Досудебное соглашение о сотрудничестве. 2

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОУ ВПО «МОСКОВСКАЯ  ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ»

ОРЕНБУРГСКИЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ)

Кафедра уголовного права и криминологии

Гущин Денис Антонович

  ДОСУДЕБНОЕ  СОГЛАШЕНИЕ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

Курсовая работа

по уголовному праву 

студента 2 курса дневного отделения

25 группы

Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент

 Жовнир Сергей Александрович

Дата сдачи:_____________________

Дата рецензирования:_____________

Дата защиты:_____________________

Оценка:___________________________

Оренбург-2010

План:

Введение……………………………………………………………………3

1. Досудебное соглашение о сотрудничестве: понятие, признаки и значение…………………………………………………………………….4
2.  Процедура заключения досудебного соглашения о сотрудничестве……………………………………………………………10
3.  Проблемные аспекты института заключения досудебного соглашения о сотрудничестве……………………………………………………………21
4. Практическая целесообразность заключения досудебного соглашения о сотрудничестве……………………………………………32

Заключение………………………………………………………………..35

Список использованной литературы

Введение            В Западных странах давно практикуются сделки с правосудием. Особо внимательные зрители сериалов, детективов, боевиков могли обратить внимание на переговоры между подозреваемым (обвиняемым, подсудимым) и следователем (прокурором), суть которых зачастую сводится к следующему: сдаешь подельников и даешь против них показания – получаешь такой-то срок.         В общем-то, и в практике отечественных правоохранительных органов существовали и существую подобные «квази-сделки с правосудием». Почему квази? Дело в том, что по содержанию они, может быть, и похожи на свой заграничный аналог, однако у нас подозреваемый (обвиняемый), заключивший подобную «сделку», надеется только на честное слово второй стороны, поскольку его права и интересы при этом ничем не гарантированы. Тем не менее, для всех давно очевидна практическая польза и положительный эффект таких сделок. Иногда, конечно, поднимается вопрос об их этичности. Однако примеры, когда заключение подобных сделок с правосудием позволяло заканчивать уголовные дела в отношении глав преступных групп и сообществ обвинительными приговорами, ставят точку в этих спорах.           Как бы то ни было, длительный период дискуссий о возможности и необходимости сделок с правосудием в нашем уголовном процессе закончился принятием Федерального закона №141-ФЗ от 29.06.2009 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», которым вводится институт досудебного соглашения о сотрудничестве.    Сейчас, по прошествии нескольких месяцев, когда практика применения данного института только нарабатывается, хотелось бы проанализировать некоторые аспекты новой формы судопроизводства, несовершенство которых «лежит на поверхности» и без практической проверки.

1. ДОСУДЕБНОЕ СОГЛАШЕНИЕ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ: ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ И ЗНАЧЕНИЕ

Институт, который принято  называть сделкой с правосудием, был известен еще в Средние  века в Британии. Тогда существовало такое понятие, как «апелляция раскаявшегося»: преступник мог избежать смерти (а к смерти приговаривали в то время не только за убийство, но и за кражу), если он рассказывал властям о преступлениях, совершенных другими. Правда, в конце концов эта практика прекратила свое существование. Слишком многие оговаривали своих знакомых и даже родственников, а пока власти разбирались, где правда, а где ложь, преступники сбегали из тюрьмы.   В современном понимании сделка с правосудием возникла в конце XIX века в США и быстро получила самое широкое распространение не только там, но и в других странах мира. На самом деле в мировой практике существует два типа сделок, которые вполне подходят под определение «досудебное соглашение о сотрудничестве». Самый распространенный тип — договор с прокуратурой, на основе которого только в США выносится не менее 90% всех приговоров.          Суть договора с прокуратурой заключается в том, что в обмен на признание вины прокуратура снимает с обвиняемого часть обвинений или переквалифицирует преступление из более тяжкого в менее тяжкое. В выигрыше остаются все: обвиняемый получает более мягкое наказание, а прокуратура имеет возможность рапортовать о раскрытии еще одного преступления. К тому же экономятся время судьи и средства налогоплательщиков, поскольку в результате сделки исчезает необходимость проводить полноценный суд с участием присяжных или судебный процесс становится более быстрым. Сделка может быть предложена любой из сторон. Ее условия обсуждаются обвиняемым и представителями прокуратуры, а затем утверждаются судьей, как правило, в открытом судебном заседании. Судья может отказать в утверждении сделки, но если он дает свое согласие, то обязан, со своей стороны, исполнить ее условия.    Несмотря на обилие противников договора с обвинением, эта практика поддерживается подавляющим большинством судей и прокуроров. Более того, Верховный суд США заявил, что ее стоит применять максимально широко. Что, собственно, и делается. Причем не только в США, но и в других странах мира, где эта практика мало чем отличается от американской. Другой формой сделки с правосудием является то, что в США называют превращением в свидетеля обвинения. Эта форма тоже подвергается нападкам противников, но к ней общество относится с куда большим пониманием. Суть в том, что в обмен на показания против сообщников подозреваемый получает «прокурорский иммунитет» — полное или частичное освобождение от ответственности. Сделка также заключается между обвиняемым и прокурором и должна быть одобрена судьей. После заключения сделки исполнение ее условий становится обязательным для всех ее участников. Правда, если у прокурора появляются новые улики, на основе которых он может добиться вынесения обвинительного приговора, сделка может быть расторгнута. В действительности такое происходит крайне редко — власти так дорожат этим институтом, что стараются его не компрометировать.          В отличие от США, «прокурорский иммунитет» в Российской уголовно-правовой системе имеет некоторое иное значение. Прокурорским иммунитетом законодатель устанавливает особые процедуры, а также наделяет некоторых лиц дополнительными гарантиями неприкосновенности с учетом той роли, которую они играют в государстве и обществе. Принимается во внимание исключительная важность выполняемой ими работы, необходимость укрепления независимости этих лиц, недопущение незаконного и необоснованного применения к ним мер процессуального принуждения. Поэтому существование иммунитетов от уголовного преследования направлено на повышение уровня неприкосновенности отдельных категорий лиц, хотя такая задача ставится законом в отношении всех граждан, вовлекаемых в уголовное судопроизводство.¹  Изначально смысл  досудебного соглашения о сотрудничестве, оно же «сделка о признании вины» в американской и британской правовой системе, заключался в упрощении и ускорении процедуры вынесения приговора. Сделку о признании заключали представители обвинения и защиты, и по ней стороны шли на взаимные уступки, которые заключались в том, что обвиняемый полностью или частично признавал вину, а обвинитель несколько уменьшал объем обвинения, смягчал свою позицию, изменял квалификацию преступления и не требовал наказания свыше оговоренного сторонами предела. Это давало суду возможность, исходя из позиций сторон обвинения и защиты, практически сразу вынести обвинительный приговор. Судопроизводство упрощалось и ускорялось, сокращались его сроки, а обвиняемый получал минимальное наказание.        Взяв во внимание современный период, тем самым конкретизируя вышеуказанное, 17 июня 2009 года Совет Федерации Федерального Собрания РФ одобрил закон, вводящий так называемую «сделку с правосудием», которая гарантирует смягчение наказания для состоящих в преступных сообществах лиц, согласившихся сотрудничать с правоохранительными органами.        Федеральным законом от 29 июня 2009 года № 141-ФЗ в Уголовно-процессуальный кодекс РФ (далее УПК РФ) был введен институт – особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Этим же законом были внесены соответствующие изменения и в Уголовный кодекс РФ (далее УК РФ) и им  же досудебное соглашение о сотрудничестве определено как «соглашение между сторонами обвинения и защиты, в котором указанные стороны согласовывают условия ответственности подозреваемого или обвиняемого в зависимости от его действий после возбуждения уголовного дела или предъявления обвинения».     

