Особенности применения законодательных норм по уголовной ответственности за вымогательство

     Содержание 

Введение

1. Уголовно–правовая характеристика ответственности за вымогательство

1. Основания уголовной ответственности за вымогательство
2. Ответственность за квалифицированный и особо квалифицированный состав вымогательства

2. Особенности  применения законодательных норм по уголовной ответственности за вымогательство

2.1 Проблемы  разграничения уголовной ответственности  за вымогательство с ответственностью  смежных деяний

2.2 Основания  и условия освобождения и прекращения  уголовной ответственности за  вымогательство

Заключение

Глоссарий

Список  использованных источников

Приложение  А

      Введение 

     Преступность  является одним из социальных явлений, непосредственно угрожающих безопасности человека. В последние годы заметны  тенденции ее существенного роста. Статистика свидетельствует, что в Российской Федерации наиболее распространенными остаются преступления против собственности. Доля преступлений против собственности в структуре зарегистрированных преступлений превышает 50%.

     Одним из преступлений против собственности является вымогательство. В последние годы отмечен высокий рост вымогательств, что является следствием смены общественно-экономической формации, возникновения рыночных отношений и частной собственности.

     Обогащение  отдельных категорий граждан  сделало их уязвимыми для преступников с точки зрения виктимологии. В обществе появилось больше возможностей обогащения, - как законным, так и незаконным путем.

     Между тем, вымогательство продолжается оставаться преступлением с высокой латентностью. Не все потерпевшие от вымогательства обращаются за защитой в правоохранительные органы, считая данную защиту не эффективной и испытывая страх перед организованной преступностью.

     Повышенный  уровень латентности вымогательства не позволяет судить о действительном масштабе данного общественно опасного деяния.

     Одной из задач Уголовного кодекса законодатель определил охрану собственности  граждан. В связи с этим обязанностью государства является выработка  комплексной системы противодействия  преступности, в том числе против собственности граждан. Но до настоящего времени государством не выработаны эффективные механизмы для защиты граждан от вымогателей. Уголовная ответственность за вымогательство это лишь один из шагов, предпринятый в решении противодействия преступности. Однако, уже имеющиеся нормы теряют свою эффективность в связи с латентностью вымогательств, со сложностью доказывания фактов и квалификации таких преступлений. Зачастую нарушается принцип справедливости при уголовной ответственности, что тоже указывает на необходимость совершенствования и законодательной доработки уголовно-правовой нормы о вымогательстве. Требуют разрешения многие спорные вопросы, касающиеся состава вымогательства.

     В свете изложенного очевидно, что  тема исследования является актуальной как в научном плане, так и в целях последующего практического применения.

     Объектом  исследования являются общественные отношения  в сфере уголовно-правовой охраны имущественных отношений.

     В качестве предмета исследования выступили  научные труды и нормы законодательства об ответственности за вымогательство, иные преступления; следственная и судебная практика по уголовным делам о вымогательстве.

     Цель  исследования заключается в изучении и анализе теоретических аспектов и законодательных норм об ответственности  за вымогательство и выявлении особенностей и проблем применения, имеющихся норм на практике.

     Для достижения цели были определены следующие  задачи: дать уголовно – правовую характеристику уголовной ответственности за вымогательство; определить основания уголовной  ответственности за вымогательство; установить характерные особенности ответственности за вымогательство; дать правовую оценку квалифицированному составу вымогательств и особо квалифицированному составу; определить степень и роль ответственности при квалифицированных составах; дать анализ практики применения законодательных норм, выявить особенности применения законодательных норм; определить роль квалификации вымогательств, для определения ответственности; дифференцировать ответственность за вымогательства с уголовной ответственностью других составов, смежных с вымогательствами; установить возможные основания освобождения от уголовной ответственности за вымогательства и определить их роль; указать возможные условия прекращения уголовной ответственности и определить роль судимости и ее погашения на ответственность за вымогательство.

