Основные направления сотрудничества международной организации труда с Республикой Беларусь и РФ

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ                                                                                                              3

1. МЕЖДУНАРОДНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТРУДА КАК СУБЪЕКТ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ТРУДА

1.1 Понятие международно-правового регулирования труда и имплементация его норм в законодательство Республики Беларусь и Российской Федерации

1.2 История создания и развития  МОТ, ее цели и задачи

1.3 Структура МОТ

2. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ  ТРУДА И ЕЕ РОЛЬ В СФЕРЕ  МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

2.1 Общая характеристика деятельности  МОТ

2.2 Международно-правовое регулирование  занятости

2.3 Международно-правовое регулирование  условий труда

2.4 Международно-правовое регулирование  охраны труда

2.5 Социальное партнерство в сфере труда

3. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА  МЕЖДУНАРОДНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ТРУДА  С РЕСПУБЛИКОЙ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИЕЙ

3.1 Сотрудничество МОТ с Республикой  Беларусь

3.2 Сотрудничество МОТ с Российской  Федерацией

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

ВВЕДЕНИЕ

В современных условиях глобализации мирового развития на трудовое законодательство оказывают влияние в еще большей мере, чем в предыдущие годы, международные нормы и международная нормотворческая политика в сфере труда, которая вырабатывается на различных уровнях международного сотрудничества, отражается в актах ООН, других международных организаций и контролируется Международной организацией труда.

Исполнение или осуществление международных норм и стандартов по защите социально-экономических и культурных прав и свобод человека неразрывно связано с воздействием международного права на закрепление во внутригосударственном законодательстве этой группы прав. Будучи самостоятельными правовыми системами, международное и национальное право оказывают различное влияние друг на друга. Внутригосударственное право, закон или иной правовой акт любого государства никогда не может быть непосредственным источником международного права.

Специфика развития международного права состоит в том, что его нормы создаются путём согласования позиций различных государств. Ни одно государство, независимо от его влияния в мире, не может самостоятельно создать нормы международного права или навязать своё законодательство международному сообществу.

Иное воздействие на законы различных государств оказывает международное право. Это влияние в процессе развития межгосударственных отношений не остаётся неизменным. Если на первых этапах развития международное право косвенно воздействовало на законодательство государств-участников международного сообщества, то в настоящее время международный договор и международный обычай стали непосредственными источниками внутригосударственного права.

Во многих странах международные договоры провозглашаются интегральной частью внутригосударственного права или её высшими законами (ст.6 Конституции США, ст.28 Конституции Греции 1976 г., ст.96 Конституции Испании 1978 г.), либо объявляются имеющими приоритет над нормами внутригосударственных законов (ст.55 Конституции Франции 1958 г., ст.94 Конституции Нидерландов 1983 г., ст.15 Конституции Российской Федерации 1993 г.).

В дипломной работе я попытаюсь дать не только общее представление об организации. Такие вопросы как история создания, структура, направления деятельности МОТ достаточно хорошо освещены многими авторами. Я рассмотрю насущные проблемы и задачи организации на сегодняшний день, которые приобрели качественно иной характер за последние годы, из-за преобразования всей мировой экономики, что естественно отразилось, не лучшим образом, на трудящихся многих стран. МОТ, на мой взгляд, является одной из тех организаций, которые работают на благо всего человечества во имя достижения социальной справедливости, что делает наш мир еще более цивилизованней и культурней.

Цель моей дипломной работы – выявить проблемы международно-правового регулирования трудовых и связанных с ними отношений и предложить пути их решения.

В соответствии с поставленной целью сформулированы следующие задачи:

1. Теоретический анализ литературных  источников.

2. Исследовать влияние международных  норм на внутригосударственные  правовые системы Республики  Беларусь и Российской Федерации.

3. Выявить проблемы имплементации  конвенций и рекомендаций МОТ  в национальное законодательство.

Объект – трудовые и связанные с ними отношения.

Предмет – роль конвенций и рекомендаций МОТ в регулировании трудовых и связанных с ними отношений.

Гипотеза: существуют проблемы в применении конвенций и рекомендаций для регулирования трудовых и связанных с ними отношений.