Таким образом, целесообразным представляется привести ряд признаков, которыми будет обладать досудебное соглашение о сотрудничестве.           Во-первых, для любого соглашения необходимо иметь цель, которая независимо от чего-либо всегда должна носить правовой характер, должна быть законной и осуществляемой, а так же выражаться в ее правовом результате. Правовой результат цели означает, что она обладает качествами юридического факта, порождающего те уголовно-правовые последствия, наступления которых желают лица, вступающие в соглашение;    Во-вторых,  соглашение должно содержать, с одной стороны, действия, которые обязуется совершить подозреваемый или обвиняемый, а с другой стороны — нормы уголовного законодательства, применяемые при соблюдении им условий и выполнении обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве;       В-третьих, основанием для рассмотрения судом вопроса в отношении подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, является уголовное дело, поступившее в суд с представлением прокурора;         В-четвертых, досудебное соглашение о сотрудничестве предусматривает особый порядок проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу в отношении обвиняемого, с которым оно заключено. Причем, этот порядок будет иметь место если суд удостоверится, что: 1) государственный обвинитель подтвердил активное содействие обвиняемого следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления; 2) досудебное соглашение о сотрудничестве было заключено добровольно и при участии защитника².

В-пятых, на подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, распространяются все меры государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, предусмотренные федеральным законом.  Создание нового для российской практики института досудебного соглашения о сотрудничестве между сторонами обвинения и защиты преследует достижение таких целей, которые по своей вероятности должны ввести всю уголовную практику в новое русло, однако, данная процедура не будет иметь никакой дальнейшей реализации без уяснения ее практического значения.             Первоначальное значение заключения досудебного соглашения о сотрудничестве видится в том, чтобы, по смыслу нового закона, расширить сферу применения института деятельного раскаяния, ранее распространявшегося только на преступления небольшой и средней тяжести, совершенные лицом впервые. Деятельное раскаяние, как известно, является одним из оснований освобождения от уголовной ответственности. Данное основание применяется, если лицо после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления.       В результате внесения соответствующих изменений в уголовное законодательство в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания.  Возможность заключения досудебного соглашения о сотрудничестве введена в уголовное законодательство с целью противодействия организованной преступности, коррупции, расследования деятельности преступных организаций, члены которых, как правило, отказываются от дачи показаний о преступной деятельности соучастников и организаторов преступлений.            Следующее значение нововведений – привлечь к сотрудничеству в расследовании преступлений лиц, состоящих в организованных группах и преступных сообществах, при условии значительного сокращения таким лицам уголовного наказания.          Данный перечень конечно же не полный, однако, на мой взгляд, - это именно то, что своего рода лежит на «поверхности».

II. ПРОЦЕДУРА ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОСУДЕБНОГО СОГЛАШЕНИЯ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

