Особенности наречия в русском языке как части речи

19

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ

ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ

УНИВЕРСИТЕТ»

Кафедра педагогики и методики дошкольного и начального образования

Курсовая работа

По специальности 050708 «Педагогика и методика дошкольного и начального образования»

Особенности наречия в русском языке как части речи

                                                                                      Исполнитель:   студентка 4 курса

                                 Очного отделения педагогики

                                                                                     и методики дошкольного и начального

                                 образования

                                                                                      психолого-педагогического факультета

                                                                                     Фирсова Людмила Александровна

                                                                          Научный руководитель:

                                                                                              кандидат филологических наук,

                    доцент кафедры педагогики и методики

              дошкольного и начального образования

              Стуколова Галина Петровна

Воронеж 2011

Содержание

Введение………………………………………………………………………...…3

Глава 1.Вопрос о наречиях в русской грамматике……………………………...6

1.1   Спорные вопросы изучения наречий…………………………………… …..6

1.2   Семантические классы наречий и их синтаксические функции…………...9

Глава 2. Морфологические формы наречий русского языка…………………………………………………….……..…………………19

2.1 Морфологические особенности и разряды наречий…………………...….19

2.2 Морфологические типы наречий и их связь с другими частями речи…...22

2.3 Процессы адвербиализации предложных и беспредложных именных конструкций……………………………………………………...………………34

2.4 Типы отглагольных наречий………………………………………………..43

Заключение…………………………………………………………………….....47

Введение

Наречие - это часть речи, обозначающая непроцессуальный признак действия, предмета или другого непроцессуального признака – качества либо свойства. По своему общему значению непроцессуального признака наречия близки прилагательным. Вероятно, можно осознавать подобные наречия формой соответственных прилагательных, если бы в той же функции не употреблялось большое количество неизменяемых слов, не являющихся производными от прилагательных: очень, слишком, наизусть, сразу, кругом и т. д. Благодаря этому формальными признаками, категории являются прежде всего отношение к прилагательному, к глаголу или другим наречиям, невозможность определить прилагательным (если только это не наречное выражение), неизменяемость (однако наречия, производные от прилагательных, могут иметь степени сравнения) и, наконец, для наречий,. произведенных от прилагательных, окончания -о или -е, а для глагольных наречий (деепричастий) особые окончания.

Самый деликатный вопрос – отличие наречий от существительных, так как критерий неизменяемости возникает чаще всего на почве разрыва связи данного слова с формами соответственного существительного, т. е. в конце концов на почве значения: мыслится ли в данном случае предмет (существительное) или нет. Весьма вероятно, что если бы у нас не было прилагательных наречий и целого ряда случаев, где связь с существительным абсолютно порвана, т. е. если бы категория наречий не имела бы своих и по форме несомненных представителей, то установление категории наречия на таких случаях, как заграницей, заграницу, представило бы большие затруднения. Впрочем, здесь на помощь может прийти и эксперимент; стоит попробовать придать прилагательное: за нашей границей, за южную границу, чтобы понять, что это невозможно без изменения смысла слов и что, следовательно, заграницей, заграницу являются наречиями, а не существительными.

Наречие — неизменяемая часть речи, она не склоняется, не спрягается, не согласуется с другими словами. У наречия нет и не может быть окончания. В предложении наречие является обстоятельством: Осень. Над головой исподволь начинает желтеть, краснеть, буреть лист на деревьях. (По В. Бианки.) Ученые отмечают, что наречий образа действия, меры и степени примерно шесть тысяч, число их активно пополняется. Крайне мало наречий причины и цели.

Некоторые ученые относят к неизменяемым самостоятельным частям речи также деепричастия и слова категории состояния. Л. В. Щерба в 1928 г., включив в эту особую, как он считал, часть речи слова, которые обозначают состояние человека и окружающей среды. Грамматическими признаками слов категории состояния Л. В. Щерба считал неизменяемость и способность употребляться со связкой. К этой части речи он относил слова радостно, можно, нельзя, душно, нужно, темно. Слова категории состояния внешне совпадают с наречиями, но синтаксические функции у них различны. Слова категории состояния являются сказуемыми в односоставном предложении, наречия – обстоятельствами: Она холодно  взглянула на меня. Мне холодно.[1]

Всё сказанное позволяет сделать вывод о том, что изучение грамматической природы наречия было и остается одним из актуальных вопросов современной науки о языке.