Методы исследования: анализ юридической, методической литературы, обобщение передового опыта, сравнение.

Проведен анализ состояния проблемы исследования роли конвенций и рекомендаций МОТ в национальном законодательстве. Получены новые данные о специфической взаимосвязи трудовых и связанных с ними отношений в государстве от международных норм, выраженных в конвенциях и рекомендациях.

Практическая значимость результатов дипломной работы заключается в том, что данные полученные в ходе исследования роли конвенций и рекомендаций МОТ в регулировании трудовых и связанных с ними отношений помогут создать механизм, гарантирующий применение законов и уважение к ним со стороны всех членов общества, независимо от занимаемой должности. Нужно добиться материального обеспечения прав человека (труд и др.), отвергнуть подход к ним как «дару государства».

1 МЕЖДУНАРОДНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТРУДА  КАК СУБЪЕКТ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО  РЕГУЛИРОВАНИЯ ТРУДА

1.1 Понятие международно-правового  регулирования труда и имплементация  его норм в законодательство Республики Беларусь и Российской Федерации

Кому-то может показаться, что белорусам нет необходимости знать международные стандарты трудовых прав и механизмы их защиты. Однако следует помнить, что в соответствии с Конституцией Республики Беларусь (ст. 8) наше государство признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства. Обеспечение прав и свобод граждан Республики Беларусь является высшей целью государства (ст. 21).

В соответствии со статьей 8 Трудового кодекса Республики Беларусь (статьей 10 Трудового кодекса РФ) нормы вступивших в силу международных договоров или конвенций МОТ, участницей которых является Беларусь (Российская Федерация), считаются составной частью национального законодательства о труде.

Если международным договором или конвенцией МОТ, участницами которых являются Республика Беларусь и Российская Федерация, установлены другие правила, чем предусмотренные законодательством о труде Республики Беларусь, Российской Федерации, то применяются правила международного договора или конвенции. Таким образом, определенная часть международных норм о труде может приобретать значение внутригосударственных законов и применяться государственными органами непосредственно, наравне с законодательством Республики Беларусь, Российской Федерации.

Международно-правовое регулирование труда превратилось в важный фактор, характеризующий социальную действительность современного целостного и взаимосвязанного мира.

С момента создания Международной организации труда (МОТ, 1919) главным направлением ее деятельности являлось нормотворчество в сфере регулирования социально-трудовых отношений.

За прошедшие годы МОТ приняла свыше 370 конвенций и рекомендаций, охватывающих самые различные области социально-трудовых отношений. Конвенции МОТ принимаются на основе консенсуса на сессиях Международной конференции труда и подлежат ратификации государствами — членами МОТ. Будучи ратифицированными, они возлагают на государство юридические обязательства по их практическому применению. Рекомендации МОТ ратификации не подлежат, но их положения, как правило, развивающие нормы соответствующих конвенций, имеют важное значение, представляя собой модельные акты в сфере трудового права.

Сам факт ратификации конвенций, содержащих более высокий уровень гарантий в сфере трудовых отношений, не только позволяет совершенствовать и развивать национальную правовую базу в этой области, но и создает дополнительные препятствия для отказа от уже закрепленных в законодательстве норм, способствуя внесению элементов общественной стабильности в условиях изменчивой политической и социально-экономической конъюнктуры.

Хотя значительная часть важнейших конвенций МОТ (49 конвенций на 1 января 2002 г.) ратифицирована Республикой Беларусь и 61 конвенция – Российской Федерацией, а основные принципы и нормы трипартизма, сформулированные в этих конвенциях и рекомендациях МОТ, нашли свое отражение в законодательстве обоих государств, проблемы здесь остаются, поскольку белорусское и российское законодательство в этой области по ряду параметров в той или иной мере отстает от требований МОТ.

Так, например, Республикой Беларусь не ратифицирована одна из важнейших конвенций МОТ — Конвенция № 135, содержащая нормы о защите прав представителей трудящихся на предприятии и предоставляемых им возможностях, а также Конвенция № 158 "О прекращении трудовых отношений", ограничивающая использование срочных трудовых договоров, к разряду которых относится и контракт, поскольку они, как правило, ухудшают правовое положение работника из-за права нанимателя уволить работника по истечении срока договора либо при отказе работника от заключения не устраивающего его контракта.

