Гражданско-правовое регулирование отношений, связанных с нематериальными благами

Министерство образования  и науки Российской Федерации

Федеральное государственное  автономное образовательное учреждение «Северо-Восточный федеральный университет

имени М.К. Аммосова»

Юридический факультет

Кафедра гражданского права  и процесса

Курсовая работа

По дисциплине: «Гражданское право»

на тему:

«Гражданско-правовое регулирование  отношений, связанных с нематериальными  благами»

Выполнил: студент 6 курса

группы ОЮ-08-в/в

Соловьев 

Константин Геннадьевич

Проверил:

Якутск, 2011 

Введение

Усиление и углубление правового регулирования общественных отношений как эффективного средства воздействия на жизнь общества составляют объективную необходимость на современном этапе.

Традиционно личные гражданские  права защищались гражданским законодательством. Их особенность – связанность с личностью. Кроме того, основные личные права и свободы есть именно права и свободы. Они закрепляют основы правового статуса личности в обществе. Естественно, их явно нематериальный характер на первый взгляд несколько диссонирует с общей «материальной» направленностью гражданского права. Однако человек, не обеспеченный возможностью защиты принадлежащих ему основных прав - права на жизнь, здоровье, неприкосновенность личности и т. д. - не может быть свободен и в имущественном обороте. Поэтому защита нематериальных благ и связанных с ними личных неимущественных прав имеет важнейшее значение, особенно в период формирования и активного развития правовой системы. Ведь без защиты основ невозможно построить всё остальное. Кроме того, новая нормативная база и практика требуют переосмысления сложившихся по этому поводу концепций, что обуславливает новизну данного вопроса.

При рассмотрении нематериальных благ как объектов гражданско-правовой защиты необходимо будет коснуться  следующих моментов. Во-первых, защита юридически представляет собой правоотношение. А потому необходимо будет затронуть вопрос о том, какую роль нематериальные блага занимают в правоотношении. То есть, рассмотреть нематериальные блага как объекты правоотношения. А если учесть, что блага сами по себе выступать в правоотношении не могут, а могут лишь субъекты правоотношения, ещё ранее нужно будет рассмотреть само понятие субъективного гражданского права. Уже опираясь на субъективное право, мы перейдём к объекту права и через него - к специфике нематериальных благ как объекта права.

Нематериальные блага как объекты гражданских прав

Ранее мы уже говорили, что благо в наиобщем смысле есть «всякая позитивная ценность, выступающая как средство удовлетворения потребностей людей»¹. Также был отмечен их материальный характер, внешний по отношению к правоотношению. Внешне это выглядит противоречием по отношению к существованию т. н. нематериальных благ. Реально же тот класс благ не менее реален, чем обычные «овеществлённые» блага. В основе же выделения таких благ в отдельную группу, помимо их неовеществлённости, служит их личный характер. Потому права, связанные с этим видом благ, стали называться личными неимущественными правами.

В упоминавшейся ст. 128 ГК проводится отделение нематериальных благ от всех иных объектов гражданского права, в том числе от тех, которые подчастую не имеют конкретной вещественной формы – информации, результатов интеллектуальной деятельности (и исключительных прав на них), а также работ и услуг, подчас не носящих явного материального содержания. Мы считаем это весьма позитивным и последовательным, т. к. это свидетельствует об отделении нематериальных благ от всех остальных по причине их индивидуального, личного и неотчуждаемого характера. Это показывает и норма п. 1 ст. 150 ГК РФ: «Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом».

Указанная норма позволяет  обобщить особенности нематериальных благ. Прежде всего, это блага неимущественные, т. е. не являющиеся товаром и не поддающиеся стоимостной (денежной) оценке. Кроме того, это блага личные, то есть неотчуждаемые, неотрывно связанные с человеком: они обязаны своим происхождением деятельности лица в обществе, обусловлены ею. Это обуславливает как привязку блага к конкретному человеку, так и различный их объём в зависимости от человека. Да и у одного человека объём того или иного блага в течение всей жизни изменяется, хотя и не исчезает окончательно; неопределённость объёма большинства нематериальных благ является их дополнительным критерием². В связи с особенностями предмета, соответствующие права имеют ту же специфику. Это и отражено в их названии: личные неимущественные права.