Целью нашего исследования является детальное освещение вопроса о том, что же такое наречие, каково его значение, на какие разряды оно делится и как может быть образовано.

Задачи данного исследования следующие:

              - рассмотреть спорные вопросы изучения наречий

              - обозначить семантические классы наречий и их синтаксические функции

              - выявить морфологические особенности и разряды наречий

              - выделить морфологические типы наречий и их связь с другими частями речи

              - рассмотреть процессы адвербализации предложных и безпредложных именных конструкций

              - выделить типы отглагольных наречий

Методы:

1)     анализа теоретической литературы, посвященной данной теме

2)     сравнительно-сопоставительный метод

3)     метод синтеза и анализа

Глава 1. Вопрос о наречиях в русской грамматике

1.1 Спорные вопросы изучения наречий.

Категория наречия определяется совокупностью морфологических, синтаксических и семантических признаков.

Видимая распыленность, разнородность морфологических примет русских наречий заставила грамматистов искать внутреннего единства этой категории на путях семантического и синтаксического ее изучения. При этом сначала — под влиянием древней традиции, шедшей от античных грамматик,— возобладало голое вещественно-логическое определение «наречия как качества или обстоятельства другого качества или действии». Отвлеченный, логический характер этого определения не удовлетворил представителей сравнительно-категорической школы языковедения уже в первой половине XIX в. К середине XIX в. в русских грамматиках при анализе наречий получили решительный перевес синтаксические критерии. Наречие признается синтаксической категорией по преимуществу. Эту грамматическую традицию возглавляет К. С Аксаков: «Наречие не есть часть речи. Часть речи то, что получило в слове особую форму, особый отдел; наречие своей особой формы не имеет. Оно выражает отношение, оно есть уже синтаксическое явление. Наречием могут быть разные части речи, в разных отношениях употребляемые. Интерес к синтаксическим функциям наречия помог точнее определить место наречия среди других частей речи.

А.А. Потебня, углубив синтаксическую точку зрения на наречие как на несогласуемые «признак признака» и увидев в нем «особую форму, присвоенную обстоятельственным словам», вернул наречие в систему основных знаменательных частей речи. Концепция Потебни нашла дальнейшее, хотя и не однородное, обоснование и развитие в грамматических системах акад. А.А.Шахматова и профессора А. М Пешковского.

А.М. Пешковский сначала колебался в выборе между этимологической и синтаксической точками зрения на наречие. Потом — под влиянием Потебни и Шахматова — склонился к признанию наречия категорией «целиком синтаксической». По словам Пешковского, в наречиях изображаются признаки того, что высказано в глаголе и прилагательном Значение «признака признака», свойственное наречию, выражается целой серией морфологических примет (например, формами на -о, на -ски и -цки без префикса и с префиксом по-; формами на -ьи с префиксом по- и без него.

Академик А.А. Шахматов в своем «Синтаксисе русского языка» расширяет объем понятия наречия. По мнению Шахматова, наречие в известном смысле занимает центральное место в системе частей речи. «Наречие может быть определено, во-первых, как отвлеченное название признака и отношения, во-вторых, как название признака и отношения в их сочетании с другими признаками. Отсюда тесная связь наречия с другими частями речи, переход их в наречия, их адвербиализация». Об адвербиализации свидетельствует морфологический состав наречий, среди которых легко найти бывшие существительные, прилагательные, глаголы, местоимения, числительные. Особенно близки наречия к прилагательным и существительным: «По существу своему наречие тождественно с прилагательным» и отличается от него лишь отсутствием форм согласования. Но, в отличие от прилагательного, наречие переходит «при благоприятных условиях в служебные части речи, т. е. предлог и союз; оно занимает таким образом середину между прилагательным, с одной стороны, служебными частями речи — с другой». «Наречием становится существительное в именительном и косвенных падежах, когда получает в предложении значение обстоятельства».

Таким образом, категория наречия выступает во всем разнообразии своих морфологических признаков, синтаксических функций и семантических особенностей.