     В качестве методологической основы исследования использовался общенаучный диалектический метод познания, концептуальные положения  теории права, уголовного права. Для  изучения законодательства и научных трудов использовались общелогические методы и приемы исследования: анализ, синтез, обобщение, структурно-функциональный метод, статистический метод, системный подход и другие методы познания, а также частно - научные методы: историко - правовой, сравнительно - правовой, формально - логический, конкретно - социологический, статистический и другие методы.

     Нормативную базу исследования составили: Конституция  РФ, Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно - процессуальный Кодекс Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации, федеральные законы и другие нормативно – правовые акты.

     Теоретическому  анализу подверглись положения  авторов, затрагивающих проблемы вымогательства и ответственности за него в разные периоды развития данного вопроса. Однако, теоретическую основу данной работы составляют высказывания и умозаключения последних лет таких правоведов, как: С. Абросимова [11], Е.О. Алаулова [13], В.Н. Антонова [35], Н.И. Архипцева [36], А.Г. Безверхова [38], С.Д. Бобровского [11], И.В. Белоцерковского [14], А.И. Бойцова [15], Г.Н. Борзенкова [17], О.В. Дмитриева [38], Т.В. Досюковой [11], Е.А. Елец [11], Д.Ю. Жданухина [38], Е.Г. Зинчук [38], М. Каипова [38], М.П. Клейменова [33], И.А. Клепицкого [38], И.Д. Козочкина [36], О.В. Корягиной [38], С.М. Кочои [40], С.К. Лесного [11], В.В. Лунева [48], Н.А. Лопашенко [11], Ю.И. Ляпунова [23], Л.К. Малахова [27], А.А. Матвеевой [28], В.С. Минской [44], С.Х. Нафиева [28], К.Д. Николаева [40], П.Г. Пономарева [43], А.И. Рарога [50], Н.А. Скорилкиной [35], В.П. Степалина [11], В.Н. Сафонова [13], А.П. Севрюкова [47] и других. В 2004-2007 г.г. проблеме уголовной ответственности за вымогательства посвятили свои работы такие авторы, как: Р.З. Абдулгазиев [22], А.А. Богомолов [44], Р.С. Лечиев [42], М.Ю. Рассказов [34], А.Г. Уфалов [45], А.П. Фильченко [47] и другие.

     Как видно - в современной юридической  литературе (по УК РФ) уголовно-правовая характеристика вымогательства получила определенное освещение, однако многие вопросы, требующие разрешения, не были затронуты.

     Так, требуется проведение сравнительно-правового  анализа российского уголовного законодательства, устанавливающего ответственность  за вымогательство. Также необходимо определить основные спорные вопросы, подвергающие сложности оценки вымогательств и ответственности за них, выявить причины этих явлений и устранить их. Такими вопросами являются: вопрос о признании - непризнании вымогательства хищением. До настоящего времени в литературе, посвященной вымогательству, не в полной мере проработаны вопросы содержания вымогательских требований и угроз, не исследован шантаж как способ совершения вымогательства. Диспозиция вымогательства перегружена излишними терминами и выражениями.

     На  практике затруднено применение оценочных  понятий, нашедших выражение в норме о вымогательстве.

     Требует разработки понятие места совершения преступления - вымогательства (учитывая, что данное преступление может быть совершено дистанционно).

     При сравнительном изучении нормы о  вымогательстве выявлены, по мнению пробелы в праве, которые необходимо устранить для достижения большей эффективности российской уголовной политики.

     Однако  данная работа представляет собой лишь попытку исследования некоторых  из указанных вопросов, имеющих отношение  к уголовной ответственности, и обоснованию практического применения. Спектр, рассмотренных вопросов обозначен их значимостью и ограничен объемом выпускной работы.

     Практическая  значимость её заключается в формировании собственной точки зрения на проблему, обозначенную в теме, и в возможности опробации её заключений на практике в дальнейшей работе.

     Работа  состоит из двух основных частей, в  первой из которых рассмотрены основные положения по ответственности за вымогательство, во второй – выявлены проблемы их применения на практике.

      1. Уголовно–правовая характеристика ответственности за вымогательство 

1. Основания уголовной ответственности  за вымогательство

     Уголовный кодекс Российской Федерации относит  вымогательство к преступлениям  против собственности (глава 21).