Несмотря на неимущественный  характер этих прав, некоторым из них  могут сопутствовать и иные (имущественные) права, что нашло отражение в законе (ст. 2 ГК РФ). Среди них различают личные неимущественные права, являющиеся основанием для имущественных прав (например, авторство), возникающие одновременно с имущественными правами (право на неприкосновенность жилища) и являющиеся следствием имущественных прав (например, право банковской тайны как следствие заключения договора банковского вклада)³.

Отметим, что личными  правами в широком смысле признаются всякие субъективные права, присущие лицу. В узком же смысле личные права выступают как часть деления субъективных прав на социально-экономические, политические, культурные и личные (или права в области личной (индивидуальной) свободы).

Отметим также, что многие из личных неимущественных прав принадлежат нескольким отраслям права, в т. ч. конституционному (ст. 20 Конституции РФ, например, закрепляет право на жизнь, ст. 25 – право на неприкосновенность жилища, ст. 27 – право на свободу передвижения, и др.)⁴. Справедливо отмечено, что в конституционном правоотношении управомоченным субъектом является гражданин, а обязанным – государство. Отметим, что государство гарантирует не столько защиту гражданина от своих действий, сколько предусмотрение защитных механизмов. Конституция РФ не оговаривает круг обязанных субъектов. Потому она может регулировать взаимоотношения любых лиц: так, она защищает жизнь человека от посягательств, как государства, так и других лиц. Особенность таких конституционных правоотношений – в том, что в них реально участвуют три субъекта: нарушитель, потерпевший и государство, чья обязанность – защитить субъекта с нарушенным правом. В гражданском правоотношении государство как гарант, как правило, отсутствует. Конституция определяет конкретное право, государственную обязанность предусмотреть механизмы реализации и защиты, а гражданское право – штатный механизм реализации и отдельные виды защиты.

Возникает вопрос, стоит  ли включать в предмет гражданского права личные неимущественные отношения. На этот счёт существуют три позиции. Первая из них, к которой мы обратимся (т. н. радикальная), полагает, что отношения по поводу благ, неотделимых от личности, составляют особый предмет регулирования. Хотя их в силу низкого удельного веса и нельзя выделить в отдельную отрасль, они не могут принадлежать и одной отрасли права, так как регулируются (защищаются) не только и не столько гражданским правом, являются автономными, обособленными от других отношений. По нашему мнению, такая позиция не является адекватной хотя бы в силу того, что у каждой из указанных отраслей свой метод, свои цели и подходы к регулированию прав, относящихся к личным неимущественным, и сводить их в одну отрасль или хотя бы применять единый подход к их регулированию едва ли возможно и оправданно. Кроме того, очевидной спецификой обладают нормы обязательственной части гражданского права, вполне автономны правила, оговаривающие статус лиц в гражданском праве, и т. д. То есть, выделение личных неимущественных прав излишне усложнит правовую систему, повлечёт известную декодификацию отрасли.

Существует иная точка  зрения, которую можно назвать  «негативной». Суть ее состоит в  том, что гражданское право регулирует имущественные отношения, а потому личные неимущественные отношения относятся к предмету других отраслей права, не включаются в гражданское право. Также указывалось, что, хотя личные неимущественные права охраняются в гражданско-правовом порядке, они не регулируются гражданским правом: понятия охраны и регулирования в узком смысле не совпадают. Либо же личные права, не связанные с имущественными, не обладают положительным содержанием, а потому вообще не являются субъективными гражданскими правами. На это можно возразить, во-первых, то, что гражданское право регулирует не столько имущественный оборот, сколько отношения по поводу взаимной реализации интересов субъектов; во-вторых, по верному замечанию, субъективное право – всегда право на что-то, на какую-то ценность, и потому личные неимущественные права не могут иметь негативного содержания; в-третьих, разделять понятия охраны и регулирования нет никаких оснований: для наличия охраны всё равно нужна правовая норма, а, поскольку она есть, она уже регулирует указанное отношение, предупреждая как обязанного субъекта об обязанности, так и управомоченного – о праве. Обязанность же без права – нонсенс. В целом рассмотренная точка зрения устарела.