Нормы конвенций и особенно рекомендаций МОТ не в полной мере имплементированы в национальные акты, относящиеся к социально-трудовым отношениям. Так, например, в трудовом законодательстве Республики Беларусь не реализована норма статьи 6 рекомендации МОТ № 143, согласно которой выборные представители трудящихся должны иметь преимущества при увольнении по сокращению штатов, а также норма о предоставлении защиты лицам, выдвинутым кандидатами для выборов или назначенным в качестве представителей трудящихся.

Статья 8 Конституции Республики Беларусь устанавливает, что "Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства". Аналогичная норма содержится в части 4 статьи 15 Конституции РФ. Речь здесь идет о принципах международного права, но не о нормах, что имеет существенное различие. Поскольку принципы права проявляют себя через нормы права и нуждаются в конкретизации, трудно в данном случае говорить об определенности правового регулирования. Принципы международного права, как нормы, обладающие высшей степенью обобщенности и нормативности, не являются "самоисполнимыми", т. е. де-факто не имеют прямого действия. Правда, если к этим "общепризнанным принципам" отнести принцип pacta sunt servanda и норму статьи 27 Венской конвенции о праве международных договоров, в соответствии с которой участник договора не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора, можно презюмировать приоритет норм международного договора в соответствии со статьей 8 Конституции Республики Беларусь.

Формулировка статьи 15 Закона Республики Беларусь "О международных договорах Республики Беларусь" и статьи 20 Закона Республики Беларусь "О нормативно-правовых актах Республики Беларусь" хотя и уточняет это конституционное положение, устанавливая, что общепризнанные принципы и нормы международных договоров Республики Беларусь, вступивших в законную силу, являются частью действующего на территории Республики Беларусь права, подлежат непосредственному применению, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для применения таких норм требуется издание внутригосударственного акта, и имеют силу того правового акта, которым выражено согласие Республики Беларусь на обязательность для нее соответствующего международного договора, тем не менее не содержит признания приоритета норм международного права над национальными законами, что, как отмечают исследователи, порождает трудности в правоприменительной практике1[Павлова Л. В. Влияние международного права на реформирование правовой системы Республики Беларусь // Канстытуцыйны працэс у Республiцы Беларусь: Тэз. дак. Гродно, 1996]

В Российской Федерации практика также показывает, что суды, как правило, придерживаются порядка, при котором в первую очередь руководствуются внутригосударственным актом, представляющим собой понимание государством своих обязательств, и применяют правила международного договора лишь в случае его явного расхождения с отечественным законодательством.

Исходя из буквы вышеперечисленных законов, международные договоры, ратифицированные Республикой Беларусь, имеют силу закона, но не обладают более высокой юридической силой по отношению к национальным законам, регулирующим соответствующие правоотношения. Правда, приоритет ратифицированного международного договора можно презюмировать исходя из содержания пункта 4 статьи 116 Конституции Республики Беларусь, в соответствии с которым Конституционный суд дает заключение о соответствии нормативных актов всех уровней, международных и иных обязательств Республики Беларусь Конституции и международно-правовым актам, ратифицированным Республикой Беларусь. Последнее дает основание предположить, что в иерархии нормативных актов ратифицированные международные договоры стоят на втором после Конституции месте2[Зыбайло А. И. Проблема прямого действия общепризнанных норм международного права о правах и свободах человека в Республике Беларусь // Белорусский журнал международного права и международных отношений. 1999. № 1. С. 16—21 ]. Как отмечает Председатель Конституционного суда Республики Беларусь Г. А. Василевич, "закон о ратификации международного договора возводит международный договор в ранг актов, стоящих над обыкновенными законами, включая и программные"3[Василевич Г. А. Конституция Республики Беларусь: Научно-практический комментарий. Мн.: Право и экономика, 2000. С. 63 ]. Приоритет этот, однако, в соответствии с отраслевым законодательством может реализовываться только в конкретных случаях, когда те или иные отношения не урегулированы законодательством Республики Беларусь или когда международным договором установлены иные в сравнении с нормами национального права правила 4 [Трудовой кодекс Республики Беларусь. Ст. 8. Мн.: Амалфея, 2000; Гражданский процессуальный кодекс Республики Беларусь. Ст. 543. Мн.: Амалфея, 1999 ].