     Расположение  данной главы в особенной части Уголовного кодекса отвечает современным представлениям о месте собственности в системе социальных ценностей, поскольку право собственности принадлежит к числу важнейших социальных благ личности. Поэтому преступление против собственности по степени их опасности для общества следуют непосредственно за преступлениями против личности.

     Ответственность за указанное посягательство, соответственно, предусмотрена нормами гл. 21, которая  входит в раздел VIII УК.

     Основания уголовной ответственности, вытекают из диспозиций статей уголовного закона. Единственным и достаточным основанием уголовной ответственности является состав преступления.

     Состав  преступления – это совокупность объективных и субъективных признаков, предусмотренных в уголовном  законе, характеризующих общественно-опасное деяние как преступление или наличие преступного деяния, а это значит необходимо наличие состава преступления, квалифицированного как вымогательство, согласно ст. 163 УК РФ.

     Законодатель  определяет вымогательство как, «требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких» [ч. 1, ст 163 УК РФ].

     Под вымогательством незаконного вознаграждения (из смысла ст. 156 ч.2 УК РФ) законодатель понимает не только прямо выраженное требование незаконного вознаграждения, но и умышленное поставление гражданина в такие условия, при которых он вынужден уплатить незаконное вознаграждение для предотвращения вредных последствий.

     Традиционно в конструкции вымогательства для индивидуализации деяния обращают внимание на два элемента: 1) требование (сопровождаемое угрозой) и 2) фактическую передачу имущества, выполнение требований преступника. Если предполагается, что имущество будет получено в будущем, - это вымогательство, если требования должны быть выполнены немедленно, - грабеж или разбой.

     На  самом деле необходимо исходить из разделения во времени: 1) самого требования, 2) его выполнения и 3) угрозы (ее реализации). Классическая формула для вымогательства - требование при угрозе и выполнении требования в будущем. Есть и другие варианты: требование и немедленное выполнение при угрозе в будущем: требование и насилие для исполнения требования в будущем (жертва беспрекословно подчиняется любым требованиям преступления).

     Следовательно, вымогательство налицо при разрыве  во времени между любым из трех его составляющих: требованием, получением требуемого и предполагаемым моментом реализации угрозы.

     В статье «Уголовная ответственность  за вымогательство» Н. Иванов высказывает мнение о том, что предложение о передаче имущества или права на имущество под угрозой негативных последствий (в смысле вымогательства) носит длящийся характер (начало - предъявление соответствующего требования, а окончание - его выполнение) и что все деяния, совершенные в период действия требования вымогателя, являются соединенными с вымогательством [23, С. 45]. Это не совсем точно, поскольку возможен отказ потерпевшего и в связи с этим - реализация угрозы преступником.

     Исходя  из смысла закона, насилие, уничтожение имущества, оглашение позорящих сведений может относиться не только к моменту требования (как подкрепление угрозы), но и к моменту, следующему за отказом от выполнения требования (как месть), так как последнее охватывалось умыслом виновного при совершении вымогательства. В противном случае действия вымогателя должны будут квалифицироваться по статьям, соответствующим виду и характеру реализуемой угрозы (а не по п. 2, 3 статьи о вымогательстве), что влечет неоправданное смягчение наказания.

     По  вопросу должна ли быть угроза конкретной в специальной литературе высказываются  различные мнения. Так, Г.Н.Борзенков [10, С. 70] считает, «что угроза убийством  или нанесением тяжких телесных повреждений  должна быть конкретна, а случаи угрозы насилия неопределенного характера следует квалифицировать по ч. 2 ст. 163 УК РФ». Он же предлагает определять характер угрозы исходя из слов вымогателя или его действий (например, демонстрацию холодного и огнестрельного оружия расценивать как угрозу убийством или нанесением тяжких телесных повреждений).