Мы придерживаемся т. н. «позитивной» концепции, по которой  личные неимущественные права включаются в предмет гражданского права наравне с прочими. Указывается, что к таким правам применим метод гражданско-правового регулирования, они обобщены взаимооценочным характером с имущественно-стоимостными отношениями и связаны с имущественными через материальную компенсацию в случае нарушения⁵. Но, прежде всего, конечно, мы должны учесть позицию законодателя. В ст. 2 ГК РФ он говорит о защите и регулировании личных неимущественных прав, связанных с имущественными, и о защите неотчуждаемых прав и свобод человека и других нематериальных благ, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ (что фактически есть регулирование соответствующих прав). Такая «двойственная» позиция законодателя связана с одной из особенностей этого вида прав: они практически незаметны, пока они не нарушены. Их приобретение спрятано, так как значительная их часть приобретается с момента рождения. Для их реализации не нужно ясное выражение воли, какие-либо действия; необходимо и достаточно наличие самого субъекта, уже предполагающее, что он будет требовать соблюдения его прав. «…Право передвижения… есть право управомоченного на непрепятствование со стороны других его передвижению». Кроме того, гражданско-правовое регулирование личных неимущественных отношений построено как защита от посягательства именно в силу своей восстановительной, компенсаторной функции.

Среди других особенностей отмечают абсолютный характер личных неимущественных прав. Однако мы согласимся с мнением, что в некоторых случаях допустим и относительный характер; например, при заключении банковского вклада обязанность соблюдения тайны вклада лежит на банке, фигурирующем в договоре (ст. 857 ГК РФ). Аналогично решается вопрос относительно врачебной тайны (ст. 61 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан), тайны усыновления (ст. 139 СК РФ) и др⁶.

Другой особенностью личных неимущественных прав является обладание некоторым иным правомочием помимо владения и пользования. Конечно, это не есть отчуждение, скорее, это – возможность изменения объёма и качества блага. К примеру, совершение высокоморального или наоборот, аморального поступка неизбежно скажется на репутации человека, но никак не лишит её. Так или иначе, нематериальные блага неотчуждаемы. Отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 9 ГК РФ).

Осуществление большинства  прав проявляется в многократных повторяющихся действиях (неоднократное лечение как реализация права на здоровье), но часть из них может реализовываться в одном действии с возможностью изменить решение при определённых условиях (смена имени). Большинство неимущественных прав по своему характеру осуществляются только лично управомоченными, но иногда осуществление отдельного правомочия производится представителем (например, присвоение имени новорождённому). В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя (ст. 150 ГК РФ).

В целом же, выделяются четыре основных признака гражданских неимущественных отношений: нематериальный характер личных прав; особый объект личных прав; специфика оснований их возникновения и прекращения (многие из них возникают с рождения и прекращаются со смертью субъекта); индивидуализация личности (каждая личность характеризуется различным объёмом тех или иных нематериальных благ).

В дальнейшем, при рассмотрении особенностей отдельных личных неимущественных прав, нам потребуется их детальная классификация. Имеющийся в ст. 150 ГК РФ набор неупорядочен и включает как права, так и блага. Сделано это было, со всей очевидностью, для наглядности, но как классификационный критерий не подходит. Вместе с тем, учёные разрабатывают различные видовые модели нематериальных благ и связанных с ними личных неимущественных прав.