Процесс заключения досудебного  соглашения о сотрудничестве начинается с того, что подозреваемый или  обвиняемый подает соответствующее  письменное ходатайство. Оно адресуется прокурору и обязательно подписывается  не только самим подозреваемым или  обвиняемым, но и защитником. В тех  случаях, когда защитник не приглашен  самим подозреваемым или обвиняемым, его законным представителем или  по поручению подозреваемого или  обвиняемого другими лицами, у  следователя появляется обязанность  обеспечить его участие.    В законе оговорены четкие временные границы, в пределах которых подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Это допускается лишь с момента начала уголовного преследования³ и до того, как следователем будет сделано объявление об окончании предварительного следствия.     Как правило, начало уголовного преследования совпадает с принятием совершенно определенных процессуальных решений. В их числе: 1) возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица; 2) задержание лица по подозрению в совершении преступления; 3) применение к лицу меры пресечения до предъявления обвинения; 4) привлечение лица в качестве обвиняемого.            С учетом того, что закон допускает принятие всех названных решений лишь на стадии предварительного расследования, приходим к выводу, что прокурор вправе заключать с подозреваемым или обвиняемым досудебное соглашение о сотрудничестве сразу после возбуждения уголовного дела (ч. 5 ст. 21 УПК РФ). Однако принятия этого решения будет достаточно лишь тогда, когда уголовное дело возбуждается в отношении конкретного лица. Если же уголовное дело возбуждается по факту совершенного или готовящегося преступления, то заключение до судебного соглашения о сотрудничестве станет возможным лишь после того, как подвергнутое уголовному преследованию лицо приобретет процессуальный статус подозреваемого или обвиняемого.        Право заключать с подозреваемым или обвиняемым досудебное соглашение о сотрудничестве сохраняется за прокурором до того момента, как следователь объявит обвиняемому об окончании предварительного следствия. По смыслу закона такое объявление он обязан сделать сразу после того, как придет к убеждению, что все следственные действия по уголовному делу были произведены, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения. Уведомив об этом обвиняемого, следователь обязан разъяснить ему предусмотренное статьей 217 УПК РФ право на ознакомление со всеми материалами уголовного дела как лично, так и с помощью защитника, а также законного представителя, о чем составляется протокол⁴.           Полагаем, что именно этот протокол и является тем процессуальным документом, где фиксируется момент, с наступлением которого вопрос о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве уже не может ставиться заинтересованными участниками уголовного судопроизводства. Ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве представляется прокурору подозреваемым или обвиняемым, а также его защитником через следователя. В нем должно быть указано, какие именно действия подозреваемый или обвиняемый обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, а также розыске имущества, добытого в результате преступления.   В течение трех суток с момента поступления ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве следователь либо направляет его прокурору, либо отказывает в его удовлетворении. Каждое из этих решений отражается в соответствующем постановлении. Причем постановление следователя об отказе в удовлетворении такого ходатайства может быть обжаловано подозреваемым или обвиняемым, а также его защитником. Жалоба на это решение направляется руководителю следственного органа. Если же следователь вынес постановление о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, то он должен изложить в нем мотивы принятия этого решения. Однако прежде чем направить такое постановление прокурору, он обязан согласовать его с руководителем следственного органа.           Ходатайство подозреваемого или обвиняемого по поводу заключения досудебного соглашения о сотрудничестве и согласованное с руководителем следственного органа постановление следователя о возбуждении перед прокурором такого же ходатайства направляются прокурору. На этом участие следователя в рассмотрении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве заканчивается.       Документы, поступившие от следователя, прокурор обязан рассмотреть в течение трех суток. В итоге он выносит постановление либо об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, либо об отказе в его удовлетворении. Постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве может быть обжаловано следователем, подозреваемым или обвиняемым, а также его защитником вышестоящему прокурору. Если же прокурором было вынесено постановление об удовлетворении заявленного ходатайства, то он обязан пригласить следователя, подозреваемого или обвиняемого, а также его защитника для составления с их участием досудебного соглашения о сотрудничестве. По смыслу закона оно может составляться только в том случае, если подозреваемый или обвиняемый готов официально взять на себя конкретные обязательства по активному содействию раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления.     После составления досудебное соглашение о сотрудничестве подписывается прокурором, подозреваемым или обвиняемым, а также его защитником. В законе четко оговорены обязательные реквизиты такого соглашения. Так, в частности, в нем должны быть указаны: 1) дата и место его составления; 2) должностное лицо органа прокуратуры, заключающее соглашение со стороны обвинения; 3) фамилия, имя и отчество подозреваемого или обвиняемого, заключающего соглашение со стороны защиты, дата и место его рождения; 4) описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также других обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктом 1–4 части 1 статьи 73 УПК РФ⁵; 5) пункт, часть, статья УК РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление; 6) действия, которые подозреваемый или обвиняемый обязуется совершить при выполнении им обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве; 7) смягчающие обстоятельства и нормы уголовного законодательства, которые могут быть применены в отношении подозреваемого или обвиняемого при соблюдении последним условий и выполнении обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве.            Обращает на себя внимание тот факт, что, несмотря на двусторонний характер соглашения, никаких обязательств стороны обвинения в нем нет. При выполнении обвиняемым всех условий досудебного соглашения о сотрудничестве прокурор будет вправе лишь просить суд рассмотреть уголовное дело в особом порядке. Каких-либо реальных льгот обвиняемому он обещать не уполномочен. Кроме этого, суд может отклонить представление прокурора о рассмотрении уголовного дела в особом порядке, если сочтет, что прокурор не смог подтвердить в нем активное содействие обвиняемого следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления и розыске имущества. Тем не менее подозреваемому и обвиняемому есть практический смысл заключать такое соглашение и рассчитывать на то, что его помощь следствию не окажется бескорыстной. Так, если суд сочтет досудебное соглашение соответствующим закону и в должной мере исполненным, то мера наказания обязательно будет значительно более мягкой. Возможность условного осуждения обвиняемого или освобождения его от отбывания наказания зависит только от усмотрения суда, поскольку тот или иной исход дела не является предметом досудебного соглашения о сотрудничестве. Таким образом, весьма неопределенную перспективу судебного рассмотрения уголовного дела и отсутствие положений об ответственности государственных органов за несоблюдение условий подписанного прокурором соглашения следует признать главными недостатками вводимого института⁶.       На подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, распространяются все меры государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, предусмотренные федеральным законом⁷. Для обеспечения их эффективного применения допускается выделение уголовного дела в отдельное производство⁸. В этом случае предварительное следствие по нему проводится в порядке, установленном гл. 22–27 и 30 УПК РФ⁹, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 317⁴ УПК РФ.    Первая особенность состоит в том, что к уголовному делу должны быть приобщены все документы, имеющие непосредственное отношение к заключению досудебного соглашения о сотрудничестве. Исчерпывающий перечень этих документов приведен в части 2 статьи 317⁴ УПК РФ. В их числе: 1) ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве; 2)постановление следователя о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве; 3) постановление прокурора об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве; 4) досудебное соглашение о сотрудничестве.     Вторая особенность заключается в том, что в случае возникновения угрозы безопасности подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, его близких родственников, родственников и близких лиц следователь выносит постановление о хранении всех вышеназванных документов в опечатанном конверте.  Последняя особенность сводится к тому, что после окончания предварительного следствия уголовное дело в порядке, установленном статьей 220 УПК РФ, направляется прокурору. Однако такое направление имеет своей целью не только утверждение обвинительного заключения, но и вынесение представления о соблюдении обвиняемым условий и выполнении обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве. Таким образом, на заключительном этапе предварительного расследования в рамках осуществления надзорных функций прокурор обязан тщательно изучить материалы поступившего к нему уголовного дела. Прежде чем направить его в суд, он должен лично убедиться в наличии всех необходимых документов, подтверждающих соблюдение обвиняемым условий и выполнение обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве. Одновременно прокурор выясняет, все ли требования уголовно-процессуального закона на досудебных стадиях уголовного процесса были соблюдены, правильно ли следователь составил обвинительное заключение.           Он обязан рассмотреть поступившее уголовное дело в течение 10 суток и в зависимости от результатов принять по нему одно из следующих трех решений: 1) об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд; 2) о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями; 3) направлении уголовного дела вышестоящему прокурору для утверждения обвинительного заключения, если оно подсудно вышестоящему суду.              В случае утверждения обвинительного заключения прокурор выносит представление об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по данному уголовному делу. В его представлении указываются: 1) характер и пределы содействия обвиняемого следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления; 2) значение сотрудничества с обвиняемым для раскрытия и расследования преступления, изобличения и уголовного преследования других соучастников преступления, розыска имущества, добытого в результате преступления; 3) преступления или уголовные дела, обнаруженные или возбужденные в результате сотрудничества с обвиняемым; 4) степень угрозы личной безопасности, которой подвергались в результате сотрудничества со стороной обвинения обвиняемый, его близкие родственники, родственники и близкие лица. Фактически своим представлением прокурор удостоверяет полноту и правдивость сведений, сообщенных обвиняемым при выполнении им обязательств, предусмотренных заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве. Копия такого представления обязательно вручается обвиняемому и его защитнику. После ознакомления с его содержанием они вправе представить прокурору свои замечания, учитываемые тем при наличии к этому оснований. Не позднее трех дней¹⁰ с момента ознакомления обвиняемого и его защитника с представлением прокурор направляет его вместе с уголовным делом в суд.    Поступившие в суд уголовное дело и представление прокурора являются основанием для рассмотрения судом вопроса об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. Применение особого порядка становится возможным, если суд удостоверится в соблюдении следующих двух условий: 1) государственный обвинитель подтвердил активное содействие обвиняемого следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления; 2) досудебное соглашение о сотрудничестве было заключено добровольно и при участии защитника.         

ИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ 

В пункте 10 Постановление Пленума  Верховного Суда Российской Федерации  № 28 от 22 декабря 2009 г. «О применении судами норм уголовно-процессуального      законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» прямо сказано: «При решении вопроса  об особом порядке судебного разбирательства  в отношении обвиняемого, с которым  заключено досудебное соглашение о  сотрудничестве, установленное нормами  главы 401 УПК РФ, суду надлежит выполнять  требования статьи 317⁶ УПК РФ. При поступлении в суд уголовного дела с представлением прокурора (статья 317⁵ УПК РФ) судья (суд) с участием государственного обвинителя, обвиняемого и его защитника должен удостовериться, что государственный обвинитель подтвердил основания, в силу которых с обвиняемым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве (глава 40¹ УПК РФ). При положительном решении судьей вопроса об особом порядке проведения судебного заседания в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве (часть 1 статьи 317⁷ УПК РФ) назначается судебное заседание в порядке, указанном в главе 33 УПК РФ. Если же суд установит, что предусмотренные частями 1 и 2 статьи 317⁶ УПК РФ условия не соблюдены, он принимает решение о назначении судебного разбирательства в общем порядке (часть 3 статьи 317⁶ УПК РФ)».

Если же все-таки суд придет к выводу о необходимости проведения судебного заседания в особом порядке, то в целях обеспечения безопасности всех его участников на основании определения или постановления суда уголовное дело может рассматриваться в закрытом режиме. При этом как само судебное заседание, так и постановление приговора проводятся в порядке, установленном гл. 35, 36, 38 и 39 УПК РФ, но с учетом требований статьи 317⁷ УПК РФ. Они следующие: 1. Судебное заседание проводится с обязательным участием подсудимого и его защитника. 2. Оно начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, после чего государственный обвинитель подтверждает содействие подсудимого следствию, а также разъясняет суду, в чем именно это выразилось. 3. Помимо всего прочего в ходе судебного следствия должны быть исследованы: 1) характер и пределы содействия подсудимого следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления; 2) значение сотрудничества с подсудимым для раскрытия и расследования преступления, изобличения и уголовного преследования других соучастников преступления, розыска имущества, добытого в результате преступления; 3) преступления или уголовные дела, обнаруженные или возбужденные в результате сотрудничества с подсудимым; 4) степень угрозы личной безопасности, которой подвергались в результате сотрудничества со стороной обвинения подсудимый, его близкие родственники, родственники и близкие лица; 5) обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.     Судья, удостоверившись, что подсудимым соблюдены все условия и выполнены все обязательства, предусмотренные заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве, постановляет обвинительный приговор и назначает наказание. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, а также выводы суда о соблюдении подсудимым условий и выполнении обязательств, предусмотренных заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве.           Законом установлено, что в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ¹¹, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Если же соответствующей статьей Особенной части УК РФ предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, то в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве эти виды наказания не применяются¹². При этом срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ¹³.       По усмотрению суда подсудимому с учетом положений статей 64, 73 и 80.1 УК РФ¹⁴ может быть назначено более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление, или условное осуждение. Более того, иногда он вообще может быть освобожден судом от отбывания наказания.   После провозглашения приговора судья разъясняет сторонам право и порядок его обжалования, предусмотренные гл. 43 УПК РФ¹⁵.    Если уже после назначения подсудимому наказания в особом порядке будет обнаружено, что он умышленно сообщил ложные сведения или скрыл от следствия какие-либо существенные сведения, то приговор подлежит пересмотру в порядке, установленном для производства в надзорной инстанции, или в порядке возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств¹⁶.      Таков предусмотренный российским уголовно-процессуальным законодательством особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Как и любой другой закон, обратной силы он не имеет. Иначе говоря, в начальной стадии своего действия он сможет применяться в рамках только тех уголовных дел, предварительное расследование по которым еще не окончено. Его практическая значимость во многом будет определяться тем, поверят ли члены организованных преступных формирований, решившие сотрудничать со следствием, в то, что они будут надежно защищены от вполне вероятной расправы со стороны своих сообщников.

