Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Быт и религия скифов по Геродоту

Содержание

Введение………………………………………………………………………..2

Глава 1 История, графический обзор изучения культуры скифов…………………………………………………………………………..5

Изучение религии и быта скифов по письменным и археологическим данным ………………………………………………………………………...5
История графического изучения труда Геродота, как источника по культуре скифов………………………………………………………………8

Глава 2 Материальная культура скифов………………………...15

2.1. Быт скифов…………………………………………………………………..15

2.2 Одежда………………………………………………………………………..19

2.3. Оружие……………………………………………………………………….24

Глава 3 Духовная культура скифов……………………………….30

3.1. Религия и обряды……………………………………………………………30

3.2. Искусство скифов…………………………………………………………...34

Заключение………………………………………………………………….37

Список использованной литературы…………………………….38

введение

Мы блаженные сонмы свободно кочующих Скифов,

Только воля одна нам превыше всего дорога.

Бросив замок Ольвийский с его изваяньями грифов,

От врага укрываясь, мы всюду настигнем врага.

И всегда на врага тетиву без ошибки натянем,

Напитавши стрелу смертоносною желчью змеи.

Наше счастье - война, наша верная сила - в колчане,

Наша гордость - в не знающем отдыха быстром коне...

Бальмонт Константин

Скифы сыграли чрезвычайно большую роль в исторических судьбах многих народов нашей страны и внесли огромный вклад в сокровищницу мировой культуры. Без знания истории скифов, их социально-экономического развития и культуры невозможно понять древнюю историю Евразийского региона.

Актуальность данной темы обуславливается тем, что скифская история занимает видное место и в изучении общеисторического процесса в целом. Её изучение позволяет получить более полное представление о быте и религии скифов, что в дальнейшем может способствовать делать более точные выводы при изучении других аспектов скифской истории.

Цель данной курсовой работы – попытаться восстановить мировоззрение скифов. Задачи вытекающие из поставленной цели:

- изучить историю,графический обзор культуры скифов;

- изучить материальную культуру скиофов (быт, религия, искусство)

- сделать соотвествующие выводы.

Расмотрение по отдельности трех взаимосвязанных частей скифской культуры, которые в совокупности позволяют хотя бы приблизительно восстановить скифское мировоззрение – это религия и обряды, искусство и социальное устройство скифского общества.

Источники по каждому из трех направлений несколько различны, притом сами они являются источниками друг для друга.

Для религии это описания античных авторов, произведения искусства, археологические источники, в основном – погребения.

Искусство скифов само по себе является историческим источником. Дополняется оно лучше всего восстановленной мифологией и письменными свидетельствами о серьезных изменениях, произошедших в VI-V вв.. до н.э., понесших за собой изменения и в искусстве, и в социальном устройстве. Религию эти изменения затронули, но не очень серьезно, так как именно она являлась вместилищем и хранителем традиций скифского общества.

Данные о социальном устройстве Скифии мы можем найти у античных авторов. Так же они отражены в мифологии и искусстве. Конечно, проблемами скифской мифологии занимались и занимаются многие исследователи. Среди современных авторов в первую очередь надо отметить труды Е. Е. Кузьминой , Э. А. Грантовского и Г. М. Бонгард-Левина, С. С. Бессоновой, разработавших ряд чрезвычайно интересных проблем. [14,c.13]

Хронологически Скифская история охватывает время, когда на территории Северного Причерноморья развивались античные рабовладельческие города и государства. С VII — VI столетий до н.э. начались регулярные контакты греков с населением Припонтийского региона, что повысило интерес греческих купцов и колонистов к осваиваемому ими краю. Отсюда родилась литература, сохранившая для нас сведения о целом ряде народов и о скифах в том числе. [9,c.6]

Древние писатели оставили нам не очень много сведений о Скифии и скифах. Но в совокупности они дают богатый материал для изучения одного из древнейших народов, не имевшего своей письменности. Скифы получили весьма большую популярность в художественной литературе и в изобразительном искусстве, им посвящено много исследовательских работ.

О происхождении Скифии Геродот приводит две легенды. В одной из них говорится, что Геракл, находясь в Скифии, встретил в пещере земли Гилея (Причерноморье) женщину, нижняя часть которой была змеиной. От их супружества родились три сына - Агафирс, Гелон и Скиф. От Скифа произошёл царственный род Скифов.