Так, Н. Д. Егоров предлагает выделить три основных группы личных неимущественных прав, не связанных  с имущественными: право на неимущественные блага, индивидуализирующие личность (право на имя, на собственное изображение, на честь и достоинство); право на личную свободу и неприкосновенность; право на неприкосновенность личной жизни (права на личную документацию, на тайну личной жизни, на тайну личного общения и на неприкосновенность жилища). Данная классификация нас не может устроить, так как она не учитывает нематериальные блага, связанные с имуществом (например, право авторства). Л. А. Кривоносова, говоря о том, что «именно виды человеческой деятельности и служат базой возникновения неимущественных прав», ведёт классификацию по предметам человеческой деятельности: труд; общественно-политическая деятельность; образование и культура; семья; быт и услуги; жизнеобеспечение. Такая классификация, возможно, и полезна, но практически трудно применима. М. Н. Малеина предлагает целый ряд классификаций: помимо известного нам легального деления на личные неимущественные права, связанные и не связанные с имущественными (ст. 2 ГК РФ), она выделяет в зависимости от структуры связи участников – абсолютные (с обязанностью, корреспондирующей неограниченному кругу субъектов) и относительные (с ограниченным кругом обязанных субъектов) права; по принадлежности их субъектам гражданского права – только гражданам, только организациям (мы склонны выделять и третий, смешанный тип, к которому можно отнести, например, право на деловую репутацию). Но особо мы хотели бы отметить следующую классификацию этого автора – в зависимости от целевой установки прав. По этому параметру выделяются четыре группы. К первой относятся личные права, обеспечивающие физическое благополучие личности: право на жизнь, на здоровье, на здоровую окружающую среду. Во вторую группу входят права, формирующие индивидуальность личности: право на имя, на индивидуальный облик (вид), на честь и достоинство. Третью группу составляют права, обеспечивающие автономию личности (тайну личной жизни): право на адвокатскую тайну, на тайну нотариальных действий, врачебную тайну; право на тайну усыновления, право на тайну переписки, телефонных разговоров и телеграфных сообщений; право на неприкосновенность жилища, на неприкосновенность документов личного характера. Четвёртая группа включает права, направленные на охрану результатов интеллектуальной и иной деятельности: неимущественные права авторов произведений науки, литературы, искусства, изобретений, рационализаторских предложений, открытий, промышленных образцов; право на товарный знак. В итоге, мы считаем эту классификацию наиболее полной.

В заключение дадим понятие  личного неимущественного права. Такое  право – это субъективное право, возникающее по поводу благ, лишенных экономического содержания, тесно связанное с личностью управомоченного и индивидуализирующее его, имеющее специфические основания возникновения и прекращения.

Компенсации морального вреда как  основной способ защиты личных неимущественных прав

На сегодняшний день моральный вред является одним из основных способов гражданско-правовой защиты личных неимущественных прав. Это имеет повышенную важность, так как, во-первых, имущественные взыскания (например, возмещение убытков) в качестве средства защиты применимы к этим правам лишь в редких случаях в силу закона, а во-вторых, как верно отмечено, многие из нарушенных личных прав невосстановимы. Так, если нарушена тайна личной жизни, жилища, переписки, врачебная тайна, то они необратимо перестают быть тайной, и удовлетворением потерпевшего в подобных случаях призвана стать компенсация нравственного ущерба. Возмещение морального вреда нередко (как в некоторых приведённых ситуациях) является единственным способом защиты, хотя в других случаях может и сопутствовать другим (например, возмещению материального ущерба, если таковой имеется). При этом моральный вред есть по сути нарушение (притом не всякое, а серьезное, повлекшее очевидно тяжёлые последствия для личности) одного из нематериальных благ - психического благополучия личности. Отмечается, что умаление психического благополучия личности, в отличие от умаления других видов благ, всегда вторично - оно является последствием причинения вреда другим благам, как неимущественным, так и имущественным.

Моральный вред есть вред неимущественный. Под неимущественным вредом учёные понимают такие последствия правонарушения, которые не имеют экономического содержания и стоимостной формы⁷. Закон под моральным вредом понимает «физические или нравственные страдания» (ст. 151 ГК РФ). Развернутое определение этого понятия даётся в п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»: «Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина». Как указывают учёные, посягательства на неимущественные блага могут вызвать не только неблагоприятные последствия по отношению к жизни, здоровью, чести, достоинству и деловой репутации. Вред, причиненный таким деянием лицу, может быть выражен и в виде лишения возможности осуществлять какие-либо права, утраты духовных ценностей, лишения свободного совершения определённых действий и поступков⁸. Отметим здесь, что понятие «физические страдания» не совпадает по своему содержанию с понятиями «физический вред» или «вред здоровью». Физический вред представляет собой любые негативные изменения в организме человека, препятствующие его благополучному биологическому функционированию, которое есть нормальное с медицинской точки зрения протекание всех психофизиологических процессов в организме человека. Негативные изменения в организме, вызванные действием внешних факторов, ведут как к необходимости восстановления нормальной функциональности (лечение), так и к возмещению психических (вызванных увечьем) и физических (каковые есть как последствие травмы, так и результат процесса лечения) страданий. Для поддержания нормальной жизнедеятельности больной может обращаться к дополнительным платным услугам, реализуя своё право на полноценную и достойную жизнь. Эти расходы, в совокупности с возможным упущением выгоды от потери работы и т. п. составляют реальный ущерб, убытки, подлежащие возмещению по ст. 151 ГК. Возмещение морального вреда отличается своей направленностью на устранение или сглаживание переживаний и страданий, связанных с причинением вреда человеку.

