, 7) интеракционистская, 8) контекстуальная, 9) когнитивистская.

Разумеется, эти - как, впрочем, и другие, более фрагментарные -концепции и теории не существуют в чистом виде, а часто образуют сложные концептуальные блоки, с помощью которых анализируются различные аспекты данной проблемы. Некоторые из них характеризуются внутренней противоречивостью, другие, напротив, органически дополняют друг друга- Мы считаем наиболее адекватной прежде всего интеракционистскую концепцию (7) в сочетании с теорией внутреннего напряжения (6) и контекстуальной теорией (8). Напротив, теории 1 - 5 представляются не совсем адекватными либо мало убедительными; что касается весьма распространенной в настоящее время когнитивистской концепции метафоры, то ее новизна заключается не столько в подходе, сколько в оригинальной терминологии, кроме того, она не является по своему характеру строго лингвистической, поскольку рассматривает метафору прежде всего как феномен мышления.

Традиции исследования метафоры насчитывают более двух тысяч лет, беря свое начало от Платона и Аристотеля. Расцвет метафоры приходится на время античности, где она изучается в рамках риторики и поэтики.

Несмотря на то, что изучение метафоры восходит к античности, до сих пор нельзя сказать, что существует окончательно сложившаяся система взглядов на это явление. Более того, происходит подъем интереса к метафоре – понятию, существующему на протяжении более двух тысяч лет.

К её изучению обращаются лингвисты, философы и психологи. Это свидетельствует о том, что фундаментальная наука выходит на новый этап.

Обзор литературы в данном направлении показывает, насколько широк разброс мнений по основным моментам теории метафоры. Следует отметить, что существующие различия в подходах не являются следствием “неправильного” понимания сути вопроса. Безусловно, в позициях многих исследователей есть спорные положения, но главное, что определяет принципиальные различия во мнениях – это сложность предмета исследования.

Прежде всего, это связано с постепенным переключением основного внимания исследователей с изучения языка как стабильной системы с устойчивыми языковыми значениями на положение языка как творческого процесса порождения смысла в процессе коммуникации [23].

Что касается дефиниции понятия “метафора”, то разные источники трактуют его по-своему.

Словарь лингвистических терминов определяет метафору как “способ выражения, рассматриваемый как перенос абстрактного понятия в конкретный план путем своего рода сокращенного сравнения или, скорее, подстановки (“гореть желанием”, “едкая ирония”)” [53, с. 155].

Метафора, в свою очередь, бывает последовательной или цепочечной, когда представленное ею сравнение приходится на несколько членов, идущих один за другим, противоречивой или ломаной, когда ведёт к сближению двух несовместимых понятий. Многие слова представляют собой привычные метафоры, т.е. такие, первоначальное значение которых более не воспринимается (“прибыть” ═ “достигнуть берега”).

Современный толковый словарь русского языка рассматривает метафору как “оборот речи, заключающийся в употреблении слов и выражений в переносном значении для определения предмета или явления на основе аналогии, сравнения или сходства” [48, с. 362].

А в новейшем энциклопедическом словаре метафора выступает как “вид тропа, который отличается особой экспрессивностью, как перенесение свойств одного предмета (явления) на другой на основании общего сходного признака (“говор волн”, “борозна мускулов”) или по контрасту” [46, с. 785].

Если рассматривать метафору с позиции современных направлений в лингвистике, в частности, когнитивного подхода, то метафора выступает как основная ментальная операция, как способ познания, структурирования и объяснения мира. Человек не только выражает свои мысли при помощи метафор, но и мыслит метафорами, создает при помощи них тот мир, в котором он живет. Сами процессы мышления человека в значительной степени метафоричны: “Понятийная система человека упорядочивается и определяется метафорически. Метафоры как языковые выражения становятся возможны именно потому, что существуют в понятийной системе человека” [20, с. 390].

Проанализировав вышеизложенные определения метафоры, можно сделать вывод, что большинство источников определяют это явление как скрытое сравнение, осуществляемое путем применения названия одного предмета к другому и выявляющее таким образом какую-нибудь важную черту второго. Метафора заставляет обратить внимание на некоторое сходство – часто новое и неожиданное – между двумя и более предметами. Делая какое-то буквальное утверждение, метафора порождает или подразумевает определенный взгляд на предмет, а не выражает его открыто.