III. ПРОБЛЕМНЫЕ АСПЕКТЫ ИНСТИТУТА ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОСУДЕБНОГО СОГЛАШЕНИЯ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

Федеральным законом от 29.06.2009 № 141-ФЗ2 в УК РФ и УПК РФ введен новый для российского уголовного судопроизводства особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, который воспринимается правоприменителями и учеными весьма неоднозначно.          По мнению авторов большинства статей, сама идея о сотрудничестве между обвинением и защитой есть реализация принципа целесообразности, здравый и адекватный подход к социально-экономическим реалиям, отразившийся, наконец, как в уголовном так и в уголовно-процессуальном институтах. По существу, подобные соглашения уже давно применяются в практике при расследовании преступлений, совершенных группами лиц. Вместе с тем реализация этой экономически выгодной и практически целесообразной идеи не может не вызывать определенных нареканий как с точки зрения законодательной техники и сбалансированности норм рассматриваемого института, так и практической целесообразности правовой регламентации тех или иных правоотношений. Таким образом, внесенные в законодательство изменения стали основой такого мнения, что в России появился аналог американской «сделки о признании вины».    По поводу этого есть ряд законодателей, которые выступают против новой нормы законотворчества, ссылаясь на то, что никакой торг с преступниками просто недопустим. В частности, депутат от КПРФ Виктор Иванович Илюхин, заявил: «любая сделка с правосудием недопустима». По его мнению, такая правка УК и УПК увеличит коррумпированность правоохранительных органов. Разработчики законопроекта, на его взгляд, по сути проявляют заботу о защите прав преступников, решивших сдать своих подельников, чтобы самим уйти от заслуженного наказания. К тому же, как заметил Илюхин, «почему-то в стороне от заключения договора о сотрудничестве осталась такая величайшая процессуальная фигура, как следователь. А следователю, может, и не нужна сделка. Может быть, у него уже достаточно доказательств, чтобы раскрыть преступление и доказать вину всех его участников». Также, по словам депутата, законопроект не вполне учитывает ситуацию, когда обвиняемый, который пошел «на сговор» с правосудием, дает ложные сведения. С ним самим, конечно, все более или менее ясно — если соврал, то мягкий приговор может быть заменен на более жесткий. Но как быть с другими подсудимыми, которые могут быть безвинно наказаны по его свидетельству, никому не ясно¹⁷.      Сомнения по поводу нововведения высказал и «единоросс» Александр Григорьевич Москалец. Его не устраивает, что «законодательно предлагается практически режим торга «ты - мне, я – тебе». Причем, как отметил Москалец, «изначальные позиции обвиняемого предпочтительнее, чем прокурора, не говоря уже о следователе, а суд вообще получает связанную позицию». О потерпевшем, по его мнению, и вовсе забыли. «А если потерпевший не согласен, чтобы преступник пошел на соглашение с правосудием и получил половину срока?..» - задается вопросом депутат.  Досудебное соглашение о сотрудничестве, как я уже ранее определял в работе, обозначено в законе «соглашением между сторонами обвинения и защиты, в котором указанные стороны согласовывают условия ответственности подозреваемого или обвиняемого в зависимости от его действий после возбуждения уголовного дела или предъявления обвинения». При этом соглашение должно содержать, с одной стороны, действия, которые обязуется совершить обвиняемый, а с другой стороны — нормы уголовного законодательства, применяемые при соблюдении им условий и выполнении обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве. По поводу приведенных положений закона уместны два замечания. Во-первых, установление ответственности за совершение преступления — прерогатива суда, который при назначении наказания руководствуется положениями Уголовного кодекса, включая те, которые предусматривают возможность смягчения наказания лицам, сотрудничающим со следствием. Поэтому условия уголовной ответственности не могут быть предметом соглашения, заключаемого между прокурором и обвиняемым. Во-вторых, досудебное соглашение о сотрудничестве в том виде, как оно описано в законе, вообще не содержит никаких обязательств со стороны обвинения. Таким образом, в предложенном виде данный документ никаким соглашением по существу не является, поскольку в нем отсутствуют обязательства одной из сторон (прокурора). Складывается впечатление, что авторы закона попросту упустили из виду то, что соглашение сторон по определению должно предусматривать их взаимные обязательства.     Поэтому вне зависимости от названия документа речь идет об одностороннем обязательстве обвиняемого совершить определенные действия в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступлений, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления. Именно эти действия изначально должны быть описаны обвиняемым в ходатайстве о заключении соглашения о сотрудничестве и в дальнейшем подлежат включению в текст соглашения. Выполнение обвиняемым этого обязательства может повлечь в рамках установленных законом процедур рассмотрение его уголовного дела судом в особом порядке с применением норм уголовного закона, предусматривающих существенное смягчение наказания. В случае нарушения обвиняемым своего обязательства (предоставление ложных сведений либо сокрытие от следствия каких-либо иных существенных обстоятельств совершения преступления) его дело рассматривается в общем порядке без применения норм о смягчении наказания.            Как видно, законодатель полностью учел интересы стороны обвинения, детально описав обязательства обвиняемого, а также последствия их выполнения и нарушения. Включение в досудебное соглашение о сотрудничестве обязательств, которые принимает на себя сторона обвинения, представляемая прокурором, законом не предусмотрено. Каким же образом в таком случае предлагается реализовывать заложенную в законе идею сотрудничества? Иными словами, какие действия должен совершить прокурор, с тем чтобы выполнивший принятые на себя обязательства обвиняемый достиг своей цели — рассмотрения уголовного дела в особом порядке? Закон предлагает следующий ответ: прокурор, получивший по окончании расследования уголовное дело в отношении лица, выполнившего свои обязательства, предусмотренные досудебным соглашением о сотрудничестве, должен подготовить представление об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения решения по делу. Именно в этом, по сути, и состоит то встречное обязательство, которое исходя из логики закона могло бы стать частью досудебного соглашения о сотрудничестве, с тем чтобы указанный документ отвечал требованиям полноценного двустороннего соглашения.      