Компенсация неимущественного вреда  как способ защиты применима исключительно  к гражданам-потерпевшим и для  защиты прав юридических лиц не используется (кроме защиты права на деловую  репутацию - ст. 33 АПК РФ). Хотя попытки бывают.

Так, открытое акционерное общество обратилось в арбитражный суд с иском к областному совету профсоюзов и областной ассоциации профсоюзных организаций работников промышленности о защите деловой репутации и взыскании морального ущерба в размере 2 млрд. рублей за распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих репутацию ОАО, опубликованных в газете. В качестве ответчика была привлечена и редакция газеты со ссылкой на ст. 36 АПК РФ. Сведения были признаны недействительными, и суд обязал ассоциацию и редакцию опубликовать опровержение, и взыскал по 10 млн. рублей возмещения морального вреда. Апелляционная инстанция исключила извинения, оставив в остальном решение без изменения. Окружной суд оставил названные судебные акты без изменения.

Президиум ВАС РФ отменил названные  выше акты и указал, что в рассмотренных газетных статьях нет прямых сведений, умаляющих деловую репутацию ОАО. Имевшиеся спорные фразы относились к директору ОАО (и, возможно, к членам его семьи) вне связи с его должностью, т.е. к физическому лицу (т.е. данный спор неподведомственен арбитражному суду). Судом было также указано, что, «поскольку юридическое лицо не может испытывать физических и нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред».

Роль компенсации состоит в  сглаживании, смягчении неблагоприятных последствий правонарушения для пострадавшего. Сам факт защиты законом достоинства личности посредством компенсации морального вреда имеет положительное влияние на психическое состояние потерпевшего, вселяет веру в справедливость. Наоборот, если право оставляет без защиты нравственные переживания, то это дополнительно травмирует психику потерпевшего. Что касается правонарушителя, то для него обязанность компенсировать причинённый им нравственный ущерб является мерой ответственности. При этом он также может претерпевать физические и нравственные страдания, но эти страдания правомерны. Преступление и наказание имеют общее - претерпевание нравственного ущерба их субъектами и различное - претерпевание незаконное и законное.

Возложение на нарушителя обязанности  компенсировать моральный вред производится в трёх случаях: посягательство на нематериальные блага (жизнь, здоровье, честь, имя и  др.); посягательство на личные неимущественные права, связанные с имущественными (право авторства); нарушение имущественных прав, если компенсация за их нарушение специально предусмотрена законом (например, как это сделано в ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей»)⁹.

По общему правилу  компенсация морального вреда допускается при наличии вины причинителя. Вместе с тем в ст. 1100 ГК РФ предусмотрены три случая, когда моральный вред компенсируется независимо от вины: если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; если вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; если вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Закон может установить иные основания такой компенсации. Кроме того, необходимо отметить такие принципы компенсации морального вреда, как денежную форму компенсации (ст. 1101 ГК РФ) и независимость компенсации морального вреда от подлежащего возмещению имущественного вреда (ст. 1099 ГК РФ). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ). Каждая конкретная ситуация может иметь свои особенности. Так, в постановлении Пленума ВС РФ от 18 августа 1992 г. № 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» предусмотрено, что при определении размера компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание, помимо других обстоятельств, характер и содержание публикации, степень распространения недостоверных сведений и т.п.