Из вышеизложенного следует вывод о том, что перевод такого явления как метафора требуют особого внимания и максимальной точности, так как переводимое произведение несет в себе образы автора как носителя языка, культурных реалий и ассоциаций, и образы переводчика как носителя своего языка и культуры. Трудность перевода для переводчика заключается в том, чтобы передать смысл и содержание с максимальной точностью и с учетом особенностей собственной национальной культуры, которые могли бы поспособствовать восприятию читателя текста перевода. Основой передачи метафоры и метонимии в различных языках, могут быть универсальные понятия, основанные на общечеловеческих представлениях о реальности или специфические понятия для отдельно взятой культуры, то есть основанные на представлениях, присущих лишь носителям данной культуры, и которые для носителей другой культуры непонятны.

И в этой связи для переводчика существует две возможности передачи смысла и содержания метафоры и метонимии в переводе:
1. использование метафоры для передачи смысла произведения, так как это даст возможность очень точно передать лингвистические особенности оригинального текста, а также читатель сможет познакомиться с категориальной иерархией и концептуальной организацией культуры автора;
2. передача содержания произведения при переводе с помощью метонимии в качестве средства адаптации смысла и содержания произведения к экстралингвистическим реалиям национальной культуры читателя.

2. Лингвистическая природа метафоры в немецком языке

На сегодняшний день существует целый ряд теорий метафоры. В русле традиционных лингвистических исследований метафора часто рассматривалась как языковое украшение, компонент языка поэтов, а не как инструмент выражения и познания. Несмотря на противоречивость представлений о феномене метафоры, в них были заложены основополагающие принципы осмысления этого сложного явления и намечены основные подходы к его изучению, опираясь на которые стали развиваться современные лингвистические исследования метафоры.

Концептуальная метафора, являющаяся объектом исследования когнитивной лингвистики, создает возможность для использования потенции сферы-источника при концептуализации новой сферы. Специфика такой концептуализации во многом зависит от национального, социального и личностного сознания номинатора.

Каждая культура имеет свою картину мира. Концептуальные метафоры, наряду с паремиями, афоризмами, являются носителями культурологической концептуальной информации и дают возможность исследования особенностей метафорического моделирования действительности в разных культурах. При анализе метафорических моделей принимаются во внимание также сравнения, перифразы, метонимия, фразеологизмы, т.к. понятийное сближение – более важный фактор, чем уровневые или структурные различия (т.о. анализируются слова разных частей речи, лексико-семантических разрядов, семантических объединений) [Чудинов 2000б: 41].

Концептуальная метафора – это языковая структура, представляющая опыт народа в метафорических образных моделях: эти модельные представления возникают в результате взаимодействия человека с его культурным окружающим миром. Язык как элемент окружающего мира показывает отношение к нему человека, и использование соответствующих языковых средств характеризует позицию человека по отношению к природе.

В когнитивной лингвистике метафора трактуется как перенос когнитивной структуры, прототипически связанной с некоторым языковым выражением, из той содержательной области, к которой она исконно принадлежит, в другую область. При этом происходит проекция одной концептуальной области на другую, своего рода экспансия концептов области-источника, в результате которой происходит захват и освоение ими области-цели.

Концептуальная метафора хранится в ментальном лексиконе памяти в метафорическом фрейме. Формальная сторона метафорического фрейма представляется в виде сетки, контуры которой структурированы:

семантическими вершинами (реальный денотат, фиктивный денотат, модель ситуации);
дугами (сравнение одного денотата с другим, переживание и осмысление явлений одного рода в терминах явлений другого рода);
уровнями и подуровнями (лексическими, грамматическими, прагматическими, семантическими);
нишами (единицами вторичной косвенной номинации, концептуальными метафорами, концептами) [Хахалова 2003: 211].

Для обозначения метафоры в традиционном понимании этого слова (как тропа, фигуры речи, слова или фразы в переносном значении) мы используем термин метафорическое выражение, которое является поверхностной реализацией пересекающихся понятийных областей. Схема связи между понятийными сферами, существующая и / или складывающаяся в сознании носителей языка, называется метафорической моделью.

2.1. Метафора в лексической системе немецкого языка.

Со времен Аристотеля о метафоре как универсальном феномене языка и мышления, без преувеличения, написаны целые библиотеки. Даже простое перечисление авторов, занимавшихся этой проблемой, не говоря уже о систематическом изучении всех существующих метафорических концепций, не представляется возможным. Тем не менее, количество научных исследований по данной теме продолжает расти в арифметической, если не в геометрической, прогрессии. О метафоре сказано уже так много, что некоторые исследователи всерьез полагают, будто ничего нового сказать о ней уже удастся (Henle, 1983: 80). Нет необходимости доказывать, что это, мягко говоря, преувеличение либо заблуждение. Каждое новое поколение вносит и, несомненно, будет вносить нечто новое в осмысление и систематизацию метафорических процессов языка, в выявление основных закономерностей и, возможно, новых тенденций функционирования метафор в языке и речи.