По другой легенде говорится, что первым на этой земле, бывшей в то время пустынной, появился человек по имени Таргитай. Его родителями были Зевс и дочь реки Борисфена. У них было три сына: Липоксай, Арпоксай и Колаксай. От старшего Липоксая произошёл род скифов-авхатов, от Арпоксая произошли катиары и траспии, а от младшего - Колаксая - царственные паралаты. Все вместе они называются сколотами, по имени царя. Скифами их назвали греки. [16]

Из всех народов, обитавших в древности, скифы являются одним из самых известных. Но несмотря на это, обращаясь к их истории, мы сталкиваемся с целым клубком дискуссионных, а порой и взаимоисключающих точек зрения. По справедливому замечанию одного из нынешних исследователей, «почти все проблемы современной скифологии остаются спорными, и ни одна из них не получила еще однозначного решения» [Куклина 1985, 16]. Однако именно поэтому скифская проблема должна привлечь особенно пристальное наше внимание: на ее примере лучше всего можно продемонстрировать бытующие в современной науке подходы к решению вопросов древней этнической истории, методы интерпретации разно-природных данных и их согласования между собой.

Глава 1 История графический обзор изучения культуры скифов

Изучение религии и быта скифов по письменным и археологическим данным

Скифия Геродота в настоящее время достаточно хорошо изучена археологически. Выявлен общий ареал культур скифского типа, совпавший в основных чертах со скифским тетрагоном Геродота, и выявлены также локальные, отличающиеся друг от друга археологические группы и культуры, которые с достаточной долей вероятия могут быть сопоставлены с геродотовскими народами. Новая география Скифии, полученная путем наложения археологической карты на карту геродотовских племен и народов, позволяет полностью реабилитировать Геродота в вопросе обрисовки хода кампании 512 г.: шестидесятидневный поход Дария Гистаспа полностью укладывается в тот маршрут, который обрисовывается новой расстановкой народов Скифии.

Необычайный интерес представляют собранные Геродотом эпические и исторические предания. Из всех народов, локализованных Геродотом в его Скифии, только невры и сколоты-борисфениты могут претендовать на прямых потомков, распознаваемых в позднейших средневековых и современных нам народах. Поэтому так важны для нас легенды о трех братьях, о золотом царстве, о царе-Солнце, находящие поразительные параллели в восточно-славянском фольклоре.

Историко-географический аспект рассмотрения сведений Геродота — это лишь одна часть источниковедческого анализа творений великого историка, но я глубоко убежден в том, что без решения этого вопроса бесполезно заниматься историей скифского общества, т.к. только после приведения в географический порядок народов Скифии мы получаем право на полное, широкое использование всего обильного и многозначимого археологического материала.[16]

Первый курган в Северном Причерноморье, который можно связывать со скифской эпохой, был раскопан еще в 1763 г. близ города Елисаветграда; в науку он вошел под именем Литого кургана, или Мельгуновского клада. Во второй половине XIX и начале XX в. в причерноморских степях был исследован целый ряд наиболее крупных — так называемых царских — курганов, возведенных в древности над могилами представителей высшей скифской знати, а во второй половине нашего столетия систематическим раскопкам подверглись многочисленные курганные могильники рядовых скифов. В итоге археологический облик восточноевропейских скифов известен нам достаточно хорошо. Однако следует отметить одно любопытное обстоятельство: хотя скифский период в истории Северного Причерноморья занимает несколько столетий, подавляющее большинство обнаруженных археологами скифских погребений относятся к сравнительно краткому отрезку скифской истории — к IV в. до н. э. Погребения VII— V вв., несмотря на интенсивные поиски, насчитываются в лучшем случае десятками. Это представление и было положено в основу поиска истоков этой культуры и, соответственно, подхода археологов к проблеме происхождения скифов. [5,c113]

При взгляде на ту картину начала скифской истории, которую можно почерпнуть из античной традиции и которую мы обрисовали выше, создается полное впечатление, что именно здесь можно найти наиболее выразительный пример такой этноисторической ситуации, которая вполне четко отражается в археологических данных. В самом деле, к чему сводится эта картина? Северное Причерноморье на определенном этапе населено племенами киммерийцев. Затем сюда приходит вытесненный из какой-то области, лежащей во всяком случае восточнее Дона, новый народ — скифы. Следствием столкновения между этими народами становится тотальный уход киммерийцев в Переднюю Азию; там же на какое-то время оказываются и скифы (или определенная их часть). Спустя некоторое время скифы возвращаются в Восточную Европу и на несколько столетий становятся основными обитателями большей части причерноморских степей.