При рассмотрении конкретного  дела суд, определяя размер компенсации морального вреда, исходил из характера нарушений прав потребителя, негативных последствий, наступивших в связи с неисполнением обязательств изготовителем. Б. обратился в суд с иском к заводу - производителю телевизоров и просил обязать завод исполнить взятые обязательства по ремонту телевизоров в установленные нормативами сроки, а также возместить ему моральный вред, причинённый вследствие нарушения заводом его прав, предусмотренных законодательством о защите прав потребителей, уплатить неустойку за нарушение сроков, предусмотренных правилами бытового обслуживания по оказанию услуг профилактического обслуживанию и ремонту телевизоров по абонементам и взыскать с ответчика штраф в доход государства. Он мотивировал иск тем, что условия указанного договора не были выполнены по вине ответчика, и телевизор не был приведен в исправное состояние. Решением суда иск удовлетворён. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, рассмотрев дело по кассационной жалобе ответчика, не нашла оснований для отмены решения и указала, среди прочего, о верности взыскания неустойки и суммы морального вреда. Определяя размер морального вреда, суд обоснованно учел конкретные обстоятельства по делу, что истец длительное время (более года) добивался от ответчика выполнения работ по ремонту телевизора, неоднократно обращался по вопросу ремонта телевизора к работникам завода и за помощью к другим организациям, более года Б. и его семья не могли пользоваться телевизором по вине ответчика. Суд также учел, что работники предприятия допустили неуважительное отношение к истцу. Такого рода поведение лиц, обслуживающих население, стало причиной нравственных страданий Б. Этот вывод суда мотивирован и подтвержден имеющимися в деле доказательствами, в том числе заключением эксперта-психолога, которым суд дал надлежащую оценку.

На практике был также  рассмотрен вопрос о возможности учета имущественного положения причинителя при определении размера компенсации морального вреда. Позиция ВС РФ по этому вопросу высказана в постановлении Пленума ВС РФ от 28 апреля 1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья». По п. 36 Постановления, «Размер возмещения морального вреда определяется судом в решении, исходя из степени тяжести травмы, иного повреждения здоровья, других обстоятельств, свидетельствующих о перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданиях, а также с учетом имущественного положения причинителя вреда, степени вины потерпевшего и иных конкретных обстоятельств». По конкретному делу, связанному с осуждением Е., Верховный Суд также отметил: «При взыскании денежных сумм в возмещение морального вреда суду следует учитывать реальные возможности физического лица для его возмещения».

Использование на практике такого института, как возмещение морального вреда, лишний раз показывают его значимость и работоспособность. Этот институт, ранее не упоминавшийся в гражданском праве, думается, сейчас уже занял своё место.

Честь, достоинство, деловая репутация  как объект гражданско-правовой защиты

Институт защиты чести  и достоинства не является новым  в российском гражданском праве. Указания на него имеются и в ГК РСФСР (ст. 7), и в Основах гражданского законодательства СССР и республик (ст. 7). Однако защита чести, достоинства и деловой репутации по праву считается, наряду с возмещением морального вреда, вехой нового времени.

Каждому лицу индивиду присущи  такие блага, как честь и достоинство. Честь - это общественная оценка личности, определённая мера духовных, социальных качеств гражданина. Достоинство - внутренняя самооценка собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения. Категории чести и достоинства, в частности, определяют отношение к человеку как к высшей общественной ценности.

Честь, достоинство, деловая  репутация гражданина в совокупности определяют «доброе имя», неприкосновенность которого гарантирует Конституция (ст. 23).

Честь и достоинство имеют как объективную, так и субъективную стороны. Так, честь - это и общественная оценка, признание, и стремление поддержать свою репутацию. Оценка деятельности индивида коллективом, обществом воспринимается как нечто объективное (честь выступает как своего рода этическое благо) и выступает как оценочная категория, направленная от общества к личности. Субъективная же сторона заключается в способности человека оценивать свои поступки и действовать в соответствии с принятыми в обществе нормами морали. Аналогично достоинство объективно определяется существующими общественными отношениями и в известной мере часто зависит от человека. Но данная категория выступает ещё и как сознание и чувство собственного достоинства. Эти субъективные стороны достоинства представляют собой осмысление и переживание человеком своей моральной ценности и общественной значимости, они обуславливаются общественными отношениями и зависят от них. Между тем, несмотря на связанность понятий критерием нравственности, между честью и достоинством существуют различия. Они заключаются в том, что честь - объективное общественное свойство, а в достоинстве на переднем плане - субъективный момент, самооценка. Отсюда можно сделать вывод, что достоинство человека находится в определённой зависимости от его воспитания, от внутреннего духовного мира, особенностей его психического склада. В конечном итоге - от способности человека должным образом оценивать то мнение, которое складывается о нём у окружающих.