К сожалению, это вполне понятное и вытекающее из идеологии нового закона предложение нереализуемо на практике. Дело в том, что закон, подробно регламентируя содержание представления прокурора, требует описать в нем не только характер и пределы содействия обвиняемого следствию, но и значение сотрудничества с обвиняемым для раскрытия и расследования преступлений, изобличения и уголовного преследования других соучастников преступления, розыска имущества, добытого в результате преступления, а также преступления и уголовные дела, обнаруженные или возбужденные в результате сотрудничества с обвиняемым. Таким образом, возможность применения особого порядка рассмотрения уголовного дела поставлена в зависимость не только от выполнения обвиняемым принятых на себя обязательств, но и от ряда других, не зависящих от обвиняемого обстоятельств.    Обязательству обвиняемого сообщить определенные сведения следствию в полной мере соответствовало бы встречное обязательство прокурора подтвердить совершение указанных действий в форме представления, направляемого в суд вместе с уголовным делом. Это встречное обязательство гармонично вписывалось бы в концепцию двустороннего соглашения о сотрудничестве, если бы закон не требовал от прокурора обязательного описания и оценки результатов сотрудничества с обвиняемым. Ведь то, как будет использована информация, полученная от обвиняемого, будет ли она использована вообще и каковы будут результаты ее использования — эти и подобные вопросы, очевидно, находятся за пределами обязательств, принятых на себя обвиняемым, подписавшим досудебное соглашение о сотрудничестве. Более того, можно заранее предвидеть, что в силу ряда объективных и субъективных факторов следствие не всегда сможет результативно использовать информацию, полученную в рамках сотрудничества с обвиняемым. Результаты сотрудничества с обвиняемым, добросовестно исполнившим принятые на себя по соглашению о сотрудничестве обязательства, не должны влиять на решение о том, заслуживает ли он особого порядка рассмотрения дела, поскольку достижение этих результатов не зависит от воли обвиняемого. Предложенный законом подход подрывает саму идею сотрудничества, поскольку учитывает интересы только стороны обвинения и не содержит механизма защиты интересов обвиняемого, выполнившего свои обязательства по соглашению о сотрудничестве. Это может явиться серьезным препятствием для практической реализации нового правового института.             Недостатки нового закона вытекают и из статей УПК И УК РФ. В частности в УПК в части 4 статьи 317⁶ закреплено: «Положения настоящей главы не применяются, если содействие подозреваемого или обвиняемого следствию заключалось лишь в сообщении сведений о его собственном участии в преступной деятельности». Однако данная оговорка оставляет неопределённость: должны ли у подозреваемого или обвиняемого быть соучастники в совершении именно того преступления, по поводу которого заключено соглашение или же он может рассказать следствию о других преступлениях других лиц, чтобы добиться для себя права на применение особого порядка. Определение «преступная деятельность», использованное в данной норме, не предполагает, что это должно быть обязательно то же преступление. Вместе с тем, пункт 1 части 2 этой же статьи устанавливает, что обвиняемый должен был активно содействовать следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления. Таким образом, на ум приходит именно то, что глава 40¹ УПКРФ применяется только по делам о преступлениях, совершённых несколькими лицами (в соучастии, группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией)). Следовательно возникает вопрос, почему нельзя заключать подобное соглашение с лицами, совершившими преступление в одиночку?          Вызывает сомнение и правильность использования соединительных союзов в пункте 2 статьи 317⁶ УПК РФ. Создается ситуация, при которой обвиняемый должен оказать содействие и в раскрытии и в расследовании преступления. А если преступление к моменту заключения соглашения было раскрыто (при всей условности данного термина) и обвиняемый лишь помог процессуально собрать и закрепить доказательства, то формально суд не должен применять особый порядок. Представляется, что союз «и» в данном случае необходимо дополнить союзом «или».       Что касается УК РФ то в статье 62 содержатся нормы, предусматривающие обязанности государства по заключённому соглашению. Так, в части 2 данной статьи сказано, что наказание, не превышающее половины от максимально возможного, назначается в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, но лишь при двух условиях. Во-первых, должны иметь место смягчающие обстоятельства, предусмотренные пунктом «и» части первой статьи 61 УК РФ (явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления), а, во-вторых, что интересно, должны отсутствовать отягчающие обстоятельства. Можно представить, какое большое количество преступных деяний останется нераскрытым, а может быть и не выявленным в следствии такого предусмотренного порядка данной нормой.       Довольно-таки странное положение заключения досудебного соглашения о сотрудничестве видно в части 1 пункта 2 статьи 317⁵, части 2 пункта 1 статьи 317⁶  и части 4 пункта 2 статьи 317⁷ УПК РФ из которых следует, что соглашение возможно лишь по тем делам, в которых подозреваемый или обвиняемый помог в розыске имущества добытого в результате преступления. Если суд в этом не убедится, то он не примет решение об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве. Данное уже было проигнорировано на практике, не учитывая тот факт, что она была первой, которая применила новеллу статей  УПК и УК РФ. 

ИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ                                Так следственными органами Следственного комитета при прокуратуре РФ по Кемеровской области в сентябре 2009 г. было впервые применено на практике досудебное соглашение о сотрудничестве. По уголовному делу, которое возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ст.126 УК РФ (похищение человека), одним из обвиняемых заявлено ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве со стороной обвинения. Выполнение принятых на себя обязательств позволит в отношении него значительно смягчить меру наказания за совершенное преступление. С учетом ценностей сведений, которые могут быть получены от обвиняемого, данное ходатайство следователем было передано прокурору для заключения соглашения, которое им удовлетворено¹⁸.         

Вряд ли в этом случае речь шла о розыске имущества. Представляется, что и в вышеперечисленных нормах пунктуацию следует изменить таким образом, чтобы содействие в розыске имущества не было обязательным условием применения данного порядка .        По поводу обстоятельств, отягчающих наказание перечисленных в статье 63 УК РФ также есть ряд недочетов, а именно здесь следует отметить, что если эти обстоятельства рассматриваются статьями Особенной части УК РФ как квалифицирующие признаки, то данное ограничение уже не действует. Так, к примеру, по делу о контрабанде, совершённой организованной группой (часть 4 статьи 188 УК РФ), заключение соглашения о сотрудничестве возможно, т.к. в данном случае «организованная группа» является квалифицирующим признаком и не учитывается как отягчающее обстоятельство. Любая иная форма соучастия (группа лиц, группа лиц по предварительному сговору и др.) в совершении контрабанды будет расцениваться как обстоятельство, отягчающее ответственность (п. «в» части первой статьи 63 УК РФ). С учётом того, что применение соглашения возможно только по делам, где есть соучастие, а соучастие — отягчающее обстоятельство, идеи законодателя вообще перестают быть понятными. Вместе с тем, по делам о преступлениях, за которые предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, данные виды наказания не применяются, а наказание, назначаемое подсудимому, заключившему соглашение о сотрудничестве не может превышать 2/3 от максимально возможного. При этом, как следует из части 4 статьи 62 УК РФ, по данным делам требование о наличии определённых смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств не предъявляется. Таким образом, можно сделать вывод о том, что предусмотренная в части 4 пункте 5 статьи 317⁷ УПК РФ необходимость исследовать в ходе судебного заседания обстоятельства, отягчающие наказание, касается только дел о преступлениях, за которые предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь.    Итак, можно сделать вывод, что особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве допускается по делам о преступлениях, совершенных в соучастии, когда есть необходимость в содействии в розыске имущества, добытого в результате преступления, имеют место смягчающие обстоятельства, указанные в пункте «и» части первой статьи 61 УК РФ и отсутствуют отягчающие обстоятельства. При этом условия, касающиеся смягчающих и отягчающих обстоятельств не действуют, если речь идёт о преступлениях, за которые предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь. Представляется, что данная система критериев является результатом низкой юридической техники законодательства, а не продуманной государственной политики в области борьбы с преступностью.       Неудачным при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве является и форма расследования, в данном случае предусмотренная только в виде предварительного следствия¹⁹. Однако подозреваемого, в отношении которого проводится дознание, никто права на заключение соглашения не лишал. Следовательно, по таким делам придется вместо дознания — упрощённой формы расследования, проводить более сложное предварительное следствие. Органы, не имеющие в своих структурах следственных подразделений, будут вынуждены передавать подобные дела прокурору, а прокурор, в свою очередь, направлять их следователям. Само собой это существенно затянет процедуру, усложнит ее. Кроме того, в УПК РФ вообще не предусмотрено, как должен дознаватель реагировать на ходатайство подозреваемого о заключении досудебного соглашения. Часть 3 статьи 317¹ УПК РФ говорит о том, что данное ходатайство подаётся прокурору через следователя — о дознавателе ни слова. В части 1 статьи 317⁵ УПК РФ говорится об утверждении прокурором обвинительного заключения, но нет ничего об обвинительном акте. Представляется, что законодатель необоснованно ограничил форму расследования только одним её видом — предварительным следствием.        Если для вынесения судебного решения в особом порядке при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (гл. 40 УПК РФ) требуется согласие потерпевшего, то при заключении соглашения о сотрудничестве возникает вопрос, а где же таковое его присутствие здесь? Ведь по сути-то дела, без потерпевших от преступления лиц и нет как такового преступления в целом. Потерпевший даже не указан среди субъектов, обладающих правом обжаловать факт заключения соглашения, обжаловать его содержание. Представляется что данная ситуация создает условия для нарушения прав потерпевшего и не согласуется с требованием справедливости правосудия, о справедливости в таком случае не может быть и речи. Такого же мнения и придерживается депутат Государственной думы от фракции КПРФ В. И. Илюхин упомянутый выше.         Кроме указанных слабых сторон нового уголовно-правового института, можно было бы заметить, что законодатель обошел вниманием еще ряд проблем, а именно, сделан особый акцент на розыске имущества, утраченного в результате преступления, тогда необходимым является и участие гражданского истца в процедуре заключения соглашения о сотрудничестве, нуждается в дополнительной регламентации и проблема совокупности преступлений, возможна ли данная процедура в отношении несовершеннолетних?           Особого внимания заслуживает вопрос об обеспечении безопасности обвиняемого, оказывающего содействие следствию в раскрытии преступления и выявлении иных виновных лиц, организованных групп и преступных сообществ. Меры, предусмотренные законом, недостаточно детально регламентируют данный вопрос. Помещение материалов дела, содержащих информацию о соглашении, в опечатанный конверт не дает гарантий безопасности участникам судопроизводства. Недостаточно и простого выделения дела в отношении таких лиц в отдельное производство. Необходимо обеспечить такие условия, при которых в ходе самого производства по делу в случае заключения досудебного соглашения не возникнет утечки информации. По окончании процесса лица, сотрудничавшие со следствием, также должны быть наделены гарантиями безопасности. Не секрет, что меры государственной защиты участников судопроизводства дорогостоящие и не всегда применяются надлежащим образом. Введение практики досудебных соглашений потребует повышения эффективности таких мер.

IV. ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТЬ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОСУДЕБНОГО СОГЛАШЕНИЯ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