Так, Трудовой кодекс Республики Беларусь определяет (ст. 3), что он применяется в отношении работников и нанимателей, заключивших трудовой договор на территории Республики Беларусь, "если иное не установлено актами законодательства или нормами ратифицированных и вступивших в законную силу международных договоров Республики Беларусь или Конвенций Международной организации труда (МОТ), участницей которых является Республика Беларусь". Статья 7 Трудового кодекса, определяющая источники регулирования трудовых и связанных с ними отношений, хотя и не содержит упоминания международных договоров и конвенций МОТ, устанавливает, что в случае противоречия норм законодательства о труде равной юридической силы должна применяться норма, содержащая более льготные условия для работников. Следовательно, исходя из толкования статьи 3 ТК, в том случае, если конвенция МОТ, ратифицированная Республикой Беларусь, содержит более льготные условия для работников в сравнении с законодательством Республики Беларусь, должны применяться ее нормы. И наконец, статья 8 Трудового кодекса специально определяет, что нормы вступивших в силу международных договоров или конвенций МОТ, участницей которых является Республика Беларусь, являются частью действующего на территории республики трудового законодательства и подлежат непосредственному применению, кроме случаев, когда из этих договоров и конвенций следует, что для применения их норм требуется издание внутригосударственного акта. Нормы конвенций МОТ подлежат непосредственному применению в двух случаях: 1) когда те или иные отношения не урегулированы национальным законодательством о труде; 2) в случае выявления коллизий между нормами конвенций и правилами республиканского законодательства о труде (ч. 4 ст. 8 Трудового кодекса). Здесь, таким образом, де-факто презюмируется приоритет норм конвенций МОТ.

Определенные противоречия законодательства конвенциям МОТ существуют и в Российской Федерации. Например, ст. 74 ТК РФ предусматривает возможность временного перевода работника на другую работу без его согласия для замещения отсутствующего работника. В то же время Конвенция МОТ № 29 1930 г. определяет любой труд без согласия работника как принудительный, кроме чрезвычайных случаев (пожар, наводнение, землетрясение и т. д.).

Таких примеров можно привести достаточно. Проблема заключается в том, что в РФ законы существуют сами по себе, а жизнь течет сама по себе. И то, что нашло отражение в законе, не всегда реализуется на практике.

Очевидно, однако, что практическая реализация принципа приоритета ратифицированной международной конвенции МОТ может быть обеспечена только с помощью отрегулированного механизма толкования и применения международных норм, прежде всего в судопроизводстве. Именно этот аспект правового регулирования сегодня наиболее проблематичен. Органы правосудия республики могут выносить решения только на основании национальных законов. Это вытекает из содержания статьи 112 Конституции Республики Беларусь, которая предписывает судам при осуществлении правосудия руководствоваться только Конституцией и принятыми в соответствии с ней нормативными актами. Г.А. Василевич, правда, замечает, что в том случае, если суд (общий или хозяйственный) при рассмотрении конкретного дела придет к выводу о несоответствии нормативного акта вступившему в силу международному договору, он должен принять решение в соответствии с международным договором и поставить в установленном порядке (обратившись в Верховный или Высший Хозяйственный суд) вопрос о признании данного нормативного акта неконституционным. При этом, по его мнению, внедрение на практике такого правила не требует специального законодательного урегулирования, поскольку к этому "по существу" обязывает содержание статей 8, 112, 116, 137, 142 Конституции, а также другие акты законодательства5[     ].