В этом смысле данное исследование можно рассматривать как определенный вклад в разработку общей теории образных средств языка и в отечественную метафорологию на рубеже XX - XXI вв. В нем содержатся наиболее показательные, иногда противоречивые и даже спорные высказывания о метафоре отечественных и зарубежных исследователей (в основном немецко- и англоязычных), которые могут в той или иной степени способствовать формированию объективного мнения об этом столь же интересном, сколь и сложном явлении, составляющем если не основу, то во всяком случае фон любого естественного языка.

Своеобразный циркулярный парадокс данного исследования заключается в том, что точно так же как о языке мы говорим на языке, о метафоре мы вынуждены в рамках металингвистического дискурса также

часто говорить при помощи метафор, постичь которые можно не иначе, как активно употребляя их в своей речи. Действительно, многое из того, что мы говорим о метафоре, само по себе метафорично и не может быть эксплицировано «обычным» образом. Более того, даже объяснение вполне буквальных высказываний часто включает в себя метафорические элементы. На это в свое время указывал А. Ричарде, который называл исследование метафоры посредством метафоры одной из главных задач в изучении языка (Richards, 1955: 41),

Любой естественный язык - это «сложная, многоаспектная и многослойная система» (Ссмснюк, 1972: 13), носящая интерактивный и открытый характер, причем эта открытость позволяет ему находиться в постоянном развитии. Метафорический способ номинации, имманентно присущий системе языка с незапамятных времен, является одним из ярких проявлений такого развития, а сами метафоры, возникающие «на руинах дескриптивного значения слов» (М Бердслей), обогащают и расширяют не только ресурсы языка, но и наши представления о мире, в котором мы живем.

Метафорология как наука имплицирует поистине необъятный круг задач, который не может быть исчерпан в рамках одного исследования. Отметим лишь, что любая адекватная теория метафоры в настоящее время мыслится исключительно как интердисциплинарная. По замечанию Хуго Манера, метафора как языковое явление представляет собой столь сложный феномен, что он не может быть встроен в тесные рамки какой-либо одной классификации (Meier, 1963: 229).

В данном исследовании будут рассмотрены некоторые наиболее значимые лингвистические аспекты метафорического способа номинации, охватывающего в той или иной степени все уровни языка и сферы коммуникации - от высокой поэзии до сленга - и являющегося сущностной характеристикой любого естественного языка.

Исходя из такого понимания проблемы, в работе предпринимается попытка рассмотреть комплексную проблему метафоры во всех ее взаимосвязях и следствиях и свести подчас разрозненные языковые факты, касающиеся метафорического способа номинации, в одну общую теоретическую картину.

Любая полнозначная лексема, имеющая дескриптивный контент, может быть метафоризирована; в соответствии со степенью метафоризации выделяются инновативные, конвенциональные и латентные метафоры.

Метафора рассматривается как широко разветвленная и
инклюзивная система, включающая в себя такие языковые феномены, как
символ, аллегория, синестезия, а также метонимия, ирония, эвфемизм,
гипербола и другие, которые в совокупности составляют динамику
метафорического процесса,

Метафоры (кроме лексикализованпых) могут быть адекватно
идентифицированы и интерпретированы лишь в дискурсивном окружении,

от которого они непосредственно зависят и который они, являясь активным агентом в общем коммуникативном процессе, метафорически модифицируют; при этом степень метафоричности того или иного дискурса может быть различной.

В абсолютном большинстве случаев слово немедленно и неминуемо
приобретает метафористическую (либо другую образную) окраску, как
только оно выходит за пределы своего «домашнего дискурса».

Для корректной интерпретации метафоры в дискурсивном окружении, как правило, не требуется ее соотнесение с буквальным инвариантом, заложенным в подсознании; литеральное и метафорическое вписываются в одну общую парадигму восприятия, континуальность которого при этом не нарушается.

Нецелесообразно отделять художественную и, в частности, поэтическую метафору от общеязыковой и придавать ей какой-то особый статус. Язык как многомерная и саморегулирующаяся система представляет собой единый и ?іеделилшй континуум, и его искусственная фрагментация на любом уровне может иметь контрпродуктивные последствия не только в теоретическом аспекте.