Мысли А.А. Шахматова о синтаксической природе наречия легли в основу статьи профессора А. П. Рифтика «Об образовании наречий». А. П. Рифтик исходит из предложения, что «первоначально действия и состояния, выраженное не мыслились отвлеченно, но всегда включали в себя определенную характеристику, выступая с этой характеристикой как одно понятие». То, что теперь у нас выражено наречием, «входило в качество неразрывной составной части в семантику самого действия или состоянии. Но затем «характеристика действия или состояния выделяется из семантики глагола и выражается особым словом». Глагол получает возможность употребляться со многими характеристиками. Так возникает наречие как чисто синтаксическая категория. «Синтаксическая форма предшествует морфологической», но затем развиваются и разные способы морфологического выражения категории наречия. «Анализ морфологически оформившихся наречий в различных типах языков показывает, что наречия возникли из имени в косвенном падеже, реже в прямом. Между тем «древнейшие наречия представляют морфологически не оформленные прилагательные частицы с пространственным значением, конкретизирующие действие глагола». Переход из дополнения в обстоятельство есть главнейший путь образования наречий из имени существительного или иных субстантивированных слов.

«Под обстоятельством же следует понимать семантическую характеристику глагола, прилагательного, наречия, реже — существительного, которая выступает одновременно и как синтаксическое отношение». Таким образом, в наречии как обстоятельстве на первое место выступает грамматическое значение отношения. В связи с этим меняется и лексическое содержание наречий, которые выпадают из системы именного склонения и приобретают значение неизменяемого обстоятельственного слова.

Синтаксической точке зрения на наречие в русском языкознании была противопоставлена морфологическая точка зрения.

В фортунатовской школе с класса наречий были совлечены все его семантико-синтаксические оболочки. К анализу наречия применялся обнаженный принцип абстрактного морфологизма. Фортунатовская «грамматическая форма», форма отдельного слова («способность слова выделять в своем составе основу и формальную принадлежность») обнаруживалась далеко не у всех наречий. Наречия оказались разделенными на два разряда — грамматических (с формой слово образованная, например:, громко, дружески, по-старому и т п.) и неграмматических («бесформенных») наречий, например: вчера, здесь, долой и т.п. Так синтаксическая точка зрения на наречие нашла свой антитезис. Время синтеза наступило, и для него сделаны все подготовительные работы».

1.2 Семантические классы наречий и их синтаксические функции

Вопрос о грамматико-семантических классах наречий в научной традиции. В русской грамматике с самого начала XIX в. установилось деление наречий на два основных грамматико-семантнческих класса; на наречия качественные в наречия обстоятельственные. Еще Н. Орнатовский в «Новейшем начертании правил российской грамматики» (1810) довольно точно очертил границы между этими семантическими классами наречие. Позднее к этим двум классам иногда присоединялись деепричастия.

Классификация наречий на качественные (или определительные) и обстоятельственные дожила до настоящего времени. Ее придерживался например, А. М. Пешковский. Лишь акад. А. А. Шахматов пытался внести в нее некоторые поправки.

«Акад. А. А. Шахматов различал три основных синтаксических тана Я наречий (соответственно видам «обстоятельств»): наречия определяющие, дополняющие и сопутствующие. В разряд сопутствующих наречий он относил и те группы слов, к которым больше всего подходило бы название «вводных слов». Таковы слова, выражающие оценку, придающие субъективную окраску тому или другому обозначению или высказыванию в целом, например; авось, небось, поди, право, просто и т. п. (Сюда же примыкают в концепции А. А. Шахматова и выражения, отмечающие стилистический характер соседних слов: собственно говоря, говоря вообще и т.п.).

Вместе с тем А. А. Шахматов делил наречия на обстоятельственные и формальные. К формальным относятся те наречия, которые выражают «утверждение, вопрос, приказание, восклицание, отрицание, пожелание, заключение, домысел. Категория наречий в концепции А. А. Шахматова понимается слишком широко. Но если исключить группу «сопутствующих обстоятельств», выходящую за пределы наречий в собственном смысле, то и у Шахматова останутся три разряда наречий: 1) наречия определяющие, или качественные; 2) наречия обстоятельственные и 3) наречия формальные. Однако «формальные наречия» принадлежат к смешанным, гибридным грамматическим типам, вклинивающимся в категорию наречий.