По существу именно такое толкование целиком преобладало в науке на первых порах накопления археологических данных, а во многом сохраняется и в наши дни. Дело в том, что примерно с VII в. дон. э., т. е. как раз с той эпохи, когда, согласно античной традиции, скифы продвинулись из Азии в Северное Причерноморье, на всем пространстве евразийского степного пояса получили распространение во многом однотипные памятники. Это преимущественно погребальные курганы, содержащие захоронения воинов-всадников. Погребальный инвентарь в них также обнаруживает значительное сходство. Более всего оно проявляется в предметах, получивших название скифской триады: в вооружении, элементах конского убора и в произведениях искусства, выполненных в так называемом скифском зверином стиле. Ряд исследователей склонен причислять к общим для всего степного пояса элементам культуры и еще некоторые категории инвентаря — бронзовые котлы, каменные плоские блюда и некоторые другие. Комплексы, содержащие перечисленные элементы, известны на огромном пространстве степей от Северо-Западного Причерноморья до Минусинской котловины на Верхнем Енисее и даже до провинции Орд ос в Китае. Получили они распространение и в смежных со степями лесостепных и горных регионах — например, на Алтае и Памире. Поскольку в общих чертах зона их распространения совпадает с той территорией, с которой античная традиция связывает расселения скифов в упомянутом выше широком значении этого названия, памятники подобного типа часто именуют скифскими, а все оставившие памятники такого типа люди воспринимались как единый народ — скифы. В соответствующем ключе трактовалась и проблема поисков археологических следов того переселения скифов из Азии, о котором сообщают Аристей, Геродот, Диодор. При таком подходе задача состояла лишь в том, чтобы определить, где именно подобная культура сложилась ранее всего.

1.2. История графического изучения труда Геродота, как источника по культуре скифов

Геродот - историк того времени не располагал, подобно современным нам историкам, архивами, не искал письменных документов, не изучал хроники событий; ему самому приходилось эти документы впервые создавать, впервые заносить на папирус и пергамен услышанные им рассказы о событиях. Для того, чтобы добросовестно осветить события, происходившие во всех концах греческого, персидского и египетского мира, историку можно было объездить эти пространства, найти очевидцев расспросить их и записать их рассказы; это и называлось — история.

Около десятка лет (примерно 455–445 гг.) Геродот посвятил тяжкому труду путешественника. Он объездил Эгейское море, побывал во многих городах континентальной Греции, был в Персии, Египте, Италии, Македонии, Скифии. Пределы его путешествий очерчиваются на карте Старого Света гигантским четырехугольником: Элефантина на Ниле — Фурии в Южной Италии (2300 км); Фурии — Синдика у Керченского пролива (2000 км); Синдика — Вавилон (1600 км); Вавилон — Элефантина (1500 км).

В записи Геродота вошли исторические сведения, легенды, эпические сказания, этнографические наблюдения, живые личные впечатления путешественника, сопоставляющего виденное в разных землях. Этот огромный фонд, собранный две с половиной тысячи лет тому назад, представляет непреходящую ценность. Напрасно Фукидид упрекал Геродота (не называя, впрочем, его по имени), говоря: «Я не считал своей задачей записывать то, что уз навал от первого встречного…» Геродот же следовал другому принципу: «Я обязан сообщать все, что мне говорят, но верить всему не обязан» и весьма добросовестно расставлял в своем труде коэффициенты достоверности, то явно сомневаясь в рассказанном ему, то слегка настораживая читателя, то удостоверяя правдивость записанного им.[16,c.3]

Предпринимать в настоящее время какой-либо пересмотр общей картины Скифии по Геродоту без учета археологического материала невозможно. Попытки перенесения сообщений Геродота о Скифии на современную географическую карту делались начиная с эпохи Ренессанса. Одной из первых является карта Абрагама Ортелия «Pontus Euxinus», изданная в 1590 г., где объединены данные Геродота, Клавдия, Птолемея, Плиния, Страбона и даже авторов VI в. н.э. Для своего времени эта карта реконструкция сделана вполне грамотно.

За четыре столетия накопились многие десятки карт, на которых исследователи стремились воспроизвести географические и этнографические представления Геродота. К сожалению, далеко не всегда сведения Геродота рассматривались в целостной, взаимосвязанной системе. В тех случаях, когда автор придерживался системы и рассматривал все племена в совокупности, результат получался интересный и устойчивый. В качестве примера могу привести карту из известного атласа И.Потоцкого, изданного еще в 1823 г. Ко многим отождествлениям этой карты, отброшенным в свое время наукой, нам теперь, после полутораста лет, придется вернуться; составитель ее был еще свободен от сковывающего воздействия традиций и размышлял без предвзятых идей.