Вряд ли с последним можно безусловно согласиться. Формулировка статьи 112 Конституции фактически сводит на нет в правоприменительной практике правило о непосредственном применении международных норм. Суды Республики Беларусь, как отмечает и сам Г. А. Василевич, практически не выносят решения со ссылками на нормы как Конституции, так и международных договоров. Судебная практика по этому вопросу крайне незначительна, единичные примеры ее демонстрирует лишь Конституционный и Верховный суды республики. Примером может служить Заключение Конституционного суда Республики Беларусь от 19 апреля 1996 г., которым он признал не соответствующим Конституции Республики Беларусь положения части 2 статьи 2 и пункта 3 части 2 статьи 214 КЗоТа Республики Беларусь, допускавшие возможность ограничения права на обращение в суд с исками о восстановлении на работе членов кооперативов, предприятий и товариществ коллективных форм собственности. Конституционный суд исходил при этом из положения статьи 2 ратифицированной Республикой Беларусь Конвенции МОТ № 111 "О дискриминации в области труда и занятости"6[Вестник Конституционного Суда Республики Беларусь. 1996. № 2]. 
Подобные факты, однако, носят исключительный характер. Судьи и другие правоприменители отнюдь не готовы к роли толкователей и применителей норм международного права, о чем и свидетельствует судебная практика.

Следует отметить, что только три конвенции МОТ (№№ 155, 167 и 182) введены в действие законами Республики Беларусь об их ратификации. Исходя из положения о том, что юридическая сила международного акта равна юридической силе акта национального права, посредством которого он был трансформирован в национальное законодательство, можно сделать вывод, что эти конвенции приобрели силу закона и возведены - по вышеприведенной оценке Г. А. Василевича - в ранг актов, стоящих над обыкновенными законами, включая и программные. Остальные конвенции МОТ ратифицировались постановлениями Верховного Совета БССР и Республики Беларусь, следовательно, такой юридической силой не обладают. При этом подавляющее большинство данных постановлений содержат простую констатацию факта ратификации соответствующей конвенции и лишь некоторые из них содержат требования о внесении необходимых изменений в законодательство республики, т. е. предусматривают меры по имплементации положений ратифицируемых конвенций.

Существенно и то, что отсутствие законодательно закрепленного приоритета норм конвенций МОТ на практике может привести к тому, что, например, временный декрет Президента, который в соответствии с Законом "О нормативных правовых актах Республики Беларусь" в иерархии правовых актов стоит выше закона и, следовательно, имеет приоритет над ратифицированной законом Республики Беларусь конвенцией МОТ, имеющей силу этого закона, может отменить де-факто действие этой конвенции, что противоречит нормам международного права и Конституции Республики Беларусь, провозглашающей приоритет его принципов (ст. 8). Кроме этого, законодательное закрепление приоритета норм международных договоров в области трудового права и конвенций МОТ позволило бы в правоприменительной практике реализовать в полной мере норму, закрепленную частью 2 статьи 7, частью 2 статьи 194, частью 1 статьи 362 ТК Республики Беларусь, устанавливающую, что при издании актов, ухудшающих положение работников, продолжается действие нормативных актов более высокой юридической силы.

Приобретение конвенциями МОТ, ратифицированными Республикой Беларусь, характера источника трудового права означает прежде всего, что при рассмотрении трудового спора в суде стороны должны иметь право ссылаться на них для защиты своего права, а суд обязан принимать их во внимание. В свою очередь, судья вправе ссылаться на конвенцию, если закон или другой нормативный акт ей не соответствует или если содержащаяся в конвенции норма более точна или определенна, чем в законодательстве.

Естественно, что использование конвенций МОТ в качестве источника трудового права требует, во-первых, соответствующих разъяснений в постановлениях Верховного суда Республики Беларусь и, во-вторых, обеспечения их общедоступности, возможно, в форме официального приложения к Трудовому кодексу Республики Беларусь, т. е. решения этих вопросов в правоприменительной практике, в том числе судебной.