Выдвигаемая в качестве гипотезы лингвоголографическая концепция
метафоры, дополняющая аналитическую и не противоречащая ей,
основывается на системе т. н. «полной записи», базирующейся на
феномене сосуществования и взаимодействия смыслов в рамках одной
лексемы, из которой мы по оптимальной схеме, а именно
смысл он аправл енно, ассоциативно и с опорой на контекст извлекаем
релевантную, в данном случае метафорическую, информацию.

Ни одно серьезное исследование общих закономерностей языка и речи не может игнорировать феномен метафоры. Ныне она является объектом пристального изучения в рамках таких научных дисциплин, как лингвистика, литературоведение, философия, когнитивная психология и др. Естественно, что представители этих наук используют в своих исследованиях совершенно разные аналитические парадигмы и зачастую по-своему формулируют и реформулируют суть проблемы, внося тем самым немаловажный вклад в ее общее понимание.

внушительной цифры. Однако, несмотря на впечатляющий плюрализм мнений и точек зрения, существует в общем не так уж много унитарных и оригинальных теорий метафоры. Среди них можно выделить прежде всего следующие: 1) орнаментально-риторическая, 2) компаративистская, 3) субституционная, 4) буквальная, 5) девиативная, или «паразитическая», 6) теория внутреннего напряжения, 7) интеракционистская, 8) контекстуальная, 9) когнитивистская.

3. Виды метафоры в немецком языке

Большим продвижением в исследовании феномена метафор является отказ ученых от рассмотрения метафоры исключительно с риторических и стилистических позиций и отнесение её к одному из универсальных когнитивных механизмов.

К метафоре больше не относятся как к красивому “довеску”, который радует и услаждает слух, а рассматривают ее как основной способ концептуализации окружающей действительности, то есть способ думать и описывать малознакомые или абстрактные понятия в терминах конкретных, распространенных понятий, которые, как правило, даются нам через непосредственный физический опыт.

В когнитивной лингвистике, где метафора рассматривается как механизм мышления, теория ДЖ. Лакоффа и М. Джонсона [20] наиболее соответствует представлениям современных исследователей. В представленной ими классификации метафор отсутствуют четкие формальные признаки в определении круга действия категорий, в результате нарушения которых и возникает метафора. Слабая выраженность формальной стороны приводит к субъективному характеру распределения метафор внутри когнитивной классификации. Классификация, представленная в рамках когнитивного подхода, основывается на психологических категориях, она является семантической по своей сути.

Лакофф и Джонсон классифицируют метафорические концепты по следующим типам: онтологические метафоры, структурные метафоры, ориентационные метафоры, метафора “конструирование”, метафора “контейнер” [20].

Онтологические метафоры представляют собой способ обозначения явления, его количественную и качественную характеристику. Метафоры данной группы используются для постижения событий, действий, занятий и состояний. Они образно моделируют реальные ситуации. События и действия метафорически осмысливаются как объекты, занятия – как вещества, состояния – как вместилища. Внутри данной группы выделяются подгруппы: персонификация, обратная персонификация, конкретизация.

Персонификация возникает за счет приписывания абстрактным и неживым сущностям качеств и характеристик человека, выраженных другим именем. В большинстве случаев персонификация реализуется в предложениях.

Наиболее часто персонифицируются явления природы (der Mond eilte mit leichtem Gewцlk hervor. Sie hцrten, wie der Wind den Kamin untersuchte Grund).

Речь идет о структурной метафоре, когда один концепт структурируется через призму другого. Метафора понимается как перенос из области-источника в область-мишень. В группе структурных метафор важную и существенную по численности подгруппу составляет синестезия. Термин “синтестезия” означает совместное чувство, соощущение. Эффект синестезии возникает в результате “перекрещивания” значений слов, обозначающих чувства, воспринимаемые различными рецепторами: зрительно, слухом, кинестетически (температура, давление, форма), осязанием, на вкус.

Следует отметить, что синтаксическая выраженность синестезии очень разнообразна. Синестетические отношения могут возникать между словами, выполняющими в предложении различные функции. Чаще всего это определение, выраженное атрибутивным словосочетанием или именной частью составного именного сказуемого (Was hat die kalte Erhabenheit dieser Wissenschaft mit Dichtung zu tun? Sie rдsonierte mit ihrer rauhen warmen Altweiberstimme. Ihre Worte waren immer gleich ruhig und kalt).