«Скифия представляет собою четырехугольник, две стороны которого доходят до моря, причем линия, идущая в глубь материка, такой же длины, как и та, что тянется вдоль моря. Так, от Истра до Борисфена — 10 дней пути и столько же от Борисфена до Меотиды. С другой стороны от моря внутрь страны до ме ланхленов, что живут над скифами, — 20 дней пути. Дневной путь я опреде ляю в 200 стадий. Таким образом, Скифия в поперечнике имеет 4000 стадий. Такой же длины и те прямые стороны ее, что идут внутрь материка. Такова величина этой страны».

Кому бы ни принадлежала идея скифского квадрата, Геродот дополнил ее собственными расчетами: «Начиная от Истра я буду описывать с целью измерения приморскую часть собственно скифской земли».

В результате получился драгоценный источник, дающий не только общее представление о Скифии, но и конкретные величины и точное определение такой меры длины, как «день пути». Существует несколько попыток представить себе скифский квадрат (рис.1)

Рис.1 Скифский квадрат. Расстояния в днях пути

Протяжение скифского четырехугольника в глубь материка должно быть значительным. 4000 стадий это — 710 км. Конечно, пути, особенно в северных лесистых местах, не могли быть прямолинейны, но ориентировочно северная граница Скифии в представлении Геродота проходила примерно по 53° северной широты, т.е. вдоль Припяти, через Чернигов на Курск и далее на Воронеж. У нас нет никакой уверенности, что скифский тетрагон был геометрически правильным квадратом. Включение Серета, Прута и истоков Днестра в Скифию на западе и низовий Дона на востоке уже превращает квадрат в опрокинутую трапецию, у которой южная приморская сторона по прямой содержит 540 км, а северная должна иметь около 1000 км. Учитывая то, что древние авторы весьма неточно определяли направление на север и нередко в своих описаниях спрямляли плохо известное им направление рек, текущих в общем-то из северных земель к южному морю, мы не будем очень строги к общей географической схеме Геродота. Он дал все же представление о габаритах Скифии, заменив изме-ренным в стадиях пространством такие поэтические определения, как «отдаленный край земли, скифская страна, безлюдная пустыня»

Говоря о населении Скифии, Геродот очень определенно делит его на кочевое, не имеющее ни городов ни пашен, и на земледельческое. Следовательно, нам нужно знать границу степи и лесостепи. Скифологи-археологи давно уже на своих картах наносят эту границу двух важных ландшафтных зон.

Кроме кочевников-скотоводов и земледельцев, Геродот выделяет еще два типа хозяйства: лесных конных охотников (йирки и тиссагеты) и лесных «кочевников» (будины, живущие в лесах, где водятся бобры; андрофаги, расположенные где-то за припятскими болотами). В последнем случае совершенно исключено кочевое скотоводческое хозяйство, и выражение Геродота следует, очевидно, понимать как подвижное хозяйство, естественное при подсечном лесном земледелии.

Физико-географические данные и заметки о хозяйственной системе должны быть совмещены с массовым археологическим материалом. В настоящее время с достаточной полнотой изучены скифские и сарматские памятники степных кочевников, лесостепные земледельческие культуры скифского типа и такие более северные культуры, как милоградская, юхновская, дьяковская, городецкая со смешанным, полуземледельческим хозяйством.

При описании Скифии Геродот упоминает 17 больших и малых рек, которые служили ему ориентиром при описании народов Скифии и событий 512 г. Реки заменяли нашему путешественнику градусную сеть позднейших географов. Важнейшие реки Восточной Европы (Дунай, Днестр, Днепр, Дон), по всей вероятности, были известны Геродоту еще до путешествия, но он уточнил сведения о них, он доискивался местоположения их истоков, описывал притоки и сообщил о многих мелких речках, по тем или иным причинам заинтересовавших его.

Для понимания Геродота, для определения степени достоверности его сведений чрезвычайно важно установление границ его личных наблюдений и выявление тех пунктов, где он мог собирать информацию. По степени подробности описания считается общепризнанным, что Геродот был в Ольвии и именно здесь собрал свои основные сведения о скифах (рис2). «Ольвия, — пишет С.А.Жебелев, — была, так сказать, штаб-квартирой Геродота, откуда он мог совершать экскурсии сравнительно непродолжительные и не очень далекие, если принять в расчет средства сообщения в середине V в. до н.э.»