Таким образом, перед нами снова оказываются два основных разряда наречий: качественные, или определительные, и обстоятельственные.

Может возникнуть новый вопрос, не правильнее ли было бы присоединить к классам качественных и обстоятельственных наречий еще особый класс наречий количественных. Хотя этот тип наречий очень близко подходит к качественным наречиям, иногда даже вливается в них, однако уже проф. Пешковский отмечал грамматическое обособление этого разряда: «Наречия эти замечательны тем, что, в отличие от всех остальных, не связаны неразрывно с глаголами.

Семантические разряды и их синтаксические функции количественных наречий.

В группах количественных наречий наблюдается сложная гамма пероходов от качественно-оценочного, иногда очень эмоционального и субъективного понимания степени и количества до точного объективного обозначения степени и количества, иногда выраженных даже в числах (ср., с одной стороны: очень, крайне, совершенно, чрезвычайно, замечательно и т. п., с другой стороны: вдвое, втрое, иного, трижды и т. п.).

Один из количественных наречий, преимущественно те, которые обозначают степень, сочетаются с глаголами, прилагательными и наречиями, а также изредка — с существительными, имеющими оттенок качественного значения. Например: оченьсильный, очень громко, очень похудел, «очень не дрянь» (Гоголь), очень не дурак; крайне мстительный, крайне встревожен; много больше, много спит; меньше жаль, меньше ленится; у Л. Толстого: «Всякий из нас, ежели ве больше, то никак не меньше человек, чем всякий Наполеон» (с именами прилагательными сочетается только форма менее, а не меньше: менее живой, менее значительные результаты и т. п.); приближалась довольно скучная пора» (Пушкин); довольно потрудился и мн. др.

Другая группа количественных наречий, преимущественно те, которые указывают меру или числовое выражение степени, сочетаются только с глагольными и отглагольными словами, обозначающими уменьшение, увеличение, или с прилагательными и наречиями в форме сравнительной степени. Например: вдвое больше, втрое больше, брак в производстве, уменьшился вдвое, уменьшение цен вдвое и т. п.; ср.: гораздо больше, цены снизились вдвое и т. п.

Наконец, третья группа количественных, вернее, числовых наречий, существенно те, которые обозначают обстоятельство, выраженное в числах, сочетаются почти исключительно с глаголом и отглагольными существительными, например: вдвоем, впятером, надвое, натрое, по двое и т.п., раз, два, три и др.

Все это говорит о том, что количественные наречия образуют лишь переходный, промежуточный тип между качественными и обстоятельственными классами наречий, примыкая то к тому, то к другому. Они еще не приобрели резких признаков самостоятельного грамматического класса в системе наречий. К тому же выводу привел морфологический анализ словообразовательных типов наречия.

Там же, где в количественных словах намечаются новые морфологические признаки и новые грамматические значения, они сближаются с модальными словами и должны быть рассматриваемы как смешанный, переходный тип слов, совмещающий функции наречий и модальных слов.

В современном русском языке среди количественных наречий несколько обособляется по своему синтаксическому употреблению группа слов, которые служат для указания на степень точности количественных обозначений. Это своеобразные качественные определители количественных обозначений или количественные уточнители числовых указаний.

Синтаксические функции качественных наречий

Деление наречий на качественные и обстоятельственные соответствует двум основным морфологическим разрядам наречий, соотносительным с именами существительными и с именами прилагательными. Наиболее рельефно синтаксическая разница между качественными и обстоятельственными наречиями обнаруживается при сопоставлении их крайних типов. Чисто качественные наречия на -о, -е и -ски (без приставки по) определяют только глагол (включая причастия и деепричастия) и имя прилагательное (а следовательно, и наречие). Например:

Кокетка судит хладнокровно.   Школа глухо заперта.

Татьяна любит не шутя (Пушкин, «Пир во время чумы»)

И предается безусловно

Любви, как милое дитя Утопим весело умы

(там же)

(Пушкин. «Евгений Онегин»)

«Восторженно административная личность» (Достоевский). Ср.: мертвецки пьян; дружески улыбнулся; зверски проголодался л т. п.