     Ю.Ляпунов  в таких случаях предлагает то, что в случаях высказывания угрозы, носящей неопределенный характер, для  установления подлинного содержания необходимо учитывать все обстоятельства дела (место и время совершения преступления, число преступников, характер предметов, которыми они угрожали, субъективное восприятие потерпевшим характера угрозы и т.д.).¹

     Следует отметить, что, действительно, объективная  сторона угрозы (форма и содержание) крайне важны. Сам факт предъявления угрозы привносит деструктивный элемент в существующие общественные отношения (поэтому даже созданы специальные составы: ст. 209, 193 УК РФ). Но нельзя игнорировать и субъективное отношение к угрозе самого потерпевшего. Необходимо при этом отграничивать восприятие угрозы и влияние угрозы на жертву. Первое играет решающее значение при определении преступности деяния. Второе не имеет значения ни для квалификации, ни для определения меры наказания.

     Угроза  должна быть действительной и реальной для потерпевшего, осуществимой при обычных обстоятельствах. А повлияла или не оказала никакого воздействия - не должно сказываться на привлечении вымогателя к уголовной ответственности. Уверенность лица, на которого направлено действие преступника, в своей силе, авторитете или результативности вмешательства правоохранительных органов не исключает противоправности деяния.

     Когда насилие применяется сразу после  отказа выполнить требование преступника, но у последнего нет умысла на немедленное  открытое похищение имущества, мы видим неудавшееся вымогательство, но оконченное преступление в смысле ст. 163 УК РФ. В этой связи единообразно решается в теории вопрос о реализации угрозы: если она осуществлена вымогателем, то ее считают средством мести за отказ выполнить требование преступника. Однако квалифицируют такие действия по-разному.

     Так, Г.Н. Борзенков считает, что последующая  реализация угрозы в качестве мести  за невыполненное требование подлежит самостоятельной юридической квалификации: все содеянное представляет собой совокупность вымогательства и преступлений, совершенных из мести (телесные повреждения, уничтожение имущества и т.п.), поскольку эти действия не были направлены на завладение имуществом - это с одной стороны.

     А с другой - месть (как мотив) должна возникать после совершения действий или невыполнения требований потерпевшим, то есть после того, как преступление (вымогательство) считается оконченным. На самом деле преступник заранее планирует, просчитывает возможные варианты осуществления угроз.² Такие действия больше похожи на провокацию мести, чем на саму месть. Поэтому все совершенное вымогателем во исполнение угрозы должно включаться в объективную сторону квалифицированных видов вымогательства. Исключение составляют умышленное убийство, умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего, умышленное уничтожение или повреждение имущества, повлекшее человеческие жертвы (ст. 105; ч. 2 ст. 107 УК РФ).

     Есть  еще несколько спорных, недостаточно ясных вопросов, касающихся характеристики состава вымогательства. Например, затруднения вызывает «квалификация ситуации, когда лицо принуждается к продаже товара по более низкой цене или к покупке чего-либо»³. Эти действия являются ни чем иным, как требованием переуступки прав или выгод имущественного характера, принятием на себя невыгодных обязательств по отношению к имуществу, что полностью укладывается в объективную сторону вымогательства. Правоприменителю достаточно установить причинение вреда и наличие угроз в этом случае, чтобы привлечь виновного к ответственности по ст. 163 УК РФ.

     Сложнее дело обстоит с угрозой оглашения  сведений, позорящих потерпевшего или  его близких. Во всех случаях, когда  вымогатель угрожает противоправными  действиями (убийством, нанесением телесных повреждений, уничтожением имущества, разглашением тайны усыновления и т.п.) ясно видна антисоциальная направленность его действий.⁴ Но возможна и угроза исполнением, например, своего гражданского долга (сообщением о совершенном преступлении), моральными обязанностями (раскрытием обмана, объективной характеристикой или рецензией). Если оглашение этих сведений ставится в зависимость от «благодарности» жертвы, то здесь, можно говорить о наличии состава вымогательства. Если же сведения предаются огласке без условия «вознаграждения» за молчание со стороны потерпевшего - преступления не будет.