Ко времени написания Геродотом его «Истории» в Северном Причерноморье существовало большое количество таких давно построенных и процветавших городов, как Тира, Ольвия, Феодосия, Пантикапей, Фанагория, Горгиппия и многие другие. Однако, как ни странно, Геродот умалчивает о всех этих городах за исключением Ольвии.[16,c.37]

Рис2. Богатый ольвийский дом. Реконструкция Б.В. и М.В.Фармаковских

Проделав работу по уточнению речной системы Геродота, его предполагаемого маршрута и точек зрения его многочисленных информаторов, мы можем, опираясь на полученные данные (даже если они не бесспорны). Приступить к наиболее интересной части анализа — к сопоставлению геродотовского перечня племен и народов с выявленными к настоящему времени археологическими культурами (рис.3).[16,c.62]

Рис.3 Археологические культуры скифского времени

Скифия (в широком понимании этого названия) по археологическим данным занимала значительное пространство, выглядящее на карте в виде опрокинутой трапеции (рис.4).[16,c.64]

Рис4. Археологические культуры скифского типа. Кочевые скифы.

Историко-географическое рассмотрение геродотовой Скифии выявило прежде всего ряд неоспоримых положительных качеств «отца истории»,как называл его Марк Тулий Цицерон. В результате придирчивого и порою поневоле громоздкого анализа Геродот предстает перед нами не только занимательным рассказчиком, познакомившим своих современников с половиной Старого Света от Италии до Вавилона и от экваториальной Африки до истоков Днепра. Мы видим его неутомимым наблюдательным путешественником, предпринявшим ряд дорогостоящих и утомительных поездок с целью сбора на местах достоверных данных о больших и малых событиях только что минувших греко-персидских войн.

Глава 2 Материальная культура скифов

2.1. Быт скифов

О физическом типе скифов Гиппократ писал: "Фигуры их толсты, мясисты, не членораздельны, слабы, вялы. При своей широкой безбородой наружности скифы все на одно лицо... Народ скифский от холода русый, так как солнце его не печет. Белое тело обжигается морозом и оно краснеет".

Из вышеописанного следует, что причерноморские скифы, как и среднеазиатские саки при ярко выраженном европеоидном типе имели светлую кожу. У скифов была более светлая по сравнению с греками пигментация волос. Изображения скифов имеются на сосудах и других предметах греческой работы, найденных в курганах северного Причерноморья. На них представлены скифы ярко выраженного европеоидного типа, с гладкими или слегка волнистыми волосами на голове. Тот же европеоидный тип имеют и саки, изображенные на персепольских барельефах, а также на ряде золотых пластин из Аму-дарьинского клада.

Говоря же об особенностях культуры скифов, в первую очередь стоит обратиться к так называемому “звериному стилю” в скифской культуре. Понятием "звериный стиль" принято обозначать широко известную изобразительную манеру мастеров-художников первой половины - середины I тысячелетия до н. э. Эта манера изображения имела характерные общие черты в декоративно- прикладном искусстве скифских, сарматских, сако-масагетских и других кочевых племен, населявших Великую степь. Нельзя назвать ни одной категории бытовых предметов, которые не стремились бы украсить кочевники. Тысячи изделий из металла, дерева, бересты, кожи, обнаруженных в степях Евразии, имели общие художественные мотивы - изображения различных животных (оленя с поджатыми ногами, свернувшегося хищника, грифа и др.) и сцены борьбы хищников или нападения хищников на копытных.[13,c.27]

Однако, в период своего военно-культурного расцвета скифы развивали свой культурный потенциал, а параллельно с этим распространяли его на своих соседей.

У скифов была принята полигамия. Сыновья часто получали в наследство жен своих отцов, хотя по крайней мере одна из них должна была по обычаю умереть после смерти своего мужа, чтобы получить возможность сопровождать его в мир иной. Можно было наблюдать в захоронениях скифов, в пазырыкских курганах женщины, умершие вместе со своими мужьями, часто лежали с ними в одном гробу. Это можно было бы принять и указание на то, что тамошние мужчины были моногамны или же что женщины были больше женами, нежели наложницами.

Мнение древних греков о том, что в Скифии царил матриархат, не подтверждается никакими археологическими данными. Эта идея возникла, вероятно, из легенд, связывающих амазонок со скифами. В действительности же, однако, все существующие материалы свидетельствуют о том, что, хотя одежда скифских женщин была гораздо красочнее мужской, женщины тем не менее находились в подчиненном положении, вынужденные путешествовать в кибитках вместе со своими детьми, вместо того чтобы ехать верхом рядом со своими мужьями. Они были обязаны полностью посвящать себя домашним делам и иногда были вынуждены умирать вместе со своим супругом. И никакие символы власти не клались в их погребальные камеры.

Быт и религия скифов по Геродоту 📙 Курсовая → 🆔 43737