Случаи определения имен существительных наречиями этого типа не соответствуют нормам современного русского языка. Единичные примеры такого синтаксического употребления (преимущественно в просторечии) воспринимаются как незаконное расширение глагольных функций у отглагольных имен существительных, Ср., например, у Гоголя в «Мертвых душах»: «Ты сочинитель, да только, кажется неудачно» (ср. неудачно сочинять); у Пушкина в стихотворении «Мадонна»: «Одной картины я желал быть вечно зритель».

С чисто качественными наречиями синтаксически сближаются качественно-количественные, обозначающие степень или неопределенное количество. Они также нормально стоят впереди определяемого слова н определяют как глагол, так и имя прилагательное и наречие. Но, в отличие от чисто качественных слов, они могут относиться и к имени существительному с качественным значением. Ср., например, у Островского в речи свахи; «Чуть мало-мальски жених... прямо и тащи ко мне».

Семантические разряды и синтаксические функции качественно-обстоятельственных наречий

Из других морфологических разрядов наречий по своему синтаксическому употреблению близко подходят к качественному типу отглагольные наречия (типа молча, немедля и т. п.). Но в них очень заметны оттенки значения образа действия, а к этим качественно-обстоятельственным значениям примешивается еще значение действия, процесса, как бы сопровождающего другое, основное действие (ср.: молчаливо и молча; ср. также: молчком; ср.: шутливо и шутя; ср. также: в шутку; неохотно и нехотя; ср. также: поневоле; немедля и немедленно; умело н умеючи н т. п.). Поэтому круг грамматического употребления таких отглагольных наречий сужен: он ограничивается примыканием к глаголу и в редких случаях к кратким формам имени прилагательного (ср.: моя строгость — от любви; я строг любя, он остроумен шутя). Так как значение качественного состояния может развиться у существительного, выполняющего функцию сказуемого, а обозначение действия, процесса вообще присуще отглагольным существительным, то отглагольные наречия изредка примыкают и к таким существительным (ср., например, у Гоголя в «Ревизоре», в характеристике Осипа: «молча плут»; ср. у Л. Толстого в «Крейцеровой сонате»: «Иногда бывали слова, объяснения, даже слезы, но иногда... Ох, гадко теперь и вспомнить — после самых жестоких слов друг другу вдруг молча взгляды, улыбки, поцелуи, объятия»). По-видимому, отглагольно-именные наречия на -мя в усилительном значении (ливмя, ревмя, стоймя и т. п.) нормально стоят перед определяемым глаголом, но после определяемого отглагольного имени существительного. Другие группы отглагольных наречий ставятся предпочтительно позади определяемого слова, хотя могут без заметного оттенка инверсии помещаться и впереди. Например: «Уши врозь, дугою ноги и как будто стоя спит». Ср.: сказать нехотя, взять не глядя; пройти молча; писать стоя и т. п. Идиоматические наречия типа сложа руки, сломя голову, очертя голову стоят позади определяемого глагола. Например: сидеть сложа руки, скакать сломя голову, поступить очертя голову, работать спустя рукава и т. п.

Далее располагаются ряды наречий, сочетающих качественное значение с обстоятельственным. Сюда относятся все типы отприлагательных наречий с приставкой по-.

Степень качественности в трех группах наречий с приставкой по-(по-детски, по-волчьи и по-змеиному) не вполне одинакова. Она ниже всего в наречиях типа по-летнему и т. п. В наречных образованиях по- ... -ому, -ему, даже от качественных прилагательных, оттенки обстоятельственного значения выступают очень рельефно (ср.: поступить нехорошо и поступать не по-хорошему). Ср. также значения наречий старо и по-старому, например: выглядел старо и выглядел по-старому, т. е. как прежде, в старое время.

Во всех этих типах наречий оттенки сравнительного значения, указание на соответствие нормам чего-нибудь, значение образа и способа действия — все эти семантические нюансы наслаиваются на качественное значение и образуют вместе с ним сложную смысловую амальгаму. Вследствие этой сложности значений качественно-обстоятельственные наречия определяют не только глагол и, реже, прилагательное и наречие, но и имя существительное.

В сочетании с глаголом качественно-обстоятельственные наречия с приставкой по- могут стоять и впереди определяемого слова.