     Близко  к этому стоит вопрос об угрозе прекращения противоправной деятельности самого потерпевшего. Это характерно не только для лиц, занимающихся торговлей  наркотиками, проституток, дельцов игорного бизнеса, но и для взяточников, мошенников, воров. В соответствии со ст. 108 УПК РФ поводом к возбуждению уголовного дела является не только заявление потерпевшего, но и сообщение других граждан, организаций, непосредственное обнаружение признаков преступления органами дознания, следователем, прокурором или судом. Следовательно, даже в случаях требования имущества, прав на имущество или выполнение действий имущественного характера от правонарушителей, в том числе в связи с их незаконной деятельностью, при обстоятельствах, описанных в УК РФ как вымогательство, по указанному факту должно возбуждаться уголовное дело, а виновные должны быть привлечены к ответственности.

     Таким образом, способом вымогательства является сопряженная с требованием угроза, обращенная к потерпевшему. Согласно ч. 1 ст. 163, может быть три ее варианта. Это: а) угроза насилием, б) угроза уничтожения или повреждения чужого имущества, в) угроза распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких.⁵ Угроза насилием не конкретизирована в диспозиции ч. 1 ст. 163, и, следовательно, ее характер может быть любым. Однако эта угроза должна быть реальной, способной вызвать у потерпевшего обоснованные опасения за свою жизнь, здоровье и другие личные блага или аналогичные интересы его близких.

     Неоднозначно  на практике решается проблема определения  размера ущерба, причиненного вымогателем. Не вызывает возражений так называемый прямой ущерб, нанесенный потерпевшему или его близким: имущество, уничтоженное или поврежденное в качестве подкрепления угрозы или за отказ выполнить требование: полученная вымогателем выгода от передачи имущества, права на имущество, совершенных потерпевшим действий имущественного характера. Сумма исчисляется в денежном выражении в порядке, определенном для хищений.

     В понятие «крупный ущерб» (ст.163 УК РФ) большинством авторов упущенная  выгода (неполученные доходы) не включаются. Они относят ее к иным тяжким последствиям, наряду с нарушением или прекращением деятельности предприятия. Другие ученые считают упущенную выгоду разновидностью убытков, нанесенных потерпевшему. Действительно, недополучение или неполучение запланированных доходов может привести к снижению показателей хозяйственной или коммерческой деятельности предприятия, прекращению поставок, утрате кредитоспособности и даже банкротству. В ст. 15 ГК РФ под убытками также понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Поэтому при взвешенном экономическом обосновании упущенную выгоду необходимо включить в ущерб, причиненный потерпевшему.

     Пленум  Верховного Суда РФ в постановлении N 3 от 04.05.97. указал на то, что такие  квалифицирующие признаки вымогательства, как повреждение или уничтожение имущества, причинение крупного ущерба или иных тяжких последствий, могут быть инкриминированы лишь в случае реального наступления указанных в законе последствий. С тех пор Верховный Суд РФ трижды обращал на это внимание при решении конкретных дел.

     Однако, это вряд ли можно признать правильным и справедливым. Например, Денисултанов потребовал от Темирбулатова 10 тыс. руб. под угрозой убийством. Последний  обратился в органы милиции и  положил в условленное место пакет, в котором были деньги в сумме 200 рублей, а остальная сумма 9,8 тыс. руб. была имитирована. Денисултанову не была вменена ч. 3 ст.163 УК РФ, предусматривающая тогда ответственность за вымогательство, причинившее крупный ущерб, поскольку реальный вред составил только 200 руб. Следовательно, квалификация действий вымогателя зависит не от его умысла и деяния, а от того какую сумму ему реально передает потерпевший. Это является прямым обращением судебной практики к принципу объективного вменения, более того, оправданием не может служить наступление последствий как при косвенном умысле поскольку принято считать, что вымогательство совершается только с прямым умыслом, хотя некоторые ученые допускают в этом составе даже неосторожные формы вины.

     Нередко вымогатель при предъявлении требования желает получить имущество или право на имущество, которое не принадлежит лично потерпевшему, подстрекает жертву к совершению преступления. Обычно это деяния, предусмотренные ст. 158, 160, 161, 162, 164 УК РФ. Возможно исполнение и других составов преступлений.