Важное значение для практического применения норм, содержащихся в конвенциях МОТ, имеет реализация положений Конвенции № 144 "О трехсторонних консультациях для содействия применению международных трудовых норм" и рекомендации № 152 "О процедуре трехсторонних консультаций для содействия применению международных трудовых норм и национальным мероприятиям, касающимся деятельности Международной организации труда". Здесь, в частности, предусматривается, что каждая страна — член МОТ, ратифицировавшая конвенцию, должна обеспечивать эффективные консультации (в различных формах, определенных ее законодательством) между представителями органов власти, предпринимателей и трудящихся в целях обеспечения применения международных трудовых норм на национальном уровне. Рекомендация в числе прочего определяет, что одной из целей этих консультаций является подготовка предложений органам власти по имплементации норм конвенций и рекомендаций МОТ в национальное законодательство.

Следует добавить, что конвенции МОТ, как источник белорусского (российского) трудового права, могут играть особую роль в практике регулирования труда и имеют особую правовую силу, поскольку применение содержащихся в них норм может быть проконтролировано не только судом, как это имеет место в отношении законодательства, но и МОТ, в рамках которой действует специальный контрольный механизм, обеспечивающий правоприменительную функцию этой организации.

В последние годы нормотворчество, как главное направление деятельности МОТ, постепенно уступает место контролю за применением ее конвенций и рекомендаций.

Система контроля МОТ состоит из трех основных элементов: так называемого регулярного контроля, контроля, осуществляемого по мере необходимости (общий контроль), и специального контроля за соблюдением прав профсоюзов.

Регулярный контроль осуществляется Комитетом экспертов по применению конвенций и рекомендаций МОТ и соответствующим Комитетом Международной конференции труда. Оба эти органа оценивают ситуацию в области применения конвенций и рекомендаций МОТ на основе докладов правительств (устных и письменных), замечаний по ним организаций предпринимателей и трудящихся обычно своего государства, а также других государств — членов МОТ.

Ключевая роль в регулярном контроле принадлежит Комитету экспертов. Он менее политизирован и дает юридическую оценку применения норм конвенций на основе полученной от государств информации исходя из буквы нормативных актов МОТ. Интересно, что, являясь краеугольным камнем механизма контроля МОТ, регулярный контроль не имеет уставной базы. Он основан на положении статьи 7 Регламента Международной конференции труда, но не имеет закрепления в Уставе МОТ, где есть лишь статья 22, которая предписывает правительствам ежегодно представлять Международному бюро труда (МБТ) свои доклады по применению конвенций. Как полагают специалисты, регулярный контроль нуждается в придании ему уставной базы в виде закрепления в Уставе МОТ положения и функций Комитета экспертов и, в частности, функции толкования международных норм о труде, а также в изменении природы его заключений, придании им в случаях грубых нарушений норм конвенций обязательной юридической силы 7[Иванов С. А. МОТ: контроль за применением международных норм о труде и его проблемы // ГиП. 1997. № 7. С. 20].

За семьдесят лет своей практической деятельности Комитет экспертов приобрел авторитет и фактически стал одним из самых действенных органов МОТ, что ощутила на себе, в частности, и Республика Беларусь. Как показывает анализ архивных материалов, касающихся истории взаимодействия МОТ и Республики Беларусь, контроль со стороны Комитета экспертов за применением норм конвенций МОТ в Беларуси носил и носит постоянный и регулярный характер.

Комитет экспертов неоднократно делал замечания в адрес БССР относительно нарушения норм таких конвенций МОТ, как Конвенция № 29 "О принудительном или обязательном труде", Конвенции № 87, Конвенции № 122 "О политике в области занятости" и др. 8[Национальный архив Республики Беларусь. Ф. 907, оп. 1, д. 370, 393].Многократно поднимался в МОТ вопрос об исполнении в БССР и Республике Беларусь конвенций о правах профсоюзов, условиях труда и др.