Семантические разряды и синтаксические функции обстоятельственных наречий

Вслед за качественно-обстоятельственными идут обстоятельственные наречия. Они определяют или предложение в целом, или отдельные его члены: чаще всего глагол, слова из категорий состояния, краткие формы имени прилагательного (полные – преимущественно обособленном положении), обстоятельственные наречия реже имена существительные, еще реже членные имена прилагательные в их основной функции и качественные наречия.

Среди обстоятельственных наречий различается несколько семантических разрядов.

Современный русский язык очень богат наречиями, обозначающими пространственные и временные отношения. Между этими двумя группами наречий тесная связь и постоянное семантическое взаимодействие.

Наречия времени формируется словами, составленными из префиксов, из- и с- с формой родительного падежа имени существительного и нечлененного прилагательного.

Наречия места включают в себя такие типы: наречия с префиксами с- и из- и формой родительного падежа имени существительного.

Группа обстоятельственных наречий времени и места притягивает к себе функционально близкие и семантически однородные формы из разряда наречий на -о, -е, произведенных от имени прилагательного. Например: рано, поздно, раньше, позже (обстоятельства времени); далеко, дальше, выше, близко, ближе (обстоятельства места; ср.: высоко, глубоко я т. п.).

Наречие причины в русском языке выражены менее ярко.

Некоторые лингвисты, например проф. А. С. Будилович, вообще отрицали в русском языке существование наречий причины и цели. Для категории причины и цели, по словам Будиловича, нет специального оформления в наречиях. «Отношения причины и цели находятся в слишком непосредственном и наглядном взаимодействии с предметами и феноменами мысли и словесного выражения, чтобы не тяготеть к ним своими флексиями. Оттого последние не окаменевают в означенной роли, как это бывает при отношениях пространственных, временных и образных». Но это решение чересчур поспешное.

В русском языке причинные отношения выражены богаче и разнообразнее, чем целевые. Нередко целевые отношения означаются причинными словами. Впрочем, в причинных отношениях разные смысловые оттенки начинают дифференцироваться сравнительно поздно (особенно интенсивно в ХVI—XVII вв.). В XVIII в. и в начале XIX в. значительно расширяется круг грамматических показателей причинности как среди форм словоизменения, так и в области служебных, формальных слов. Но развитие разнообразных приемов выражения причинных отношений в русском языке идет мимо наречий и охватывает преимущественно союзы и предлоги. Причинных наречий сравнительно немного. Сюда относятся группы наречий, состоящих: 1) из префикса с- и формы родительного падежа имени (сослепу, сдуру, сгоряча, со зла и т. п.); 2) из префикса по- с дательным падежом (поневоле; ср.: по случаю, потому, поэтому, почему и др.). Формы образования причинных наречий не очень продуктивны (ср. непосредственное превращение предложных, конструкций имен существительных со значением причины-следствия в причинные предлоги: по причине, вследствие, в силу, в виду.

Больше оснований сомневаться в выразительности целевого значения .у русских наречий.

Наречия цели (если оставить в стороне местоименные слова зачем, просторечное чего и некоторые другие) единичны и почти всегда колеблются между обстоятельством причины и образа действий (ср.: в насмешку, в шутку, назло, нарочно, невзначай и т. п.). Поэтому-то соответствующие слова примыкают или к глаголу, или к существительному, обозначающему действие-состояние.

Обстоятельственные наречия нормально занимают место в начале предложения, если они относятся ко всему высказыванию. Если же они относятся только к глаголу, то стоят позади него (особенно наречия с предлогами-префиксами), но могут помещаться и впереди определяемого слова, иногда с оттенком логически или эмоционально подчеркнутой инверсии. Например: «Никогда не выверну прежних своих слов наизнанку» (Герцен);

Если обстоятельственное наречие примыкает к прилагательному, то ставится впереди него.

При сочетании с существительными обстоятельственные наречия всегда стоят позади определяемых слов (Москва сегодня, парк, летом и т. п.).

Расширение синтаксической способности наречия примыкать к имени существительному.

В современном русском языке у наречий расширяется способность примыкать к имени существительному, особенно в именных словосочетаниях. Наречие все чаще выступает в роли несогласуемого именного определения, образуя конструкции, синонимичные сочетаниям имени прилагательного в существительного. Эти новые приемы употребления наречий ломают традиционное понимание наречия как «признака признака», т. е. как части речи, обозначающей признак глагольного действия или качества имени прилагательного.