В ориентационной метафоре целая система понятий организуется по образцу некоторой другой системы. Большинство подобных понятий связано с пространственными ориентациями, основанными на противоположностях типа “верх – низ”, “внутри – снаружи”, “глубокий – мелкий”, “центр – периферия”. В настоящее время такие метафоры чаще употребляются в устоявшихся выражениях, потерявших свою образность из-за частого употребления и зафиксированных в словарях.

Ориентационные метафоры имеют четкое соотношение с оценкой, если речь идет о вертикальном пространстве. Различные образы, связанные с идеей верха, несут положительную оценку (der sicherste Gipfel unserer Wьnsche).

Понятие низа связано с противоположными коннотациями (Tцchter, deren Jugend und Schцne sehr stark zu sinken anfing).

Новым для метафор данной группы в материале современных авторов является их функционирование внутри горизонтального пространства, где четкого соотношения с оценкой нет. Для создания “горизонтальных” ориентационных метафор используются противопоставления “открытость – закрытость” (Die offene Drohung), ”центр – периферия” (Rand des Unglьcks).

Метафоры данной группы реализуются либо в предложениях, либо в адъективных и именных словосочетаниях.

Метафора “конструирование” представляет смысл крупных речевых произведений как “конструкцию” из более мелких смыслов. Данный тип метафоры реализуется в генитивных словосочетаниях и их синонимах с предлогом von или в словосочетании с предложным определением. Это происходит в следующих случаях:

если есть указание на конструкцию (нередко используется концепт “здание”: das Gebдude unseres Glьcks);
при “смешивании” смыслов (In einer Mischung aus Liebe und Hass);
при соединении абстрактных смыслов (Serie von Misserfolgen).

В предложениях метафоры данной группы возможны при наличии глаголов bestehen aus, sich konstruieren, mischen (Jede Erzдhlung besteht aus einer Reihe von Beschreibungen).

Метафора “контейнер” представляет смысл как “наполнение

контейнеров”, то есть конкретных языковых единиц, обозначающих абстрактные сущности.

Метафоры данной группы представлены двумя типами: либо человек является неким пространством, в котором могут находиться абстрактные понятия, либо он сам находится внутри некоего объема (состояния, эмоции, чувства, абстрактные понятия света, тьмы и т.д.).

В первом типе лексемы die Seele, das Herz, die Brust объединены общей идеей – они служат объемом, вмещающим эмоции и чувства (Aber ich hatte den Tod im Herzen. Mir aber liegt ein Schmerz in der Seele).

Примечательно, что в современном языке объемом для эмоций и чувств служат глаза, лицо. Душа, сердце, получают меньшее распространение по сравнению с предыдущим периодом (Aus euren Gesichtern trinke ich Geborgenheit und Verlassenheit, Zuversicht und Zweifel, Glьck und Elend).

Другая идея – отображение мыслительных процессов, происходящих в человеческом мозге, – находит свое отражение в использовании лексем der Kopf, der Sinn, das Gedдchtnis, der Geist. Абстрактные существительные, служащие в переносном смысле обозначением объема, сочетаются с глаголами, обозначающими конкретные физические действия (... um das Gesicht des Prдsidenten in seinem Gedдchtnisse zu verwischen. Sie selber hatte sich jede Zukunft schon zu frьh aus dem Kopf geschlagen).

Во втором типе метафор “создание объема” человек “погружается” в абстрактные понятия. Чаще всего это состояния, которые могут восприниматься как пространство (... und wir kamen, sooft wir uns sahen, aus dieser Verlegenheit nicht raus), или как жидкость (Ich lieЯ sie aus meinem Arm in eine Ohnmacht sinken).

Глава 4. Функции метафоры в современном немецком языке

Несмотря на тысячелетнюю историю изучения метафор, на данный момент не существует какой-либо определенности в вопросе перечня языковых функций метафоры. Большинство исследователей выделяют лишь три прагматических функции: информационную, воздействующую и характеризующую (В.Н. Телия [41], В.Ю. Апресян [2]). Однако число функций метафоры гораздо шире и разнообразнее.

Круг прагматических функций метафоры напрямую связан с коммуникативными функциями языка. Базовая коммуникативная функция языка – служить средством общения, передавать информацию различных типов, оказывать влияние на слушающего – реализуется через набор вторичных функций (например, фатическая, эстетическая, апеллятивная, волюнтативная и др.), номенклатура которых достаточно широка и варьируется от конкретной ситуации общения.

Метафора и её виды в произведении Гёте Фауст 📙 Курсовая → 🆔 125628