     Следует рассмотреть несколько вариантов  этого вопроса.

     Первый. Преступник требует передать имущество, право на имущество. Его не интересует источник и пути выполнения требования (свое имущество, заем чужих средств, хищение). Вымогатель подлежит ответственности только по ст.163 УК. Соучастия здесь нет, т.к. подстрекательство возможно только к конкретному деянию, т.е. необходимо склонение именно к совершению преступления. Потерпевшему должна инкриминироваться статья УК РФ, соответствующая содеянному.⁶

     Вариант второй. Преступник предъявляет требование, которое может быть выполнено  жертвой только в нарушение закона. Если вымогатель сознает это и  желает совершения таких действий, то его деяния должны квалифицироваться  по совокупности норм о вымогательстве и подстрекательстве к преступлению, состав которого содержится в действиях лица, к которому предъявлено требование. Потерпевший также несет уголовную ответственность.⁷

     Третий  вариант отличается от второго тем, что жертва должна быть освобождена от ответственности по правилам о крайней необходимости. Вопрос здесь встает о соотношении ценностей при причинении вреда правоохраняемым интересам других лиц и угрозе жизни, здоровью, чести, достоинству и имущественным интересам потерпевшего.⁸

     В юридической литературе можно встретить  иные мнения. Из них следует, что  ст.163 УК РФ (вымогательство) необходимо вменять преступлением, и при  наличии всех признаков его состава  и отсутствии обстоятельств, исключающих  уголовную ответственность, лицо должно быть предано суду. Даже в случаях, если действия потерпевшего пресечены на какой-либо предварительной стадии, то вымогателю должна вменяться ст. 163 и, например, ст. 35, 158 УК РФ.

     Г.Н. Борзенков ставит под сомнение правильность квалификации действий потерпевшего как хищения с точки зрения их преступности вообще: «Получается, что расхититель не тот, кто вымогает деньги, а тот, кто платит, подчиняясь насилию. При этом игнорируется отсутствие у данного лица не только корыстной цели, но и умысла на завладение имуществом, поскольку материально-ответственное лицо не уклоняется от возмещения вреда» [12, С.85].

     Конечно, потерпевший при обычных обстоятельствах, может быть, никогда не совершил бы ничего подобного - лишь угроза вымогателя заставила его преступить черту закона. Но характер и содержание вымогательства как преступления резко отличается, например, от грабежа тем, что между предъявлением требования и временем его осуществления есть определенный промежуток. Это позволяет уклониться от выполнения требования и, следовательно, не совершать преступления. Кроме того, кража в пользу третьего лица наказывается в том же порядке, что и противозаконное без возмездия изъятие в свою собственность.

     Пробелы в законодательстве существенно  влияют на борьбу с преступностью. Нет вымогательства (в соответствии с формулировкой УК РФ) при предъявлении требований неимущественного характера под угрозой насилия, уничтожения имущества или оглашение позорящих сведений. Отчасти такие действия уголовно наказуемы: как угрозы; принуждение к соавторству и т.п. Но многие еще не нашли свое отражение в УК РФ, например, шантаж для вступления в должность, получения почетных званий и т.д., но все это требует особого рассмотрения.

     Однако  каких бы спорных вопросов не возникало  основным непосредственным объектом вымогательства – является собственность. Дополнительным непосредственным объектом выступают честь и достоинство потерпевшего и его близких, а также их личная неприкосновенность и здоровье.

     Предметом вымогательства является чужое имущество, включая право на чужое имущество. Если имущество принадлежит виновному, то квалификация вымогательства исключается. Например, районный суд города Барнаула, не согласившись с квалификацией действий Л. как вымогательство, отметил, что «Л. не преследовал цели завладения чужим имуществом, принадлежащим лично потерпевшему К., а прибег к самоуправным действиям, направленным на получение денег за свой сломанный магнитофон. Эти действия Л. нельзя квалифицировать как вымогательство, поскольку он пытался таким способом заставить К. отдать ему деньги. Вымогательство же предполагает истребование чужого имущества. Поэтому действия Л. должны быть квалифицированы. как самоуправство».