Архивные материалы позволяют реконструировать весьма показательный механизм подготовки ответов органов власти БССР на требования и замечания органов МОТ. Так, например, в мае 1958 г. МОТ потребовала прислать ежегодный доклад БССР о применении ратифицированных БССР конвенций и, одновременно, подготовить ответы на запросы Комитета экспертов по выполнению ряда конвенций. Только через 6 месяцев — в ноябре того же года МИД БССР послал подготовленные доклады в МИД СССР "для согласования". В январе 1959 г. МИД СССР направляет в МИД БССР копии докладов СССР в МОТ по соответствующим конвенциям с предложением привести доклады БССР в соответствие с союзными. После этого министр иностранных дел БССР К. Киселев обратился к министру иностранных дел СССР А. Громыко с жалобой на затяжку времени с отсылкой докладов в МОТ по вине соответствующего отдела МИД СССР и с просьбой принять меры. Буквально через неделю после этого обращения из МИД СССР наконец поступили замечания по докладам БССР, и 17 января министр иностранных дел направил скорректированные доклады секретарю ЦК КПБ Т. Киселеву, сообщая, что они приведены в соответствие с докладами СССР, и просил согласия на их пересылку в МОТ. После получения согласия документы вновь были направлены в МИД СССР и только в марте 1959 г., т. е. почти через год после получения требования МОТ, доклады были направлены по назначению 9[Национальный архив Республики Беларусь. Ф. 907, оп. 1, д. 393, л. 13—44 ].

Аналогичным образом осуществлялась подготовка докладов и ответов на запросы экспертов МОТ и в предшествующие и в последующие годы, причем зачастую эти ответы носили откровенно демагогический характер, а иногда запросы МОТ вообще оставлялись без ответа.

Следует, однако, отметить, что в ряде случаев замечания экспертов МОТ получали практическую отдачу. Например, в 1959 г. МИД БССР направляет в Министерство юстиции БССР предложение изменить, в соответствии с замечаниями экспертов МОТ по реализации в БССР норм Конвенции № 87, статью 152 КЗОТа БССР, что и было реализовано в новом КЗОТе 1960 г. 10 [Национальный архив Республики Беларусь. Ф. 907, оп. 1Д. 397, л. 62].

С начала 1990-х гг. — с момента обретения Республикой Беларусь независимости, — ситуация с реализацией "обратной связи" улучшилась. Министерством иностранных дел и Министерством труда Республики Беларусь оперативно и своевременно подготавливаются, в соответствии со статьей 22 Устава МОТ, ежегодные доклады Правительства Республики Беларусь в МБТ по ратифицированным и не ратифицированным конвенциям.

Другим элементом механизма контроля МОТ является так называемый общий контроль, осуществляемый тогда, когда в МБТ поступают претензии или жалобы организаций предпринимателей или трудящихся (ст. 24 Устава МОТ). Жалоба может быть подана и государством — членом МОТ на другое государство, которое не обеспечивает соблюдения конвенции, ратифицированной обоими (ст. 26). Жалобу вправе подать также любой делегат Конференции. Административный совет МОТ по этим жалобам проводит процедуру расследования путем создания комиссии по расследованию, которая по завершении работы подготавливает рекомендацию относительно мер, которые следовало бы принять для удовлетворения жалобы. При этом государство-ответчик вправе принять или не принять данную рекомендацию. В последнем случае с его согласия спор передается в Международный суд, решение которого окончательно (ст. 31 Устава).

Процедура эта используется нечасто. В 1994 г. Комитет экспертов высказался за то, чтобы механизм контроля сделать доступным и для частных лиц, приняв поправки к Уставу МОТ, возможно, в виде Факультативного протокола по аналогии с Факультативным протоколом к Международному пакту о гражданских и политических правах, что позволило бы гражданам государств — членов МОТ непосредственно обращаться в Административный совет с жалобами и претензиями по вопросам, касающимся выполнения ратифицированных конвенций. Идея эта, однако, на 81-й сессии МОТ не была поддержана 11 [Архив ФПБ. Ф. Управление делами, д. 08-1-8, л. 48].

В основе третьего элемента контрольного механизма МОТ — специального контроля — лежит принцип обеспечения свободы деятельности профсоюзов. Этот контроль осуществляется двумя органами МОТ — Комитетом по свободе объединений и Комиссией по расследованию и примирению в профсоюзной области. Специальный контроль осуществляется на основе положения Устава МОТ относительно свободы ассоциаций, при этом Комитет по свободе объединений, играющий главную роль в этом контроле, принимает к своему разбирательству заявления независимо от того, ратифицировало ли государство-ответчик Конвенцию № 87 о защите профсоюзных свобод и защите профсоюзного права или нет.