Начиная анализ практической целесообразности заключения досудебного  соглашения о сотрудничестве, я все-таки соглашусь с тем, что у нас  норма и норма, которая именуется  буквальным образом довольно-таки просто - сделка с правосудием. И именно само понятие сделка наводит массив отрицаний на институт досудебного  соглашения о сотрудничестве.     Любая сделка, согласно гражданскому праву, представляет собой некий выбор перед тем или иным явлением, выбор оптимального варианта того или иного поведения его участника, а вместе с этим можно констатировать, что за этим выбором стоит такое понятие как торг. И в этом моменте нельзя согласиться с мнением многих законодателей по поводу того, что любой торг вокруг правосудия недопустим. Недопустимым в этом случае  считается, наоборот, что правосудие должно быть более прозрачным в рамках допустимого, более чистым, более честным.      То, что сейчас есть - это ссылка на зарубежный опыт. В этом случае будет уместным заметить слова известного историка Ключевского, который сказал, что слепое копирование западного образца и перенесение его на тело России ничего хорошего не вызовет, кроме как раковой опухоли²⁰. Вот сегодня мы действительно копируем американский образец.    Есть и еще одно значительное основание, выступающее против принятия закона о сделке с правосудием, — это нравственность. Данная категория, к большому сожалению, вымывается из уголовного и процессуального закона и практики. Коррупционные сделки и сейчас имеют место быть. Но возвести их в ранг закона — верх цинизма, который неприменим в правовом государстве и обществе. Деятельное раскаяние преступника смягчает его вину, но никак не освобождает от ответственности. А категория дел, по которым возможно сокращение сроков наказания, на мой взгляд, всегда должна жестко определяться следующими принципами: преступления не должны быть тяжкими; обязательно согласие потерпевшего; необходимо соблюдение всех норм судебной процедуры (гласность, непосредственность, непрерывность, равенство всех участников судебного процесса и прочее). А ставить во главу угла только такой показатель, как предполагаемое наказание (не свыше 10 лет) — это в корне неверно.  Не следует забывать и вот о каком весомом моменте. Назначение наказания регулируется у нас главой 10 УК РФ, но в ней нет ни единого слова об особом порядке назначения наказания. Это явное противоречие принципам права. Уголовно-процессуальное законодательство, предусматривающее особый порядок, не должно регулировать не свойственный ему предмет.          Критика закона основана на том,  что открываются большие возможности для злоупотребления со стороны правоохранительных органов. Однако вряд ли можно отрицать, что и на сегодняшний день уровень таких злоупотреблений очень невысок. Следователи неформально используют возможность договариваться с обвиняемыми о снижении сроков наказания в случае их содействия расследованию, но при этом  обвиняемый не получает никаких гарантий того, что сторона обвинения действительно будет настаивать на назначении менее строгого наказания и добьется этого.   Эффективность института заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, по моему мнению, будет всецело зависеть от реалий. Так, если преступление малозначительно и имеются улики, указывающие на вину того или иного лица, а оно при этом сознает ее, применение данной нормы будет эффективно. Очень важно, чтобы вина была доказана, и к ответственности оказались представленными виновные лица, а их правонарушение было квалифицировано верно.      Но а пока на данный момент видно, что даже самая совершенная законодательная техника не может справиться с ошибками и злоупотреблениями в правоприменительной практике и в связи с этим видно больше минусов, чем плюсов новеллы досудебного соглашения о сотрудничестве.           Целесообразность и значимость принятия нового закона о досудебном соглашении не вызывает сомнений: он позволит повысить эффективность уголовной и уголовно-процессуальной деятельности в целом. Однако насколько успешно будет функционировать данный институт, зависит в первую очередь от деятельности правоохранительных органов и непосредственно судов.

¹ Руднев В.И. //Журнал российского права // 1998, №6. С.78-80

² ФЗ Российской Федерации от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ //"О внесении изменений в Уголовный кодекс                      Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации"//Ст. 317⁶

³ Уголовное преследование – это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5 УПК РФ).

⁴ Помимо обвиняемого следователь обязан уведомить об окончании следственных действий защитника, законного представителя обвиняемого, если они участвуют в уголовном деле, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей.

⁵ В названных пунктах ст. 73 УПК РФ перечислены следующие обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу: 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением.

⁶ Между тем во многих странах мира лицо, оказавшее помощь следствию в разоблачении организаторов преступных сообществ и участников преступлений, вполне реально может рассчитывать на полное освобождение от ответственности и прекращение производства по уголовному делу.

⁷ См.: Федеральный закон от 20 августа 2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства».

⁸ Причем в случае возникновения угрозы безопасности подозреваемого или обвиняемого материалы уголовного дела, идентифицирующие его личность, изымаются из возбужденного уголовного дела и приобщаются к уголовному делу в отношении подозреваемого или обвиняемого, выделенному в отдельное производство (п. 4 ч. 1 ст. 154 УПК РФ).

⁹ В названных главах регламентированы предварительное следствие, привлечение в качестве обвиняемого и предъявление обвинения, порядок производства отдельных следственных действий и направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору.

¹⁰ В ч. 4 ст. 317.5 этот срок указан именно в днях, а не в сутках. Считаем, что такая формулировка вступает в определенное противоречие с нормативными положениями ч. 1 ст. 128 УПК РФ, где сказано, что «сроки, предусмотренные настоящим Кодексом, исчисляются часами, сутками и месяцами».

¹¹ Данный пункт ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления.

¹² Пожалуй, это единственный случай, когда досудебное соглашение о сотрудничестве становится безоговорочно выгодным для обвиняемого.

¹³   См.: Части 2 и 4 ст. 62 УК РФ.

¹⁴  В названных статьях Уголовного кодекса Российской Федерации регламентирован порядок: 1) назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление; 2) условного осуждения; 3) освобождения от наказания в связи с изменением обстановки.

¹⁵  В этой главе УПК РФ регламентированы апелляционное и кассационное обжалование судебных решений, не вступивших в законную силу.

¹⁶ В случае, если будет установлено, что лицом, заключившим досудебное соглашение о сотрудничестве, были предоставлены ложные сведения или сокрыты от следователя либо прокурора какие-либо иные существенные обстоятельства совершения преступления, суд, руководствуясь ст. 63 УК РФ, назначает ему наказание в общем порядке, то есть без применения положений ч. 2–4 ст. 62 УК РФ, касающихся срока и размера наказания, и ст. 64 УК РФ.

¹⁷ Депутат Государственной думы от фракции КПРФ В.И.Илюхин выступил на пленарном заседании Госдумы 15 февраля 2008 г. при обсуждении законопроекта «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (о введении особого порядка вынесения судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве).

¹⁸ См.: Интернет-портал K-NEWS.ru. Ссылка в интернете: http://www.knews.su/news/27232

¹⁹ Ст. 317⁴ УПК РФ

²⁰ Ключевский В. О. //Курс русской истории// М. 1904 г. Статья.